Мир не будет прежним

Порой все мы совершаем разные необдуманные поступки, о которых потом жалеем не только мы сами, но и те, кто нас окружает. Иногда из-за таких поступков мы теряем знакомых, друзей, их доверие и уважение, за которое приходится долго и упорно бороться. Но судьба не всегда подкидывает нам одни лишь неприятности. Вот совершил ты что-то ужасное, каешься, но способа исправить свою ошибку не видишь, а жизнь будто бы видит твое плачевное состояние и подкидывает новые обстоятельства, благодаря которым ты можешь все исправить.

Однако же, если ты можешь похвастаться особым уровнем везения, то эти самые новые обстоятельства складываются так, что тебе и делать ничего не надо. Сиди, сложа рученьки, жалей себя, а жизнь сама все разрулит так, что твою оплошность не просто простят, но и забудут, словно ничего и не было.

Я сидела в машине, глядя перед собой невидящим взглядом и прислушиваясь к тихой песенке, которую мурлыкал человек, и от этого по спине пробегали мурашки. Повернуть голову, а тем более выглянуть из машины было невероятно страшно, причем пугало не внезапное появление человека, а то, как он напевал песенку: тихо, с каким-то едва заметным рычанием и невероятной любовью.

-Так она тебя больше пробивает? – спросил человек, прекратив мурчать и я тут же выскочила из машины, вперив в Никиту безумно озлобленный взгляд.

-Ты понимаешь, что я готова была тебя убить, если найду, чем это можно сделать? – едва сдерживаясь от крика прорычала я, чувствуя, как внутренняя злоба все быстрее нарастает и поглощает меня.

Парень спокойно подошел к пассажирской двери, открыл её, указал мне взглядом на авто и сел. Каждое его движение, каждый взгляд, даже спокойное дыхание сильно меня раздражало, хотелось его ударить, причинить боль. Хотя с чего бы мне так реагировать на этого парня, к которому прежде я испытывала лишь симпатию и чувство благодарности за спасение. Удобно разместившись, он захлопнул дверцу, и, как мне показалось, сделал это через чур сильно, словно хотел позлить меня.

-Обязательно так хлопать? Иди «Крузаками» так долби, мою трогать нечего! – все-таки от крика сдержаться я не смогла. Злоба в душе поднималась, словно змея на мелодию дудочки.

Парадоксально то, что умом я понимаю – злиться не на что, вот только поделать с собой ничего не могу. Но парень смотрит на меня понимающе-сочувственным взглядом и словно ждет новой вспышки ярости, а может и того самого удара, от которого я с таким трудом сдерживаюсь. Взгляд его уже кажется каким-то насмешливым, даже легкая ухмылка коснулась пухловатых губ.

Поддавшись порыву, я резко замахиваюсь, собираюсь залепить ему пощечину, но Никита успевает перехватить мою руку, затем хватает вторую и больно сжимает их. Затем внезапно дергает мои руки, притягивая меня к себе, а я, из-за малого пространства и удара ребрами о рычаг скоростей, не сразу понимаю, что он туго связал мои руки. Тонкий шнурок при каждом движении причиняет адскую боль и спустя четверть минуты я прекращаю попытки развязать его и вырваться из хватки парня.

Бессильно вздохнув и уткнувшись лбом в руку Никиты, я поняла, что боль вытеснила из меня всю злобу и я совершенно не обижаюсь на него несмотря на то, что запястья горят огнем.

— Это что было? – потрясенно спросила я, глядя в глаза парня, смотрящего на меня с улыбкой и нежностью.

— Это влияние песни, - спокойно ответил он и, убедившись, что моя ярость прошла, принялся осторожно развязывать шнурок, -Ты прости, но иначе ярость и злобу было не успокоить, они только сильнее нарастали бы. Не знаю почему, но эта мелодия в данном звучании вызывает непонятные вспышки агрессии, да еще и такие сильные, что убивать хочется.

-Да, убить тебя хотелось. Хотя и понимала, что злюсь не из-за чего. Почему она так действует?

-Не знаю. Никто из ученых так и не смог объяснить данный эффект, а у меня тем более никаких предположений нет.

-А почему ты сам не взбесился, пока напевал её?

-Я делал это осознанно, четко понимая, что хочу проверить твою реакцию и зная, как поступлю в дальнейшем. Для тебя же это было неожиданно, плюс ты на эмоциях, вот и результат.

