⚜Глава 14⚜
POV СукКюн:
Время тянулось невыносимо медленно, дни, казалось, превратились в года, хотя на самом деле прошла всего лишь неделя. Семь дней отчаяния, презрения, ненависти, боли. И все эти чувства были направлены на неё саму.
Всё, чего она желала больше всего на свете, - чтобы он появился на пороге, прижал к своему теплому телу и сказал, что больше никогда не отпустит. На что она пойдет, чтобы вернуть это? Ответ был прост и очевиден. На всё.
Чайник засвистел, врываясь в её мысли, от которых теперь не было спасения. Привычным движением достав чашку, она заварила себе зеленый чай. Это был уже пятый раз за день. Просторная трёхкомнатная квартира Намджуна, что стала сейчас её домом, не давила на неё своими стенами, пусть СукКюн и сидела здесь запертая почти дни напролет. Правда несколько раз она выходила, чем вызвала недовольство со стороны мужчины, но она не могла ничего с собой поделать.
Первый раз это случилось два дня назад. Мельком заметив по телевизору, который она включила для того, чтобы разрушить тишину, рекламу нового выпуска известного журнала, на первой обложке которого светилось лицо Чимина, СукКюн тут же подскочила. Она захотела купить этот журнал, желая хоть снова увидеть его лицо, пусть хотя бы на глянцевой бумаге.
Порывшись в ящиках, она нашла пару купюр, и бессовестно взяла одну у Намджуна. И это был первый раз за семь дней, когда ей захотелось покинуть стены квартиры. До этого у неё просто не было желания.
Девушка впервые за все дни порылась в сумке с одеждой, которую привез Намджун. Там были её вещи, забранные с квартиры, и ни одной вещицы из тех, что купил для неё Чимин. Не то что бы они ей были нужны. Нет, она спокойно обойдется своими, но тот факт, что он не отдал ей ничего, что бы напоминало о нём, съедало её душу. Она достала джинсы и футболку. Быстро сменив свой привычный за эти дни вид, шорты и затасканную футболку больше на два размера, на вещи, которые достала, и, накинув сверху еще кофту на молнии с капюшоном, натягивая тот на голову, чтобы спрятать лицо, она покинула квартиру.
Киоск с журналами долго искать не пришлось. Купив около десятка различных публикаций с его фотографиями, СукКюн тут же поспешила назад. Она понимала, как ничтожно выглядит, но это ощущение пустоты, было сильнее всего. Это чувство было подобно ломке, когда тело трясло от боли, а мысли метались в поисках новой дозы. Её дозой был он.
Вернувшись назад в квартиру, СукКюн устроилась на диване, обложившись его фотографиями. На некоторых он был сам, на некоторых в обнимку с очередной женщиной. Она перечитывала его интервью, словно видя его перед собой, слыша его голос. Слез больше не было, вместо этого там поселилось полное опустошение.
Девушка и не заметила, как скрипнула дверь, и в квартиру вошёл Намджун. Он тихо подошел к ней сзади, смотря из-за её спины на разложенные журналы.
— Разве я не говорил не покидать квартиру? - его голос звучал строго и сердито, но в то же время в нём не было злости.
СукКюн подскочила и резко развернулась на диване. Она посмотрела на мужчину и слабо улыбнулась. Тихо пожав плечами на его вопрос.
— Всё-таки ты упрямый ангел, - сдался Намджун и ласково провел рукой по её волосам. - Тебе может быть небезопасно выходить из моей квартиры. Пусть я скрываю её месторасположение и слежу, чтобы за мной не было хвоста, всё равно может найтись тот, кто сложит два плюс два и будет использовать тебя, как рычаг давления.
— На кого? - с грустью спросила она. - Чимину я не нужна, да и вряд ли ты рискнешь чем-то ради моей жизни. Я не представляю ценность ни для кого.
— Тебе нужно больше уверенности.
— Здесь дело не в уверенности, а в чувствах, которых у Чимина нет.
