Глава 37. Так не пойдет, нужно удвоить
Духовная бабочка главы Сюан Тьсина присела на груди Лу Тинтьсиня, превратившись в ледяной голубой духовный поток и слилась с нефритовой табличкой.
Энергия нефритового жетона пополнилась, нежно подпитывая сердце Лу Тинтьсиня.
Лу Тинтьсин был полностью сосредоточен на подавлении черного тумана в теле Чон Шуана, поэтому не обращал ни на что внимания и только сейчас ощутив энергию бессмертного Сюан Тьсина, он вздохнул с облегчением, и понял, что чувствует себя некомфортно.
Лу Тинтьсин огляделся и обнаружил, что находится на горе Улян. Позади них гора камней, а впереди дорога, вымощенная частями скелетов.
Бессмертный Сюан Тьсин стоял посреди тропы из Белых Костей, согнув перед собой правую руку и переплетя кончики пальцев, как будто он держал невидимый цветок. Духовная сила, просочившись из кончиков его пальцев окружила присутствующих и на месте трупов, костей и море крови начал образовываться щит, из которого словно мерцающие снежинки посыпались крохотные прозрачные шары, поглощающие омерзительный запах крови.
Ледяные духовные бабочки рассыпались по всему периметру внутри щита, приземляясь на останки демонов и монстров, разбросанных повсюду. При соприкосновении с ними туши и скелеты обращались прахом, развеиваясь по костяной тропе.
Лу Тинтьсин был немного ошеломлен. Он посмотрел на падающие переливающиеся светом шары, летающих духовных бабочек и белые кости, которые, казалось, были начисто вымыты и в голове промелькнула мысль, что всего за несколько минут, глава ордена превратил эту местность с месивом из крови и трупов в туристическую достопримечательность.
Некоторые Духовные бабочки разбрасывали по поверхности что-то наподобие семян и через мгновение, сквозь кости и на их поверхностях проросли живые цветы фиолетового цвета, которые сразу же распустились.
«После того, как вы коснулись глаз статуи, Хе'эр, Молодые драконы и я были выброшены из ловушки. Так же вырвалось большое количество демонических тварей, и некоторые из них прорвались сквозь дверь щита. Попав сюда, Хе'эр расправился с большинством монстров, а я просто вычистил это место.» - Объяснил Сюан Тьсин, его мягкий взгляд был направлен на Лу Тинтьсиня, выражая беспокойство.
«Тинтьсин, ты столкнулся с демонической энергией в формации, верно?»
«Да», — Лу Тинтьсин почувствовал, как что-то тянуло его за подол одежды, и посмотрел вниз.
Два одинаковых зеленых дракончика уменьшились в размерах, превратившись в стройных и миниатюрных крох: один слева и один справа, кусали подол одежды Лу Тинтьсиня.
Первый малыш, сквозь набитый одеждой рот пробормотал:
«Наконец-то ты вышел. Мы так долго ждали, а ведь уже почти пришло время выдвигаться.»
Голос Лон Хая был громче, и он, покачав головой сказал:
«Брат, всё. мы поймали нашу принцессу, уходим!»
«Держитесь подальше от моего Наставника!» Чон Шуан не мог больше этого терпеть, сделав жест руками, из них вылетели две духовные веревки и обвили дракончиков, затем потянул их на себя, заставляя тех отпустить одежду старейшины.
«Ты, паршивец...» Лон Дьзян превратился в молодого человека и порвал путы Чон Шуана. Его холодные светло-серые глаза посмотрели на юношу, от гнева он понизил голос:
«Брат, взгляни-ка».
Реакция Лон Хая была более замедленная, и он не трансформировался, лишь трепыхался в путах и бранился, проигнорировав слова брата.
Лон Дьзян схватил метавшегося крохотного зеленого дракона, вырвал из веревки, вытянул руку ткнул брата в сторону Чон Шуана, указывая на шею.
«Это, это, это?» Лон Хай замер, наклонившись вперед, как змея, почти утыкаясь глазами в горло Чон Шуана.
Золотая чешуя на шее юноши отражала свет, напоминая драгоценный камень в солнечных лучах.
