7.
Хосок был одним из самых уважаемых людей в лагере. Его медицинские навыки спасли десятки жизней, а его решимость найти вакцину стала символом надежды для всех выживших. Но мало кто знал, какой ценой давалась ему эта надежда..
В старом подвале, глубоко под одним из зданий лагеря, Хосок вёл свои исследования, которые он не доверил бы никому, кроме одного Тэхёна. Лаборатория была оборудована всем, что удалось собрать за месяцы вылазок: старые медицинские приборы, химические реактивы, несколько компьютеров, работающих от генератора, а главное это три клетки, в которых находились заражённые. Когда-то они были людьми, но теперь от их человечности остались лишь фрагменты. Их глаза были пустыми, тела изуродованы вирусом, а движения резкими и дергаными. Тэхён, хоть и был моложе Хосока, оказался невероятно ценным помощником. До апокалипсиса он учился на лаборанта, и теперь его знания помогали проводить анализы крови, готовить растворы и работать с медицинской техникой. Однако моральная сторона происходящего часто мучила его.
- Мы держим их, как лабораторных животных, - однажды сказал он, глядя на одного из заражённых, который, казалось, пытался вырваться из своих пут.
- А ведь когда-то это были люди. У них были семьи, друзья...Хосок оторвался от своих записей и посмотрел на Тэхёна. Его лицо было усталым, но решительным.
- Да, они были людьми, - сказал он, убирая очки и протирая глаза. - Но сейчас они единственный шанс для нас всех. Если мы не исследуем вирус, если мы не найдём вакцину, то скоро мы будем на их месте. Все до единого.
Тэхён ничего не ответил, но его взгляд оставался тяжёлым. Он понимал правоту Хосока, но это не делало исследования легче. Каждый день начинался с рутинных процедур. Хосок и Тэхён брали образцы крови у заражённых, изучали их под микроскопом, проверяли на реакцию с различными химическими соединениями. Они вводили препараты прямо в тела зомби, наблюдая за их реакцией. Иногда удавалось добиться замедления их агрессии, иногда снижения активности. Но результаты всегда были временными, и вскоре заражённые возвращались к своему прежнему состоянию. Одним из самых пугающих открытий стало поведение одного из зомби, которому была введена новая версия препарата. Спустя несколько часов после инъекции его движения стали медленнее, а взгляд осмысленнее. Казалось, он смотрел на Хосока и Тэхёна с пониманием.
- Ты это видишь? - прошептал Тэхён, отступая на шаг от клетки.
- Да, - ответил Хосок, не отводя взгляда. Он подошёл ближе и наклонился, чтобы посмотреть на зомби через прутья клетки.
- Это... невероятно.
Но момент длился недолго. Заражённый внезапно начал издавать странные звуки, похожие на хриплое рычание, а затем его тело начало дёргаться в судорогах. Хосок быстро среагировал, ввёл ему успокоительное через систему, и зомби затих.
- Мы что-то упустили, - пробормотал Хосок, делая записи в блокноте. Его руки дрожали от напряжения.
- Но это прогресс. Настоящий прогресс.
Тэхён молча смотрел на зомби, тяжело дыша. Он не был уверен, что это можно назвать прогрессом. Тем временем в лагере начали появляться слухи. Некоторые из охранников заметили, как Хосок и Тэхён часто уносят в подвал медицинские принадлежности, коробки с инструментами, даже пакеты с кровью. Однажды кто-то из охранников нашёл капли крови возле двери подвала, ведущей в лабораторию. Шёпот пошёл по лагерю: что скрывает их врач? Чимин и Чонгук тоже слышали эти разговоры. Однажды вечером, сидя у костра, они обсуждали это между собой.
- Ты заметил, как часто Тэхён и Хосок исчезают? - спросил Чонгук, бросая веточку в огонь.
- Да, - кивнул Чимин. - Но я думаю, у них есть причины. Хосок врач. Если он что-то делает, значит, это важно.
- А если нет? - тихо произнёс Чонгук, глядя на друга. - А если то, что они делают, может навредить нам? Может, нам стоит узнать, что там происходит?
Чимин задумался, но затем покачал головой.
