21. Скоро мы прибудем в порт.
— Аня! Стой же ты, Аня! - ловит мою руку, которую я пыталась максимально быстро убрать из её рук и поворачивает к себе, — Я не хочу на публику это выносить. Себе же не делай хуже.
— То есть вы клоните на то, что я пойду всем это рассказывать? Каждому, подряд? - ещё больше удивляюсь её логике, — Вы ошибаетесь очень сильно. Я даже верить не хочу в это.
Вырываю руку и иду прочь от неё. Не будет же она за мной гнаться, верно? Надеюсь нет. Этот день ужасен во всём. Абсолютно. Если ещё и практику завалю, вообще полный набор будет!
Захожу в душ под струи воды и смываю с себя эту информацию. Именно так я решила расслабиться перед практикой. Я думаю, что так мои мысли тяжёлые утекут вместе с водой по трубам. Но, кажется, так не произойдёт, ведь это реальность.
Мысли, проблемы, задачи с нами будут всегда. И не важно тяжёлые они или нормальные. С большой нагрузкой, которая выносит тебе все нервы или та проблема, о которой хоть на пару часов удается забыть, вычеркнуть из головы.
Кто такую чушь придумал, которую она мне рассказала? Лапшу мне на уши навесила, в прямом смысле. И она на что надеялась? На то, что я побегу к ней на радостях со словами « мамочка, я тебя люблю! Ты самая лучшая на свете, спасибо, что сдала в детсткий дом! » ?
Ну уж нет, не в моём характере это. Если она всё же и моя мать, никогда не приму её выбор. Никогда. Он гадкий. Настолько горький, настолько ужасный, что просто даже нет желания её больше видеть, не то что общаться. Наши родители те, кто нас забрали и воспитали. Те, которые подарили хоть и не самое лучшее, но детство.
Они уберегли нас от бед в детском доме. Я думаю все знают, как старшие гнобят и наносят вред младшим. Я когда подросла, маленькая совсем была, меня тоже гнобили, делали подлости и гадости. Я благодарна людям, которые хотят что-то с этим сделать, исправить, но мне кажется, что это не избежно.
Какие родители, такие и дети...
— Анна Викторовна, сколько можно вас искать, я не понимаю! - возмущается преподаватель, отдышавшись.
— Чем могу быть полезна? - с недоумением спрашиваю, осмотрев мужчину, который положив руку на грудную клетку, дышит.
— Пойдёмте, практика начинается, - он улыбается во все свои зубы, которые сохранились все и указывает рукой по направлению.
Меня окутывает в свои оковы и объятия страх и паника. Спустя несколько секунд я осознала, что совсем ничего не помню.
— А почему мне Юнона Астафьевна сказала, что это она людей на практику зовёт? - уточняю с интересом, пока мы собираем по каютам ещё парочку людей.
— Она действительно собирает. Но сегодня она плохо себя чувствует, я её заменяю, - он открывает очередную дверь с фамилей поднимает человека.
Дальше я затихла. Просто нужно было знать, почему эта предательница не пришла сама за мной, как говорила.
На удивление, чем дальше мы идём, тем страха всё меньше. Да, если не сдам, то отчислят с позором, но перед кем стыдиться? Я живу в первую очередь для себя.
Оптимизм у меня в жутко странных моментах появляется! То чуть ли не умереть хочу, говоря, что ничего не добьюсь, то наоборот оптимизм прёт максимально.
Странная я девушка, знаю.
— Проходим, - перед нами открывается дверь и в глаза падает тот страх...
Пора зайти и показать, кто здесь сильный пол.
****
— Нагорная Анна... - преподаватель уткнулся в бумаги, что-то читая.
Минута и всё решится...
— Хромаете с грузовым, - не отрываясь от бумаг поправляет очки на переносице, растягивает слова недовольно, — Но в целом неплохо. Зачёт. Вы переходите на следующий курс, - сказал он это с таким недовольством, будто против девушек в роли капитана.