Лу Тинтьсин сказал Сюан Тьсиню:
«Учитель, мы встретили в магической формации черно-золотого дракона. Он назвал себя королем Южно-Китайского моря и Континента. Его драконий хвост очень странный: толстый и мощный, покрытый зазубринами, а кончик излучал демоническую энергию.»
«Ин Ян? Он все еще не умер... Я понял. Источник демонической энергии, обнаруженный почти сто лет назад, неожиданно оказался связан с Ин Яном. Я рассмотрю этот вопрос.» - Бессмертный Сюан Тьсин глубоко задумался и пояснил Лу Тинтьсиню:
«Поговаривали, что это было древнее поле битвы, а гора Улян была первой крепостью, которую король Дракона Южно-Китайского моря захватил на севере. Когда-то это место было очень процветающим, но сюда пришел клан Дракона. Задний склон превратился в руины. Ин Ян был Королем Драконов Южно-Китайского моря. После победы его положение, и так на тот момент было шатким, еще более ухудшилось, так как начал сражение с самим Императором. Они сражались в последней битве и в конце концов погибли вместе.»
Лу Тинтьсин слышал о битве при драконе Ин из книг и от своих старших братьев, но его немного смущало время происходящего.
«Так в долине лекарей, та лоза у брата Ли.. это.. с тех времен?»
Сюан Тьсин сказал с улыбкой:
«Нет это произошло немного позже. Дворец Дракона в Южно-Китайском море не смог отвоевать господство, и долгое время было тихо. После этого Дворец Дракона в Северном море ХайДон вызвал еще один переполох. По поручению императора я перешел с контролирования юга, на север. Сухожилие, которое ты видел недавно, — это, можно сказать приятный сувенир с той битвы. Ли Сан говорил, что ты жил в Долине Лекарей. Как там? Было довольно тепло?»
Улыбка Сюан Тьсина стала немного шире, и он сказал братьям дракончикам:
«Малыши, я знаю, что вы хотите скорее забрать Тинтьсиня, но прежде чем уйти, Скажите мне, куда вы направляетесь, или я буду следовать за вами всю дорогу и встречусь с старейшинами клана драконов на беседу.»
Лу Тинтьсин похолодел.
Лон Дьзян и Лон Хай почувствовали явную угрозу. И Лон Хай закричал:
«Я ничего не скажу, просто сражайся! Давай!»
Лон Дьзян яростно встряхнул головой, одним движением превратился в маленького дракона и медленно направился в сторону Сюан Тьсиня.
«Если тебе есть что сказать, просто скажи это, не делая резких движений», — лениво сказал Лон Дьзян, кончик его хвоста превратился в остроконечную линию, указывая на горло Чон Шуана, — и продолжил:
«Ну а если хочешь подраться или убить нас, то почему бы не начать с этого парня??? Он ведь полукровка...»
Лицо Чон Шуана изменилось, и он схватился за шею. Его горло все еще было сухим и хриплым, и каждое произнесенное им слово причиняло боль.
«Глава, Руководитель ордена, ученик никогда не обманывал, этот ученик...»
«Чон Шуан, поднимайся, — прервал Сюан Тьсин мягким голосом, — Твой наставник рассказал мне, что ты просто бедный ребенок, вы с этими драконами совсем разные. Я убивал только злых и жестоких. Просто практикуйся со спокойной душой. Эти чешуйки нашли в формации?»
Лу Тинтьсин заметил, что Чон Шуан охрип и не может говорить, поэтому ответил за него:
«Черный дракон в магическом пространстве одарил его эти, раньше подобного не было.»
«Красавчик, в таком случае ты можешь взять этого ублюдка с нами», — сказал Лон Дьзян.
Когда Лу Тинтьсин услышал эту фразу, то молча посмотрел на дракона.
Под взглядом Лу Тинтьсиня серебристо-зеленая морда Лон Дьзяна покраснела, затем посинела, и он отводил взгляд в разные стороны, зависнув в воздухе.
Лу Тинтьсин передал Сюан Тьсиню мысленное сообщение:
«Что-то не так с этой чешуей. Черный дракон сказал, что она поможет захватить Южно-Китайское море. Лон Дьзян явно знает всю подноготную».
