10 Глава - Редактор боли
Чердак был тёмным, но не пустым. Всё пространство напоминало старую, обугленную библиотеку, где книги дышали сами. На полу лежал Артём — скрюченный, с обугленными пальцами, с глазами, полными ужаса.
Лев стоял над ним, спиной к Алине. Его силуэт казался выше, чем раньше. Почти нереальным.
— Остановись, — твёрдо сказала она.
Он повернулся. И улыбнулся.
— Почему? Он заслужил. Он позволил тебе гнить на глазах и даже не шелохнулся. Сейчас он чувствует то, что чувствовала ты. Разве это не честно?
— Нет, — прошептала Алина. — Это не справедливо. Это удовольствие. Твоя игрушка. А я пришла её забрать.
Она шагнула ближе. Книга Льва затрещала, будто от этого шаг рушилась вся конструкция.
— У тебя есть только один способ вытащить его, — сказал он. — Ты должна впустить его боль в себя. Всю. Без остатка.
Катя крикнула:
— Не делай этого!
Но Алина уже знала ответ. Она подошла к Артёму, положила руку ему на грудь. В тот момент — вся его боль, весь страх, вина и стыд прорвались в неё потоком. Она закричала. Мир треснул. Потемнел.
Но Артём… дышал. Живой. Очнулся. И посмотрел на неё.
— Алина?
Она отшатнулась, упав на колени. На её коже появились новые шрамы — не физические, а душевные, прорезанные вглубь. Лев смотрел на неё с восхищением.
— Вот она, настоящая ты, — сказал он. — Не убийца. Не демон. Носитель.
Пока Катя подбегала к Алине, Лев исчез, растворившись в воздухе, как дым. Алина сидела на полу, сжимая виски. Голос в голове уже не шептал — он говорил чётко:
"Ты впустила боль. Теперь ты связана. Каждый спасённый будет забирать тебя по кусочкам. В конце… ты останешься только оболочкой."
Катя опустилась рядом.
— Зачем ты это сделала?
— Потому что… я всё ещё чувствую, каково быть на его месте, — прошептала Алина. — Я не хочу никому этого. Даже тем, кто молчал.
Катя обняла её.
— Но ты не обязана страдать снова.
Алина покачала головой.
— Это мой путь. Или я стану чудовищем, или — жертвой. Я ищу третий вариант. Пока не знаю, каким он будет.
Лев тем временем шёл по ночному лесу.
Книга в его руках снова оживала.
Он шептал:
— Один — спасён. Но теперь она связана. О, Алина… ты стала не героем. Ты стала страницей.
Продолжаем главу 10, объединяя последствия и развивая атмосферу. Алина спасла Артёма, но это стало для неё новой вехой — не победой, а проклятием, и Лев знает об этом.
Катя держала Алину за плечи, но её подруга будто стекала на пол. Глаза остекленели, губы тряслись, а дыхание стало неровным. Казалось, она исчезает.
— Алина, очнись. Слышишь меня? — Катя трясла её, в панике. — Ты вытащила его, ты победила! Но тебе нельзя терять себя!
Алина открыла глаза. Но теперь в них плыло отражение чего-то большего, чем просто боль. Будто в ней поселился целый мир страданий.
— Он... не один, — выдохнула она. — Это не просто Лев. Это система. Это цикл. А книга — это не просто предмет. Это живая вещь. Она хочет разрастись.
Катя замерла.
— Что ты сейчас говоришь?
— Я почувствовала её. Пока держала Артёма. Она прошла сквозь меня. Искала трещины, чтобы остаться. — Алина дрожала. — И, кажется, она нашла.
Сверху посыпалась пыль. Над ними — хруст досок, будто кто-то медленно ходил по потолку. Хотя выше был только чердак, и они уже были на нём.
Артём в углу задыхался от страха.
— Это не закончилось? — прошептал он.
Алина с трудом поднялась.
— Нет. Это только начало.
Лев сидел в каком-то другом пространстве. Возможно, между мирами. Перед ним — та же книга, но теперь страницы были исписаны. На них — строки из жизни Алины. Письма боли, крики, воспоминания. Но теперь рядом с её именем появилось ещё одно. Катя.
Он провёл пальцем по нему.
— Она вплетается. Любая связь — дверь. И ты, Алина, её открываешь.
Катя помогала Алине дойти до лестницы.
— Нам нужно отдохнуть. И понять, что дальше.
Алина кивнула.
— Мне нужно найти того, кто написал эту книгу. Пока я лечу последствия — она заражает новых.
Катя посмотрела на неё.
— Думаешь, автор ещё жив?
Алина улыбнулась уголком губ.
— Иногда автор — это не человек. Иногда — идея.
Перед уходом Алина оглянулась. Комната стала обычной. Больше никаких книг. Никаких теней.
Но в пыли на полу кто-то написал:
"Следующий. Выбор будет сложнее."
Алина провела по этому месту пальцем. Надпись исчезла.
И тогда она впервые прошептала вслух:
— Игра началась. Теперь я в ней — не пешка.