8.
В лаборатории под старым зданием лагеря Хосок и Тэхён снова работали над очередной формулой, которая могла бы стать ключом к спасению человечества. Их дни были наполнены тишиной, прерываемой лишь звуками приборов и хрипами заражённых за прутьями клеток. Хосок понимал, что их работа была необходима, но иногда он ловил себя на мысли, что забыл для чего он пытается всё это сделать. Мир, который они пытались спасти, почти не осталось.
Смотря на мониторы, Хосок вспоминал людей, которые жили в лагере. Он редко видел их, почти не общался, но знал, что в другом конце лагеря Даюн, одна из немногих, кто всё ещё старался сохранить человечность, заботится о детях, оставшихся без родителей. В её руках была жизнь тех, кто ещё слишком мал, чтобы понимать весь ужас происходящего.
Чимин, возвращаясь с очередной вылазки, тоже заметил это. Он видел, как дети играют возле здания приюта, смеются и бегают, словно ничего страшного не происходит. Но среди них был один мальчик, который не играл. Он сидел на ступеньках, обхватив руками колени, и смотрел в одну точку. Его лицо было серьёзным, слишком взрослым для семилетнего ребёнка.
Чимин остановился, его сердце вдруг сжалось. Этот мальчик... что-то в нём показалось ему знакомым. Он не мог понять, что именно, но его взгляд, его выражение лица и всё это напомнило ему о ком-то, кого он потерял.
- Это Минхо, - вдруг раздался голос позади. Это была Даюн, которая стояла с корзиной в руках. Её голос был мягким, но в нём слышались нотки грусти. - Он редко играет с другими. Потерял родителей в первые недели. С тех пор почти не говорит.
Чимин молча кивнул. Его взгляд снова вернулся к Минхо. Он не мог отвести глаз от мальчика. Образ Минхо сливался в его сознании с другим лицом, которое он так долго пытался забыть.
- Можно мне попробовать с ним поговорить? - спросил он, глядя на Даюн.
Она улыбнулась и кивнула.
- Думаю, это пойдёт ему на пользу. Он давно никому не открывался.
Чимин подошёл к Минхо и присел рядом на ступеньки. Мальчик не отреагировал, но Чимин почувствовал, что он заметил его присутствие.
- Привет, - сказал Чимин, пытаясь говорить как можно мягче. - Можно сесть здесь?
Минхо медленно поднял глаза и посмотрел на него. В его взгляде было что-то, что пронзило Чимина до самого сердца. Это был взгляд, который он видел раньше. Взгляд его младшей сестры, Джихён, в тот день, когда всё разрушилось.
- Меня зовут Чимин. А тебя? - продолжил он, стараясь говорить спокойно.
- Минхо, - тихо ответил мальчик, почти шёпотом.
- Приятно познакомиться, Минхо, - сказал Чимин, протягивая руку. Мальчик не решительно пожал её, его пальцы были маленькими и холодными. - Что ты здесь делаешь один?
- Просто... думаю, - пробормотал Минхо, опустив глаза.
Чимин почувствовал, как его горло сдавило. Он вспомнил тот день, когда потерял Джихён. Она была такой же маленькой, как Минхо. Ей было всего девять. Он не смог её спасти.
Смотря на Минхо, Чимин вдруг почувствовал, что видит свою сестру снова. Тот же испуганный взгляд, та же потерянность.
Он быстро вытащил из кармана небольшой кусочек шоколада, который удалось найти на вылазке.
- Знаешь, я нашёл это сегодня. Думаю, ты заслуживаешь попробовать, - сказал он, протягивая шоколад Минхо.
Мальчик удивлённо посмотрел на лакомство, а потом на Чимина. Его глаза слегка расширились, и он осторожно взял шоколад, как будто боялся, что это шутка.
- Спасибо, - тихо сказал он, и на его лице появилась крошечная, но настоящая улыбка.
