Глава II
Шаг. Еще один. И еще. Ваня неспешно аккуратно выхаживал на городской свалке, бережно обходя валяющийся мусор, боясь наступать на него, словно это было что-то живое. Из-за едкого отвратительного запаха людей здесь больше не было. «Тринадцать... тридцать пять...» - бормоча себе под нос, он вдруг остановился. Его речь не часто несла в себе хоть какой-то посыл. Чаще это были лишь бессмысленные наборы цифр. Ваня наклонился и стал всматриваться себе под ноги. Старая полу разломанная печатная машинка привлекла его внимание. Он наклонился и стал ковыряться в ней, доставая мелкие детали и складывая их в тряпочную сумку, свисающую через плечо.
"Три... четыре... тридцать".
Он извлек еще несколько мелких металлических деталей и сунул их в карман. Слегка прихрамывая, Ваня продолжил движение по мусорному полю. Ни запахи, ни само осознание "грязи" его не беспокоило. Вышагивая, он рыскал глазами в поисках каких-то определенных деталей, предназначение которых было известно только его больному воображению. Шажок. И еще. Ваня остановился. Кончиком правой ноги он уперся во что-то мягкое. Наклонившись и разгребя немного наваленный хлам, он обнажил серое мохнатое тело. Без каких-либо признаков разложения, словно собаку оставили здесь всего несколько часов назад. Ваня, присев на корточки, с удивление уставился на нее. Он уже видел тела мертвых кошек и птиц... Но сейчас его внимание привлекло еле заметное движение грудной клетки вверх и вниз. Ваня с недоумением следил, а когда понял - начал возбужденно "гхыкать" и хлопать в ладоши. Собака была все еще жива.
Нырнув рукой в свою сумку, он извлек несколько найденных ранее небольших деталей. Стоя на коленях, он принялся усердно что-то делать. Раздалось тихое скуление. Струя крови брызнула, попав мальчику на лицо. Глаза Вани были широко раскрыты, в них все ярче и ярче выражалось нечто не вписывающееся в рамки нормы. Коктейль из любопытства и безумия. Сумасшествие. Раздался хруст кости. Ваня вновь нырнул в свою сумку и извлек длинную тонкую металлическую спицу.
"Рас два три... рас два три" - ускоряясь, бубнил он себе под нос. По пластиковым пакетам, валяющимся рядом, ручьем потекла кровь. Дыхание собаки уже прекратилось, но мальчик все продолжал и продолжал делать что-то, доставая новые детали и используя их неведомым способом.
- Что ты там делаешь? - Прозвучал низкий мужской голос из-за спины. - На часы смотрел? Опасно быть здесь одному в такое время. Ты заблудился?
И действительно, увлекшись процессом Ваня не обратил внимание, что вечер сменился ночью, и уже скоро начнет светать. Впрочем, это, как и голос незнакомца, не заставило его прерваться и отвлечься от процесса.
- Эй, парень, оглох что ли? - В спину бил желтый свет фонаря. - Здесь нельзя находиться!
Приближающиеся со спины шаги все-таки заставили Ваню обратить на себя внимание.
- Раз...два...три.... раз... два... собачка не побежит. Собачка должна бежать...- Поднявшись на ноги, парень повернулся. Из-за бьющего в глаза света он попятился и чуть не приземлился на задницу. - Собачка побежит?
- Что ты там несешь? Больной что ли? весь в крови перепачкан... что там у тебя?
Свет, наконец, перестал светить в глаза и теперь обнажал взору месиво, располагающееся у ног Вани. Стоявший с фонарем незнакомец был одет в униформу, с вышитой на груди надписью "Городская свалка №2". Это был ночной сторож.
- Твою мать... - Почти шепотом произнес он. - Больной ублюдок... это-же Раффи. Это же мой пес. Ты от Дэна? От этого выродка?
Ваня стоял, опустив голову, как-то не естественно сгибая пальцы рук и издавая непонятные булькающие звуки своими пухлыми губами.
- Да, ты от Дена, конечно... он грозился что сделает это. Но что отправит на это пацана... убить мою собаку... тебе сколько? Лет 15? Черт, да ты же просто больной... ты же умственно отсталый... - Сторож сделал несколько шагов на сближение с мальчиком.
Ваня на мгновение отвлекся, из-за раздавшегося где-то вдалеке звона автомобильной сигнализации, как вдруг грубые мужские руки впились ему прямо в шею. Оба повалились на фарш из мертвого пса.
- Тварь! - Заверещал сторож. - Раффи был... Раффи жил со мной десять лет! Ты убил его! Убил моего пса! Передай дену! Передай этому больному сукину выродку, что может затолкать свою наркоту себе в...
Паника и крики утихли одномоментно, как и начались. Сторож повалился на бок и плюхнулся на спину рядом. Из его шеи торчала длинная тонкая ржавая металлическая труба, которую мальчик успел вытащить из сумки до того, как мужчина задушил бы его на смерть.
- Три! Четыре! Три! Тринадцать! Раз! два!!! - Ваня вскочил на ноги, поправляя свои очки. Кровь как из крана выливалась из открытой раны убитого, разбавляя густоту месива из Раффи. Мальчик стал пятиться назад. Его лицо постоянно менялось в невообразимых гримасах то ужаса, то удивления, а то и вовсе расплывалось в улыбки. Пальцы рук то искажались, то сжимались в кулаки. На небе что-то сверкнуло и, спустя несколько секунд, тишину оборвал раздавшийся гром. Почти синхронно на горы мусора обрушился дождь, смывая кровавые следы с лица мальчика.
Пятясь назад, он уже развернулся и собрался покинуть место убийства, как вдруг замер. За его спиной зазвучал еле слышимый металлический скрежет. Холодный ветер всколыхнул Ванины уже промокшие насквозь кудри. Бесконечная смена образов, всплывающая на его лице - остановилась. Теперь, он просто улыбался. Как ребенок, которому только что дали долгожданную конфету. А, медленно развернувшись, сменил улыбку на сумасшедший оскал. Сквозь шум дождя и ветра, сквозь абсурдность произошедшего, сквозь мясную оболочку невменяемости - Ваня услышал легкое скуление. Мальчик, судорожно дергая плечами, закинул голову так, что теперь капли дожди приземлялись ему на лицо.
«Раз, два... два, четыре...» - Спокойным голосом нашептывал сам себе он. Приятное шерстяное трение почувствовал Ваня у своих ног.
«Три... четыре. Три...четыре... Пойдем домой, Раффи.»
Как-то неестественно гавкнув, собака метнулась и скрылась во мраке соседних кустов, исчезнув из виду. Ваня тяжело вздохнул и помахал собаке в след.
Толстый неуклюжий силуэт, рисуемый светом дальних огней, медленно неспешно направился по направлению дома.