Вокруг пальца два солнышка

Хёнджин возвращается домой с улыбкой, чему бабушка очень удивляется. Она вяжет что-то, что парень особо не может разглядеть, и, отвлекаясь от своей работы, спрашивает радостного внука:

- Чего ж ты такой довольный вернулся? Приехал же угрюмым и злым, а тут наш цветочек расцвёл?

- Да неважно. Куда мне продукты девать? - Хёнджин отмахивается, всячески пытаясь скрыть улыбку, которая всё же выползает, как змея, на его бледном лице.

- Масло в холодильник, хлеб в хлебницу, она в шкафу верхнем, а печенье на стол. - старушка продолжает вязать, ещё раз бросив на довольного внука непонятливый взгляд.

- Бабушка, а вы отпустите меня погулять? - Хёнджин открывает старый холодильник, немного морщит нос от резкого запаха сырой маринованной курицы.

Положив продукты в холодильник, он быстро подлетает к шкафам, надворачивается, но очень умело сгруппировывается и удерживается на ногах.

- А с кем?

- С одним солнечным человеком. Вот не поверите, так легко стало от знакомства с ним.. - дверь шкафа резко захлопывается, от чего юноша испуганно подпрыгивает.

- Феликс что-ли? - старушка получает кивок и сама расцветает в улыбке. - Солнце во плоти.. Такой-же солнечный, как и его солнечные родители. Каждый раз сердце наливается кровью, когда гляжу на него..

Он заинтересован. Хёнджин пододвигает стул ближе и присаживается на него, с любопытством спрашивая:

- От чего так?..

- Я помню семью Ли хорошо. Добрые любящие родители, солнечный сын, и все, главное, усыпаны веснушками. Каждый день угощала их пирожками, продавала молоко по скидке, а порой и бесплатно давала. - старушка так искренне улыбается, засматриваясь куда-то вдаль, в окно, а потом переводит печальный взгляд на внука. - Только вот погасли два солнышка пять лет назад. Пришло время и перестали их яркие лучи освещать нашу деревню. Один Феликс среди серого неба до сих пор сияет. Сильный мальчик.

Хёнджину кажется это легендой. Он сначала завороженно слушает, а потом немного сомневается в истине сего повествования. Не то, что бы он хотел узнать так много о Феликсе.. Просто сам парень оказал на него слишком странное и достаточно ощутимое впечатление, что Хван сам для себя объяснить не мог. Реально солнце?

Через какое-то время раздаётся стук. Еле слышный, словно кто-то своей маленькой ручкой слегонька ударяет по стеклу, и так пульсирующего от любого касания. Хван вылетает на кухню, заглядывает в окно, радостно вскрикивает и вновь улетает на всех порах в зал, опять чуть не надворачиваясь на скользком полу, но потом уже спотыкается об угол ковра.

- Я пошёл! - парень хватает с кресла ярко-красную кофту, и, находу её накидывая, несётся к двери.

На улице жарко, но дует прохладный ветер, отчего по щекам пробегают, словно маленькие муравьи, мурашки. Феликс разглядывает цветы, осторожно трогая листики лилового люпина. Маленькая ручка переходит на какой-то небольшой цветочек алого цвета, срывает его, и только тогда парень полностью поворачивается к стоящему на пороге Хёнджину, который с интересом наблюдает за гостем.

Феликс подходит ближе, осторожно заправляет белые волосы парня за ухо, закрепляя их этим цветочков, цепляя своими нежными пальцами скулу товарища. Солнечная улыбка и Хван растворяется в пространстве от приятного чувства в груди и животе.

- Он хорошо будет сочетаться с твоей красной кофтой. - Ликс ещё раз улыбается, разворачивается и зовёт замеревшего товарища рукой. - Пойдём, я покажу тебе самые сокровенные места нашей деревни.

-Ёнбок, ты такой странный. - первое, что приходит Хёнджину на ум, чтобы начать диалог. Он чуть позже осознает, что выдал слова своей души не с той интонацией, что прозвучало как-то оскорбительно и слишком непонятно.

- И все так говорят.. Я не странный, я просто милый. - Ли жмурится, но улыбка всё ещё сверкает на его веснушчатом лице. В этот момент Джин замечает, что его пудровые веснушки есть не только на щеках и носу, а на скулах, висках, губах и даже шее. Просыпается аппетит, ведь парень вспоминает вкусную шарлотку с корицей, которую он когда-то пробовал на дне рождения одноклассника и которая ему тогда очень понравилась.

