Слеп на левый.

Как это бывает в волчьих стаях, меня повалили на лопатки. Зачем? Что бы допросить, эти глупые создания никогда не имели в виду значение "личное пространство" и "неприкасаемость", которой я обладал. Но сейчас не было времени рассусоливать кто прав, а кто виноват. Я лежал на земле с преспокойным видом постоянного незнайки, волчьи клыки горели фосфоритным огнем прямо перед единственным видящим глазом. Они говорили "Скажи нам все или ты превратишься в прах". 

В таких ситуациях нельзя подаваться панике, делать широкие глаза и пытаться скулить. Необходимо лишь выполнять требования, лишенные логики.

Я долго молчал, пока взрослые псы (по-другоме не скажешь) волочили меня по почве, так что моя шерсть скаталась, а уши смялись в трубочку. Наконец, мне дали возможность вымолвить хоть словечко.

- Да, действительно, я учуял запах костра и резины в лесу, но утверждать, что это люди... Как минимум глупо.

- Неужели? А как ты объяснишь то, что запах человека всегда скрывается под двумя составляющими : под запахом костра и резины. Ни о чем не говорит?  - Надо мной простирался свежий, молодой бурый волк, в нем кипела каждая капля крови, а нервы так шалили, что, боюсь, иногда он не мог держать себя в руках. Я чувствовал его извилистую тушу над своей и уже готов был обороняться в случае его нападения. Однако он вовремя утихомирил свой пыл.

- Не знаю, возможно так и есть, возможно это все-таки люди, но чего вы хотите от меня? 

- Четкости ответа и уверенности в твоей правоте, - отозвался кто-то со стороны и все обернулись туда ( к сожалению я с той стороны не вижу). Голос показался мне мягким, теплым, но очень упрямым и уверенным. 

- Тем, что вы прижали меня к земле и не даете даже вздохнуть, ничего не добьетесь. Неужели нельзя выдвинуться в лес, что бы вы сами во всем убедились?

Все оторопели от столь умной идеи и хватка слегка ослабилась.

- Тогда ты идешь с нами.

- Не возражаю, - произнес я в пустоту, так как прекрасно понимал, что мое мнение здесь роли не играет.

Самки остались на ночлеге с новорожденными волками, а группа, состоящая из самцов и во главе с Бэком, двинулась в сторону соснового бора.

Мне не было страшно, скорее жутко от того, что они могут не учуять столь тонкий запах. Доказать волкам что-либо невозможно. 

Сделав несколько шагов в окруженный темной мглой лес, мы остановились. Рядом со мной стояли два хилых волка, выполнявшие роль охраников, в случае, если я убегу. К счастью, такие тупые мысли даже не навещали меня.

- Ты что-то чувствуешь? - Спросил кто-то спереди.

- Есть что-то похожее на резину, но я не уверен. - Отвечал бурый волк, которые буквально недавно нависал гневным телом над моим.

- А ты... - Он запнулся, видимо, хотел оскорбить меня, однако ничего не придумал, поэтому продолжал, - ты чувствуешь?

Я принюхался к жухлой земле. От нее пахло металлом, но еще больше резиной и костром. Теперь я стал чуять запах псины.

- Да, - не задумавшись ответил я, тогда все волки опустили свои кровавые, посл жирной трапезы, морды и стали шархать носом по земле. Пыль и клочки земли отлетали при выдохе, а во время вздоха, огромным потоком залетали в ноздри, отчего глаза волков жмурились.

Я наблюдал, что еще оставалось делать. Они отошли налево от меня, где именно они были я не знал, стоял смирно, даже не поворачиваясь.

Дерзки голос бурого волка воскликнул:

- Здесь! 

Листва захрустела, когда все бросились к нему и жадно начали вдыхать землю, но я их не видел.

- Дело чертовски плохо, - ответил Бэк и задумался над решением.

В поле моего зрения что-то мелькнуло. Это что-то было на столько неуловимым на вид, однако отчетливый запах вдался мне в нос резким отблеском псины. Я оторопел и невольно заскулил, заставляя часть стаи обратить на себя внимание.

- Что? - Спросил Бэк и посмотрел в ту сторону, в какую были направлены мои уши.

