8
6 апреля.
До убийства остался месяц.
До моего дня рождения остался месяц.
До маминого ареста остался ровно один месяц.
После смерти того бродяги мне снился сон, в котором я лежал на зеленой густой траве в лесу, где не было ни единого дерева: сплошная зелень. Солнце пекло, отдавая лучи, а легкий ветерок, который овевал цветы, нежно дул по лицу. Я лежал с закрытыми глазами, положив руки в стороны ладонями вверх, и вслушивался в пение птиц. Чувство будто я в раю окрыляло меня, и я был уже готов умереть ради такого места. На небе вдогонку бежали облака, которые напоминали мне те или иные животные. Вот то похоже на кролика, – представил себе я. Вдруг ко мне действительно подбежал белый кролик. Он смотрел на меня своими черными глазами, которые меня вовсе не пугали. Я погладил его и надорвал ему немного травы, он доверчиво ел ее с моей руки.
Все вокруг благоухало. Бабочки перелетали с одного цветка на другой, слышно хлопая крылышками. Они летали вокруг меня, создавая барьер, в котором я нуждался. Я чувствовал себя легко. Нирвана, умиротворение, небытие – слова, описывающие меня в тот момент.
Но вдруг атмосфера блаженства, лёгкости сменилась на мрачное, ужасно-траурное. На горизонте виднелись тучи, а гром безостановочно гремел, пугая животных и птиц. Все тут же исчезло. Я видел на траве мертвых бабочек. Видел, как цветы завяли. Слышал, как умирает в мучениях кролик. Я наблюдал, как умирает природа.
Также я видел кровь, которая медленно стекала с меня струями.
Я умирал.
Я проснулся в холодном поту, пытаясь прийти в себя от этого кошмара. Минуту-другую я просто лежал и смотрел на трещины в потолке, ни о чем не думая. Я уже привык к кошмарам, но этот я прокручивал у себе в голове несколько раз и медленно уже забывал все детали. Сон – нечто таинственное, загадочное, не поддающиеся здравому смыслу. Цель его – рассказать, предостеречь, указать. Наша – понять его правильно. Но не каждый способен к этому.
На часах было около пяти часов ночи. Я наблюдал рассвет за окном, лёжа в своей кровати, уже до конца забыв о кошмаре. Ветки деревьев раскачивались от ветра, стуча по стеклу моего окна. Начался мелкий дождь, который спустя десять минут кончился. Я наблюдал, как мой сосед Эдам бегал, весь вспотевший и поредевший, но продолжал это делать. Ему было около 65-ти, но он все равно каждый вечер садился в свое кожаное кресло с бутылкой виски, а утром вставал на пробежку.
Незаметно для себя я засыпал. Нет, мне не снился очередной кошмар, от которого я вздрагиваю, а сознание уже не отличает реальность от сна. Я мечтал. Мечтал о нормальной полноценной семье. Мечтал о здоровой матери. Мечтал иметь верных друзей. Мечтал обо всем, чего у меня нет. Моя мама когда-то сказала, что, имея лишь семью, мы захотим денег; имея деньги, мы захотим власть, а позже, когда у нас будет в руках всё, что хотели, мы потеряем смысл жизни. Поэтому я всегда о чем-то мечтаю, потому что я хочу жить.
Прозвенел будильник, и я машинально выключил его, высунув руку из-под одеяло. Меня пытался разбудить Тру, вылизывая меня, но я лишь отмахивался от него. Я был подавлен, но я встал с постели. Я застал свою мать за вязанием. Она вязала старыми проржавевшими спицами, которые она хранила в шкатулке. Окликнув её, я долго ждал ответа, но он не последовал.
Я зашёл на кухню и понял, что на завтрак ничего нет. В холодильнике были просроченный сыр и прокисшее молоко, а в углу лежало что-то наподобие хлеба. Я был зол. Закрыв дверцу, я захватил свой рюкзак и пулей выбежал из дома. Пройдя некоторое расстояние, я пригляделся на тропинку, ведущая к железнодорожным путям. Я чувствовал себя подавлено, тело было горячим, а голова раскалывалась. Дорога, по которой ты идёшь, словно исчезает из под твоих ног. Я просто шёл, не понимая зачем.
Случались ли так, что кто-то вас словно зовёт?
Со мной случалось.
Я последовал туда.