Никита развязал мои руки, и я подула на красные полосы, на которых кое-где выступили капельки крови. Все-таки боль и правда является лучшим способом привести человека в чувства.

Мы вновь замолчали, глядя на панельку в авто. Вокруг все было тихо и спокойно, улеглись даже чувства от убийства существа, которое видело во мне что-то родственное, что необходимо спасти. Спрашивать о последней мысли этого существа я не хотела, да и знала, что не получу никакого ответа. А если и получу, то одно лишь враньё, которого мне и так хватало.

-Ты не злись на нас. Мы правда хотели помочь всем, кто попал под действие этого эксперимента, сбежать давно хотели, но не могли. Иваныч лес этот знает лучше, чем себя. Ещё и оружие есть у него какое-то, чтоб «ешек» отпугивать и управлять ими, так что нас бы тупо разорвали. А как война началась, то все сети отрубились, у него пропало это влияние, вот мы и ретировались. Ушли бы сразу, но надо было тебя вытащить.

-А почему вы никак не пытались остановить эти опыты? Вы же просто сидели и смотрели, как он издевается над людьми. Полторы тысячи человек – население моей деревни было отдано на эти эксперименты.

-Ещё до нас пытались все это остановить, но сами оказывались либо в роли подопытного, либо в лесу ночью, а они ночью как раз и охотятся – темнота – их лучшая стихия. Ну и на Саню с Ваней посмотри. Они тоже пытались остановить это, как итог: четыре месяца в D и необратимые изменения. После этого они перестали разговаривать и не могут друг без друга, дальше 50 метров не расходятся, иначе припадок какой-то начинается. А мы, сама понимаешь, тоже жить хотели.

-Что вообще за исследования там проходили, что они так отражались на людях?

-Я точно не знаю, как там и что в голове у них происходило, поэтому в общих чертах обрисую. Суть эксперимента заключалась в том, что с помощью гипноза, музыки, определенных картинок, ощущений и прочих факторов пытались воздействовать на разные участки мозга, чтобы настроить человека на что-то конкретное, ускорить эволюционные процессы. Они хотели создать идеальных солдат, которые не помнят, ради чего им стоит жить, для этого решили удалять воспоминания человека. Пытались убрать и какие-то конкретные факты, и вообще хоть что-то из их памяти, но общее влияние на разум было слишком сильным.

Сначала подопытные становились нервными и раздражительными, затем появлялась агрессия, чувство тревоги, потом они нападали на все, что видели. Из-за такого поведения было решено держать их в отдельных комнатах, запертых снаружи, а после того, как несколько подопытных ночью вырвались и убили трёх охранников, всех перевели в камеры в подвальном помещении. Потом произошла авария, генератора не было, и они сидели там в темноте три дня. На четвертый день электричество вернули, а когда пришли к ним, то увидели, что глаза их покрыты пеленой, кожа приобрела серый оттенок, почти все волосы выпали. Они рвали на себе одежду, метались по клеткам до тех пор, пока снова не выключили свет. Такие изменения происходили со всеми.

Тот блок, где он держал тебя, предназначался для тех, кто уже сильно боялся света, потерял человеческий облик, но показатели их датчиков ещё свидетельствовали о наличии разума. Они не выносят замкнутое пространство, жаждут крови, потому там и были все эти стоны, хрипы. Когда датчик показывает, что разум подопытного полностью разрушен, их переводили в блок Е, а затем отпускали.

-А почему были отпущены 1326 и 1380? Они же не лишились разума, насколько я поняла.

-Не лишились, но физически изменились сильнее, чем остальные. В то время, как у всех просто крыша начинала ехать от таких воздействий, эти двое смогли сделать то, о чем мечтали основатели этой программы – начать эволюционировать и подстраиваться под условия среды. Из-за столь потрясающей мимикрии их уже было сложно удерживать, потому пошли на эти меры.

-Вы видели, что эксперименты не приносят положительного результата, но все равно продолжали их проводить, издеваться над всеми этими несчастными. Я даже не уверена, что мне жаль тех ваших охранников, которые погибли первыми. Они этого заслуживали, как никто другой.

-Если тебе станет легче, то почти 90% всех подопытных – те самые охранники, которых тебе не жаль.