Встаю радостная со стула и чуть ли не прыгая выбегаю из каюты, после чего даю волю эмоциям и танцую какие-то непонятные закорючки.
Спустя пару минут радости ухожу на палубу. Хочу побыть одна. Уйти в то место, где мало людей и меня оставят со своей радостью одну. Хочу сравнить то, какой я была пару месяцев назад и сейчас.
Тогда я была сукой, которую не пробить. Да и сейчас я такой осталось, что уж там сравнивать то! Закусите все, кто мне не верил.
— Скоро мы прибудем в порт, - низкий голос за спиной, но я не дергаюсь, не оборачиваюсь, я знаю, что это он...
— Я в курсе, - чуть с грустинкой отвечаю, представляя, как опять буду на суше.
— Чего такая грустная? Слышал ты сдала практику. Молодец, уважаю, - протягивает руку для пожатия и я протягиваю в ответ.
Короткое пожатие и крепкие, долгие, очень тёплые объятия. Они получились неожиданные, но очень приятные.
Утыкаюсь ему в грудь, полностью расслабившись после нескольких минут напряжения.
— Знаешь, когда я тебя там встретил, когдв ты кофе пролила, я так и подумал, что ты какой-то очень близкий человек по сфере, - протягивает слова, целуя в макушку, где заплетены косички.
— Тогда была жуткая ситуация. Пролить кофе, это же кем надо быть! - невольно провожу носиком, вспоминая ту ситуацию.
Майкл тихо рассмеялся, но ничего не ответил.
— Ты американец? - задаю давно интересущий вопрос, пока он меня не выпускает из своих рук.
— Почти угадала. На половину. Мама русская, отец американец. А как догадалась? - узнаёт теперь уже его интересующий вопрос, поглаживая мою спину.
— Имя и фамилия. В нашей стране имя такое редко встречается, а про фамилию вообще молчу, - пытаюсь отстраниться, как только увидела Веронику, которая с хитрой улыбкой надвигалась в нашу сторону.
— Ты чего? - спрашивает, отпуская меня.
— Обернись, - тихо шепчу, но он слышит и выполняет просьбу, после чего складывает руки на груди с хмурым видом.
— Какие то вопросы? - узнаёт у Вероники, которая встала напротив нас и оглядывает своим мерзким взглядом.
— Ты вот на эту шавку меня променял? Чем она лучше меня-то? Ни груди, ни жопы! А ты вид...- не успевает договорить, как её прирывает рык капитана.
— Закрой свой рот! - чеканит каждое слово, видимо для непонимающих. Таких, как Вероника.
Я стою с краю, не желая вмешиваться в их перепалку. Разборки личной жизни что-ли. Да не претендую я на твоего капитана, Вероника. Только вот он сам что-то не бежит к ней. Видимо узнал какая она на самом деле.
Потому что обычно когда узнаешь какая она, тогда и пропадает желание что-либо иметь с ней и вообще общаться. Крыса, пускающая фальшивые слухи. И это только одно из её ужасных качеств.
Я конечно тоже не идеальна, но не настолько же надо быть подлой!
— Прекрати цирк, - твердит ей капитан, строго запрещая прикоснуться к нему.
— Какой цирк, ты чего? - улыбается, опять протягивая к нему руки, от которых он отходит подальше.
— Я ещё раз повторяю: не подходи ко мне, я тебя прошу. Ты мне противна одним своим присутствием, - хмыкает и развернувшись берёт меня за руку, уводя подальше.
— Ну и что это было? - удивлённо спрашиваю, убирая медленно руку от его, замечая не нужные глаза.
— Одну ночь всего провели вместе, теперь клеится ко мне. А я узнал какая она сучка, больше не имею желания с ней общаться, - сплевывает в воду, облокачиваясь на пирилы.
— Ну-ну...