С этого момента Чимин начал навещать Минхо чаще. Даюн, наблюдая за этим, была благодарна ему. Она видела, что мальчик, который раньше избегал всех, теперь начинал открываться. Однажды утром, когда Чимин пришёл проведать детей, Минхо уже ждал его у двери приюта, сжимая в руках свою старую игрушечную машинку.
- Ты пришёл! - радостно сказал он, его лицо светилось.
- Конечно, пришёл, - улыбнулся Чимин. - Что у тебя там?
- Это моя машинка, - гордо сказал Минхо, показывая игрушку. - Хочешь поиграть?
- Конечно хочу! - ответил Чимин, изображая серьёзность. - Но только если ты научишь меня, как играть правильно.
Минхо засмеялся, и этот смех заставил Чимина улыбнуться. Он почувствовал, что в этом мальчике есть надежда. Надежда, которую он потерял, когда умерла его сестра.
Они провели весь день вместе. Чимин рассказывал Минхо истории о своих вылазках, превращая их в сказки о приключениях. Минхо слушал с широко раскрытыми глазами, погружённый в каждое слово. Для мальчика это было как окно в другой мир, где не было зомби, где всё было спокойно и безопасно.
Когда наступил вечер, Даюн подошла к Чимину, пока он сидел на крыльце, глядя на закат.
- Спасибо, - сказала она, присаживаясь рядом.
- За что? - спросил Чимин.
- За Минхо, - ответила Даюн, её голос был тёплым. - Он редко общается с кем-то. А с тобой он... он словно ожил.
Чимин молча кивнул. Он снова посмотрел на Минхо, который теперь играл с другими детьми, и понял, что видит в нём частичку своей сестры.
- Я потерял её, - тихо сказал он, не глядя на Даюн. - Мою младшую сестру. Она была такой же, как он. И я не смог её спасти..
Даюн ничего не сказала, но её взгляд говорил больше, чем слова. Она положила руку ему на плечо.
- Ты не смог спасти её тогда, - произнесла она мягко. - Но сейчас ты спасаешь его. И это тоже важно.
Чимин кивнул, чувствуя, как что-то тёплое и тяжёлое расползается по его груди. Он знал, что не сможет исправить прошлое. Но, глядя на Минхо, он понимал, что может дать этому мальчику то, что не смог дать своей сестре: заботу, защиту и надежду.
С того дня Минхо и Чимин стали неразлучны. Для мальчика Чимин стал старшим братом, а для Чимина Минхо стал символом того, ради чего он продолжает бороться.
Прошло несколько недель с тех пор, как Чимин начал проводить время с Минхо. Мальчик заметно изменился. Он стал улыбаться, говорить немного больше, и даже иногда смеяться. Для Чимина эти изменения значили всё. Он чувствовал, что делает что-то правильное, что помогает хоть кому-то в этом разрушенном мире. Но одна мысль всё же не давала ему покоя. Минхо всё ещё не знал о Чонгуке. Парень был для Чимина всем. Он был его опорой, его защитой, человеком, который всегда был рядом, даже когда мир рушился. Их связь была глубокой, почти неразрывной, хотя ни один из них не решался сказать это вслух. Но Чимин знал: если он хочет, чтобы Минхо стал частью его жизни, он должен познакомить его с Чонгуком. Они встретились вечером. Чимин, Минхо и Чонгук сидели у костра. Минхо был немного насторожен, он не привык быть в компании других взрослых, кроме Чимина и Даюн. Чонгук тоже выглядел немного скованным, как будто боялся, что его присутствие нарушит хрупкую связь между Чимином и мальчиком.
- Это Чонгук, - начал Чимин, глядя на Минхо. - Он... он мой друг. Очень хороший. Он всегда рядом со мной.
Чонгук неловко улыбнулся и чуть наклонился вперёд, чтобы встретиться взглядом с мальчиком.
- Привет, Минхо, - сказал он мягко. - Чимин много рассказывал о тебе.