- Не в том смысле.. Ты необычный и мне это нравится. Ну.. Милый тоже. - Хван жмётся, с трудом убирая взгляд с шеи младшего. - Ты же не против, если я тебя буду Ёнбоком называть, а не Феликсом?

- Я не против.. Я не против слышать это имя из твоих уст. От тебя оно звучит как-то нежно, приятно, что напоминает мне о моих родителях, - Ликс поправляет свою шляпу, а потом смотрит куда-то себе в ноги. - и это мне нравится.. Ты хороший.

- Давай пойдём уже? А то мы так и будем одаривать друг друга комплиментами, а с порога так и не уйдём. - Хёнджин пытается скрыть свои алые щёки, а буря эмоций и какие-то странные существа в животе не дают ему покоя.

- Конечно, пойдём! Я много хочу тебе показать!

Парни шагают вверх по улице, сохраняя тишину, от которой им обои комфортно. Феликс по дороге срывает разные цветочки, собирая из них маленький яркий букетик, улыбается и разглядывает каждый их лепесток. Всё это время на нём соломенная шляпа, которую вдруг сносит сильным потоком ветра, а Хёнджин успевает её поймать и возвращает на голову своего нового друга, легонько поправляя его волосы.

- Я бы сводил тебя на пруд, там красиво и хорошо.. Но сегодня дует ветер, поэтому пойдём погуляем по лесу? - Ёнбок поправляет цветочки в своём крохотном букетике, делая его аккуратным и ровным.

- Я не против, пойдём. - Хван улыбается и вслед за Феликсом сворачивает по дороге налево, где уже издалека виднеется тёмная армия высоких деревьев, и кажется, будто они сейчас просто напросто задавят друг друга, сшибая всё своими громадными ветвями и густой, словно пышные волосы, кроной, но ничего не происходит и деревья просто остаются на месте, замерев на года, столетия, а то и века. - Кстати, я хотел спросить, а где ты учишься? Или тут, в деревне, есть школа?

- Я езжу в соседнее село, там людей чуть больше живёт, поэтому и школа есть. Ты в городе учишься? Расскажи вообще о себе что-нибудь...

- Да, я учусь в городе. Отличник, кстати. - Хёнджин усмехается, гордо поднимая нос.

- Ого! А я троечник... Когда-то учился на одни пятёрки, а потом резко упал.. Как с высокой горки сена, только в школе не так больно.

- Почему же скатился?

- После смерти моих родителей.. - Ликс на секунду замолкает и слышится резкий отчаянный вздох Хвана. - Мне было просто очень тяжело вновь начать учиться, когда вся голова была забита ужасными мыслями, а сердце истекало кровью. И сейчас тяжело, хоть я и проглотил все слёзы, но теперь они большими потоками выливаются раз в месяц, два. Поэтому важно плакать, если тебе больно, а не копить всё в себе.

- Ты сильный. Не часто встретишь такого человека, который будет улыбаться, говоря о смерти своих самых любимых людей.

- А я их очень люблю.. - Ёнбок тепло улыбается, показывая свои верхние зубки. Ямочки на щеках говорят об истинном счастье, а и без того маленькие глазки сужаются ещё сильнее, виднеясь лишь узенькими полосочками. - Я их сильно люблю, поэтому всегда говорю о них с улыбкой. Я скучаю и.. Они, наверное, очень рады, что я только радуюсь жизни.

- Конечно рады.. У тебя очень красивая улыбка, кстати.

- Спасибо, Джинни. Ты приятен, мне нравится с тобой разговаривать.

- А я.. Я не люблю своих родителей.. - Хван быстро пропускает вопрос Феликса «почему?» и продолжает дальше. - Как и они меня. Мама собиралась делать аборт, но её отговорила моя бабушка, у которой я сейчас живу. Не то, что бы я ей очень благодарен.. Лучше бы меня тогда не рожали, не было бы проблем.

- Ты так думаешь, потому что тебя никогда не любили. Я знаю, что каждый человек послан в этот мир, чтобы что-то изменить, и не каждому это удаётся, но абсолютно каждый из людей должен просто быть, просто жить и просто являться личностью. - Ликс вдруг останавливается, поворачивается к Хёнджину и несколько секунд смотрит ему в глаза. - Я знаком с тобой около часа, но для меня ты уже являешься самым прекрасным созданием за сегодняшний день, а это уже достижение.

