10 глава (Мэдди)
Тьма медленно затягивала меня в сон, но я чувствовала, как воздух в комнате меняется. Он стал холодным, густым, словно дышать стало тяжелее.
Я лежала с закрытыми глазами, но сердце било тревогу.
В этом жутком молчании я почувствовала, как рядом кто-то появился. Не было звука, ни шагов, ни дыхания. Только ощущение присутствия.
Он был там.
Дэймон.
Я даже не успела повернуться — он уже наклонился надо мной, и его дыхание скользнуло по моей коже, обжигая и пугая одновременно.
— Прости... — прошептал он так низко и хрипло, что каждое слово дрожало у меня в груди.
И в тот же миг я почувствовала резкий, острый укол в шею.
Он вонзился в меня без предупреждения — хищно, грубо, словно голодный зверь.
Я вскрикнула, но звука не вышло. Только дрожь по телу и беспомощный вздох.
Его клыки пронзили кожу, словно горячее лезвие, и я ощутила, как кровь начала течь, медленно и жадно втягиваясь в его рот.
Он впивался глубже, прижимая меня к себе, удерживая, будто боялся, что я исчезну.
Моё тело начало сдаваться — между болью и экстазом.
Я чувствовала, как каждый глоток моей крови отдаётся пульсацией в висках, в груди, в животе.
Жар поднимался всё выше, словно я горела изнутри.
Метки на руках вспыхнули и начали ползти вверх — к плечам, к шее, к лицу.
Я почти не могла дышать.
Глаза начали менять цвет, наливаться ярко-красным — адским, чужим.
Он отстранился, тяжело дыша, и на его губах была моя кровь.
Он смотрел на меня так, будто только что получил самое ценное в мире.
— Ты теперь часть меня, — хрипло прошептал он. — Я больше не позволю тебе быть просто человеком.
А я…
Я лежала под ним, трясясь от жара и страха, и всё, что могла, — это чувствовать, как мое сердце становится чужим.
Как я теряю себя.
Он поцеловал меня в лоб, и это было нежно, почти ласково.
Но внутри — всё кричало.
Я стала его.
Теперь — навсегда.
Утренний свет пробивался сквозь шторы, рассекая комнату тусклым холодным сиянием.
Я подошла к зеркалу, не веря в то, что чувствовала.
Моя шея пульсировала.
Я медленно убрала волосы в сторону… и застыла.
Следы зубов.
Глубокие, чёткие, как клеймо.
А вокруг — запёкшаяся кровь, тонкая корка на коже.
И словно изнутри под кожей… что-то менялось.
Я отшатнулась.
Сердце забилось быстрее, руки задрожали.
— Ну как тебе?.. —
Голос раздался за спиной.
Я обернулась.
Дэймон стоял в дверях, опираясь о косяк, как будто ничего страшного не произошло. В глазах — спокойствие.
И улыбка. Та самая, от которой всегда бросало в жар.
Но сейчас — от неё леденело внутри.
— Ты… ты что сделал?.. —
Голос дрожал, я не узнавала его.
— Я ведь… теперь я…
Он подошёл ближе, неторопливо, и заглянул мне в глаза.
— Мышонок… — прошептал он. — Я слишком долго себя сдерживал… слишком долго боролся с этим. Но когда я увидел, как ты спишь рядом… такая тёплая, беззащитная… я просто не смог остановиться.
Он говорил это с хриплой усмешкой.
Не раскаяние — нет.
Он гордился тем, что сделал.
Меня охватила паника. Я начала толкать его в грудь, снова и снова, изо всех сил, словно пыталась стереть саму его близость.
— Верни всё обратно!.. Верни меня!
На кого я теперь похожа?! Что ты сделал со мной, Дэймон?!
Он поймал мои запястья. Легко, без усилия.
Подтянул ближе.
Его глаза загорелись алым светом, и я почувствовала, как по позвоночнику прошёл холод.
— Ты серьёзно думаешь, что перестала быть красивой?.. —
Он склонился к моему лицу, и я ощутила его дыхание на губах.
— Мэдди… милая… ты была красива как человек. Но теперь…
Теперь ты совершенна.
Для меня.
Он провёл пальцами по моим щекам, нежно, почти благоговейно.
— В тебе течёт моя сила.
Ты не просто моя.
Ты — часть меня.
А я…
Я не могла понять, плачу ли я… или смеюсь от ужаса.
Мой взгляд был прикован к своему отражению.
К чужим глазам.
Красным. Горящим. Демоническим.
Я умерла…
И родилась заново.
Во тьме.
С ним.
— Что теперь будет со мной?.. —
Я прошептала, глядя на него, словно в последний раз.
Дэймон стоял напротив, почти растворённый в полумраке комнаты. Его силуэт был опасно красив, пугающе близкий.
Он склонил голову на бок, как будто задумался, а потом хрипло ответил:
— Ты бы хотела попасть со мной в Ад?..
Я вздрогнула от этих слов.
Его голос был низким, медленным, будто обещанием.
— А как же мои подруги?.. Я не могу их просто… оставить.
Дэймон подошёл ближе. Его пальцы скользнули по моему подбородку, поднимая мой взгляд вверх, чтобы я смотрела только на него.
— Ты будешь иногда возвращаться сюда…
Но дом твой теперь там, со мной.
В моём мире.
Где нет правил, нет страха… только ты и я.
Я замерла.
Внутри всё кричало от паники, но рядом с ним — я тонула.