- Там охотничьи псы, - медленно и тихо произнес я, на столько тихо, что меня не расслышали остальные.

Времени рассуждать о правоте моего суждения не было. Когда-то грозный, полный силы и уверенности волк - вожак, теперь прижал свой пушистый хвост и вглядывался, а затем громко сказал.

- Все назад, все в укрытие!

Послышался выстрел. Где-то неподалеку от нашего места пребывания, все затихло на миг, все замолкли и стали прокленать судьбу. 

Тишина пугала, я ждал чего-то необъяснимого и резкого, что вполне могло произойти. Затем слышал отчетливые прыжки, кажется косули.

На нас летела огромная лань с кровототящимся боком, порванным почти в клочья. Я удивился, почему она не подохла, прежде чем инстинкты заставили меня бежать к укрытию. 

Косуля прыгала высоко, но ослабленно, с каждым прыжком все ниже опускаясь к лесной подстилке, а уши ее ходили ходуном. 

Я убежал, видя перед собой хвосты других бегущих в панике волков, больше ничего. Благо, наше укрытие находилось совсем близко от леса, так что вскоре мы уже выбежали на чуть притоптанную траву и в бешенстве бросились спасать волчат и самок. 

Это был кошмарный сон. Я хотел проснуться, но не мог. Под корнем моего гнилого дерева я увидел двух охотничьих собак, жадно пожирающих одну из самок, а в углу были забиты волчата, жалобно скулящие, молящие о помощи. Кровь от волчицы уже впиталась в землю и лапы белых псов были окровавленны. Их стройные, извивающиеся тела , возвышаясь над трупом волчицы, бесовали, в неистовом хотение поскорее приступить к новым жертвам - нашим детям. Глаза самки оказались приоткрытыми, но они не смотрели вдаль, как это бывает всегда, они ловили строгим взглядом волчат, будто перед гибелью, она стремилась помочь именно им.

Вообще, я не понимал этого стремления помогать волчатам, хотя прекрасно знал, как  тяжело лишаться близких. Стоя возле крона дерева, я размышлял, а стоит ли жертвовать собой, ради того, что бы спасти, без того обреченных детей? Их мать мертва, а новорожденные не могут располагаться на ответственность старших волков.

Поэтому я бежал. 

Вечерний мрак сгущался над небольшой полянкой, где было когда-то наше пристание, в лесу я уже не мог различать теней. Небо, покрытое опасными звездами призывало о помощи, каждая из моих остроугольных товарищей молили о помощи. 

Ноги отказывались работать, сердце колотилось то ли от страха, то ли от усталости. На миг я остановился, обернулся назад и узрел кровавую схватку Бэка с теми двумя Эрдель терьерами. Они были огромными, в глубине сырого окопа они выглядели совсем маленькими, не представляющими угрозы. А сейчас, когда Бэк встал на задние лапы, а один из псов последовал его примеру, они совсем сровнялись в росте. Я запаниковал. Было бы лучше помочь вожаку, но я боялся, страх бил ключом внизу желудка и давал команду бежать. Последний раз обернувшись на Бэка, я уже увидел, как одна из собак впилась ему в сустав на задней ноге, а вторая бездушно душила в области глотки.

Подбежав к одному из волков, я наконец отдышался и жалко заскулил, так как скулять последние трусы. Хотя, я не совмневался в своей подлости, поэтому это сравноние было однозначным.

Серый с черными подпалинами волк уставился на меня пустыми глазами и прошептал.

- Мы все умрем, это конец.

Сейчас, именно сейчас я решил взять инициативу в свои лапы и, подняв голову, сказал:

- Мы можем бежать из этого места.

- Нет, нужно помочь остальным.

Я пожалел о сказанном. Наверняка он посчитал меня уродом, не способным постоять за свою честь и честь стаи. Но я был этим уродом.

Cерый волк скрылся за низкими кустами, скрывающими страшную картину битвы. Честно говоря, мне даже не хотелось бежать за ним, во-первый, я боялся быть убитым какими-то тварями, не достойными убить волка. Во-вторых, принципиально хтелось сделать на зло этому маразматику. 

Стоять в раздумиях не было времени, поэтому я двинулся в сторону черного леса.