- Пока не будем вмешиваться. Если это действительно опасно, мы узнаем. Но я не хочу разрушать то доверие, которое у нас есть. Хосок спас столько жизней, Чонгук. Я не думаю, что он сделает что-то, чтобы нас подставить.
Чонгук молча кивнул, но мысль о странностях всё равно не покидала его голову. В лаборатории время словно замерло. Хосок и Тэхён работали по ночам, чтобы не привлекать лишнего внимания.
Они обнаружили, что вирус меняет не только физиологию тела, но и структуру мозга. Он разрушает участки, отвечающие за эмоции и память, но при этом активирует зоны, связанные с базовыми инстинктами: голод, агрессию, выживание.
- Вирус не просто убивает, - сказал Хосок однажды, глядя на результаты анализа. - Он трансформирует. Он создаёт что-то... новое.
- Но зачем? - спросил Тэхён, листая записи. - Это же не природно. Это как будто... как будто кто-то создал его специально.
Хосок посмотрел на него, но ничего не ответил. Эта мысль часто посещала его самого, но он боялся даже думать об этом. Если вирус действительно создан искусственно, это меняло всё. Однажды, когда они проводили очередной эксперимент, заражённый в одной из клеток неожиданно схватился за прутья и резко дёрнулся, издавая низкий рык. Тэхён вскрикнул, отступив назад.
- Он становится сильнее, - сказал он, глядя на зомби с ужасом.
- Это побочная реакция препарата, - ответил Хосок, пытаясь сохранять спокойствие. Но внутри он тоже был напуган.
Заражённый начал стучать в прутья клетки, и казалось, что сейчас он вырвется.
- Нам нужно его устранить! - закричал Тэхён.
- Нет! - рявкнул Хосок. - Если мы уничтожим его, мы потеряем возможность изучить, как вирус реагирует на препараты. Это важнее, чем риск.
Тэхён замер, но потом покачал головой. Он не был уверен, что Хосок прав, но спорить не стал. Они усилили меры безопасности, но ощущение опасности стало постоянным. Хосок знал, что его исследования были на грани. Он понимал, что если кто-то узнает о его работе, это может вызвать панику или даже поставить под угрозу его жизнь. Но он не мог остановиться. Он чувствовал, что был близок к разгадке, к созданию вакцины. И если для этого нужно было рискнуть всем, он был готов.. .
Хосок, как всегда, проснулся ещё до рассвета. Он не мог позволить себе терять ни секунды. Его рука на ощупь нашла фонарь, и через минуту он уже спускался по узкой лестнице в подвал, где его ждали три заражённых. Тэхён появился чуть позже. Его растрёпанные волосы и красные глаза говорили о том, что он почти не спал, но он не жаловался. Они оба знали, что их работа не терпит промедления.
- Сегодня попробуем новую формулу, - сказал Хосок, показывая на небольшой шприц с прозрачной жидкостью. Внутри содержалась смесь антивирусных препаратов, которые они переработали, добавив туда химические соединения, способные, по их теории, воздействовать на нейронную активность мозга.
- Ты уверен, что это безопасно? - спросил Тэхён, глядя на пузырёк с сомнением. - Последний раз мы едва смогли остановить приступ у одного из них.
- Безопасно? - Хосок усмехнулся, но в его голосе звучала усталость. - Мы работаем с вирусом, который уничтожает человечество. Тут нет места безопасности. Если мы не будем рисковать, мы ничего не добьёмся.
Тэхён кивнул, но его руки всё ещё дрожали, когда он помогал подготовить заражённого для нового эксперимента. Тот был обездвижен ремнями, но его голова медленно поворачивалась, следя за их движениями. Было странно видеть такую настойчивость в глазах существа, лишённого разума.
- Ладно, начнём, - сказал Хосок, вводя иглу в вену заражённого. Препарат медленно попал в кровоток. Они замерли, наблюдая за мониторами, подключёнными к организму зомби.
Сначала ничего не происходило. Сердечный ритм оставался нестабильным, мозговая активность почти не менялась. Но через несколько минут произошёл скачок. На экране появились всплески активности в лобной доле мозга, которая как они думали, была полностью уничтожена вирусом.
- Ты это видишь? - прошептал Тэхён, его взгляд был прикован к экрану. - Лобная доля... она активируется.
