Глава 56. 'Весна'
Лу Тинтьсин одернул руку, как будто обжегся. Затем прикрыв рот рукой несколько раз кашлянул, пытаясь встать.
Маленький драконыш оказался шустрее, чем Лу Тинтьсин. Его опущенные уши дрожали, он в замешательстве поднял голову и затараторил:
«Наставник, ты плохо себя чувствуешь?» Скорее отдохните. Наставник..."
«Не называй меня так».
«Простите, Бессмертный Господин...» Маленький черный дракон поднял хвост и ударил себя по лицу:
«Я не могу это контролировать, так горячо...»
«У тебя гон. Твой вид может испытывать подобное иногда. Ты можешь спрятаться от людей и пойти искупаться в холодном источнике на пике Тайчу... нет, забудь об этом, не поднимай шума. Просто оставайся в этой комнате.»
Когда маленький черный дракон увидел, что Лу Тинтьсин встает, он укусил Лу Тинтьсин за рукав и сказал:
«Бессмертный Господин, я потерплю, не уходи. Умоляю, не уходи...»
«Чон Шуан, отпусти!» Лу Тинтьсин повернул голову, чтобы прислушаться к движениям А-Нуо. Он услышал там тихий храп и повернул голову обратно, понизив голос проговорил:
«Запрещено вздыхать громко, не пугай А-Нуо».
«Не издам ни звука. Может ли Бессмертный Господин остаться рядом со мной?» Маленький черный дракон потерся о Лу Тинтьсиня.
«Что я могу здесь сделать?» (п.п – ох социофобушек, у нас много фантазий по этому поводу) Лицо Лу Тинтьсин покраснело, и он сердито сказал:
«Тебе просто надо перетерпеть, пока это состояние не пройдет».
«Это так тяжело...» Слёзы маленького дракончика капали на руку Лу Тинтьсиня.
Лу Тинтьсин прижал горячее тело маленького дракончика к холодной плитке пола:
«Подумай о чем-нибудь другом, подумай о вопросе, который я только что задавал».
«Желаю ... Наставник...» Чон Шуан смутно улавливал слова Лу Тинтьсиня.
«Я тебя просил подумать о другом вопросе».
«Наставник...»
«Кого ты зовешь!» Лу Тинтьсин яростно оттолкнул маленького черного дракона:
«Кто твой Наставник, ты не можешь сказать?»
«Наставник, Наставник, Наставник», — Чон Шуан схватил Лу Тинтьсиня за рукав и крепко прижался к нему:
«Наставник... научи меня быть драконом, Научи меня рунам...»
Лу Тинтьсин дважды потряс рукавами. Но дракоша был тяжелый и стряхнуть его не удалось. Он нахмурился и схватил чтобы оттянуть. Как только мужчина коснулся скользкой чешуи, внезапно дракончик замер, а затем дрожа пополз как геккон вверх, пытаясь взобраться на Лу Тинтьсиня.
«Чон Шуан, хватит. Не нарывайся, а то покромсаю на куски».
Голова маленького черного дракона плыла, а мысли путались. Он не понимал слов Лу Тинтьсиня и подсознательно не осмеливался пошевелить нижней частью тела. На какое-то время он просто свисал с одежды Старейшины.
Внезапно его пронзил странный импульс и сквозь боль прошла волна удовольствия:
«Наставник, хорошо, но странно. Я думаю...»
"Ты думаешь..?"
«Я не знаю. Хочу Наставника... Хочу...» Маленький черный дракон вздрогнул и съежился, кончик его хвоста быстро завилял.
«Чон Шуан, — нахмурился Лу Тинтьсин, — ты осознаешь, что говоришь или делаешь? Твоим разумом управляет желание. В будущем у тебя еще будет возлюбленная и секс. Если ты своим поведением будешь причинять вред другим невинным людям, то тебя не оставят в ордене Сюантьсин.»
«Инстинкт...» — повторил Чонг Шуан, его хвост застыл в воздухе от страха, — «Наставник, я был не прав, я знаю, что был не прав, не прогоняй меня, я изменюсь...»
Лу Тинтьсин вздохнул, стянул с одежды разгоряченного драконыша и сжал его между своими холодными ладонями. Маленький черный дракон подобен горящему пламени, который мог согреть своим теплом их обоих.
«Просто остынь и успокойся. Мое тело, наверное, самая холодная вещь в этом доме.»
Хвост Чон Шуана снова ожил, обвив мизинец Лу Тинтьсиня. Он зарыдал:
«Простите...»
«Чон Шуан, твой день рождения зимой, так что тебе уже исполнилось восемнадцать», — Лу Тинтьсин размял дракончика в ладонях, как тесто, —
«Драконыш, я помог тебе трансформироваться. С этого момента ты больше не ребенок в клане драконов, и ты должен нести ответственность. Есть некоторые вещи, о которых тебе придется хорошенько задуматься и отнестись к ним со всей серьезностью. Тебе необходимо будет найти девушку для совместного познания этого пути, понимаешь?»