-Нет, мне от этого не легче, - рыкнула я и уставилась через окно на стену гаража.

Никита тихонько вздохнул, и откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. Хороший способ разрядить обстановку, в которой возникает необходимость что-либо сказать в свою защиту или оправдание.

Спустя десяток минут дверь гаража тихонько скрипнула, и встревоженный голос Затупа произнес:

-Ребят, мы там волну на радио поймали, есть новости о том, что в мире творится.

Мы выскочили из машины с такой скоростью, будто на сиденьях под нами внезапно материализовались ёжики. Несколько секунд и мы уже в зале, стоим плотным кружочком у маленького радио, произнесшего последние слова и мерно зашипевшего.

-Издеваетесь? – Никита в сердцах ударил по столу, от чего радио слегка подскочило и сменило тональность шипения, -Что там происходит вообще? Рассказывайте теперь во всех подробностях, раз уж не удосужились позвать раньше.

Со слов Юры мы узнали, что война затронула все страны и континенты, кроме Австралии. По словам диктора, начался весь ад с того, что сверхдержавы, обладающие ядерным оружием, словно сговорившись, нажали на те самые красные кнопки, развязав то, чему не будет конца. В России практически полностью уничтожены города, в которых наши враги видели для себя какую-то опасность: Москва, Питер, Мурманск, Владивосток, Екатеринбург, Нижний Новгород и ещё ряд крупных городов. Мелкие страны с малым вооружением уничтожили в первые же дни войны.

Всего за это время страны обменялись друг с другом почти тремя десятками ядерных бомб и наиболее чистыми из затронутых территорий оставались Сибирь, пустыни Африки, центральная часть Южной Америки и Антарктида. Согласно предварительной оценке, число жертв приближалось к 2 миллиардам, экономический ущерб ушел далеко в триллионы.

-Этот мир сошёл с ума, - тихонько подвел итог Никита.

Глаза парней были наполнены ужасом от осознания масштабов происходящего и степени того самого сумасшествия. Человечество уже не спасти, нас нужно именно что уничтожать, затем обновлять всю цепочку эволюции, а за это время и Земля-матушка подлечится, восстановится, чтобы принять в свои объятия все таких же сумасшедших существ, как и мы.

Словно кино на быстрой перемотке, перед моими глазами пробежали все сцены жизни. И лица, много лиц, очень много лиц, голосов, судеб. Сколько из них уже погибли лишь потому, что несколько высокопоставленных человек не сошлись во мнении на какое-то событие.

Не зря я всегда называла людей тварями и не питала к ним почти никаких теплых чувств. Мы не заслуживали хорошего отношения, только не сейчас, не с нашими взглядами на жизнь и ценности.

Я вспомнила лицо мамы. Где она сейчас? Не пополнила ли тот список, содержащий около 2 миллиардов фамилий. Душу начало выворачивать наизнанку, сердце неприятно заколотилось о ребра, в глазах потемнело, а к горлу подступил ледяной ком. Прошло уже столько времени, а я не предприняла ни единой попытки найти их.

Немного отдышавшись, я высказала свое желание приступить, наконец, к поиску семьи. Желание это было воспринято с энтузиазмом, скорее всего, сказывалось желание парней сгладить свою вину за убийство 1326 и моё мнение о них. Юра обещал найти максимально подробные карты и сведения о бункерах, военных и научных базах, да и вообще о любых подземных сооружениях, которые были хоть сколько-то пригодны в качестве убежища. Близнецы вызвались проверить полную готовность автомобилей к выезду за припасами, а Никита заявил, что в любом случае отправится со мной. Спорить я не стала, да и не хотела – слишком вымоталась за этот день – потому поблагодарила парней одним лишь взглядом и решительно направилась в спальню.

Однако, стоило мне лечь на кровать, как вся сонливость улетучилась, наполнив голову целым роем мыслей. Мне казалось, что, если правительство столько лет вешало лапшу населению своей страны, а само благополучно прикрывало опыты над людьми, то они могли и сейчас врать нам, не моргнув и глазом. Завтра надо постараться поймать волну какой-нибудь международной радиостанции, ну или просто иностранной и узнать, что говорят своим людям они.

