Главе 24. Блейз
Через пару минут дверь распахнулась, и вбежала мадам Помфри с лекарствами и чарующими повязками в руках. Но даже она, с её опытом, выглядела растерянной.
— Элис, девочка моя, дыши глубоко! — Помфри опустилась рядом, но едва прикоснулась — Элис резко оттолкнула её, рыдая и хрипя. — Нет... не трогайте! Не...
Грудь рвала острая боль, в ушах стоял звон, и казалось, что воздух в комнате закончился. Паника, как цунами, захлестнула её полностью.
— Это хуже, чем я думала... — Помфри метнула тревожный взгляд на Гермиону. — Я не могу её стабилизировать.
Дверь в комнату хлопнула ещё раз. На пороге стоял Фред. Его глаза — расширенные, полные ужаса, но в ту же секунду он сорвался с места.
— Элис! — голос сорвался, он опустился перед ней на колени, не обращая внимания ни на Помфри, ни на Гермиону.
Она не смотрела на него, но он взял её за руки, крепко, но не больно, и прижал к своей груди.
— Слушай меня, слышишь? — его голос стал низким и ровным. — Это я. Это Фред. Ты в безопасности.
Он начал медленно раскачиваться вместе с ней, почти шёпотом повторяя:
— Вдох... и выдох. Так, умница моя. Я здесь. Никто тебя не тронет.
Её дыхание всё ещё рвалось, но руки начали дрожать чуть меньше. Лоб уткнулся в его плечо, и он почувствовал, как горячие слёзы прожигают рубашку.
— Ты ж моя кошечка , — тихо выдохнул он, так, чтобы никто больше не услышал. — Я тебя не отпущу.
***
Ночь опускалась на Хогвартс, и в комнате Гриффиндора царила тишина, нарушаемая лишь тихим дыханием Элис и едва слышными словами Фреда.
Она лежала, прижавшись к нему, дрожала, но теперь слёзы уже не текли. Фред осторожно погладил её по волосам и улыбнулся.
— Знаешь, ты выглядишь как очень серьёзный котёнок, — сказал он с лёгкой улыбкой.
— Очень серьёзный котёнок? — удивлённо приподняла бровь Элис.
— Да, вот прямо сейчас. Грустный, но такой, что хочется тебя обнять и приласкать, — Фред хитро подмигнул.
Элис не смогла сдержать улыбку — уголки губ дрогнули, и через секунду она тихо засмеялась.
— Ну, если я котёнок, то ты тогда должен быть моим рыжим тигром, — шутливо сказала она, глядя в его глаза.
— Рыжим тигром? Тогда мне нужно научиться рычать по-настоящему! — ответил Фред, делая грозное лицо, которое тут же сменилось на озорную улыбку.
Она снова захихикала, и в этом смехе было что-то настоящее — лёгкость, которой так давно не было.
— Видишь, — сказал Фред, — даже в самых тёмных местах можно найти свет. А если свет — это ты, то я здесь, чтобы этот свет не погас.
Элис улыбнулась шире, прижавшись к нему сильнее.
— Спасибо, Фред. Мне правда лучше.
— Вот и отлично, маленькая котёнок, — подмигнул он. — Теперь спи, а завтра мы вместе разорвём этот мир.
И в тот момент, когда смех и поддержка были сильнее страха, Элис впервые за долгое время почувствовала, что всё будет хорошо.
После того как смех немного утих, Фред расслабился и чуть серьезнее посмотрел на Элис.
— Знаешь, — начал он, — с Анджелиной у меня всё... ну, не знаю, сложно. Мы не совсем вместе, скорее что-то вроде «мы пытаемся понять, что хотим». Она классная, но я не уверен, что готов сейчас к чему-то серьезному.
Фред попытался улыбнуться, надеясь немного разрядить напряжение, но в глазах Элис уже читалась глубокая обида. Она не могла поверить, что он так легко говорит об отношениях с Анджелиной — словно она была всего лишь временной забавой, а не кем-то важным.
— Ты с ней? — выдохнула она, голос дрожал, но в нём звучала боль и разочарование.
Фред кивнул, пытаясь подобрать слова:
— Мы просто пытаемся разобраться, Элис. Это ничего серьёзного, я не хочу, чтобы ты думала, будто...