— А если они есть у меня? - вдруг тихо спросил Намджун, и СукКюн подняла голову, удивленно смотря в его глаза снизу вверх, пытаясь понять, серьезен ли он. Мужчина слабо улыбнулся и, наклонившись, запечатлел легкий поцелуй на её лбу.
— Давай поужинаем вместе, - он направился на кухню, держа в руке пакет с продуктами, который СукКюн не заметила. Вздохнув, она решила не задумываться над словами мужчины и, отложив журналы, поднялась, и подошла к Намджуну, который уже начал выкладывать на стол продукты. Их ужин прошел спокойно, уютно и почти в домашней обстановке. Ей всегда было спокойно рядом с ним, словно с близким человеком. Его рассказы увлекали, и незаметно было, как пролетало время. Возможно, если бы она встретила его при других обстоятельствах и до того, как узнала Чимина, то смотрела бы на него, как на желанного мужчину. Но сейчас, кроме братской симпатии, он ничего в ней не вызвал.
Второй раз СукКюн покинула квартиру вечером почти через неделю после первый попытки. Зная, что Намджун снова придет в негодование, она ни капли не испугалось. Прочитав в журнале об очередном приеме, на котором будет присутствовать Чимин, она неожиданно поняла, что может увидеть его. Для этого ей просто стоит повести себя, как ведут обычные фанаты, которые ждут под зданием, ожидая увидеть своего кумира. И даже толкотня, крики и вспышки не помешали ей насладиться его гордым силуэтом и властной походкой, и почувствовать боль от вида известной модели, которая держала его под руку и счастливо улыбалась в камеры.
POV Чимин:
Похоть. Обычная животная похоть. Вот что он чувствовал к ней. "Просто похоть", - снова убеждал себя Чимин, когда лежал на кровати, уставившись в потолок вместо того, чтобы спать спокойно. Её большие невинные глаза преследовали его постоянно. Даже во сне. Хотя ему всегда казалось, что он был неподвластен этим чувствам. Ни одна любовница не смогла разбить эту стену, ни одна не встала между ним и его господством, ни одна не заставила пожалеть о том, кем он стал. Поэтому сейчас ему было смешно, что он не мог перестать думать об этой простой девушке.
Он усмехнулся, но тут же уголок рта скривился от боли. Черт, вчерашняя потасовка была доказательством того, как задел его поступок СукКюн. Злость и ярость он выплеснул на мелкой группировке, с которой он желал получить информацию. Позволяя своим кулакам поработать тогда, когда за него это могли сделать его люди, было в высшей степени неразумно, но он желал выплеснуть свою злость и выбрал их в качестве своей боксерской груши. Когда он устал, не успел отвернуться от удара в челюсть. Тэхён дал приказ подчинённым закончить его работу. Ярость ушла, но злость осталась.
Похоть - это просто похоть. И вчера он пытался это доказать. Всё, что требовалось, просто зайти в квартиру одной из своих бывших шлюх, расстегнуть штаны и смотреть, как миниатюрная блондинка опускается перед ним на колени. Она делала минет великолепно, так почему же, когда он опустил голову и посмотрел на её шелковистые белокурые волосы, он представил перед собой СукКюн? Сжав затылок женщины, он кончил, всё ещё думая о своем Ангеле, а после просто застегнул молнию и покинул квартиру. Почему он не остался дальше, как делал много раз до этого? Почему вместо ощущения легкости и наслаждения на него накатила злость и раздражительность?
И вот он вернулся домой, как никогда ощущая пустоту внутри себя. Он и не думал, что СукКюн так заполняла собой этот дом. Везде всё ещё витал её запах. Казалось, вот-вот она спустится по ступенькам, выбегая к нему навстречу, но вместо этого его встретила тишина. Такая же тишина заполнила его комнату. Она сводила его с ума, и даже глоток виски не согревал холод, который был внутри.
