Нити новой жизни
Ещё вчера жизнь была предсказуемой. Те же улицы, те же лица, те же разговоры о мелочах. Но всё изменилось в одно утро.
Сначала — странные новости по радио, потом — тревожные крики на улице, и вскоре мир, который мы знали, перестал существовать. Паника накрыла город, как густой туман. Люди бежали, не разбирая дороги, бросая всё, что ещё вчера казалось важным.
Никто не понимал, что происходит, но все чувствовали одно — смерть идёт за нами, и она не остановится.
Они не сразу поняли, что это конец. Сначала — крики из соседнего дома, звон разбитого стекла и глухой, страшный шум, от которого кровь стыла в жилах. Лирия прижалась к младшей сестре, Арвине, обе затаили дыхание у окна. Из кухни донёсся крик матери, зовущий их бежать. Отец, прижав к себе единственного брата, пытался закрыть дверь, но тварь, ворвавшаяся в дом, оказалась быстрее. Крик оборвался, словно его вырвали из воздуха. Всплеск красного цвета на полу и стенах — и весь мир погрузился в хаос.
Лирия схватила Арвину за руку, и они, не оборачиваясь, бросились через задний двор. Слёзы жгли глаза, дыхание сбивалось, но ноги сами несли их прочь. Дом, в котором когда-то было тепло и смех, остался позади — мёртвый и пустой.
Два года спустя.
Арвине исполнилось девятнадцать. Взгляд её стал холодным, как зимние рассветы в северных землях, а слова — редкими и тяжёлыми. В ней не осталось той наивной девочки, что смеялась в объятиях родителей. Потеря семьи выжгла в душе пустоту, и теперь она жила так, словно каждое утро могло стать последним.
Рядом с ней — Лирия, двадцатитрёхлетняя старшая сестра, полная противоположность Арвины. Открытая, тёплая, всегда готовая протянуть руку даже тем, кто этого не заслуживает. Лирия верила, что в мире ещё есть место свету, и упорно пыталась сохранить его и в сердце своей сестры.
Но мир, в котором они жили, давно перестал быть безопасным. И скоро им предстояло убедиться, что прошлое, каким бы далёким ни казалось, умеет возвращаться.
Тусклый свет солнца пробивался через ветки деревьев. Арвина, Лирия и Калин ходили в поисках хоть каких-то припасов.
Калин — 26 лет, партнёр Лирии.
Чем дальше они шли, тем больше понимали, что это бестолковая трата времени.
— Боже, это бессмысленная трата времени, — возмутилась Лирия.
Арвина лишь краем глаза взглянула на сестру и кивнула.
— Нам в любом случае нужны какие-то припасы, а то мы так с голода умрём, — строго добавил Калин.
— Мы так блуждаем уже четыре часа, и никакого результата, — ответила Лирия.
Все и так были вымотаны — бессонные ночи, бессмысленные поиски того, чего уже давным-давно нет.
— В любом случае мы должны что-то найти, Калин прав, иначе мы просто умрём с голода, — безэмоционально добавила Арвина. — Хотя бы животное какое-то.
Они продолжали идти куда глаза глядят. Дома больше не было, они скитались каждый божий день, мир разрушен, выживание становится единственным смыслом. Спустя два часа они вышли на дорогу, и там стоял старый ларёк, в котором когда-то была жизнь — люди приходили и покупали продукты, а теперь это просто заброшенное, никому не нужное место. Они решили проверить, может, повезёт, и там хоть что-то будет.
Когда они вышли на дорогу, Арвина быстрым взмахом показала сесть на землю — там было около двенадцати мертвецов.
— Я первая пойду, потом за мной Калин, — спокойно и тихо сказала Арвина.
— Почему это ты пойдёшь первой? Опять собой рискуешь. Я старше, значит, я первой пойду, — возмутительно, но тихо сказала Лирия.
— Нет, всегда, когда ты идёшь, то вечно жалеешь их, и тогда уже подставляешь нас. А мне опять нужно спасать твой зад, — уже более агрессивно сказала Арвина.
Было видно, что Лирию эти слова задели. Ей было неприятно, что сестра так выражалась о ней, но всё же сестра была права. Но Лирия не хотела это так легко принимать.
