17.(конец)
Прошло несколько дней с тех пор, как Чимин убил Юнги. Он больше не мог оставаться в том доме. Там всё напоминало ему о том, что произошло. О том, как человек, который был рядом с ним, сошёл с ума из-за любви. Он чувствовал тяжёлую вину, но не мог позволить себе погрузиться в эту тьму. Это был зомби-апокалипсис, и сожаления не спасали жизни.
Он шёл по разрушенному городу, где улицы были заполнены лишь руинами, пеплом и тишиной. Никого живого он больше не встречал. Только пустые здания, обугленные машины и редкие стоны заражённых, которые доносились издалека. Казалось, будто весь мир вымер. Иногда Чимин задавался вопросом, зачем он ещё жив. Для чего он продолжает идти? У него больше нет цели, нет дома, нет любви. Всё, что у него было, исчезло в огне и крови.
Чимин не знал, сколько времени прошло. Может, дни. Может, недели. Его тело слабело, а сознание становилось всё более затуманенным. Он двигался на автомате, просто ставя ногу перед ногой. Он больше не боялся смерти. Иногда он даже ждал её. Но она всё не приходила.
На четвёртый день его одиночного скитания всё изменилось. Он услышал шаги, глухое шарканье и низкие утробные стоны. Зомби. Они приближались. Их было пятеро - небольшая группа, но в его состоянии это всё равно было опасно. Он замер, сжимая в руках ржавую трубу, которую нашёл несколько дней назад. Сердце бешено колотилось, но он не чувствовал страха. Его глаза были полны решимости. Если он умрёт, то хотя бы сражаясь.
Первый зомби напал на него, выбросив вперёд свои костлявые руки. Чимин ударил трубу прямо в лоб, проломив череп. Тот упал, но за ним уже шли другие. Он размахивал трубой, стараясь отбиваться, наносил удары, отталкивал их руками, чувствуя, как его мышцы горят от усталости. Один из зомби схватил его за плечо, но он резко обернулся и ударил его по лицу, разрывая скользкую гниющую плоть.
Скоро осталось только двое. Ещё один зомби упал с глухим стуком, когда Чимин пробил ему череп. Его дыхание было тяжёлым, руки дрожали. Остался последний.
И тут он увидел его.
Этот зомби был не таким, как остальные. Его лицо было частично изуродовано гниением, кожа бледная и потрескавшаяся, но даже сквозь искажение времени и смерти Чимин узнал его. Волосы, когда-то тёмные и мягкие, теперь спутались и слиплись от грязи, но глаза... Те самые глаза, которые когда-то светились радостью, теперь были пустыми, мёртвыми.
- Чонгук... - прошептал Чимин, отпустив трубу, которая с глухим стуком упала на землю.
Он застыл, его ноги казались прикованными к месту. Это был он. Его Гуки. Его Чонгук, который погиб, чтобы он мог жить. Он был здесь. Но он уже не был человеком.
Зомби сделал шаг вперёд, издавая хриплый, утробный звук. Его движения были резкими, как у всех заражённых, но Чимин не двигался. Он просто смотрел на своего любимого, чувствуя, как его сердце разрывается. Грудь сдавило от боли и отчаяния. Это был худший из всех возможных кошмаров. Он мечтал вновь увидеть Чонгука, но не так. Не таким.
- Почему... - прошептал он, слёзы текли по его щекам. - Почему ты... Почему это ты, Гуки?
Чонгук шагнул ближе, его рот был приоткрыт, обнажая окровавленные зубы. Его руки дёрнулись вперёд, готовясь схватить Чимина. Но Чимин не сопротивлялся. Он не мог. Он смотрел на него, и в его глазах было только горе.
- Я так скучал по тебе, - прошептал он, его голос дрожал. - Я так хотел, чтобы ты был рядом. И теперь ты здесь...
Чимин закрыл глаза и сделал шаг вперёд, прямо навстречу Чонгуку. Он знал, что должен защищаться. Что должен бороться. Но что-то внутри него сломалось. Он больше не хотел жить в этом мире, где всё, что он любил, было разрушено.
Чонгук вцепился в него, его зубы впились в плечо Чимина. Боль была невыносимой, почти оглушающей, но Чимин не кричал. Он только плакал. Он чувствовал, как зубы разрывают его плоть, как кровь течёт по его коже, но он не сопротивлялся. Он поднял руки и осторожно обнял Чонгука, прижимая его ближе, как будто тот мог всё ещё почувствовать это.
- Теперь нас ничего не разлучит, мой Гуки, - прошептал он, прежде чем зомби снова вонзил зубы в его шею.
Чимин закричал, но этот крик был полон не только боли, но и горя. Это был крик человека, который потерял всё. Он чувствовал, как жизнь покидает его тело, но в его сознании оставалась только одна мысль: теперь он будет с Чонгуком. Всегда.
Последнее, что он почувствовал, прежде чем погрузиться в темноту, было тепло, которое он себе представил. Тепло, которое он когда-то чувствовал, будучи в объятиях своего любимого..