Минхо смотрел на него, сжимая в руках свою машинку. Он не сразу ответил, но потом тихо пробормотал.
- Привет.
Чимин почувствовал, как напряжение спадает. Он улыбнулся, глядя на Минхо.
- Знаешь, Чонгук отличный мастер. Он делает всякие крутые вещи. Например, помнишь ту птичку, которую я тебе дал? Это он её вырезал.
Глаза Минхо слегка расширились. Он посмотрел на Чонгука, затем на Чимина.
- Это ты сделал? - спросил он, всё ещё тихо, но уже с ноткой любопытства.
- Да, - ответил Чонгук, его улыбка стала чуть шире. - Если хочешь, я могу сделать что-то для тебя. Что угодно. Машинку? Или, может, другую игрушку?
Минхо задумался, а потом, к удивлению Чимина, сказал.
- Можно... можно собаку? Она будет охранять нас.
Чонгук кивнул.- Конечно. Собака это отличная идея.
Минхо быстро привык к присутствию Чонгука. Через несколько дней он уже бегал за ним по лагерю, задавая сотни вопросов о том, как выживать, как чинить оружие, как быть сильным. Чонгук отвечал на все вопросы с терпением, которого Чимин раньше у него не замечал.
Однажды вечером, когда Минхо уснул, свернувшись под старым одеялом, Чимин и Чонгук остались вдвоём у костра. Они молчали, слушая треск горящих дров.
- Ты сделал для него больше, чем думаешь, - вдруг сказал Чонгук, глядя на огонь. - Ты дал ему то, чего у него не было. Семью.
Чимин посмотрел на него. В его глазах сверкнули отблески пламени.
- Это не только я, - тихо сказал он. - Ты тоже ему нужен, Чонгук. Ты стал для него примером. Он смотрит на тебя так, как смотрел бы на отца.
Чонгук замер, его взгляд стал серьёзным.
- Я не знаю, смогу ли быть кем-то вроде отца, - сказал он. - Но я постараюсь. Ради тебя. Ради него.
Эти слова заставили сердце Чимина сжаться. Он хотел сказать, что Чонгук для него значит больше, чем друг. Что он всегда был для него чем-то большим. Но вместо этого он просто положил руку на плечо Чонгука.
- Спасибо, - сказал он. - За всё.
Чонгук посмотрел на него, и в его глазах было то, что Чимин видел уже много раз, но никогда не осмеливался назвать. Любовь. Тёплая, тихая, но неоспоримая.
Когда Минхо проснулся на следующее утро, он увидел, как Чонгук сидит неподалёку, сосредоточенно вырезая что-то из куска дерева. Лезвие ножа мягко скользило по поверхности, оставляя за собой ровные линии, а фигура постепенно обретала форму. Минхо некоторое время просто наблюдал за ним, не решаясь подойти. Но любопытство взяло верх.
- Это для меня? - тихо спросил он, подходя ближе.
Чонгук поднял глаза и улыбнулся, протягивая ему почти готовую фигурку. Это была собака, с острыми ушами и хвостом.
- Да, - сказал Чонгук. - Но я хочу, чтобы ты помог мне её закончить.
Он протянул Минхо небольшой нож для резьбы. Мальчик нерешительно посмотрел на инструмент, а потом на Чонгука, словно не веря, что ему доверяют такую важную работу. Но Чонгук мягко кивнул, ободряя его.
- Ты справишься, - сказал он. - Я покажу тебе, как.
Минхо осторожно взял нож и сел рядом. Его маленькие руки сначала дрожали, но под чутким руководством Чонгука он начал делать первые движения. Чимин наблюдал за ними со стороны, его сердце наполнялось теплом от этой сцены. Он видел, как Минхо, который ещё недавно боялся даже смотреть людям в глаза, теперь старательно выводит линии на дереве, сосредоточенно следуя указаниям Чонгука.
Несколько часов спустя фигурка была готова. Минхо держал её в руках с гордостью, словно это было не просто дерево, а нечто гораздо большее.