Без воли. Без выбора.
— Пообещай мне… — выдохнула я. — Пообещай, что будешь любить меня всю свою жизнь…
Он приблизился вплотную. Его дыхание обжигало мою кожу.
Потом он медленно наклонился к моему уху, и его голос стал тёплым, но с хищной ноткой:
— Я буду с тобой всю твою жизнь…
Настолько близко, что однажды ты сама захочешь избавиться от меня.
Ты будешь умолять о покое, мышонок.
Но я не отпущу.
Он улыбался — лукаво, дьявольски, будто знал, что и это ты выберешь сама.
Я хихикнула сквозь румянец и мягко толкнула его в плечо.
— Ну и дурак ты. А что подумают обо мне люди?
Он прищурился и, не отводя взгляда, прошептал:
— Они подумают, что ты — самая красивая женщина…
И самая сильная. Потому что только сильная могла выдержать меня.
Мои щёки вспыхнули.
Я отвела взгляд, не в силах сдержать улыбку, но он всё равно видел — я растворялась в нём.
— Хватит… — прошептала я. — Ты меня смущаешь…
А он посмотрел так, будто увидел в моих глазах своё отражение.
И этого было достаточно, чтобы знать — он никогда не отпустит.
Вдруг в тишине раздался резкий щелчок пальцев — звук, такой холодный и острый, что эхом раскатился по всему дому.
И в одно мгновение мир вокруг изменился: стены потемнели, воздух стал густым и тяжелым, словно пропитанным тьмой и жаром пылающего пламени.
Мы оказались в самом сердце ада — мрачной, зловещей комнате, где тени пляшут, а дыхание кажется наполненным чёрной магией.
Дэймон смотрел на меня с неотразимой властью в глазах.
— Теперь, мышонок, — прошептал он низко, — это твой дом.
Я едва смогла выдавить из себя слова, сердце билось так громко, что казалось, оно сорвётся с места:
— Дэймон, я люблю тебя.
Он без лишних слов шагнул ко мне, словно тень, охваченная пылом желания, и его губы слились с моими в страстном поцелуе — жадном, огненном, полном обещаний и запретных тайн.
Каждый его прикосновенный вздох отзывался во мне эхом бурного влечения и холодной бездны.
Когда он отстранился, его глаза горели, а голос стал едва слышным шёпотом, наполненным нежностью и бесконечной страстью:
— Я тоже люблю тебя, моя маленькая… навсегда.
Прошёл месяц с того момента, как моя реальность перевернулась, — и странным образом я уже чувствовала себя частью этого мрачного мира.
Ад, каким его описывают в страшных сказках, оказался не таким уж чудовищным. В нём было много тьмы, но в ней я нашла странное тепло.
Здесь всё казалось мне ближе, роднее…
Как будто моя душа с самого начала принадлежала этой стороне. Не знаю, где я родилась телом, но душа... она будто жила тут всегда, просто спала до пробуждения.
Мне было страшно это признавать, но… здесь я была по-настоящему живой.
Свободной.
Любимой.
Сильной.
А Дэймон... он сиял, когда смотрел на меня. Его ледяные глаза были полны огня, когда я улыбалась. Он будто гордился тем, что забрал меня у мира, который только ломал.
Он сделал для меня всё, чтобы я чувствовала себя не просто нужной — желанной, как богиня, как королева.
И, правда, здесь меня так и называли — Королева Тьмы.
Каждый склонял голову, каждая тень шептала моё имя, будто я не просто его возлюбленная, а судьба этого мира.
Это пугало...
но и влекло одновременно.
Конечно, моя прошлая жизнь не исчезла бесследно.
Мои подруги узнали. Эвелин восприняла всё спокойнее, хоть в её глазах было замешательство. Она пыталась понять меня — и, может быть, даже приняла.
А вот Белла... её злость выжгла всё. Она чувствовала предательство.
Со временем наша группа распалась. Мы больше не были "Охотницами". Теперь — просто разные дороги, пересекавшиеся в прошлом.
Но даже с этим я не чувствовала боли.
Я нашла себя.
Я больше не притворялась. Не жила в страхе. Не прятала свою суть.
Я вспоминала детство — те редкие моменты тёплого счастья, до того как мир начал рвать меня на части.
И вот впервые за столько лет я снова чувствовала это:
спокойствие.
тепло.
дом.
Может, иронично, что я нашла это не на земле, а в самом центре ада…
но именно здесь я впервые стала собой.
Под всей этой историей я хочу сказать только одно...
Мамочка, если ты где-то там, слышишь меня —
прости меня.
Прости за то, что я полюбила демона…
и за то, что стала такой же, как он.
Я знаю, ты бы никогда не хотела для меня такой судьбы.
Ты мечтала, чтобы я жила в свете, среди добра, под солнцем, а не в мраке, где цветы растут из крови, а любовь пахнет огнём и пеплом.
Но я не смогла. Я не смогла уйти от него.
Он стал моим дыханием. Моей болью. Моей вечностью.
И, как ты всегда мне говорила —
"Не всегда надо выбирать умом. Иногда нужно просто... послушать своё сердце."
Я так и сделала, мам.
Сердце выбрало его.
Даже если это значит навсегда уйти от всего, что я знала.
Даже если это значит — потерять всех, кроме него.
Просто знай: я любима.
Я не одна.
И я счастлива… даже если этот путь ведёт меня в самые глубокие тени.
~КОНЕЦ КНИГИ~