Воровка

Тед

С выбором наряда для Дафны я не прогадал, за что теперь расплачиваюсь сгорающими нервными окончаниями. Не помогает ни алкоголь, ни тяжелые сигары, которые едва возможно в одного скурить до середины.

Я скурил полностью.

Палмер выделяется. Ее таинственный ореол манит, мужчины так и оборачиваются ей вслед, после чего одобрительно кивают и ухмыляются своим порочным мыслям. Но самое необычное то, что ей даже не приходится делать что-то особенное, чтобы ее шарм перекрывал всех остальных девушек в зале.

– Теодор, – ко мне подходит хозяин и центр мероприятия – Кристофер Кирк, и мы обмениваемся рукопожатием. – Рад видеть. Как продвигаются дела?

– Взаимно, Крис, – киваю я, грея в руке стакан с джином, вторую отправив в карман. – Все идет своим чередом. Подозреваю, вопрос неспроста.

Кирк заходится громким смехом, похлопав меня по плечу.

В отличие от Бейтса, Кристофер имел жесткий нрав и никогда не любил тешить свое эго второсортными играми. В пищевой цепочке он находился ступенью выше.

Я же вовсе не входил в пищевую цепочку, но находился где-то очень близко.

– Мне нужно добыть кое-какую информацию о перевозке одного интересного мне груза. Я знаю, что никто не справится с этим лучше тебя. Возьмешься?

– Ты же знаешь, что все зависит от цены вопроса.

– Не обижу.

У меня возникает одна неплохая, пусть и рисковая идея, и я устремляю взгляд в зал в поисках Дафны. Чертовка вовсю воркует с одним женатым магнатом, а, почувствовав на себе взгляд, поворачивает голову в мою сторону и хитро ухмыляется.

– Представлю тебе кое-кого, – бросаю я Кирку и направляюсь к Палмер.

Когда я оказываюсь рядом с ними, Дафна заметно напрягается и улыбается мужчине уже натянуто. Мне нравится то, как мое присутствие заставляет ее натянуться и приложить немалое усилие для того, чтобы не подать никакого виду.

– Я украду у вас эту очаровательную особу, – не извиняюсь, а утверждаю я, едва заметно улыбнувшись.

Палмер не сопротивляется, когда я кладу свою руку ей на талию и направляю в сторону Кристофера, которого уже втянули в другой разговор.

Слышу, как от моего прикосновения она втягивает воздух и на секунду прикрывает глаза. Я наклоняю голову к ее уху, чтобы прошептать пару слов, и мне в очередной раз кружит голову миндаль.

– Мы сейчас подойдем к человеку, который попросил меня взяться за одно дело, и за него он щедро отплатит. Я планирую поручить это тебе. Но только после того, как увижу, на что ты способна.

Она медленно поднимает ко мне лицо и смотрит укоризненно. Я не удерживаюсь – опускаю руку с талии на поясницу, и поглаживаю ее в качестве успокоения. Теперь в медных глазах плещется предостережение, на что я ухмыляюсь и задеваю носом мочку ее уха.

– Расслабься. Ты слишком напряжена.

– Катись в Ад, – шепчет Дафна, и я тихо смеюсь.

Хочу сказать, что мы отправимся туда вместе, но Кирк замечает рядом со мной Палмер и ожидающе засовывает руки в карманы брюк.

Она никого не оставляет равнодушным. Я не исключение.

Тогда меня захлестывает безумное желание сломать, нарушить, переписать правила, возведенные Дафной, и заставить ее подчиниться мне. Такая женщина...

Ею хочется обладать. Перед ней невозможно устоять. Ее хочется заставлять склонять голову, опускаться на колени, покорно заглядывать тебе в глаза и долго наслаждаться тем, как она добровольно отдается тебе, поступаясь с принципами.

При мысли об этом меня обдает жар.

Я самолично поджег фитиль.

– Дафна, – Палмер невинно опускает веки, представляясь Крису, и намеренно не спешит поднимать на него взгляд – выжидает, томит, издевается.

– Кристофер, – Кирк оставляет на тыльной стороне девичьей ладони поцелуй, и с по-настоящему восхищенной улыбкой выдыхает. – Твоя спутница поистине неотразима, Хардман.

Дафна будто ждет от меня подтверждения этих слов, но я лишь ухмыляюсь и делаю глоток.

Ее это задевает. Раздражает.

– Вы меня смущаете, Кристофер, – скромно улыбается Палмер. – Не хотите подышать воздухом? Мне немного жарко, по правде говоря.

– С удовольствием.

Кирк подставляет локоть. Дафна обвивает вокруг него свои тонкие, изящные руки, и перед тем, как уйти, оставляет мне след от запальчивого взгляда.

Я смотрю на то, как шоколадный шелк платья сексуально обтягивает ее ягодицы при каждом шаге, и залпом допиваю остатки джина.

– Тед! – звенит женский голос около меня, и в мою щеку без стеснения врезаются чьи-то губы. – Давно не виделись, красавчик.

Во мне не дергается ни один из механизмов, отвечающих за возбуждение, когда я сканирую тело вроде бы знакомой мне девушки, но имени вспомнить не могу. Удивительно и странно, потому как ее грудь третьего размера вот-вот покинет пределы корсета.

– Времени как-то нет, – равнодушно оправдываюсь я.

Брюнетка играючи кладет свою руку мне на грудь и строит кукольные глазки, жирно подведенные тушью, и нежно опускает ладонь ниже.

– Быть может... Сейчас найдется минуток, скажем, двадцать?

Мне хочется рассмеяться в смазливое личико и попросить быть прямолинейней.

Давай потрахаемся, Тед. К чему это все?

– Нет настроения.

