Великосветский побег

Бал. Поздний вечер, окрашенный тёмными оттенками синего, переходящего в черноту, который вскоре откроет наблюдательному взору множество звёзд, светящихся одна ярче другой. Быть может, глаз зацепит ту одну единственную, которая поможет найти то, чего так не хватало, как морякам в их дальних путешествиях много лет назад. Всё вокруг сияет разными огнями, восторгая любого, кто хотя бы на секунду остановится на украшении. Свет, мерцающий повсюду, мешается с платьями, идущими в зал. Все в этот вечер одеты как никогда красиво, ведь вскоре осень настигнет с новой силой, забирая возможность веселиться так, как в тёплое время года. Дамы, машущие веерами, осторожно поправляющие изысканные украшения и кокетливо строящие глазки каждому приглянувшемуся кавалеру, выглядят в своих платьях великолепно. Джентльмены, гордо выпрямившие свои плечи, желая впечатлить симпатичную прохожую, сопровождаются элегантными костюмами. Сливаясь воедино, создается впечатление той самой величественности, которую почувствуешь далеко не на каждом таком мероприятии.

Дева, идущая под руку с молодым человеком, стремится в зал, дабы увидеть тех, кого желает. Локоны её отросли, задевая уж не только плечи, но и скользя по ним, а также и жемчужное ожерелье, трижды обмотанное вокруг пухлой шеи. Винное платье, сидящее во фигуре как никогда удачно, будто взято из модного журнала. Оборочки на рукавах, украшенные розочками, под которыми виднеются бусы в цвет колье, заканчиваются чуть ниже плеч, обтянутых складками того же цвета. Присмотришься - увидишь медную брошь в центре, в которую вставлен камень в оттенок наряда. Корсет и, наконец, изгибы облачения, разглаженные трепетно и нежно. На руки накинута белая шаль, придававшая всему это ещё большее великолепие. Сопровождающий же был одет в тёмно-коричневый костюм, выделяющий его светлые волосы, но при этом красивший его, никак не портящий. Ванильный галстук-бабочка подчеркивал белоснежную рубашку и чуть более светлую, чем пиджак, жилетку. И вместе они смотрелись как единое целое.

Зайдя внутрь, они устремились к знакомым лицам, по пути приметив красоту зала. Величественные люстры, отбрасывающие свет на обстановку вокруг, придавали месту всё больше красок.

- Ива, - склонила голову героиня, легко наклонив бюст, держа голову высоко, как только она заприметила семью подруги.

- Джэйн, - также учтиво ответила ей она.

Обменявшись любезностями со всеми, обе девушки остались стоять рядом, беседуя о чём-то своем. Голубое платье юной герцогини шло её глазам до той степени, что почти сливалось с редким оттенком очей. Вся она словно олицетворяла Божество, сошедшее сегодня с небес, дабы дать пример всякому, кто решит следовать чему-то высокому. От неё было не оторвать взора, что замечал каждый, кто стоял рядом с ней.

- Пожаловал ли молодой герцог на бал? - Поинтересовалась кареглазая, как только это было возможно.

- Насколько мне известно, он предпочёл задержаться. Но сообщил, что непременно приедет, ибо не может пропустить подобное торжество.

- Пусть так, - слабо кивнула Джэйн, - всяко лучше, чем наблюдать его лико целый вечер.

- Ты всё также строга к нему, как и в первый день, - заметила статная, приподняв бровь, - отчего твоё отношение к нему не меняется до сей поры?

- Он выдал твою тайну, Ива. Я никогда не смогу простить его за это.

- Будь убеждена, что это не так. Герцог очень помог мне в горестные минуты, благодаря чему я оправилась.

- Натворил дел и постарался загладить вину. Вот это возвышенность!

Дева с ледяными очами лишь покачала головой, давая своё несогласие, но боле ничего не ответила. Поправив свои белоснежные волосы, она чуть улыбнулась, наслаждаясь мгновением. И душа её питалась любовью.

Первый танец был объявлен, из-за чего началась ещё большая суета, нежели раньше. Дамы с интересом наблюдали за приглашающими кавалерами, в надежде увидеть того, кто соизволит сделать им одолжение. Джэйн же одарила взором свою собеседницу, стоящую рядом, предупреждая о своем уходе, а та лишь посмотрела на неё радостным взглядом, несмотря на то, что сама не могла подарить такой возможности своему возлюбленному. Встав напротив Люка, юная заглянула в его очи, надеясь увидеть в них поддержу. И она её нашла.