Но тут она резко подняла руку и дала ему пощёчину — звук удара эхом разнесся по комнате.
— Хватит! — выкрикнула она, глаза горели огнём. — Ты думаешь, я — просто кто-то, с кем можно играть? Что я — твой запасной вариант? Знаешь что, Фред? Я не кто-то! Я не игрушка! И я больше не позволю тебе обращаться со мной как с мелкой девчонкой, которую можно просто заменить!
Она тяжело дышала, пальцы сжимались в кулаки, словно удерживая себя от того, чтобы сказать что-то ещё более резкое. Фред стоял ошеломлённый, не ожидавший такой реакции.
— Я... — начал он, но она перебила:
— Нет, не надо ничего говорить! Просто пойми, что у меня тоже есть чувства, и я заслуживаю уважения!
В комнате повисла тишина, наполненная тяжёлой эмоцией. Элис отвернулась, пытаясь сдержать слёзы, но взгляд её был твёрдым и решительным. Потом она вышла из гостиной и ушла.
Элис шагала по пустынному коридору, сердце билось так громко, что казалось, будто его слышат все вокруг. Внутри всё горело: от напряжения, от страха, от той смеси чувств, которую она никак не могла назвать иначе как... надеждой. Она не знала, куда ведёт её путь, но знала одно — она должна найти его.
И вдруг, за углом, словно свет в тёмной пещере, она увидела его — Блейза. Его тёмные волосы чуть спадали на лоб, а глаза светились мягким, тёплым светом, который заставлял забыть обо всём плохом. В этот момент мир замер.
Она приблизилась к нему, и время словно растаяло. Они стояли так близко, что могли слышать дыхание друг друга, и тогда Элис решилась — она осторожно, но уверенно обвила руками его шею и притянула к себе. Их губы встретились в нежном, но страстном поцелуе, словно это был единственный способ сказать всё, что слова не могли выразить.
Блейз ответил ей мягко, его руки крепко поддерживали её, будто обещая, что не отпустит никогда. В этом поцелуе было всё — поддержка, понимание и тихое обещание быть рядом, несмотря ни на что.
Когда они оторвались, Элис посмотрела ему в глаза и улыбнулась, ощущая тепло, которое разливалось внутри.
— Спасибо, что ты — здесь, — прошептала она, и голос дрожал от искренности.
Блейз улыбнулся в ответ, провёл пальцем по её щеке и нежно коснулся губ.
— Всегда буду рядом, — тихо сказал он.
И вместе они шагнули дальше по коридору, растворяясь в мягком свете свечей, словно двое потерянных путников, наконец-то нашедших друг друга.
После того нежного поцелуя Блейз на мгновение отступил, словно собираясь с мыслями. Его глаза горели решимостью, и в них читалась та самая искренняя смелость, которая так привлекала Элис.
Он осторожно взял её за руку и плавно подвёл к широкому подоконнику, покрытому лёгким инеем от прохладного вечера. Аккуратно усадил Элис, и она почувствовала, как холодный камень под ней едва контрастирует с теплом его взгляда.
Блейз наклонился ближе, его рука мягко легла на её талию, пальцы чуть дотронулись до ткани её одежды, и сердце Элис забилось ещё быстрее. Это касание было лёгким, почти невесомым, но вместе с тем полным обещаний — словно он хотел сказать: «Я рядом, я хочу быть ближе, чем когда-либо».
Она взглянула ему в глаза, и там увидела не только нежность, но и решимость — смелость сделать шаг вперёд, несмотря на страхи и сомнения.
На мгновение всё вокруг исчезло — остались только они двое, тёплое прикосновение и неуловимая магия момента.
Элис сидела на широком подоконнике, слегка откинувшись назад, руки рефлекторно сжимали края камня. Левая рука пыталась прикрыть грудь — футболка куда-то исчезла в суматохе. Блейз стоял рядом, его взгляд был напряжён, но в нём сквозила решимость. Он осторожно дотронулся до её талии, словно собираясь сделать шаг вперёд.
В этот момент по коридору раздались резкие шаги. Дверь в их сторону приоткрылась, и словно взрывом в комнату ворвался Драко — глаза сверкали гневом.
