Приют Невинных

Пробуждение после кошмара в холодном поту стало такой обыденностью для Кристиана, что тот в очередной подобный раз лишь протяжно выдохнул полные легкие воздуха, приводя сознание в порядок. Поднес запястье ко лбу, к которому налипли белокурые прядки длинных до пояса волос, стирая испарину. Насильно выровненное дыхание постепенно унимало бушующее сердце и страшные картины, вылезшие из подсознания, начали постепенно тускнеть. Прошло десять лет, а ему все снится порой тот злосчастный день, после которого под откос пошла жизнь, тягаемая вниз весом тяжкого преступления. Приснилась ива, озеро, заросли камышей, белая ручка, схватившая из воды за ногу и потянувшая за собой. По спине пробежали мурашки и уже взрослый мужчина упал обратно на мокрую от пота постель, закрыв глаза. За приоткрытым окном едва шумели редко проезжающие машины, а комната была погружена во мрак с помощью плотных серых штор, загораживающих жилище от огней освещенной Флоренции. Дом в городке Миккели вскоре после происшествия он оставил, а потом и вовсе продал, когда скончался отец в автомобильной аварии и наследство перешло старшему сыну. В желании убежать от родного места и самого себя, он переехал в солнечную Италию, которая своим жарким климатом совсем не подходила для северного жителя. Кристиан твердо для себя решил, что не хочет возвращаться туда, где застал смерть младшего брата. Из семьи остались лишь двое. Мать и сын и оба порознь в разных странах. 

Еще не до конца пришедший в себя Леннарт потянулся машинально к прикроватной тумбочке, поворачивая к себе электронное табло часов. 3:12. Он уже знал, что после подобных кошмаров не сможет попасть под влияние сна. Лениво сползая с кровати, Кристиан вспоминал какой работой может сейчас заняться и остались ли ему задачи до установленного срока сдачи части проекта. В местной компании мужчину уже третий год ценили как трудолюбивого сотрудника, который крайне редко показывается в офисе. В темной квартире пришлось передвигаться наощупь, ведь не было никакого желания в ослеплении собственных глаз верхним светом. 

Добравшись до соседней комнаты, являющейся рабочим кабинетом, мужчина прикрыл за собой дверь и закрывая глаза ладонью, зажег настольную лампу рядом с компьютером. Убавив интенсивность освещения, можно было открыть взор, дав глазам немного привыкнуть к четкости маленького темного мира с единственным тусклым лучиком. Совсем тихонько загудел компьютерный блок, вспыхнул белый экран. 

-- Чтоб чёрт побрал тебя за яркость такую. -- шепотом выругался на железо Леннарт, словно боясь, что услышит кто. Жил то он один. Вероятно не хотел нарушать тишину ночного покоя. 

Горячая кружка с пакетиком чая, залитая крутым кипятком с характерным звуком опустилась на стол, придерживаемая за ручку. Внезапно дернулась мышца на лице, заставляя глаз лихорадочно трястись и Кристиан придержал кончиком пальца его, пока не отпустит. 

-- Может быть успокоительные попробовать? -- задал он вопрос в пустоту, отвлекшись на пришедшее в эту секунду же сообщение. Всплывшее окошко на компьютере показывало имя и часть написанного. -- Агата...как же ты вовремя.

"Не спишь надеюсь? У меня тут такое, тебе понравится" - гласил текст от девушки в чате.
"Не сплю, но давай не сейчас. Встретимся завтра на нашем месте вечером. Часов в шесть. Хотя не завтра, уже сегодня получается" - отправил мужчина ответ, попутно открывая недоделанную работу в одной из программ. 
"Давай-давай, IT-шник. Своим трудоголизмом убьешь себя скоро"

Это было последнее сообщение и Кристиан не стал на него отвечать. Данную истину он знал и так, без лишних на то указаний. Конечно, всегда проще убежать от переживаний и проблем, утопиться в делах или работе, но ни в коем случае не дать волю своим внутренним демонам. Что уж говорить о нескончаемой вине, грызущей каждый день и каждый год, стоя на могиле, ронять бестолковые слезы. Ничего уже не вернуть и вину не искупить, так к чему терзания? Логично, да, но мысли эти нисколько не утешают. 

-- Хотел бы я вернуть все...вернуть и исправить. Только дайте все исправить. -- бормотал он себе под нос, отпивая жгучими глотками крепкий чай и жмурясь от обжигающего чувства, постепенно сосредотачиваясь на работе. 

