после полуночи
Тиканье старых часов в коридоре казалось слишком громким. В доме вообще всё было громким: ветер, стон половиц, даже тишина. Всё жило своей жизнью, и Алина чувствовала — это не просто эхо старого дома. Это наблюдение.
До полуночи оставался час.
Всё это время она пыталась убедить себя, что не будет открывать ящик. Но он притягивал её, будто звал. Почти как шёпот в стене… только громче. Почти настойчиво.
23:59
Она сидела на полу кухни. Ключ от ящика она нашла под одной из плит в коридоре — как будто его кто-то специально оставил там для неё. Руки дрожали.
00:00
Щелчок замка прозвучал, как выстрел. Крышка со скрипом откинулась. Внутри:
— Дневник в кожаной обложке,
— Крошечная шкатулка из чёрного дерева,
— И локон рыжих волос, завёрнутый в старую ткань.
Алина взяла дневник. Почерк был неровный, будто писали в спешке.
"1974 год. Лидия. Запись первая."
> "Этот дом... он не отпускает. Он кормится с нами. Мама говорила, что всё началось ещё с бабушки. Здесь не просто темно. Темнота — это существо. Оно говорит со мной. Я боюсь спать. Я боюсь, что однажды не проснусь..."
Алина пролистнула дальше. Чем больше страниц, тем безумнее становились записи: рисунки знаков, фразы, написанные на латыни, и повторяющаяся мольба — "Не смотри в зеркало. Не слушай стены. Не открывай подвал."
Алина замерла.
Подвал.
Она не знала, что в доме есть подвал.
Как по команде, с задней части дома донёсся глухой скрип — будто кто-то открыл тяжёлую дверь внизу. Потом шаги. Медленные. Гулкие.
И шёпот.
На этот раз — громче. Почти различимо:
> "...иди за мной..."
Алина закрыла дневник. Посмотрела на тёмную лестницу, ведущую вниз. Воздух стал холоднее. Лампочка в коридоре мигнула.
Сердце бешено стучало.
Она сделала шаг.
И ещё один.
Дом звал её.
И в этот раз она собиралась ответить.