Юноша чуть ухмыльнулся, а в очах его сияла безграничная нежность, которую можно почувствовать лишь тогда, когда касаешься родной кожи, узнаваемую из тысячи других. Задав немой вопрос, готова ли она, и увидев твердый согласный ответ, тот поспешил выпрямиться, дабы выглядеть рядом с нею достойно. Начался танец. Счастливые лица понеслись в пляс согласно музыке, поворачиваясь чётко и вовремя, словно делали подобные движения каждый час в своей жизни. Туфли заскользили по полу, придавая небольшое звучание. Зашуршали платья и костюмы вслед за своими владельцами, пытаясь угнаться за их ровными движениями. Наблюдавшие не без зависти смотрели на тех, кто сейчас без остатка отдавал себя мелодии, радуясь ей, словно малый ребёнок, впервые увидевший солнечного зайчика на земле.

- В этом зале, полном тщеславия и громкости, ты - моя единственная тишина, - прошептал молодой человек, как только появилась возможность встретиться взором со своею собеседницей. Она смущенно улыбнулась, даже не найдя, что ответить. Но отклик ему и не нужен был, ведь он всё прекрасно знал.

- Если однажды ты не захочешь никого слышать, то сообщи мне. Я обещаю молчать, - после ответила дева, чуть крепче сжав свои руки на его фигуре.

Далее диалога их не последовало, но они оба разделяли этот момент счастья. Кажется, что их настигла эфемерность, не давая уже возможности возвратиться обратно, ко всем остальным личностям вокруг. Но этого и не нужно было.

- Благодарю вас за танец, мисс Донован, - отчеканил он, с благодарностью взглянув на неё.

- И я вас, мистер Элфорд, - шутливо отозвалась кареглазая, а в очах её засияли озорные искры.

- Вы оба выглядели просто великолепно, - с теплотой сказала Ива, встретившись со своими приятелями.

- Я полностью с вами согласен, леди Ива, - произнес из ниоткуда появившийся гость, - доброго вечера, мисс Донован, мистер Элфорд.

- Ваша Светлость, - отчеканила дева, поклонившись не без натянутой улыбки.

- Я успел застать ваш танец с мистером Элфордом всего немного, но он меня впечатлил. Вы прекрасно выглядите сегодня, - начал было герцог, но прервал свою речь после острого взгляда кареглазой.

- Вы абсолютно правы, Ваша светлость, - улыбнулась Ива, - нельзя не отметить умение Джэйн к танцам.

- И где же юная госпожа научилась такой грациозности?

- В маленьких городках также устраиваются танцы, Ваша светлость. В них нет столько важности, как здесь, но они остаются точно такими же.

- Безусловно, - очи его прищурились, но сам он более ничего не сказал. Его синий костюм блестел от золотых оборок и узоров, изысканно вышитых на рукавах. Из-под пиджака виднелся белоснежный ворот, затянутый серебряной брошью. Чуть виднелся сероватый жилет, также у краёв обшитый золотыми нитками, перекрывавший всего небольшую часть белоснежных брюк. Завистливые взоры дам скользили по лицам Ивы и Джэйн, но тем уж было не до этого. Однако нельзя было не заметить, что внимание всякого резко стремилось к холостому герцогу, выглядящему в этот момент согласно своему титулу. Даже если и не учитывать его званий, можно со смелостью отметить, что молодой человек был красив и статен.

- Отчего вы не танцуете с мистером Балкомом? Я полагал, что вы согласились на первый танец.

- Ох, Ваша светлость, вы же в курсе всех обстоятельств...

- Не вижу проблемы в мимолётной шалости, - улыбчиво произнёс он, твердым взором одарив белокурую.

- Быть может, чуть позже.

- Почему же? Так вы никогда не решитесь.

- Вы слишком хорошо меня знаете, - хохотнув сказала голубоглазая, не отрицая его правоты.

- Я буду вам поддержкой.

В эту же секунду он поспешил найти упомянутого, заодно стараясь не наткнуться на очередную maman, решившую удачно выдать своих дочерей замуж. Слово он своё сдержал и уже через короткое мгновение возлюбленный юной герцогини был на месте.