Часы за работой летели незаметно и серые плотные шторы только усиливали ощущение, что день не движется и стоит на месте. Стоило ближе к вечеру наконец встать из кресла и впустить солнечный свет в кабинет, как тут же осознание прошедшего дня врезалось в голову вместе с яркими лучами. Пора было собираться на встречу с подругой, которая так хотела что-то рассказать или показать. На дворе стояло начало лета, погода радовала итальянцев обилием тепла и света. В особо ясные дни Леннарт предпочитал излюбленно сидеть дома, лишь открывая небольшую щель для тонкого луча золотистого света.

Уже потрепанный с годами комплект из бежевых брюк и белой водолазки хоть и выглядел не новым, но замечательно играл с бледной кожей и белокурыми волосами. Только голубые тусклые глаза выдавали совсем темное внутри, что так не вязалось со светлой внешностью. Потухший и сонный взгляд, сероватые круги под глазами выдавали в человеке перманентный груз, который тот нескончаемо тащит на своих плечах. Замерев у зеркала, мужчина руками уперся в трюмо, на котором то стояло и вгляделся в собственное лицо. Казалось он стал еще бледнее. Или это освещение? Так или иначе, но машинальное нанесение солнцезащитного крема на шею, лицо и кисти рук это не отменяет. 

Солнце под вечер пекло не так интенсивно, но Кристиан все равно придерживался дороги в тени зданий и деревьев. Место, на котором всегда Кристиан встречался с Агатой, это ближайший сад роз с излюбленной зоной большого живописного фонтана и белых скамеек. На одной из таких возле живой изгороди пышных цветов уже терпеливо ждала девушка, все с тем же неизменным красным цветом волос. 

-- Заждалась небось? -- со спины Кристиан накрыл ладонями чужие глаза, тут же вызвав ворчание в ответ и после присел рядом.
-- Тебе лишь бы тушь мне смазать. -- отозвалась Агата слегка наигранным раздражением. 
-- Что ты так хотела мне показать, аж не постеснявшись написать среди ночи?
-- Помнишь ту компанию, про которую я говорила где то месяц назад? Меня таки взяли туда арт-директором! С трудом, но места добилась, к тому же... -- она резко замолкла, отчего Кристиан чуть встрепенулся, отведя взгляд от узкой выложенной дорожки под ногами и направил его на девушку. -- Ты чего такой болезненный? 
-- В каком смысле? Я здоров. 
-- Синяки свои под глазами говорят об обратном. -- указала она тонким пальчиком в левый глаз мужчины, заставив того отвести голову назад. 
-- Просто не выспался. Говори, что начала. 

Кристиан вновь опустил взгляд в каменную кладку, жестом сопроводив последнюю фразу, призывающим к продолжению рассказа. Он старался слушать подругу внимательно, но слова ускользали куда-то далеко, не позволяя собрать картинку ситуации воедино. Агате хватило всего пары минут, чтобы понять, что друг ее совсем пропускает мимо ушей. В эту же секунду, словно отрезвляющей пощечиной, девушка хлопнула в ладоши прямо перед бледным лицом. 

-- Крис! Хватит спать, что случилось? -- повысила она голос на несколько мгновений, после вернувшись к своему привычному тону. -- Ты куда-то в облака улетаешь. 
-- Лучше бы в облака. -- протер он уставшие глаза и наклонился вперед, упираясь локтями в колени. -- Меня кошмары сегодня мучили. 
-- Опять? Может тебе все таки к врачу обратиться? Я уже столько раз говорила об этом. 
-- Нет. Я уже тоже много раз говорил об этом. Тем более завтра круглая дата, возможно потому и нервничаю. 
-- Что еще за круглая дата? Юбилей какой-то? -- Агата придвинулась ближе, почти позабыв, что пришла похвастаться своими достижениями, но сегодня Кристиан ее не слушал так, как обычно. 
-- Можно и так сказать. У Камиля десять лет со дня ухода. Ему было бы сейчас восемнадцать. 
-- Крис, черт тебя возьми...я все никак не могу запомнить это число. Почему сразу не сказал? 
-- Лучше не запоминай. Потому что это давно потеряло смысл, разве нет? В идеале люди забывают мертвого, вспоминая его лишь в определенные моменты, живя дальше и не оставаясь в прошлом. Порой и я чувствую то же самое, ведь каждый день думать об этом было бы равно пытке над психикой. Однако это не отменяет факта, что совесть по сей день грызет за содеянное. 

Агата промолчала, продолжительно выдыхая полные легкие воздуха. Она слышала это уже далеко не первый раз и каждый из них старательно объясняла обратное. Уже готовясь к длительному очередному спору, она достала из кожаной черной сумки небольшую бутылку воды и отпила немного, смачивая горло. Однако Леннарт не пожелал снова выслушивать все это, уже наперед зная все свои ответы на чужие аргументы. 