— Что, черт возьми, вы творите?! — выкрикнул он, голос пронзительный и наполненный яростью. Его взгляд сразу же упал на обнажённую часть Элис и руку, которая отчаянно пыталась прикрыть то, что должно было оставаться скрытым.
— Ты... без футболки? — он с трудом сдерживал возмущение, — И это что, должно быть, твой новый способ провокации?
Блейз напрягся, но сдержался от слов, которые могли бы только усугубить ситуацию.
— Я не хочу быть дядей! — вырвалось у Драко, голос стал глубже и чуть дрожал, — Вы оба немедленно уходите!
Элис почувствовала, как кровь стынет в жилах, и чуть прижалась к стене. Она не могла встретиться с глазами брата, а Блейз всё так же молчал, словно поддерживая её молчаливым присутствием.
Драко шагнул вперед, делая угрожающий жест, будто готов был разогнать двоих силой.
— Я серьёзно! Пошли отсюда, пока я не передумал! — добавил он, выпуская из себя пар гнева, который копился слишком долго.
Элис, наконец, поднялась, крепко сжимая руки, её сердце бешено колотилось. Вздохнув, она быстро нашла футболку, которую сбросила, и надела её, почувствовав тепло ткани на коже. Это немного успокоило её.
Блейз медленно отступил, помогая ей спуститься с подоконника, и они направились прочь по коридору, оставляя Драко с его бурей эмоций и невыраженной тревогой.
Драко не сразу отпустил Элис, когда они оказались в конце коридора. Его пальцы крепко сжали её запястье, он почти тянул её за собой, не давая убежать.
— Что ты вообще себе думаешь?! — вырвалось из него с рыком, когда они приблизились к лестнице, ведущей в Гриффиндор. Его голос эхом разносился по пустому коридору, резкий и полный ярости.
Элис пыталась освободить руку, но Драко не отпускал. В его глазах пылал страх и беспокойство, но вместе с этим — грубость и злость.
— Я не хочу, чтобы ты... чтобы это случилось с тобой! — кричал он. — Я не хочу, чтобы моя сестра забеременела! В тринадцать. Ты же понимаешь, что это может всё испортить? Всё!
— Ты что вообще! Какая беременность что ты говоришь!
Она остановилась и, наконец, встретила его взгляд — в нём не было привычного надменного хладнокровия, а только отчаянная тревога.
— Ты думаешь, я хочу быть дядей?! — продолжил Драко, почти задыхаясь от накативших эмоций. — Ты слишком молода для всего этого, а они... они не поймут! И я не позволю, чтобы с тобой случилось что-то... что я не смогу контролировать!
Элис покачала головой, чувствуя, как внутри неё растёт смесь злости и обиды. Но слова брата были слишком громкими, слишком честными.
— Может, я сама решу, что мне делать! — резко отрезала она, стараясь взять себя в руки, — Я не ребенок! И не хочу, чтобы ты так со мной разговаривал.
Драко вздохнул и на миг притих, но потом опять сжал плечо Элис чуть крепче.
— ты все еще ребенок! И моя младшая сестра тебе тринадцать! — крикнул он на нее.
Элис молчала, и в этом молчании слышалось многое: любовь, страх, тревога, противоречие.
Когда они наконец подошли к двери гостиной Гриффиндора, Драко осторожно отпустил её руку. Элис сделала шаг вперёд, глубоко вздохнула и, не оглядываясь, вошла внутрь.
Драко стоял в коридоре, держа кулаки сжавшимися, и только тогда позволил себе опустить голову, понимая, что их ссора была болезненной, но необходимой.
Элис тихо скользнула в комнату, осторожно ступая по холодному каменному полу, стараясь не издавать ни звука. Луна за окном мягко освещала пространство, отбрасывая длинные тени на стены. Она аккуратно закрыла за собой дверь, чтобы не потревожить сон однокурсниц, которые уже давно мирно дремали в своих кроватях. Легко вздохнув, Элис медленно прошла к своей постели, стараясь не задевать покрывала и личные вещи соседок. Оказавшись наконец у кровати, она присела на край и минуту просто смотрела в темноту, давая мыслям утихнуть. Затем, сняв обувь, осторожно залезла под тёплое одеяло и, чувствуя, как усталость постепенно окутывает тело, закрыла глаза. В тишине ночи её дыхание стало ровным и спокойным — Элис, наконец, погрузилась в сон.