Глава четвертая.
Пальцы быстро скользили по экрану телефона, обновляя ленту «Твиттера», где минуту назад я сообщил, что рейс задержали, и теперь придется сидеть без дела в зале ожидания не меньше, чем два часа. Я всегда считал: любую свою мысль могу высказать именно в эту социальную сеть и получить не только поддержку от своих слушателей, но и дельный советы.
На экране высветилось уведомление о том, что в «WhatsApp'е» пришло сообщение от Артема, которое гласило: «Ну, что, вы еще не перегрызли друг другу глотки?».
Ухмыльнувшись от прочитанного, я нажал на уведомление, чтоб ответить.
«Пока что нет, но думаю, что в скором времени это обязательно произойдет».
«Будет интересно понаблюдать за этим зрелищем. Ты не забыл, что в пятницу планируется корпоратив?»
Естественно: я совершенно не помнил ни о каком корпоративе в пятиницу, ибо ранее, вообще считал, что именно в этот день недели у меня выходной. Хорошенько взвесив реакцию собеседника на положительный и отрицательный ответ, я, в надежде, что ближе к четвергу мне приоткроют завесу тайны, написал:
«Помню».
«Тогда у меня для тебя есть плохая новость. Приглашения пришли на две персоны, к этому времени я, увы, не смогу освободиться, поэтому тебе придется поехать туда с Вероникой».
«Хорошо», — быстро написал я и уже собирался закончить на этой фразе диалог, как решил добавить: «Но ты постарайся освободиться к этому времени.»
***
Каждый день, проведенным в компании Ники я хотел обвести черным маркером в календаре. Девушка, не делая, в общем — то нечего такого, играла на нервах хуже всех моих бывших вместе взятых. Ненависть с каждой минутой и с каждым часом разгоралась в моем сердце все больше и больше, но, когда кто — то из мимо проходящих парней смотрел на нее, я был готов убить каждого из них. Это может показаться странным, но я в прямом смысле этого слова любил и ненавидел ее одновременно; меня выводило из себя, когда она улыбалась кому — то другому, кроме меня, но и когда она, услышав мое обращение к ней, растягивала губы в улыбке.
Я мог считать минуты до того, как мы пересечемся с ней и секунды до того, чтоб она убралась с глаз моих долой. Ночью, оставаясь один на один со своими мыслями, анализировал каждый ее поступок, чтоб понять, что она испытывает ко мне, но, черт побери, каждый раз возвращался только к одному — Вероника умело прячет свои настоящие эмоции за холодной маской безразличия.
Сегодня настал день, когда мы с «начальницой» должны были ехать на какой — то корпоратив, о котором, к слову сказать, я нечего не знаю.
И сейчас, когда времени остается в обрез, а на кухни сидит Вероника, приехавшая, чтоб поторапливать меня, я стою около зеркала и пытаюсь завязать галстук, которые черт знает, когда последний раз носил.
— Твою мать, — выругался я, когда понял, что у меня получился непонятный узел.
Я начал измерять комнату шагами при этом развязывая галстук. Почему нельзя было одеть бабочку? Почему я всегда выбираю то, что посложней?
— Егор, — окликнул меня голос. Я обернулся и увидел, что в комнату зашла Вероника. Облокотившись на дверной косяк и скрестив руки на груди, она пристально наблюдала за мной. — Ты все?
— Нет, — наконец развязав узел, сказал я.
— Тебе помочь с галстуком?
— А ты умеешь? — с ухмылкой, спросил я.
— А ты сомневаешься? — подходя ближе, спросила она.
— Нет, — улыбнувшись, ответил я.
***
В здание, где должно проходить мероприятие, я зашел с Вероникой, держа ее за талию. Фотограф и корреспонденты, сразу же переключили свое внимание на нас. Каждый считал своим долгом спросить: «Что за таинственная незнакомка, покорила сердце завидного холостяка России?». Я лишь, улыбаясь, отвечал всем, что это пока останется тайной.
Честно признаться, для меня было странно, что девушка не убрала руку на первых секундах. Неужели, эта холодная маска безразличия, наконец — то слетела и она решила показать хоть какие-то эмоции?
— Вероник, можешь ли ты мне объяснить свои действия? — наклонившись к ее уху, спросил я.
— Сегодня, я поиграю у тебя на нервах.
— Стерва, — ухмыльнувшись, ответил я...