Глава 6. Спасение
Кто знает, как далеко унесло бы Пашу течение, если бы не рыбаки, проверявшие сети. Они заметили его и вытащили на берег. Нащупали пульсацию на шее и, обрадованные, что живой отнесли в ближайшую избу. Это была небольшая промысловая деревня. Хозяйка избы всплеснула руками, охнула и побежала расстилать постель. Пашу раздели, уложили и растерли самогонкой. Муж хозяйки помчался за доктором, а она затопила печь. В комнате скоро нагрелось. Пашу укутали тяжелым ватным одеялом. К приезду доктора он уже очнулся, открыл глаза и пробормотал что-то невнятное. Врач сказал, что вероятно сотрясение мозга, зашил рану на затылке, прописал мазь и полный покой. Паша был дезориентирован. Он не понимал где он, и что произошло.
Паша снова провалился в сон Хозяева - Семён и Татьяна - были людьми простыми и гостеприимными. Они были даже рады незваному гостю. Татьяна собрала всю его одежду и выстирала. Среди вещей она нашла фотографию. На ней Паша, Лена и дети счастливо улыбались, стоя на солнечной Ялтинской набережной. «Значит, семья есть» – подумала Татьяна. Она погладила указательным пальцем лица детей. Смахнув слезу, она встала с табуретки и пошла в спальню, открыла верхнее отделение шкафа и спрятала фотографию в аккуратной стопке постельного белья. Затем она зашла в комнату к Паше, убедиться, что он спит. Открыла форточку. Подойдя к висящей в "красном" углу иконе Богородицы, она перекрестилась с поясным поклоном. «Ох, грехи мои тяжкие...» – шёпотом сказала Татьяна и зажгла запылившуюся лампаду. Ещё раз перекрестилась и вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.
Паша проснулся вечером следующего дня. Голова была словно чугунной. Он попытался сесть. Полутемная комната ответила хуком в челюсть. Паша со стоном повалился на постель. Он лег на спину и замер. Через пару мгновений головокружение прошло. В комнату вошли Татьяна и Семён. Зажгли свет.
– Долго же вы, барин, почивать изволите! – сказала Татьяна.
– Где я? – спросил Паша.
– Ну, как где? У нас. Вас давеча из реки, вот, Семён вытащил.– сказала Татьяна. Семён утвердительно кивнул.
– Давеча? – переспросил Паша.
– Вчерась!
– А вы кто?
– Меня Татьяной зовут.
– Я Семён. Тебя на бревне принесло. Мы с мужиками тебя выловили. Притащили, вот, в избу. Врач тебе голову зашил. А ты откуда? Как ты в реке то оказался?
Паша молчал. В памяти было только ощущение воды и холода. Не помнил он ни как упал с моста, ни детей на берегу, ни про похищение жены. Он забыл и саму Лену, и Катю с Ваней. Не помнил сам порядок вещей, о которых вообще можно было помнить. В памяти было глухая пустая темнота. Один Пашин приятель, окажись он сейчас рядом, наверняка отколол бы шутку про то, что Пашино сознание в данный момент похоже на катящееся по степи перекати-поле. Хотя приятеля этого Паша, в любом случае, не вспомнил бы.
– Барин, всё ли ладно в королевстве? – спросила Татьяна.
– А? В каком? Что?
– Как вы в реке оказались?
– Я не помню... Я ничего не помню!
– Как величать-то вас прикажете? – спросила Татьяна.
– Величать? Меня? Меня Паша зовут.
– Вот! Значит, не позабыли имя-то!
– Да...
– Ну вот и славно! Давайте я вам куриного бульончику принесу? Вы, верно, голодный?