-- Нет, не надо мне сейчас говорить, что тут нет моей вины, что все это в прошлом и так далее. Слышал и не единожды. 
-- Тогда что ты от меня хочешь? 
-- Ничего. Никакими разговорами его не вернешь. 
-- То, что ты не можешь изменить, надо отпустить, понимаешь? Как ты ни убивайся, ни  старайся, ни захлебывайся слезами у надгробья, Камиля не вернуть. Зачем тогда ты себя терзаешь? 
-- Потому что вина душит. Если бы... -- Кристиан не успел закончить мысль, так как Агата перебила его. 
-- Если бы, да кабы. Никаких "если" уже быть не может. Все случилось, что ты хочешь от себя добиться? Места в психбольнице? Так я могу помочь организовать. 
-- Не дави мне на мозг, пожалуйста. И без тебя тошно. 
-- Хорошо, тогда что дальше? Ты сидишь, ноешь и ничего не делаешь, чтобы как-то улучшить свое состояние. Прости за такие слова, но это правда. Смерть близкого, тем более такая и в юном возрасте сильно сказывается. Я так понимаю есть желание как то свой поступок искупить? 
-- Предположим да. Я не помог ему тогда, хотя Камиль просил об этом. Оставил одного, а он не справился. 
-- Не помог тогда, так помоги сейчас. 
-- Каким образом? Что ты имеешь ввиду?
-- О помощи просил ребенок, который еще многое не в силах сделать. Да, ему ты уже не поможешь, но можешь помочь кому-нибудь другому. Знаешь сколько детей нынче нуждаются в помощи? Моральной, материальной, физической. Я думаю Камиль был бы рад этому. 

Снова недолгая пауза разделила поток диалога. Кристиан по привычке хрустнул пальцами, как он делал всегда, когда что-либо его нервировало. Агата, скорее всего, была права. Помощи в мире очень мало, особенно тем, кто в этом искренне нуждается. Сам Камиль был подтверждением этому феномену. Всегда обращаясь к старшему брату, он чаще всего получал или отказ или помощь чисто дежурного вида, для галочки. Что поражало больше всего и самого Кристиана и их родителей, так это безусловная детская любовь, которая не смотря ни на что отдавалась старшему в обмен на ничего. Отец и мать объясняли это подростковым возрастом, на который и выпало детство младшего. Старший Леннарт не объяснял это никак. Мужчина откинулся на спинку скамьи, вытянув и скрестив ноги. 

-- Наверное ты права. -- вымолвил он наконец, прикрыв глаза от вновь вышедшего из-за тучки солнца. -- От части заработка я не обеднею, учитывая что трачу едва ли половину. 
-- Деньги это конечно хорошо и решит немало материальных проблем. А как же моральная составляющая? Ты же не от избытка средств делать это будешь, тебя грызет груз душевный. 
-- Что ж ты мне предлагаешь? Наведаться в детский садик? 
-- Не в детский садик, там и без тебя у них опеки по самые уши. А вот сиротам порой очень не хватает помощи. Это такие же дети, которым нужно все: одежда, игрушки, обучение, общение и так далее. Задумайся хорошенько на досуге, может у тебя душа наконец успокоится и вина отпустит. Переключишься на что-то более важное, чем сидеть в одиночестве в четырех стенах и грызть самого себя годами. Только если решишься, то обдумай все еще раз. Дети не игрушка и главное в помощи им не навредить. 
-- Навредить теперь большой страх, по правде. Спасибо за мысль. Быть может так будет лучше. 

Агата поднялась с белой скамейки, смотря на наручные часы. Время близилось к восьми вечера и как раз к нему она планировала заканчивать встречу. Взяв сумку, изящная женская ручка резво в ней закопошилась, придерживая со дна приподнятым коленом. Уже начинал подниматься прохладный ветер и по коже Кристиана под водолазкой пробежали неприятные мурашки. Не то усталость так сыграла, не то сидение на одном месте, но он быстро начал мерзнуть. 

-- Рад был с тобой увидеться. -- поднялся он вслед за девушкой, придерживая ту за локоть, дабы не шатало от стояния на одной ноге в каблуках. 
-- Я тоже. И переставай уже хандрить, сделай что-нибудь вместо этого, но мозгами думать не забывай. Однако это в любом случае лучше бесконечных угрызений совести. Слезами то горю не поможешь. 
-- Верно, да. Я подумаю над этим. 
-- Вот и молодец. -- Агата приподняла уголки накрашенных красной помадой губ и потрепала пальцами кудрявые волосы на чужой макушке. 
-- Пойдем провожу. 

Сад опустел от голосов двух людей, удаляющихся из зеленого сердца города в каменные человеческие джунгли, полные зажигающихся на ночь огней.