Воровка

Дафна

Я снова это сделала. Все прошло не так гладко, как хотелось, но, боже, я это сделала! Камень с плеч с грохотом свалился и укатился туда, где ему самое место – подальше от меня.

Жизнь налаживается. Завтра я передам кольцо в более заинтересованные руки, после чего мой счет пополнится, и первым же рейсом я вернусь в Лиссабон, где пустует и покрывается пылью моя любимая квартира. Чтобы ее купить, мне пришлось изрядно постараться – уже и не вспомню, какие амплуа мне приходилось примерять, чтобы потешить вкусы извращенцев с набитыми наличкой карманами.

Несколько часов назад Питер прислал мне адрес нового отеля. Вот это уже был тот размах, который соответствовал моему вкусу: четыре звезды, заполненный мини-бар и свежее постельное с перьевыми подушками. Я собрала вещи в прежнем задрипанном номере так быстро, что, кажется, не расстроилась бы, если бы оставила там что-то в спешке.

Теперь, приняв душ и укутавшись в махровый халат, я облегченно выдыхаю и отпиваю из бокала мартини. Мои глаза прикрываются, а губы невольно растягиваются в улыбке.

Наслаждаюсь умиротворением я до тех пор, пока в голове не всплывает образ парня, в которого я врезалась, когда бежала из уборной, где одним ударом локтем я вырубила Бейтса и подменила настоящее кольцо репликой.

Кем было этот выскочка и какое ему дело до этого кольца?

Я открываю глаза, и рука сама тянется к украшению, что валяется у раскрытого клатча вместе с остальным его содержимым в виде красной помады Армани, телефона и небольшого флакончика духов с миндальным шлейфом.

Мириады бриллиантов вокруг изумруда изящно блестят на моей ладони. Я медленно, даже как-то неуверенно надеваю кольцо на средний палец правой руки, и вытягиваю ее перед собой. Меня посещает безумная мысль оставить его себе и сбежать вместе с ним, настолько хорошо оно сидит и переливается...

Тихий стук в дверь заставляет меня подскочить на месте от неожиданности. Я никого не жду, но, когда стук повторяется, все же подхожу и решаюсь открыть ее.

Мне достаточно было увидеть в небольшом проеме одни только очертания лица этого человека, чтобы сию секунду обратно захлопнуть дверь. Вернее, попытаться захлопнуть, так как он резко выставляет руку и не позволяет сделать этого.

Я пячусь назад, впуская незваного гостя в номер.

В прошлый раз парень выглядел... Добрее. Сейчас же его зеленые глаза, цвета того же изумруда на кольце, что до сих пор покоилось на моей руке, сверкают притаившейся угрозой.

Он не обращает на меня внимания, обводя изучающим, оценивающим взглядом комнату. Не понимаю, что происходит, но слова вдруг встают поперек горла.

Вся его поза выдает леденящую уверенность. Бордовая футболка, темно-серый пиджак, черные джинсы – все сидит идеально, строго по подтянутой фигуре. На расстоянии нескольких шагов я ощущаю терпкие ноты его одеколона – древесные, с примесью перца и дорогого табака.

– Неплохо, – заключает парень, разрезав звенящую тишину. – Губа у тебя не дура, Дафна Палмер.

Под ногами крошится земля, сердце лихорадочно заходится.

– Кто ты. Мать твою. Такой? – цежу я сквозь зубы.

Я не называла ему своего имени. Я это хорошо помню. Не могла же я находиться в тот вечер в состоянии такого дикого аффекта, чтобы что-то упустить?

– Меня зовут Теодор Хардман, – его голос – спокойный и бархатистый.

– Какая же ты дура, Палмер... – вспоминаю, что именно о нем меня предупреждал Питер, и проклинаю себя за беспечность.

Хардман, довольный произведенным эффектом, усмехается и проходит вглубь номера. Когда он одной рукой отодвигает стул и разваливается на нем, по-хозяйски расставив ноги, меня начинает одолевать желание врезать ему. Но что-то мне подсказывает, что я не смогу этого сделать и близко из-за разницы весовых категорий.

– Смотрю, тебе знакомо мое имя.

– Проваливай из моего номера! – яростно выпаливаю я, тяжело дыша. – Мне нет дела до гребаной мафии.

Лгу.

Я не раз работала на представителей мафии. Но потому мне и плевать на нее. Если все делать аккуратно, то с тобой ничего не...

– Сначала отдай то, что не принадлежит тебе, – его голос звенит, осекая меня. – И возмести ущерб.

Черты моего лица смягчаются, и я недоуменно хлопаю глазами.

– Чего? Какой ущерб?

– Моральный.

Я вдруг захожусь заливистым смехом от комичности его слов. Какой бред.

– Ты точно из мафии? Какой моральный ущерб? – успокаиваюсь я и возвращаю взгляд к Хардману. – И есть ли у тебя доказательства того, что у меня то, что мне не принадлежит, как ты говоришь?