Лу Тинтьсин заметил, что изменение отношения Лон Дьзяна к Чон Шуану было слишком странным. Тон Лон Дьзяна был пренебрежительным, когда он впервые упомянул о смешанной крови, а затем, когда пригласил их двоих присоединиться к нему, стал более напряженным и испуганным.
Старейшина задумался:
«Лон Дьзян и Лон Хай появились здесь как представители некоего Дворца Дракона, не называя принадлежность вслух, скорее всего они обладали какой-то информацией. Прилетели сюда исследовать, то что находилось в магической формации.
Лон Дьзян и Лон Хай продолжали говорить о каком-то «дяде», так что они, должно быть, потомки какого-то главы из клана Дракона. Отправили такого маленького дракончика, которого легко обмануть и у которого совсем нет опыта. Это означает, что информация из данного массива очень важна и не должна распространиться, ее доверяют только высшим уровням клана. И эту информацию нужно донести напрямую «дяде»...
Действительно ли эта золотая чешуя является тем, о чем сказал Черный Дракон, доказательством того, что он может захватить Южно-Китайское море?»
Бессмертный Сюан Тьсин в ответ передал сообщение Лу Тинтьсиню:
«Захватите Южно-Китайское море? Пиздеж!».
"Глава, как так-то? Ты похож на благородного молодого господина, как можешь говорить подобные грязные слова!" Глаза Лу Тинтьсиня слегка расширились, и он в ужасе посмотрел на Сюан Тьсина
На лице бессмертного главы появилась невинная улыбка, он вытянул белые нефритовые пальцы и провел по адамову яблоку Чон Шуана, прощупывая чешуйки. Он слегка потер их, но потом остановился.
Глава поднял обе руки, собрав их в форме бутона и на кончиках начала собираться ледяная мощная энергия.
«Лон Дьзян, Лон Хай, позвольте мне спросить вас в последний раз, из какого вы Дворца Дракона?» Сюан Тьсин спросил с угрожающей улыбкой.
«Восточно-Китайское море!» Лон Хай задрожал и закрыл глаза от унижения.
«Южно-Китайское море», — ровно ответил Лон Дьзян, его стройное тело вытянулось в прямую струну.
«Это прискорбно. Я поклялся, что если увижу Дракона Южно-Китайского моря, я обязательно...» Сюань Цин резко остановился...
«Южно-Китайское море нет нет.. я ошибся», — Лон Дьзян в отчаянии свернулся в тонкий торнадо. «Восток.. Восточно-Китайское, мы добрые драконы Восточно-Китайского моря... мы не убиваем и не воруем. Максимум выходим на берег чтобы закупиться едой или тканями. Бог-Дракон свидетель, я соврал, меня даже судорогой свело.»
«Хорошо, пойдем», — Лу Тинтьсин посмотрел на Лон Дьзяна и кивнул.
Первым выбором Лу Тинтьсиня было отправиться в Восточно-Китайское море, а затем попытать счастья в Северном море. Он все равно не собирался идти в Южно-Китайское море. Но теперь, когда Лон Дьзян и Лон Хай проводят его прямо до двери у Лу Тинтьсиня поднялось настроение. Он посмотрел на Чон Шуана и подумал, что у этого ребенка скоро появится возможность трансформироваться, и он сможет снять с себя тяжелое бремя, поэтому выражение лица смягчилось.
Чон Шуан до сих пор не мог привыкнуть к мягкости Лу Тинтьсиня. Когда Старейшина посмотрел на него, лицо парня внезапно залило румянцем, а из ушей как будто повалил дым.
Бессмертный Сюан Тьсин обратил внимание на выражение лица Лу Тинтьсиня и почувствовал непривычное ощущение в своем сердце. Он слегка нахмурился, но не сразу заговорил, а осторожно похлопал себя по ладоням, чтобы оторвать взгляд от Лу Тинтьсиня.
«Тебе нужно, чтобы я отправился с тобой в Восточно-Китайское море?» — спросил Сюан Тьсин.
«Нет.»
Лу Тинтьсин и дракончики ответили хором. Чон Шуан также ответил про себя, но не высказал вслух.
Лу Тинтьсин не хотел прерывать путешествие Сюан Тьсина, и он хотел сделать по максимуму все что в его силах в одиночку. Лон Дьзян и Лон хай не могли дождаться, чтобы немедленно вырваться из этого духовного щита и оказаться как минимум за полконтинента от этого Главы ордена, а Чон Шуан просто хотел побыть наедине с Лу Тинтьсинем, и чем больше времени, тем лучше.
