- 20 -
Вся учеба в 10 классе как-то незаметно и монотонно проплелась в уроках и в дальнейшей подготовке к 11 классу и маячившему на горизонте выпуску из школы.
Для меня это были все те же двойки по математике, только уже не только текущие по алгебре, но и грозящие как за полугодие, так и за год по геометрии. Моя учительница, после нескольких неуспешных предупреждений, посоветовала мне обратиться к репетитору. Но в тот год я все же обошлась без репетитора по математике, сумев получить троек больше, чем двоек.
Я не сомневалась, что меня так или иначе успешно выпустят, ведь я отставала только лишь по математике, а по остальным урокам имела тройки, четверки и даже иногда пятерки.
Как-то мы сидели на уроке ОБЖ, где я как, как обычно, чувствовала себя более уверенной, чем, скажем, на алгебре, и не сильно внимательно могла слушать учителя от того, что рядом велись шумные переговоры наиболее громогласных и общительных наших одноклассников о том, как вчера некоторые из них в компании сидели в подъезде и предавались делам любовным.
Один из ребят — Антон, наш одноклассник, бывший в классе далеко не на последнем месте, а может быть и впереди Михаила, нарочно чтобы слышали все с ближайших парт рассказывал о том, как он пользуется презервативом. Мы все смогли услышать, что он непременно его использует и именно по назначению.
Закончив свой увлекательный рассказ, он взглянул в сторону одной из наших «толстушек», которая слушала свой плеер и могла не все услышать из рассказанного, подумал немного и спросил:
- Кать, что слушаешь?
- Нирвану, конечно. Что же еще? Обожаю Куртика. Он — моя любовь.
- А интересно, какая любимая группа у нашей тихони. Наверное, «Ace of Base».
Антон, посмотрев на меня, сделал умозаключение, даже не ожидая моего ответа.
Я сидела и смотрела на сборище великих юмористов, слушая разговоры в правдоподобности которых многие могли бы засомневаться. Но ни один из них не подал вида, что большая часть из всего рассказанного выдумка для поддержания своего рейтинга в классе.
Я же очередной раз испытала неловкость от того, что меня так сильно разграничивали с основной «крутой» компанией класса, дав понять, что я никогда не вольюсь в оформившейся коллектив. С другой стороны, я даже и не ведала о том, что все это в будущем избавит меня от некоторых неприятностей и в какой-то мере сейчас я в итоге им благодарна.
Но тогда ... В моменты, когда тебя несколько принижают и высмеивают, как-то не часто думается о будущем. Хотя как раз то, чем я отличалась от всех других обитателей класса и делало меня сильнее, выносливее и в конечном итоге привлекательнее остальных.
На мгновение я задумалась о том, что мне было бы неприятно узнать, если вдруг мои одноклассники узнали бы с кем я общаюсь и что именно я делаю во внешкольное время, например, провожу много времени в общении с Лизой.
А она по всей видимости если и вызывала уважение у класса, то лишь из-за своих отличных оценок и больше похвастаться ничем и не могла. Либо никто так и не знал о ней больше из того, какими качествами она отличалась, так как никто из одноклассников не интересовался ею за пределами школы.
Я постаралась убрать мысли о своей так называемой подруге подальше и повернув голову, спросила у соседки по парте о том, выучила ли она следующий по порядку заданный урок.
- Не успела доучить, попытаюсь доучить на перемене, - сказала Катя, надувая и лопая пузырь из белой жвачки.
- Я на сегодня тоже кажется недоучила биологию.
- Не переживай, может еще и не спросят. Как твои двойки по алгебре, все исправила?
- Нет, не все. Долгое это дело. Вчера опять мы ушли по домам ни с чем.
- Поторопись к концу четверти нужно успеть.
Катя, видя, что наш учитель ОБЖ закончил свой рассказ о том, как правильно надевать противогаз, сняла очки и быстро засобиралась из класса.
Урок ОБЖ закончился и мы все вышли из кабинета, готовясь к алгебре. Я, вздохнув, что пора выйти из расслабленного состояния в моё уже привычное для алгебры напряженное, стала готовится к нему мысленно.
Около кабинета алгебры собралось всего несколько наших одноклассников, но те, кто остался, стремились протиснуться и встать поближе к двери.
Антон на этот раз громко рассказывал о том, что ему сегодня предстоит остаться и исправлять полученную по контрольной двойку, что было для него делом непривычным, так как в основном он всегда имел по алгебре, если не четыре, то три точно.
Он стоял рядом со мной и посередине своего очередного рассказа своим молчаливым слушателям, вдруг ни с того, ни с сего повернулся ко мне, приблизился вплотную, направил свой взгляд прямо в мои глаза, прикоснулся своей рукой к моему подбородку, развернул мою голову так, чтобы мой взгляд соединился с его и минуту другую всматривался в моё лицо.
Он стоял и смотрел на меня с высоты своего роста, а я располагалась ниже и смотрела на него снизу.
Это было так необычно. Я могла бы подумать, что глядя в мои глаза он собирался мне что-то сказать, но почему-то так и не решился.
Я каждый день ходила в нелюбимую школу и в которую ходить мне совершенно не хотелось, но я шла за новыми знаниями или временами просто потому что так ходят все и иначе нельзя.
Возможно, многие из класса считали меня странной молчуньей и от того, видимо, не стремились со мной общаться, так как заведомо знали, что поговорить со мной не о чем, да и о чем можно было говорить с девчонкой, одетой не по моде, отстающей по математике и не посещающей вечеринки в классе и за пределами школы.
Ко всему прочему с большинством из класса я имела разницу в весе, росте и телосложении, при котором сил мне хватало только-только лишь на то, чтобы таскать за собой сумку с учебниками.
Коллектив был давно прочно сложен, роли распределены и новичок им был не нужен, ведь я пришла в класс тогда, когда до окончания школы оставалось пару классов.
Не знаю что пронеслось тогда в моей голове. Я была так ошарашена, что не уверена — смогла ли бы я в тот момент на какой-то осмысленный ответ. Но позже я несколько раз вспоминала этот момент. И всегда мои размышления заканчивались одним — никогда бы лидер класса не стал встречаться с такой тихоней, как я.