3
За три месяца до того случая, я договорился со своими друзьями о встрече в нашем домике после школы, чтобы спланировать выходные. Мы решили провести их вместе, что делали довольно редко. Я шёл, помнится мне, с полу-почти пустым рюкзаком на одном плече по улице, а в левой руке держал только что купленный комикс, который регулярно покупал у старого Марло. Он делал мне неплохую скидку, потому что знал меня и мою маму. Марло утверждает, что когда-то, лет двадцать назад, когда он был ещё преисполнен мужской силой и харизмой, встречался с моей мамой, но она об этом не помнит. Обидно, что ж.
– Откройте, это Тодд, – крикнул я, и дверь в нашу штаб-квартиру открылась. Этот домик раньше принадлежал одному сторожу, охранявшему частную территорию некого Мистера Доуса, но в 50-х частность этого мистера Доуса снесли, но о квартирке сторожа словно позабыли. За годы домик потерпел многое: детишки любили порезвиться в заброшенных местах. Мы привели его в порядок своими руками всего лишь за несколько дней, потея и пыхтя от работы. Скрепили несколько досок ржавыми гвоздями, которые Стив еле как нашёл в гараже отца, а крышу накрыли пластмассовыми листами. Конечно, такой домик не был предусмотрен от дождя, так как дерево впитывало влагу, и поэтому нам приходилось сидеть на старых газетах и журналах. Единственное окно, которое было разбито, мы закрыли чёрной тканью, потому что Вестон был суеверным трусом.
– Нельзя, чтобы в доме находилось разбитое окно. Это плохая примета! – говорил Вестон, доставая из сумки ткань, а мы, удивленно посмотрев друг на друга, поняли, что это очередная странность Вестона.
Дверь окончательно поломалась. Зато мы придумали ей замену. Мы прикрепили гвоздями деревянную доску, которая едва напоминала дверь. Я хоть как-то пытался обустроить наше жилище, повесив наши совместные снимки, но ребятам эта идея показалась чересчур девчачьей. Теперь стены нашего укромного местечка украшали постеры знаменитых звёзд рок-н-ролла, голливудских кумиров подростков и, – конечно, без этого никак – голых женщин, на которых настраивал Стив, утверждая, что это сделает домик более мужественнее.
Я был привязан к этому домику в глуши леса лишь потому, что любил каждую ночь после дождя заходить в нашу обитель, когда запах мокрого дерева ещё не успевал до конца выветриться, а прохладный ветерок пронизывал все моё тело, и я, удобно устроившись, накрывался старым пледом и мечтая о чем-то, или размышляя, почему небо синее, или зачем дырочки в сыре, или куда падает заезда, когда мы загадываем желание, где живёт Бог, почему нет жизни на Марсе, или как появляются дети. Последнее меня интересовало меньше всего, потому что постеры на стенах дали ключ к этой тайне.
Я сел в углу и, посмотрев одним глазком только что купленный журнал, взглянул на Стива, который не спеша курил сигарету и пускал кольца из дыма. Его светло-каштановая шевелюра была причесана назад, словно у Элвиса Пресли, а когда дул лёгкий ветерок, на его голове волосы небрежно растрёпывались.
– Привет, Тодд. Не хочешь сыграть со мной в карты, а то Вестон уже на нуле, – предложил мне Стив, обнажая все свои зубы.
– Ничего я не на нуле! Просто хочу оставить себе на новый журнал, – прорезал Вестон почти обиженно. Но все мы знали, что никто не станет обижаться на шутки.
Позже я заметил Эвана, который курил в углу домика, задумчиво смотря в отверстие между полом и стеной. Минутой позже я заметил фингал под левым глазом. Он был темно-фиолетово цвета и выглядил довольно неестественно, словно Эвана загримировали для какого-то боевика, снятый для подростков.
– Это его кто так? – почти шёпотом спросил я у Стива.
– Да папаша его узнал, что Эван украл у соседки деньги, а этот фингал – знак того, что отец побеседовал с ним, – таким же тоном ответил Стив. – Эй, Эван, давай с нами!
Эван встал и, вертя в руке подожженную сигарету, сел с нами.
– Есть бутылка коки?
– Нет. Этот выпил, – ответил Стив, указывая на Вестона.
– Так какие планы на выходные? – не выдержал я, потому что хотел побыстрее пойти домой. Сегодня мне не здоровалось.
– Давайте посидим у меня? – предложил Вестон. – Мои предки уезжают на выходные с младшим братом в Мехико.
Родители Вестона любили путешествовать. Они были в самых красивых и экзотических странах мира и коллекционировали магниты, купленные во время путешествий, собирали сувениры, хранили огромное множество снимков, где они по традиции они фотографировались всей семьёй у достопримечательностей города.
– А ты что с ними не поехал? – спросил Эван.
– Не хочу пропускать учебу, – ответил он, и мы все громко рассмеялись, за исключением Вестона.
– Ты круглый придурок, раз не поехал! – смеясь, говорил Стив.
– Ничего не придурок! Сейчас время такое, пропускать нельзя.
Я всегда поражался излишней ответственностью Вестона. Перед открываются страны, а он сидит в грязном, и почти разрушенном домике в глуши леса со своими друзьями, которые топят его ко дну.
– Ну всё, решили! Встречаемся в восемь у Вестона, – подытожит Стив, закуривая ещё одну сигарету.