- Ваша светлость, вы же знаете, чем это может обернуться, - осторожно начала Ива.

- Мистер Балком полностью поддерживает мою идею, хотя и не знает её сути. Прошу вас, леди Ива, не откажите мне в удовольствии. Я передам вашим родителям, что это была лишь моя инициатива.

- Только в том случае, если вы пригласите даму, о которой говорили тогда. Баш на баш, Ваша светлость.

Молодой человек ничего не сказал, потянув головою в знак того, что данное условие не приносит ему никакого наслаждения. Мимолётно, но атмосферно посмотрел на Джэйн, после пригласив станцевать с ним. И все этому жесту были удивлены.

Не будь статная её самой близкой подругой, та бы наверняка отказала ему даже в той растерянности, в которой оказалась в этот момент. Но согласилась, ибо её желание поддержать приятельницу было выше, нежели собственные прихоти. Так они и отправились к центру зала вместе, будучи опорой каждый друг для друга. Нельзя не отметить всех удивлённых взглядов, устремлённых на пару молодого герцога и девушки с полей. Некоторые с любопытством начали судачить, придумывая сплетни и создавая интриги, другие же с завистью смотрели на юную Джэйн.

- Если вы желали вашим приглашением поддеть меня, то не стоило. Это не делает вам чести, Ваша светлость, - заговорила кареглазая, как только те начали танцевать.

- Я осведомлён о вашем отношении ко мне, мисс Донован, - холодно произнес Дюран, пытаясь увести взор.

- На вас смотрят все, а вы ни на кого, - также эмоционально продолжала она, - вы могли пригласить ту даму, о которой говорили, а не выставлять меня ею.

- Если я скажу вам, что вы и есть та сама девушка, то вы мне не поверите, - в повороте бросил герцог, - потому я не стану вас переубеждать.

- В этом вы абсолютно правы.

- Надеюсь, что я не вызову у вашего спутника негодование, ибо совсем этого не желаю, - спустя молчание продолжил он.

- По-моему, вы того и добиваетесь. Сделать все, дабы испортить окружающим жизнь, а затем строить из себя человека благородного.

- Вы глубоко ошибаетесь, мисс Донован. Я не имею тех грехов, которые вы мне так старательно приписываете.

Оба замолчали, погружённые в свои мысли. Движения каждого были идеальны настолько, что даже ни один ревнивый взор не мог придраться к исполнению танца. Поступь их была легка, словно они кружились там, где существует невесомость. К тому же каждый знал о том, что после этого люди заговорят о них с ещё большим азартом, ведь те позволили себе заговорить больше принятого. Это мало волновало завидного жениха, на которого сейчас смотрели абсолютно все, кто имел хотя бы малейшее желание заполучить себе место в обществе получше. Но тревожило ту, что мыслями была рядом с романтичным юношей, которым была увлечена. Ибо что подумают люди о ней, если выбор её так резко изменился? Может, что она сделала ставку выше, воспользовавшись такой возможностью?

- Благодарю вас за танец, мисс Донован, - в завершение сказал герцог.

- И я вас, Ваша светлость, - с натянутостью в голосе произнесла дева.

- Прошу вас не думать обо мне столь плохо, как вы привыкли, - возвращаясь в компанию проговорил молодой человек.

- Вы представляете себе это возможным, я полагаю?

Но диалог их был прерван совсем не теми, кого они ожидали здесь увидеть.

- Ваше Высочество, как радостно видеть вас в этом зале, - произнесла известная им двоим женщина, заставляя замолчать стоящих рядом, - я уж было подумала, что тот инцидент сильно повлияет на ваши отношения, но глубоко заблуждалась, чему очень рада. Я просила своего супруга сказать вашим родителям, что ваш побег всего лишь своенравность и беспокойство перед свадьбой. И теперь вижу, что в действительности была права. Ах, вы не представляете, как мы с маркизом Винчестером были взволнованы! - Она на секунду замолчала, но так и не дала вставить слово двум молодым господам, - Радость одолевает меня, ибо вы решились посетить наше Графство!