- У тебя так сложно быть важным? - Хёнджин смотрит на маленькие ручки, в которых паренёк перебирает свой букетик ещё раз.

- Да. Для меня прекрасно пение птичек, утренняя роса, шелест могучих деревьев, цветы на лугу.. Но человек никогда, не считая моих родителей, не мог быть для меня любимцем этого дня. Ты первый, держи подарочек! - Ли протягивает другу букетик, смущается и идёт дальше по пыльной дороге, уходящей вдаль и ведущей к лесной армии.

«Он невероятен.» - думает Хван, разглядывая подаренный букетик. - Хэй! Ёнбок, не убегай! Меня подожди!

Ликс смеётся на всё поле своим резвым, детским смехом, через который выбивается откровенный бас. Мальчик в соломенной шляпе, с рассыпанными по телу веснушками и с солнечной улыбкой несётся всё дальше и дальше, сливаясь с ветром, отдавая ему своё тело и душу. Хёнджин теряется в пространстве от такого лёгкого человека, способного так просто распоряжаться его моментом.

- Джинни, догоняй! А то останешься в поле и волки тебя загрызут! - кричит солнце и уносится вдаль, оставляя за собой пыль.

- Я их сам загрызу! - Хван кричит ему вслед, бежит, пытается догнать.

Свобода. На душе легко, особенно когда ветер обволакивает измученное тело. Вот ты уже идёшь на взлёт и кажется, что сейчас и вправду улетишь, оставляя позади себя всё. И вот ты становишься одним целым с ветром, с потоками воздуха, которые несут тебя ввысь, манят и не отпускают.. Отпустили.. Хёнджин спотыкается вновь, чуть не улетая в кусты, но уж точно, выбиваясь из мира фантазий, влетает в жестокую реальность. Мальчик-солнце смеётся во всю, наблюдая за ним, и Хвану самому становится весело..

- Ты такой забавный, Джинни! - не успокаивается Ликс. - Аккуратнее, милый, мне тебя живым вернуть домой надо!

Парни до леса опять доходят в тихой тишине, которую нарушал лишь шёпот листвы и еле слышные стрекотания кузнечиков. Хёнджин наблюдает за фантастическим младшим, который метается по дороге туда-сюда, чтобы собрать новый букетик. Каждый раз его глазки сверкают, когда тот видит красивый цветочек, искренне радуется каким-то жучкам, пробегающим по дорожке муравьям и прекрасным бабочкам. Он словно фея природы, такой нежный и добрый-добрый, явно любимый ею.

- Мы с моими родителями часто гуляли в лесу. Один раз папу чуть не столкнул с оврага кабанчик. Он был такой маленький хрюка, волосатенький, но глазища-то страшные! - Ли показал на приближающийся лес, спокойно вдыхая свежий воздух. - А мама в тот момент собирала землянику. Её очень много на одной полянке было в какое-то время, но уже лет пять там ни одной ягодки.

- Вероятно.. она тоже погибла, вслед за твоими родителями.

- Я не люблю слово погибли. Они не погибли, а умерли. Смерть - это естественный процесс, неважно, от чего ты умер, от чьих рук, каким образом и так далее. Это просто значит, что твой срок закончился. В этом мире всё продумано..

- Тогда почему так больно?

- Потому что сердцу тяжело. Это очень ранит, когда твой самый близкий человек уходит от тебя в иной мир.. и ты ничего сделать не можешь, приходится выживать.. - Феликс чуть чуть гаснет, вновь перебирает букетик, убирая оттуда две лишние ромашки. - У всего свой срок.. Когда-то и эти цветочки завянут, а сейчас они порадуют меня своей красотой на подоконнике.. Да, у них совсем иная роль, но они же не будут против, если я сорву парочку себе?

- Думаю, не будут.

- И знаешь, что ещё?.. Счастливые люди всегда умирают вместе. Думаю, смысл искренней любви и состоит в том, чтобы покинуть этот мир одновременно и за руки войти в какой-нибудь рай. Мне вишнёвый нравится, а тебе?

- А его ещё выбирать можно? - Хван пытается сдержать смех, заглядывает в глазёнки младшего и видит в них пронзающий луч света и тепла.

- Я же шучу, Джинни. Ты можешь меня останавливать, я очень люблю болтать и могу не заметить, что тебе уже неинтересно.