Сюан Тьсин Бессмертный стоял немного расстроен испуская темную ауру, разливающейся вокруг него.
«Хорошо, я собираюсь найти старых друзей и узнать источник слов Ин Яня и злого духа. Тинтьсин, Восточный дворец — самый дружелюбный Дворец Дракона для людей, но не теряйте бдительность и будьте осторожны во время похода.»
«Понял», — кивнул Лу Тинтьсин.
«Позже я дам тебе несколько советов относительно того, что ты хочешь сделать. Но теперь ты, вероятно, не захочешь слушать такого старика, как я...»
«...Учитель», — сказал Лу Тинтьсин.
Чон Шуан пристально посмотрел на мелкого дракона. "На что ты пялишься? Наставник, ну вы это видите?"
После того, как два дракончика услышали, что Лу Тинтьсин последует за ними, они начали плавать в воздухе, а глаза были прикованы к лицу Лу Тинтьсиня. И когда заметили, как затрепетали ресницы старейшины при разговоре с главой, как его лицо смягчилось, холод во взгляде растаял, они забарахтались еще быстрее.
Бессмертный Сюан Тьсин улыбнулся, достал свой талисман передачи речи и постучал по нему кончиками пальцев.
Талисман тут же загорелся теплым свечением, как будто кто-то ждал ответа. С другой стороны, настойчиво раздался ясный голос:
«Отец-наставник! А как там Сяо Ву? Как Сяо Ву? Ранее ты говорил, что они еще не вышли, а сейчас?»
Глава ордена посмотрел на старейшину, как бы подбадривая.
Лу Тинтьсин глубоко вздохнул и позвал:
«Старший брат».
Голос на другом конце талисмана затих, и послышался звук шуршания одежды.
Зная Е Вангуя, Лу Тинтьсин понял, что тот сейчас нервно потер лицо.
Внезапно послышался тихий звук. Апельсинка хныкала и шмыгала:
«Луууу Тинтьсин, Лу Тинтьсин, Лууу Тииинтьсин...»
«Что случилось?» — спросил Лу Тинтьсин.
А-нуо была чрезвычайно чувствительна, она услышала напряжение и беспокойство в голосе Лу Тинтьсиня и расплакалась.
«Я скучаю по тебе, я так скучаю по тебе, я скучаю по тебе, Тинтьсииин, я скучаю по тебе! Я больше не хочу учиться, уууууу...»
Лу Тинтьсин: «...Подожди минутку и позови старшего брата Е».
После некоторого возни А Нуо превратилась в зверька и ее унесли. Е Вангуй сложил руки вместе и тихо прошептал:
«Апельсинка тебя сейчас не слышит. Тинтьсин, что случилось, с тобой все в порядке?»
«Сколько времени в день ей нужно, чтобы учиться? Это сложно?» - Лу Тинтьсин понизил голос.
Е Вангуй с грустью ответил:
«Если с ней не играть целый день, то мех духовных зверей в Долине Лекарей будет выщипан и животные облысеют. Я пробовал много способов, но максимум, что я могу сделать, это пол часика после игр, заставить ее послушать, «Десять вопросов от Дуншаня» и мы их еще не закончили даже на половину.»
«...По сравнению со мной, прогресс намного хуже, Старший брат, это не сработает. Я хочу, чтобы ты попробовал иные способы в течение следующих нескольких дней. Объем обучения должен быть увеличен в два раза!» - Лу Тинтьсин холодно вынес вердикт.
---
Автору есть что сказать:
Спасибо, маленькие ангелочки за каштанчики~
Спасибо за вашу поддержку, я буду продолжать усердно работать
---
Отсебятина переводчика:
В Китайском языке есть такое слово - 放屁 fàngpì – фанпи – буквально означает – пукать, выпускать газы, но его используют как ругательство –Чушь, вздор, бредятина! Я думаю у нас бы это назвали – пиздеж!
И мало ли захотите сказать спасибо за мой труд, принимаю не только письменно, но и на карточку 😊)) Сбер 2202 2067 4695 8904