Он скучающе вздыхает и подпирает щеку ладонью, разглядывая меня так, будто я – хорошенькая кукла на витрине лондонского Хэмлиса. Я все еще хочу стереть с его лица самодовольство. Но, черт, как же он привлекателен...

– А тебе нужны доказательства того, что я из мафии?

– Я уже сказала, мне нет дела до...

Я застываю, как вкопанная заживо, когда Тед неспешно достает из кармана такое же кольцо и аккуратно кладет его на стол.

Та самая фальшивка, которой я подменила настоящее. Моя рука из-за гребаного самовнушения начинает чесаться в том месте, где находится подлинник, и я сжимаю ее в кулак. Ногти впиваются в кожу.

– И что это? – я встряхиваю головой, убирая с лица непослушные кудри.

– Сейчас мы это и узнаем.

Хардман настигает меня за несколько шагов. Не успеваю среагировать, как он хватает меня за руку и вздергивает ее кверху. Я вырываюсь, но хватка на запястье усиливается. С моих губ срывается всхлип, я сгибаюсь пополам от боли.

– Больной ублюдок! Пусти меня!

– Лучше не сопротивляйся, красавица, – ласково заявляет Тед, с легкостью заставляя меня разжать кулак. – Ты уже и так закопала себя.

Не успеваю больше ничего возразить, как он снимает с моего пальца кольцо и возвращается к столу. Я тут же хватаюсь за пульсирующее запястье и нелестно высказываюсь.

– Смотри сюда.

– Да пошел ты!

– Смотри сюда, Палмер! – настойчиво, громко повторяет Хардман.

Я подчиняюсь. Раздраженно поднимаю голову и вижу, как он кладет два кольца рядом друг с другом и хватает пустую бутылку из-под мартини. А затем делает то, чего я уж точно не ожидала – замахивается.

– Нет! – выкрикиваю я и дергаюсь вперед.

Звон. Хруст. Треск.

Осколки моей паршивой жизни, которую я кутаю изящной ложью.

От шока я зажимаю рот ладонью.

На столе, вместо одного из колец, теперь лишь изумрудные крошки вылетевшего из оправы камня.

Тело с трудом поддается на команды.

Просто подними взгляд на гребаного Хардмана, Дафна. Просто посмотри на него.

Он возвращает меня к реальности, с эдаким презрением отбросив бутылку на пол. Я вновь вздрагиваю от громкого звука, но все же решаюсь посмотреть Теду в глаза.

– Как давно ты этим занимаешься?

– Чем? – глухо отзываюсь я.

– Завлекаешь богатеньких идиотов невинными взглядами, – Хардман делает шаг ко мне, пытаясь вывернуть мое нутро наизнанку пронизывающим, колким взглядом. – Одеваешься как можно сексуальней, чтобы они уж наверняка мечтали трахнуть тебя в туалете.

Еще шаг. Я пячусь назад, сглатываю.

– Делаешь вид, что отдаешься им, а сама...

Горячая ладонь смыкается на моей шее. Я охаю от немягкого столкновения со стеной.

– Сама подменяешь вещи, стоящие целое состояние, на то, что можно купить в ближайшей подземке.

Я поднимаю голову, одаривая Хардмана уверенным, горделивым взглядом.

Мне не стыдно.

– Завидуешь? – растягиваю губы в лукавой ухмылке.

– Чему же?

– Что женщины не наряжаются так ради тебя.

Тед хрипло смеется и легонько мотает головой. Я уже расслабляюсь, но он с новым запалом вжимает меня в стену и заставляет изумленно приоткрыть рот.

– Женщины раздеваются ради меня, Палмер. В этом большая разница.

Жар прокатывается по моему телу до самых кончиков пят.

Хардман – самонадеянный ублюдок, но, кажется, моему подсознанию известно куда больше.

– Ты вот тоже уже почти сделала это.

Он опускает взгляд. Мой неплотно затянутый халат топорщится, чуть оголяя грудь. Еще одно движение – полы махровой ткани разъедутся.

Я собираю все имеющиеся у меня силы и отталкиваю Хардмана. Он отступает, обнажая в смехе белые, едва ли не волчьи клыки.

– Что тебе от меня надо? – ровно спрашиваю я.

– Завтра вернешь кольцо Бейтсу. А потом будешь работать на меня. Отработаешь свою оплошность.

– Черта с два я буду на тебя работать!

Тед вновь подходит ко мне, но на этот раз с целью поправить халат. Меня сбивает с толку внезапная «забота», пока он не берется за пояс и не затягивает его одним резким движением.

Я недовольно шиплю. Хардман ухмыляется.

– Подумай трижды, Палмер. Я даю тебе шанс сохранить свое очаровательное личико и подзаработать неплохие деньги. Тебя ведь именно они интересуют больше всего?

Дьявол, увидевший мое главное, непотаенное, корыстное желание.

Я не могу вернуть кольцо Бейтсу. С меня заживо сдерут шкуру те, для кого я его и выкрала.

– А если я не приму твое предложение?

– Пеняй на себя.