Его старик назвал бы его слабаком. Он бы мучил его снова и снова, показывая, как низко он пал, ведь стал зависеть от низшего существа - женщины. Как хорошо, что тело этого говнюка давно поедают черви. Это было то, что он заслужил.
Его сын создал империю в два раза сильнейшую, чем была у него. В его руках была сосредоточена власть над различными отраслями, от работорговли до политики, от наркотиков до фармацевтики, от оружия до самых лучших больниц. Казалось, он был всесильным и неуязвимым.
Понимая, что не уснет в эту ночь, Чимин резко поднялся с постели и, с неожиданным желанием увидеть её, узнать, одна ли проводит ночь, направился в комнату Намджуна. О любви этого мужчины к видеокамерам знали все. Но только Чимин имел к ним доступ. Захватив с собой бутылку любимого виски, которое стало в последнее время его вечным другом, он спокойно вошёл в пустую комнату и подошёл к висевшему на стене циферблату.
Чимин перевел стрелки неработающих часов, лёгкий хлопок и механизм заработал, приоткрывая дверь в потайную комнату. Эту комнату Намджун сам спланировал, получив на то его предварительное согласие. Не раз записи его камер помогали им, потому что они находились именно там, где не было разрешено ставить основные камеры наблюдения охраны. Только Намджуну они могли доверить следить за их личной безопасностью.
Чимин сел в кожаное кресло и уверенно ввел пароль на компьютере. Быстро найдя нужное помещенте, он вывел его на центральный монитор перед собой и впился взглядом в лежавшую на постели хрупкую девушку. Выдох, полный облегчения, вырвался из его горла. Мужчина и не представлял, что сдерживал дыхание, боясь увидеть два переплетенных тела. Но даже то, что СукКюн мирно спала в чужой постели, бесило его. Он просидел несколько часов в этой темной комнате, попивая виски и смотря на желанную девушку. Около пяти утра мужчина наконец погасил экраны и встал с кресла.
После этой ночи Чимин был ещё больше зол на себя. Запретив себе думать о ней, он ушёл в свою обыденную работу и даже дал согласие пойти на очередной благотворительный прием, на который не один год пытались заманить его. Вечер прошел удачно, в сопровождающая его модель.
Вот только он снова вернулся домой вместо того, чтобы принять приглашение женщины. В который раз засел в своем кабинете, обжигая горло дорогим напитком, съедаемый жгучим желанием подняться в комнату своего всадника смерти. Верхние пуговицы его белоснежной рубашки были небрежно расстёгнуты, а бабочка валялась на диване вместе с пиджаком. От прислуги он узнал, что Намджун отсутствовал, и это нервировало. Мужчина признался себе в реаности, которую ощущал каждый раз, когда у того появлялось свободное время, и он пропадал с его вида.
Когда ты ревнуешь, ты становишься зависимым от этого чувства, а он всегда дорожил свободой. Но только избавиться от этого ноющего узелка он не мог, сколько бы не уверяв себя, что поступил правильно, отдав её другому мужчине. И она должна была заплатить, но и в этом случае мужчина отступил от правил. Вместо наказания он просто выгнал её, зная, что не сможет больше ничего худшего сделать. Даже та пощечина выводила его из себя, словно он осквернил что-то святое. Боже, он полностью чокнулся. Мужчина, который может с легкостью убить одной рукой, сожалеет о какой-то ничтожной пощечине. Да, Чимин не любил бить женщин, но каждая бывшая любовница знала, что это не означало, что он не мог.
Не в силах больше бороться с собой, Чимин всё-таки поднялся с кресла и направился в комнату наблюдения. Было поздно. Три часа ночи. И он ожидал в это время снова увидеть её спящей. Но какое же было его разочарование, когда камера показала спальню пустой. После этого в душе возникла тревога, и он вывел на монитор гостиную. Чёрт, Намджун находился там. Рядом с ней. Он сидел спиной к камере, но было ясно, что они разговаривают. Она слегка кивнула в ответ, и тут же Намджун встал и подошёл к ней вплотную. Он нагнулся к её лицу, закрывая своей спиной обзор. Чимин с силой сжал стакан. Гнев закипел в его венах, задвигая в сторону здравомыслие. Его злость становилась всё сильнее и сильнее, когда Намджун потянул СукКюн на себя, заставляя подняться с дивана, и повел в комнату. И его гнев достигла пика, когда его всадник отключил камеру в спальне, и экран замигал синим цветом.