- Она красивая, - тихо сказал он, глядя на собаку.
Чонгук улыбнулся и снова взъерошил его волосы.
- Теперь она твоя. Как назовёшь её?
Минхо задумался, его взгляд остановился на фигурке, а потом он тихо произнёс.
- Надежда.
И в этом единственном слове было всё. Это была не просто игрушка. Это был символ. Символ того, что мальчик начал верить в лучшее. В людей. В то, что будущее может быть светлым.
Когда наступил вечер, Минхо уже крепко спал, свернувшись под старым одеялом, а Чимин и Чонгук сидели у костра. Огонь бросал мягкие отблески на их лица. Казалось, мир замер, давая им редкий момент покоя.
- Ты делаешь для него больше, чем я мог ожидать, - тихо сказал Чимин, глядя на Чонгука. - Спасибо тебе за это.
Чонгук посмотрел на него, его взгляд был серьёзным, но тёплым.
- Это не только ради него, - ответил он. - Это ради тебя тоже.
У Чимина на мгновение перехватило дыхание. Он знал, что Чонгук всегда был рядом, всегда защищал его, всегда заботился. Но слышать это так прямо... это было чем-то новым.
- Чонгук... - начал он, но слова застряли в горле. Он не знал, как выразить всё, что крутилось у него в голове.
Чонгук не отводил взгляда, будто ждал. А затем, тихо и просто, он сказал.
- Ты для меня всё, Чимин. Ты всегда был. С самого начала.
Эти слова обрушились на Чимина, как волна. Он почувствовал, как на глаза наворачиваются слёзы, но он не пытался их скрыть. Он просто уткнулся лицом в ладони, стараясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Чонгук мягко коснулся его плеча.
- Прости, - сказал он. - Я не хотел тебя расстроить.
Чимин покачал головой и поднял на него глаза. В его взгляде светились слёзы, но вместе с ними была улыбка.
- Не извиняйся, - прошептал он. - Я тоже хотел это сказать. Просто боялся.
Теперь уже удивлённым оказался Чонгук. Его губы дрогнули, как будто он хотел что-то сказать, но вместо этого он просто притянул Чимина к себе и обнял. Обнял крепко, но нежно, будто боялся, что тот исчезнет.
- Я здесь, - прошептал он. - И всегда буду.
Чимин закрыл глаза, позволяя себе утонуть в этом моменте. Да, мир всё ещё был полон хаоса и боли. Завтра могло принести новые потери. Но сейчас... сейчас всё было иначе. У него был Чонгук. У него был Минхо. И этого было достаточно.
С тех пор они стали настоящей семьёй. Той, что собрана из осколков разрушенного мира, но всё же крепкой и настоящей. Минхо больше не был тем молчаливым, замкнутым ребёнком. Он смеялся, задавал сотни вопросов, бегал по лагерю с фигуркой собаки в руках. Он называл её «Надежда», и каждый раз, когда Чимин или Чонгук спрашивали, почему он выбрал именно это имя, он серьёзно отвечал:
- Потому что она всегда будет с нами. Как надежда.
Однажды вечером, когда они втроём сидели у костра, Минхо вдруг сказал:
- Вы как мама и папа.
Чимин чуть не подавился едой, а Чонгук громко рассмеялся, его смех был искренним и тёплым.
- Мама? - переспросил Чонгук, глядя на Чимина с усмешкой. - Думаю, это про тебя.
- А папа тогда кто? - огрызнулся Чимин, краснея.
Минхо рассмеялся, глядя на их перепалку. Его лицо светилось счастьем, и Чимин вдруг понял, что мальчик прав. Они действительно стали семьёй. Не той, которую они потеряли, но новой. Семьёй, ради которой стоило бороться.
И в этот момент Чимин осознал, что, пока они вместе, у них есть всё, что нужно. Шанс на будущее. Шанс на надежду.