- Ты говори. С тобой правда приятно, Ёнбок.. - Хёнджину тяжело скрыть свой внутренний салют эмоций. Он не понимает, почему новый знакомый вызывает у него так много разных чувств, желаний, мечт..

- Можешь говорить сразу, что ты чувствуешь. Я пойму твои любимые слова. - он словно читает мысли. - Я люблю обниматься, но мне не с кем.

- Можешь обнять меня. - Хёнджин не замечает, как проговаривает это вслух. Он не следит за мыслями, а лишь глядит в глаза улыбающегося солнце-мальчика. - Что?

- Ты уже сказал, дурачок! - Ли смеётся, отчего смешно становится и Хвану. - Пойдём на полянку, где нет уже земляники, я тебя там обниму, тут как-то немножко неудобно..

- Ладно, пойдём, солнце.

- Мне нравится, когда ты называешь меня так.. Такое странное чувство рядом с тобой.. Фантастический городской житель!

- Ёнбок, ты невероятен. - смеётся Хёнджин, пытаясь рукой скрыть не только свою улыбку, но и красные от неловкости щёки.

Парни гуляли по лесу, разглядывали разные необычные травинки, кустики, алые мухоморы с почему-то серыми на них пятнами, пёстрых бабочек, одна из которых даже уселась на нос Феликсу, и многие другие необычные, порой волшебные природные дары. Когда они из далека увидели яркую полянку, освещённую лучами солнца, двинулись к ней.

- Ты можешь садиться прямо на траву, она мягкая и приятная. - говорит Ликс, замечая, как Хёнджин маячится между сесть или не сесть. - Тут раньше росла земляника. Её было много-много, мы уходили с пятью.. нет, с шестью корзинами ягод. Правда у меня были корзинки совсем маленькие.. Но это не отменяет факта количества.. - Ли смеётся, искренне вспоминая свои воспоминания из детства. - А варенье-то вкусное! Зимой, когда особенно холодно, знаешь, как круто пить чай с земляничным джемом? Тогда проходят все болезни и на душе тепло становится.

- Нет, не знаю..

- У нас во дворе раньше сарай стоял, а там и спуск в подвал. Сейчас этого сарая уже нет, мы его с бабушкой снесли два года назад, потому что крышу проломило от тяжести снега, гнилая она вся была.. Вот.. И тогда, когда сарай был ещё на месте, папа относил туда все эти корзинки, некоторые, которые были на продажу, относил в подвал. И я любил воровать землянику.. Нет! Это было сделано в шутку, вот честно-честно! Я не со зла, просто жутко вкусная ягода!

- Или просто голодный Ёнбок.

- Не-е.. Точно не голодный, потому что я кушал много. Я таким колобком был, ты не поверишь! - Ликс активно жестикулирует при рассказе. Хёнджин кладёт свою руку ему на щёчки, где чётко очертаны скулы.. Тонкая, бледная кожа, но нежная, как у младенца. - Я похудел, да? Мне все в деревне это говорят.. Мой жирок так обожал дядя Веня - Ким Вен Щик -дедок с необычным именем, жил на нижней улице. Он умер два года назад, когда мы сарай снесли.. Так вот.. Он всегда любил трогать мои щёчки, постоянно кормил пирожками..

- По тебе не скажешь, что ты когда-то был мальчишкой с округлыми чертами лица и жирком. - Хван оглядывает худое тело перед ним, на чьих руках видна каждая косточка, и чьи запястья он легко мог сомкнуть между своими большим и указательным пальцами.

- Да.. В одиннадцать лет я практически перестал есть, только чай на завтрак, обед, ужин.. Я падал в обмороки и один раз чуть не умер из-за перелома ребра.. - парень опускает глаза, руками перебирая какие-то травинки, нервно срывая их и кроша на маленькие кусочки. - Я упал с кровати...

Хёнджин не знает, что говорить.. Он не привык общаться с людьми, говорить об их проблемах, но ему точно нравится слушать Феликса. Слушая его рассказы, глядя на его солнечную улыбку и блеск в его глазах, сразу появлялось тёплое чувство.. Ему начало казаться, что не он один так озабочен проблемами, что не одному ему так больно и тяжело.. Он живёт хоть и не в любящей семье, но хотя-бы с кем-то.. И у него не болит сердце, не льются слезы из-за потери родных людей.. Ёнбок.. ты человек? или ангел?