Ярость и жгучая ревность накрыли его. Чувство собственника взывало ворваться в квартиру и приговорить своего всадника к жестокой мучительной смерти. И на волне всех этих новых для него ощущений он понял одну важную вещь. Сбитый с толку новым знанием, он вдруг принял необоснованное глупое решение, которое от него никто не ожидал. Да, он сам не думал, что это когда-то произойдет. Но вот он уже даже на полпути к этому поступку, и окончательно, и бесповоротно погряз в уверенности, что это именно то, чехотел.
POV СукКюн:
Мужчина наклонился к ней так близко, что, казалось, между ними было лишь несколько миллиметров расстояния. Её сердце остановилось, дыхание сбилось, а мысли путались в голове. В его глазах была насмешка и веселость, что ещё больше нервировало. Она не знала, что вдруг стало переменой в его настроении, и почему он ворвался в квартиру посреди ночи, но скрытый смысл в его действиях присутствовал всегда.
— Ты нервничаешь, потому что я нарушил твою личную границу, но всё же не боишься, - шепотом рассуждал он, и СукКюн ощутила его теплое дыхание на своей щеке.
— Я уже не могу бояться тебя, но всё-таки хочу знать, что происходит.
— Хм, смелый Ангел. Нарушаешь мои приказы и при этом не чувствуешь ни капли страха. Глупо, но интересно.
— Я так рада, что тебя забавляю, - саркастические нотки прорезались в её хриплом голосе.
— Так вот, я открою тебе маленькую тайну. По всей квартире стоят мои камеры наблюдения.
Намджун снова усмехнулся, видя её расширившиеся от удивления глаза. Всё происходящее его забавляло и веселило, потому что это было тем, чем он любил заниматься. Манипулировать людьми, подстраивать их под себя и заставлять поступать так, как он считает нужным.
— Да, я могу следить за каждым твоим шагом. Но в последнее время я стал замечать, что не один я наблюдаю за тобой.
— Чимин... - она словно выдохнула его имя.
— Правильно мыслишь.
— Но зачем ему это?
— Черт, а теперь тормозишь.
Девушка нахмурилась, но промолчала.
— Ты принадлежишь Дьяволу, и это навсегда. Отпустил он тебя или нет, его невидимое клеймо стоит на тебе пожизненно. Как бы он не старался сейчас обмануть себя, он всё равно воспринимает тебя, как свою собственность. И его тянет посмотреть, как же его собственность поживает без него, скучает, плачет или предается наслаждению в моих объятьях? По-моему, последнее его интересует больше всего.
— Это глупо.
— Ха, ты будешь спорить со мной.
— Я не спорю, просто не верю.
— Знаешь, малышка, перед тем, как заявиться к тебе, я удостоверился, что наш хозяин вернулся после приема домой вместо того, чтобы нежиться на дорогих простынях известной модели.
СукКюн тут же затаила дыхание. В её взгляде, загорелся луч надежды, а скованное от боли сердце, казалось, снова стало стучать в груди.
— Вот теперь ты меня внимательно слушаешь. Кстати, милая пижамка.
Его глаза резко опустились вниз, уткнувшись в большой вырез на растянутой майке. Щеки СукКюн тут же запылали, и она подняла руку, желая прикрыть себя.
— Не смей, а то испортишь мне всё представление.Её рука так и не достигла цели, а вновь опустилась на диван.
— Умница. Будешь меня слушать, скоро вернешься к своему ненаглядному хозяину. Если, конечно, ты всё ещё этого хочешь.