«Задуматься... совместное познание?»
«Чон Шуан, дослушай меня и не ерзай, будь внимательнее».
«Бессмертный Мастер...» Маленький черный дракон немного ожил и потерся скользким лбом о грудь Лу Тинтьсиня. Изогнутые рога дракона были тупыми и немного грубыми, но не причиняли вреда.
«На всю жизнь...»
Лу Тинтьсин похлопал Чон Шуана и посадил его на пол:
«Если осознал, то сходи помойся.»
Чон Шуан вернулся в свой человеческий облик. Его волосы были мокрыми от пота, а пряди прилипли ко лбу. Взгляд затуманен. Он прополз несколько шагов на коленях и снова ухватился за одежду Лу Тинтьсиня.
«Не будет никаких других. Только с Бессмертным Господином.»
«Чон Шуан!»
«Только с... Бессмертным Господином...»
Лу Тинтьсин присел на корточки и Чон Шуан поднялся немного выше. Он крепко держался за одежду мужчины, как будто все еще был в форме дракончика, а затем крепко обнял его.
«Отпусти», — Лу Тинтьсин попытался оттолкнуть Чон Шуана в грудь, но не смог.
Юноша казался пьяным, тело его было горячим и тяжелым, а сознание неясным. Он уткнулся своим разгоряченным лицом в шею Наставника.
«Лу Тинтьсин, только Лу Тинтьсин...»
Апельсинка во сне перевернулась в своем гнезде из одел и причмокивая губами произнесла:
«У, Тинтьсин, я хочу есть».
Лу Тинтьсин сжал губы в прямую линию и схватил молодого человека за волосы, пытаясь оторвать его горячее дыхание от своей шеи:
«Взрослая детина, а как маленький.»
«Я хочу... Лу Тинстьсин, не уходи, Тинтьсин...» Чон Шуан обнял Старейшину, его тело перестало дрожать, он замер без движений обнимая мужчину, а слезы стекали одна за другой на шею наставника.
Лу Тинтьсин с трудом отполз назад и сел у стены.
Подобно щенку, гоняющемуся за источником тепла, Чон Шуан последовал за ним и с силой бросился на Лу Тинтьсиня. Чон Шуан обнял его, как будто Сокровище, которому никто не сможет навредить, в том числе и он сам.
Чон Шуан прошептала губами: «Лу Тинтьсин...»
Мурлыканье Апельсинки резко прервалось, она попинала лапками одеяло и перевернулась на живот, чтобы продолжить свой сон.
Ранний весенний солнечный свет проникал сквозь окна и падал на открытые страницы книги. В комнате было тихо, если не считать урчания дремлющего кота и слабого скуления Чон Шуана.
Лу Тинтьсин провел по мокрым волосам Чон Шуана. Он открыл свои пустые глаза, покрытые белым инеем, и направил взор в ту сторону, где должна было быть окно.
Спустя некоторое время жар Чон Шуана постепенно утих. К нему вернулся разум, и он смутно вспомнил, что только что сделал.
Тело одеревенело.
Лу Тинтьсин слегка пошевелился.
Чон Шуан внезапно отскочил, отступив на несколько шагов и ударился головой о землю:
«Бессмертный Господин, пожалуйста, прости меня, пожалуйста, Бессмертный Господин, накажите меня!»
«Сначала встань. Перестань биться лбом. Ты мозг отобьёшь и поглупеешь если еще раз ударишься». Лу Тинтьсин прислонился к стене и согнул затекшие руки.
«Иди к тете-наставнице. Когда проснется, попроси ее еще раз прочтите материал, а затем отнеси ее ночевать в долину Целителей.»
«Уважаемы Бессмертный, моя тетя только что проснулась и тут же снова заснула».
«Ух, нет, рано или поздно ей все равно придется прочитать эту книгу», — Лу Тинтьсин помахал рукой и попросил Чон Шуана унести бамбуковую корзину с Молочной Апельсинкой.
Чон Шуан убежал со зверьком прочь, вернувшись обратно так быстро, как только мог. Он принес таз в дом, помог Лу Тинтьсиню дойти до спальни и перенес воду туда же.
«Уважаемый Бессмертный, протритесь». Чон Шуан вспомнил о том, что он только что натворил, и захотел зарыться глубоко под землю.
«Ты уже пришел в себя?» Лу Тинтьсин взял носовой платок и приложил его к шее. Место было влажным от пота и жаркого дыхания Чон Шуана:
«В будущем держись подальше от алкоголя, иначе будешь вести себя подобным образом, как сейчас. Действие примерно такое же. А потом пожалеешь, когда придешь в себя.»
«Бессмертный Господин великодушен... однако, этот ученик... то, что я сказал, искренне».