- Ваше сиятельство, вы, верно, ошиблись, ибо я совсем не девушка королевской крови, - сглатывая подступившую слюну начала было Джэйн, оглядывая по сторонам всех, лишь бы найти поддержку. Но только удивленные взоры преследовали её повсюду, более не беседовавшие между собой, а наоборот, слушающие речь светской дамы. Близкие ей люди, а точнее Ива, Мэтью и Люк, сейчас выглядели оскорблёнными до глубины души, ибо и не подозревали о подобном. Это только поднимало панику в глубине души юной, заставляя переворачиваться все внутренности, застигнутые страхом. Стеклянные их очи взирали неподвижно, отчего казалось, что мир обличил их в мраморные статуи, заковав в камень на множество веков. Не было слышно звона бокалов, громогласной музыки или краткого шёпота - все сейчас взирали на ту, что принадлежала королевской семье. И входила в их ряды.

- Ваше Высочество, Джэйн, я знаю вас с малых лет и ошибки быть не может. Прошу вас, не пытайтесь меня сбить столку, - улыбнулась маркиза, - только никак не могу понять, когда я успела пропустить ваш союз с герцогом Глостером. Но непременно счастлива, что вы посетили нас вместе.

В этот момент всё оборвалось. Всё, что она так тщательно скрывала ото всех, пытаясь выглядеть обыкновенной девушкой, резко всплыло наружу, обнажая самое тайное, лежащее тяжёлым грузом в глубине её сердца. Щёки горели огнём от осознания того, что более скрыться она не сможет, даже если сильно того пожелает, а сама она еле стояла на ногах, ибо дрожь била все её тело. Герцог, почувствовав девичье самочувствие, взял спутницу под руку, и та уж и не пыталась сопротивляться, ибо ещё несколько мгновений и непременно бы что-то да случилось. Ей хотелось зарыдать на месте, уткнувшись головою в родное плечо, дабы все видели страдания, царившие в недрах её души, или же сбежать, попытавшись вырвать последний шанс на то, что ещё не всё потеряно. Но принцесса лишь стояла на месте, будто к ногам её приковали самые тяжёлые булыжники, с которыми она едва ли сумела бы сделать даже самый маленький шаг.

- Кажется, моя сбежавшая невеста нашлась, - шепнул ей на ухо стоящий рядом Дюран, одаривая ту проницательным взором, при этом чуть ухмыльнувшись.

Бежать уж было некуда. Стража, знающая обо всех обстоятельствах, приблизилась к ним, не давая никакой возможности сорваться с места. Все окружающие стеклись ближе, дабы увидеть королевское лицо в живую, заодно и услышать то, о чём ещё будут говорить долгое время. И в этот момент пришло четкое осознание, что её детской выходке пришёл безжалостный конец, положивший топор на окончание её пребывания здесь.

- Джэйн Дракова, Ваше Высочество, пройдёмте с нами. Дома вас уже заждались, - сказал один из них.

- Мой дом не там, а здесь, - кареглазая бросилась к компании тех, кто был рядом с ней всё это время, но уж это было бессмысленно. Путь к ним был прегражден.

- Я должна была вам обо всём рассказать! - Крикнула она в надежде о том, что они её услышат.

Выходя из здания, задыхаясь от отчаяния, девушка смотрела в след торжеству. Ей непременно хотелось возвратиться обратно, даже не столько за тем, чтобы продолжить танцевать, сколько за тем, чтобы объясниться перед теми, кто был с ней рядом. Перед теми, кто был ей опорой в любых начинаниях. И при упоминании которых она думала о том, что обрела своё место под солнцем вместе с домом.

Вдалеке показался голубой силуэт, наблюдавший за всем этим издалека. Но настроение юной герцогини было не разобрать, ибо та была уж слишком далеко. Совсем рядом послышался бег ступеней и уже по походке она разобрала того, кто так отчаянно стремился к ней. Молодой человек, задыхавшийся от эмоций, подлетел к ней, словно вырвавшись из цепей, заполучив тем самым надежду, и взял её руки в свои.

- Прошу тебя, - вкладывая все эмоции в эти слова сказала Джэйн, - прости меня за то, что не поставила в известность. Я найду любой способ быть рядом с тобой и дедушкой Чоганом. И помни о том, что я люблю тебя.

- И я тебя люблю, моя милая Джи.

Оба взглянули в очи друг друга в последний раз, пытаясь запомнить черты лица навсегда. Но в последний ли раз они видятся?