— А моё желание разве берётся в расчет?
Горечь, смешанной с иронией, проскользнула в её тоне. Его рука тут же взяла её за подбородок.
— Я хочу, чтобы ты поняла одну вещь, - его голос звучал предельно серьезно, заставляя СукКюн вникнуть в каждое слово. - Сейчас ты можешь решить, как жить дальше. Именно ты, и никто другой. Ты можешь собрать сумку и скрыться в неизвестном направлении. Забыть обо всем. Жить простой, чистой и незапятнанной жизнью. Или же ты можешь остаться здесь и дождаться, когда он приедет за тобой, но тогда дороги назад не будет. Тебе придется смириться со всем нашим дерьмом. Привыкнуть к крови, смерти и опасности, - он сделал паузу, выжидая, давая ей время вникнуть во всю суть сказанного, а после продолжил. - Чимин осознано выбрал для тебя первое, когда понял, как ты поступила с Сеён. Да, я уверен в том, что помимо злости им руководило желание позволить тебе жить по-другому, отпустить тебя, не потеряв своё лицо. Потому что, помогая ей, ты показала, что наш мир никогда не станет твоим. Я считаю его выбор глупым и необоснованным. Почему? Да, ответ состоит в том, что он погряз в тебе, как в болоте. Ты полностью завладела им и теперь нужна в его жизни, иначе она ему надоест, и он просто отдастся судьбе, подставляясь под шальную пулю. В чём здесь моя выгода? - Намджун озвучил немой вопрос, появившийся в глазах девушки. - Факт в том, что он нам нужен. Дьявол держит нас вместе, создавая цель в жизни, держа под контролем нашу темную сторону и давая ей возможность выходить наружу, удовлетворяя свою кровожадность. Он прикрывает наши грехи и не позволяет скатиться на самое дно, где останется только одна смерть и тьма. Каждый из нас самодостаточный, но только он может свести нас в одну группу, позволяя стать кем-то большим, чем просто обычными убийцами. Только он может управлять этой темной империей. Это лишь его право. А сейчас для этого ему нужна ты. И я верну ему тебя. Не по доброте душевной, не подумай об этом. Я преследую свои эгоистичные цели. Поэтому это твой последний шанс. Последняя возможность сделать выбор. И если этот выбор - Чимин, то ты сейчас же поднимаешься с дивана, кладешь свою руку в мою и направляешься со мной в спальню.
Его бровь изогнулась, а лицо застыло в ожидание ответа. Секунды тянулись, в тихой комнате было слышно бешеный стук сердца СукКюн. И вот, наконец, её рука легла в его ладонь, предоставляя ему свой ответ.
POV Чимин:
Он мчался по улицам с бешеной скоростью, которая давно превысила всё нормы. Его трясло от злости и ярости, которых, по сути, не должно было быть. Но мужчина не мог контролировать свои эмоции. Всё доводы рассудка перечертила картина его Ангела в чужих руках. Чёрт, да он сам дал на это добро, отдав её Намджуну. Ведь тот не для присмотром квартиры её забрал, а именно, чтобы она была в его постель. Странно ещё, что мужчина так долго терпел.
Чимин понимал, что будет выглядеть глупо, врываясь в квартиру и требуя вернуть ему девушку, но ничего не мог поделать с этим бешеным желанием. Да, был ещё шанс того, что она сама не захочет вернуться. Раньше бы его это не волновало. Он бы просто забрал её, наплевав на её желание, но сейчас Чимин безумно хотел, чтобы СукКюн сама приняла это решение. И для этого подготовил самый весомый аргумент.
Три слова, которых он никогда в жизни никому не говорил. Три слова, которых не было в его лексиконе. Три слова, которые до неё он считал глупыми и ненужными, а сейчас, только их осознав, понял, насколько важны они в его жизни.
Единственное, что мужчина не знал, насколько ли весомы эти три слова.