Вообще немного странно, что радио до сих пор продолжает функционировать на достаточно неплохом уровне. Если бы я лично не услышала, как диктор пожелал всем выжившим удачи и скорейшего прекращения войны, то предположила бы, что парни меня дурачат. Тем более, что они уже делали это прежде.

Полумрак, спокойствие и убаюкивающее гудение генератора создавали непередаваемую атмосферу уюта. Я лежала, глядя в потолок, стараясь не думать ни о чем и уснуть. Честно говоря, чем больше усилий я прилагала, тем хуже у меня получалось, потому я быстро сдалась и погрузилась в длинную цепочку мыслей, воспоминаний...

Я снова лежу на привычном кожаном диванчике, глаза закрыты, лицо обдувает прохладный ветерок, а за окном шумит сильный дождь.

-Ну что, Алиса, - привычный голос звучит спокойно и тихо, впрочем, как и всегда: -Начнем сеанс? Погоди секунду, диктофон включу. Вот так, начинаем. Агафонова Алиса, сеанс номер 17. Итак, расскажи, какие изменения произошли.

Я чувствую легкое волнение, когда слышу щелчок кнопки диктофона и привычное начало с представлением меня и номером сеанса. По телу пробегает слабая и приятная дрожь. Когда я пришла сюда первый раз, то совершенно не ожидала положительного результата, а вот сейчас должна о нем рассказать.

-Эм, - во рту пересохло, мысли улетучились, и я поступаю так, как всегда советовал человек, сидящий рядом – говорю то, что первое приходит в голову: -Ну, я заметила явные изменения в положительную сторону. То есть, реальность ещё осталась, но многое можно вернуть только если наткнуться на прямой источник – фотографии, видеозаписи. Ну или извлекая её здесь, на сеансе. А так почти ничего не помню, либо помню альтернативу. Очень забавно, когда натыкаюсь на какую-то фотографию, и в голове появляется две разных истории появления этого снимка. Владимир Иванович, вы сможете меня полностью от этого избавить или заменить?

-Конечно, Алиса! Результат уже есть, а прошел всего месяц. Только представь, каких результатов мы достигнем дальше, - голос мужчины звучит восторженно, но этот восторг почему-то пугает меня.

...Я мгновенно открыла глаза и уставилась на все тот же потолок. Сонливость исчезла, словно я просто моргнула. Полежав еще немного, я встала и отправилась в душ, ощутив сильный голод и с жалостью глянув на дверь в кухню.

Какой же вкусной бывает простая тушенка, размазанная по хлебу. Особенно, если ты безумно голоден, выспался и знаешь, как выглядит твоя дальнейшая цель. Я сидела за столом в зале, тщательно пережевывая бутерброд и изучая карты и записи о разных убежищах, оставленные здесь Юрой с вечера. Воспоминания о сновидении практически полностью улетучились, оставив лишь приятные ощущения легкого ветерка на лице.

Ситуация вырисовывалась весьма печальная – ближайшее убежище, более-менее пригодное для спасения, находилось на территории Новосибирской области, но туда эвакуированных точно не повезли бы – путь пролегал мимо крупного города, который наверняка подвергнется обстрелам и бомбежкам. Оставалось надеяться, что список содержал не все объекты и придется искать самостоятельно, руководствуясь логикой и интуицией.

-Эти карты бесполезны, - своеобразно пожелала я доброго утра парням, вышедшим в зал, -Здесь нет ничего подходящего, ни одного бункера.

-Как это нет? – удивился Никита, подойдя ко мне и развернув к себе карту, -Юрец, а ты точно те карты дал? Там же поблизости 3 убежища было, а здесь они не обозначены.

Переварив слова парня, я подняла глаза на Юру, который замер у другого края стола и смотрел на нас со смесью злобы и страха. Он и не собирался давать мне правильные карты, знал о них, но специально подсунул не то, что нужно. Вот только он не рассчитывал на то, что Никита так решительно настроен мне помогать.

В комнате повисла гнетущая тишина, мы обменивались озлобленными взглядами и ждали только какого-то повода, чтобы сорваться друг на друга. И повод этот появился, правда, не совсем такой, как мы ожидали.

Свет вкомнате внезапно погас, только под потолком завизжала пожарная сирена изамигала красная лампочка. Мы услышали глухой удар, звук захлопнувшейся двери икомнату стремительно заполнил едкий дым из шашки, заброшенной сюда кем-то,находящимся в коридоре.