— Я хотя бы не бессердечная и хоть что-то чувствую, а не просто машина для убийств. Лучше уж жалеть кого-то, чем просто убивать и жить без абсолютно каких-либо чувств, — сказала Лирия.
Конфликт между сестрами начинал нарастать и мог привести к плохим последствиям, поэтому Калин решил вмешаться:
— Сейчас не время ссориться. Отношения свои потом выясните, а то, как сожрут нас, то весело уже не будет, — сказал Калин.
После этих слов Арвина мгновенно встала и направилась к мертвецам. Она убивала каждого без какой-либо жалости — так она любила снижать свою агрессию. Когда они покончили с ними, то осмотрели ларёк, и всё же удача была на их стороне — они смогли найти пару продуктов и немного воды.
— Удача всё-таки на нашей стороне, — с радостью добавил Калин.
Арвина просто взяла то, что они нашли, положила в рюкзак и пошла вперёд. Ей не хотелось сейчас видеть сестру, но она понимала, что не стоило вообще ссориться — ведь в глубине души она безумно её любила. Это единственный родной человек, кто у неё остался, и она не могла просто так рисковать ею. Но Лирия не могла этого понять — быть доброй и жалеть всех в таком мире — то же самое, что стоять и ждать, пока тебя убьют.
Они шли ещё примерно два часа. Все уже безумно устали.
— Всё, я не могу больше идти, — сказала Лирия и рухнула на пол. — Я не могу больше идти, правда, мы можем хотя бы немного отдохнуть?
— Но нам нужно идти, — безэмоционально ответила Арвина.
— Мы можем немного посидеть, мы уже без перестанку идём восемь часов, — добавил Калин.
— Хорошо, сидите, — спокойно ответила Арвина.
Пока остальные сидели, Арвина наблюдала, чтобы на горизонте не появились... Она сама не понимала, почему не позволяла себе отдохнуть. Она всегда беспокоилась за остальных, но на себя ей было плевать. Она бралась лишь за жизни Лирии и Калина.
Тем временем Калин обнял Лирию и говорил ей, что всё будет хорошо. Арвина видела, как сильно они любят друг друга, и, возможно, из-за этого боялась — боялась, что кто-то из них лишится любимого человека. Поэтому так и оберегала, рискуя собой. Она в принципе не видела ещё какого-то смысла жизни кроме сестры, поэтому умереть не так сильно боялась.
Спустя тридцать минут они вновь продолжили свой путь. Им нужно было где-то укрыться, ведь ночью слишком небезопасно — ведь не видно ничего, и умереть ещё легче.
Они искали очень долго. Солнце уже село, и темнеть начинало всё сильнее. Они нашли вдалеке маленький домик и направились туда, но просто так ничего не бывает — на их пути начало появляться слишком много мертвецов.
Они убивали всех, кровь проливалась повсюду, мертвецы падали один за другим. Когда они закончили со всеми, направились к дому. Их одежда была вся в крови, с рук капали алые капли.
Когда они добрались до дома, Арвина почувствовала, что-то неладное. Когда она обернулась — мертвец уже схватил её за плечо. Она начала вырываться, и прежде чем он успел укусить, обезглавила его. Его кровь сильным напором стекала с её рук и лица. Она повернулась к ребятам:
— Ну что, Лирия, думаешь, такие всё ещё достойны жалости? — сказала Арвина с полной безжалостностью в глазах. Она выглядела очень устрашающе.
— Не достойны, я это понимаю, — ответила Лирия. — Но не хочу терять последние капли человечности, как ты.
— Я, по крайней мере, не подвергаю близких опасности, чтобы помочь тем, кто уже давно мёртв, — сказала Арвина, и в её голосе слышалась обида.
Лирия не захотела больше слушать и просто ушла в дом.
Лирия не видела в сестре больше ту жизнерадостную и милую сестру, что была раньше — ту, которая постоянно хотела с ней играть, обниматься и болтать. Теперь она стала совершенно другой — отстроенной и закрытой, будто больше той Арвины не существует. И Лирии это очень не нравилось.
Арвина осталась на улице, сев на ступеньки. Она знала, что сестре не нравится, какой она стала, но не понимала, как в таком мире можно быть каким-то другим. Они обе понимали, что эта ссора так легко не закончится.
⸻
Продолжение следует...