А ещё он задумывался о том, что мог опоздать. Что в эту минуту, пока он мчится, её ласкают руки другого мужчины, представлял, как она отдается ему со всей своей страстью, стонет от наслаждения, шепчет ласковые слова.
Чимин знал, что если она решит вернуться к нему, он просто закроет на это глаза. В этом мире секс не считался преступлением, да и он не был святым. Тем более, когда сам отдал её другому мужчине. Но у него было преимущество, которым он готов был успокаивать свою ревность, ведь именно он был первым мужчиной в её жизни.
Автомобиль резко остановился возле подъезда, оставляя черные следы на асфальте. Чимин выскочил с него и быстрым шагом ворвался в дом. Выйдя на шестом этаже, он целенаправленно направился к квартире Намджун. Во всей его быстрой походке была грация собственника. Словно владелец квартиры, он вставил ключ в дверь и резко распахнул её, замирая на пороге на секунду, а после решительно вошел внутрь, громко захлопнув за собой дверь.
Стеклянная дверь спальни резко открылась, и из нее вышел полностью одетый Намджун. Улыбка на его лице была такой победной и радостной, что Чимин сжал кулаки от злости, понимая, что впервые в жизни может не сдержаться и врезать другу из-за женщины. Нарушая одно из главных правил их дружбы - никаких ссор из-за баб, которые были лишь пустышками и игрушками на ночь.
— Ну-ну, могущественный Дьявол личной персоной в моей скромной обители.
— Не паясничай. Манера Юнги тебе не идет, хотя копируешь ты идеально.
Намджун иронично кивнул и, обойдя диван, плюхнулся на него, положив ноги на журнальный столик. Его тело было полностью расслабленным, несмотря на то, что от Дьявола исходили волны ярости и угрозы.
— Ты сам мне её отдал, так в чём же причина твоей злости?
— А тебе всегда нужно докопаться до истины?
— Я твой голос разума. Это моя работа.
— Разве ты не хлеб Тэхёна забираешь?
— Он просто компьютер, который ведет дела, а я толкаю тебя на рассуждения сути и принятия правильных решений.
— И какое правильное решение я должен принять сейчас?
— Ты уже его сделал. Сам же знаешь.
— Намджун... - в голосе мужчины была твердость, которая не раз сламывала волю закалённых убийц.
— Парни удивлены, что ты переступил через себя и отдал её мне. Ведь своё ты не отдаешь и не отпускаешь, - продолжил рассуждать мужчина, как ни в чём не бывало.
— И поэтому я пришел за ней.
— А вдруг поздно?
— Если ты...
— Я и пальцем не притронулся к твоей собственности. Слишком хорошо знаю тебя. Ведь твоё всегда остается твоим. Я, можно сказать, просто хранил её у себя некоторое время. Правда, всё же предложил ей выбор.
— И?
— Она осталась. Иди к ней. Только не напортачь в этот раз, мой Дьявол, а то я из всадника Смерти превращаюсь в купидона. Бррр, аж противно.
Мужчина содрогнулся в показной брезгливости, но еле сдерживаемая веселость портила весь эффект от его игры.
— Проваливай.
— Уже и посидеть на собственном диване нельзя?
Тишина.
— Ладно, ладно, ухожу, хотя так хотелось посмотреть на это шоу.
Намджун спокойно поднялся с дивана, нарочно медленно потянулся, хрустя костями под гневным взглядом Дьявола. И именно в этот момент снова открылась дверь спальни. СукКюн вышла в гостиную, закрыв её за собой, и прислонилась к холодному стеклу спиной. Её глаза были прикованы к гордому властному мужчине, который резко посмотрел на неё, лишая внимания Намджуна. Его взгляд, наполненный яростным голодом, прошелся по ней, поглощая каждый кусочек её тела. Казалось, время в помещении остановилось. Не было больше ничего вокруг. Всё растворилось в одном глубоком взгляде, который олицетворял для неё самую темную бездну.