– Настроение можно создать, в чем я могу с удовольствием помочь...

В момент, когда женская рука оказывается у ремня, в дверном проеме я замечаю проскользнувший в коридоре силуэт Палмер.

– В другой раз, – я скидываю с себя руку брюнетки и спешно покидаю зал.

Я обнаруживаю Дафну в первой же гостевой комнате. В ночной полутьме, в переливающейся атласной материи, так идеально подчеркивающей жгучую внешность и медовый оттенок глаз.

– Палмер? – настороженно зову я, тихо прикрыв за собой дверь.

Она не отвечает, стоя у окна, но ее передергивает от моего голоса. Ее плечи поднимаются и опускаются в такт тяжелому дыханию. Я напрягаюсь.

– Что с тобой?

Дафна оборачивается.

Пусть и мысленно, но я охуенно больно падаю перед ней на колени. Как перед божеством. Раскрасневшимся, отчего-то запыханным божеством с блестящими, горящими глазами.

В ее руках я замечаю сверкающий серебром ремешок часов и столбенею.

– Это часы Кирка?

Она сглатывает.

– Впечатляет.

– Хардман...

Ее выдох – и меня раздирает на куски. Член в штанах напрягается.

– Так вот, в чем дело... – растягиваю я и медленно подхожу к Палмер.

Она отступает – я следом, пока она не оказывается у стены. Моя рука тут же ложится на девичье бедро. Я нетерпеливо комкаю нежную ткань и задираю подол платья, срывая с мерцающих от блеска губ судорожный выдох.

Дафна не отталкивает меня. Смотрит томно, из-под трепещущих ресниц, и пусть она ниже, но взгляд вновь свысока, вожделенный и сковывающий.

Еще ни одна женщина не позволяла себе так смотреть на меня. Я не позволял.

Я прижимаюсь к Палмер бесчестно близко и кончиками пальцев медленно, дразня, исследую разгоряченную кожу внутренней стороны ее бедра. Мой организм взвинчен от нахлынувшего желания, но точка невозврата ставится тогда, когда я едва весомо касаюсь влажной ткани ее нижнего белья.

У меня сносит крышу. Я не чувствую ни грамма сопротивления, обхватив Дафну за талию и усадив на стоявшую рядом тумбу, и кривлю губы в лукавой улыбке от открывшейся, восхитительной картины: коричневая материя скомкана на животе; ноги в изящных туфлях, купленных лично мной, вызывающе раздвинуты.

Выдержки не хватает. Я вжимаюсь в Палмер окаменевшим членом, обтянутым плотной тканью брюк. Моя рука ложится ей на шею, губы оказываются в жалких миллиметрах от ее.

Я хочу ее поцеловать. Я хочу ее почувствовать. Хочу овладеть прямо здесь и сейчас, грубо и жарко, громко и несдержанно, наплевав на то, что в любой момент кто-то мог ворваться в эту комнату.

Но вместо этого я отодвигаю в сторону ткань черных трусиков Дафны и подушечкой указательного пальца провожу по пламенной плоти. Она такая мокрая, что у меня начинает кружиться голова от представления, как охуенно приятно было бы оказаться внутри нее.

– Палмер, – хрипло шепчу я, сжимая тонкую шею. – Посмотри мне в глаза.

Она лихорадочно дышит и мотает головой.

Это так на нее похоже.

Я ухмыляюсь. Надавливаю на комочек нервов и медленно двигаю уже средним пальцем по кругу. Дафна тихо стонет и закусывает нижнюю губу.

– Давай, очаровательная воровка, – повторяю сипло, продолжая сладостную пытку. – Посмотри на того, кто тебя ублажает.

Она резко кладет руки мне на плечи и сжимает пиджак, опустив голову.

Палмер бьет мелкая дрожь. Ее бедра в желании получить ошеломительную разрядку ерзают навстречу моей руке. Меня убивает осознание, что я хочу дать ей желаемое, проигнорировав собственную изнывающую эрекцию.

Джентльмен недорезанный.

– Хардман...

– Попроси, – требую я и замедляюсь в ожидании.

– Никогда, – выдыхает Палмер и наконец поднимает на меня глаза.

– Упрямая...

Я низко рычу и припечатываю ее к стене. Непокорная, выводящая меня из себя чертовка, возбужденная до безобразного хлюпа смазки при каждом движении пальцами меж сочных девичьих бедер. Как я могу оставить ее в таком состоянии?

Ведь это из-за меня.

– Кончай, Палмер, – я довольно улыбаюсь.

Ноги Дафны разъезжаются еще сильнее. Она в моменте выгибается и впивается в мое запястье острыми ноготками, не позволив остановиться, но я лишь ускоряюсь, подталкивая ее к самому краю порочной бездны.

С которой она вдруг срывается. Кончает так.... Черт, она кончает так красиво, закрыв рот тыльной стороной ладони, чтобы никто ее не услышал, что я и сам чуть было не делаю этого.

– И снова не благодари, – ухмыляюсь я, нежно проведя по ее бедру в последний раз прежде, чем отстраниться.

По взгляду Палмер заметно, как дымка наваждения рассеивается и доходит осознание произошедшего. Кажется, что для нее это конец света, судя по тому, как она соскакивает с тумбы и нервно одергивает платье, одарив меня при этом враждебным взглядом.

– Иного я и не ожидал, – хмыкаю я и разворачиваюсь к двери. – Часы Кирку вернешь.

Я выхожу из комнаты и,сделав несколько шагов по коридору, останавливаюсь. Сначала меня пробирает на смех, ведь я только что позволил воспользоваться собой какой-то авантюристке-самоучке, а потом в груди образуется неприятная, звенящая тяжесть.