Чон Шуан покраснел как помидор и прошептал:
«Я не сожалею»
Лу Тинтьсин протирал шею и резко замер:
«Дитя, ты понимаешь, что такое семья?»
«Бессмертный Господин сказал ранее, что я большой...»
«А?»
«Я молод, я еще не зрелый. Пожалуйста, научите меня Бессмертный Господин».
Чон Шуан осторожно взял носовой платок, переданный Лу Тинтьсинем и подготовил еще один, заранее нагрев его.
Лу Тинтьсин положил руки на грелку, чувствуя, что ее текстура не такая приятная как чешуя дракончика, а жар не такой сильный как от его тела крошечной драконистой версии. Поэтому просто отложил ее в сторону.
«Конечно, ты юн, — ответил Лу Тинтьсин, — ты когда-нибудь видел девушку твоего возраста? Сколько раз ты выходил с горы? В Сюантьсин только две женские особи, включая твою тетю-наставницу. Мир огромен. Однажды ты встретишь девушку, влюбишься в нее и станете парой для совершенствования.»
«Я нет.» Лицо Чон Шуана выражало недоумение. Он взглянул на Лу Тинтьсиня и увидел, что мужчина не злится, поэтому он нахмурился и проговорил.
«Где бы ни был Бессмертный Господин, я буду там. Если Бессмертный Господин не будет искать своего спутника для совершенствования, я тоже не буду искать».
«Я искать?»
«Я...», — Чон Шуан закусил губу, оставив на ней отпечаток от зубов и контролируя голос произнес — «Я...»
«Я не знаю...» Чон Шуан вцепился пальцами за край кровати Лу Тинтьсиня, «Пока Бессмертный Господин рад, я...»
«Чон Шуан, не волнуйся так, это всего лишь гипотеза».
«Я хочу навсегда остаться с Бессмертным Господином».
«Почему ты такой упрямый?» Лу Тинтьсин протянул руку рядом с собой и хотел нащупать пушистую макушку парня, но остановился.
«Чон Шуан, вставай, я не прикоснусь к твоей голове, если ты этого не хочешь».
«Простите, Бессмертный Господин». Чон Шуан немедленно выпрямился и осторожно подполз ближе.
«Также не схвачу», — Лу Тинтьсин поднял руки в воздух и наблюдал как световые тени приближаются к кончикам его пальцев.
Лу Тинтьсин осторожно потрогал лоб Чон Шуана:
«Ты так вырос. Однажды ты как птенец вылетишь из гнезда и покинешь меня. А я останусь здесь.»
«Встречаться... Нет. Бессмертный Господин выздоровеет и всегда будет рядом».
Лу Тинтьсин сомкнул губы и ничего не сказал. Кончики его пальцев скользнули по лбу, по прямой переносице и дрожащим ресницам, очерчивая контуры сильно пересохших губ.
Уголки глаз Чон Шуана были влажными. Он нежно взял Лу Тинтьсин за руку и прижал ее к груди, согревая своим теплом.
«Бессмертный Господин выглядит так, будто может уйти от меня в любой момент».
«Бессмертный Господин как-то говорил, что в секретной комнате много книг об обычаях из разных мест. Не хотите попутешествовать и посмотреть? Я буду везде сопровождать Бессмертного Господина. Я полезный и послушный, не пойду ни на восток, ни на запад без вашего слова, могу помочь Бессмертному Господину сходить в магазин и купить игрушек, а еще попутно могу изучать набор рун...»
Лу Тинтьсин позволил ему держать за руку.
«Глаза Бессмертного Господина обязательно будут в порядке, и его тело исцелится. Глава и дяди-наставники тоже ищут путь вашего излечения и обязательно найдут. Бессмертный Господин был терпелив. Мы не сдадимся, и Вы не сдавайтесь...»
Чон Шуан нежно потер грудь Лу Тинтьсиня:
«Бессмертный Господин упоминал этому ученику ранее, что он найдет в жизни свою единственную любовь. Этот ученик раньше не понимал... Но позже я все почувствовал и понял.»
«Я хочу смотреть на Бессмертного Господина, и больше ни на кого другого. Я хочу смеяться, когда вижу, что Бессмертный Господин улыбается, и мне грустно, когда я вижу, как Бессмертный Господин хмурится. Я хочу сделать так, чтобы Бессмертный смеялся – это лучшее, что может быть. Этот ученик глупый, пожалуйста, объясните мне эти чувства получше... хорошо?»
---
Автору есть что сказать:
Благодарности:
Маленькие ангелочки спасибо за каштанчики.
---
Отсебятина переводчика:
ОООО! Ура! Дождались! Давай драконыш! Вперед! Как социофобушек отреагирует?
Название главы обозначает - влюбленность, притяжение ну и тому подобное, как март для котов :)
И мало ли захотите сказать спасибо за мой труд, принимаю не только письменно, но и на карточку 😊)) Сбер 2202 2067 4695 8904