- Это невозможно, - пробормотал Хосок, но в его голосе звучала смесь удивления и восторга. Он быстро начал делать записи в блокноте. - Вирус повреждает эту часть мозга почти сразу после заражения. Если мы смогли восстановить её активность, это может быть ключом!
Но прежде чем они успели обрадоваться, заражённый начал дергаться. Его голова резко дёрнулась в сторону, и он издал странный звук, не рычание, как обычно, а что-то похожее на всхлип. Его глаза внезапно сфокусировались на Хосоке, и он замер.
- Это... это осознанный взгляд? - прошептал Тэхён, отступая назад. Его голос дрожал от страха.
- Не может быть, - сказал Хосок, хотя он сам не был уверен. Он шагнул ближе к клетке, пытаясь понять, что происходит. - Это просто реакция нервной системы на препарат. Это не сознание.
Но зомби продолжал смотреть на него. Его губы слегка дрожали, как будто он пытался что-то сказать. Хосок почувствовал, как по его спине пробежал холод. Он включил диктофон и наклонился ближе.
- Ты... понимаешь меня? - осторожно спросил он.
Заражённый не ответил, но его взгляд оставался сосредоточенным. Затем его рот слегка приоткрылся, и из него вырвался странный звук, похожий на шёпот. Тэхён отступил ещё дальше.
- Это... невозможно, - повторил Хосок, но в его голосе не было уверенности. Он быстро сделал пару записей и взглянул на мониторы. Активность в лобной доле снова начала снижаться. Через несколько секунд зомби вернулся в своё привычное состояние: пустой взгляд, хаотичные движения.
- Он... он пытался что-то сказать, - пробормотал Тэхён, всё ещё не веря своим глазам.
- Это мог быть остаточный рефлекс, - сказал Хосок, но его руки дрожали, когда он складывал инструменты. - Или..это было что-то большее.
Они молча смотрели на заражённого, который теперь выглядел таким же, как всегда. Но этот момент остался в их памяти. Если вирус действительно мог восстановить какие-то аспекты сознания, это открывало новые вопросы. Был ли вирус просто болезнью? Или он пытался создать что-то новое?
На следующий день они решили повторить эксперимент с другим заражённым. Этот зомби был женщиной, на вид около тридцати. Её тело уже начало разлагаться, но мозговая активность была относительно стабильной для заражённого. Хосок ввёл ей ту же дозу препарата, что и предыдущему субъекту.
Результаты были похожими: через несколько минут после инъекции началась активность в лобной доле. Но на этот раз зомби не просто смотрела на них. Она начала шевелить пальцами, как будто пыталась что-то схватить.
- Она что-то вспоминает, - прошептал Тэхён, наблюдая за мониторами. - Это не просто рефлекс. Это... память?
- Не может быть, - сказал Хосок, но он не мог отвести взгляда от заражённой. Она подняла голову и снова посмотрела на них. Её губы дрожали, как будто она пыталась произнести слова, но из её рта вырвался только слабый стон.
И снова активность начала снижаться. Через несколько секунд мозг заражённой вернулся в прежнее состояние.
- Это не может быть простым совпадением, - сказал Хосок, закрывая журнал записей. - Два случая подряд. Препарат явно воздействует на мозг. Но что это значит? Это попытка восстановить сознание? Или это просто побочный эффект?
- А если они всё ещё чувствуют что-то? - спросил Тэхён, глядя на женщину в клетке. - Если они всё ещё... живы внутри?
Хосок не ответил. Эта мысль была слишком пугающей, чтобы её обсуждать. Но он знал одно: эти эксперименты стали чем-то большим, чем просто поиск вакцины. Они открывали дверь к чему-то, что Хосок не был уверен, что хочет узнать.
Пока в лагере ничего не подозревали, Хосок и Тэхён продолжали свои исследования. Они знали, что идут по тонкому льду, но каждый новый эксперимент только усиливал их желание найти ответы. Вирус был не просто болезнью. Он был чем-то гораздо более сложным и, возможно, гораздо более опасным.
Но они были готовы рисковать всем, чтобы найти правду. Потому что в мире, где каждый день был борьбой за выживание, надежда была единственным, что у них осталось.