Панацея

Подпишись!

***
Хенджин

– А ты плавки не забыл?

– Не забыл.

– А надувные матрасы?

– Все уже там.

–А... – Снова захотел допросить меня Феликс, но я не дал ему закончить предложение:

– Блондинка, не трахай мне мозг, – я раздражительно вжался пальцами в кожаную обивку руля, – ты милый, когда так волнуешься, но это ведь просто поездка на море. Я все организовал, твое дело - расслабиться.

– А мозг свой мизерный ты взял? – Скрестив руки на груди, процедил Феликс, – а то дома на полочке стоит да пылится.

Не отрывая глаз от дороги, я незаметно расплылся в улыбке.

***

Прибыв на место, мы прошли множество этапов подготовки к самому славному занятию этого дня: купания в море. Разложили свои вещи в прибрежном домике, который был безлюден и пуст. Освобожден лишь для нас двоих. На широком столе, находящемся на веранде, были поданы самые разные блюда с морепродуктами и две бутылки хорошего вина. Повара сделали свою работу и благополучно умчали с этой частной территории острова, давая мне с блондинкой расположиться здесь с наивысшим комфортом.

После славной трапезы мы, переодевшись в более легкую одежду, под которой крылись плавательные плавки, умчались на берег, держа подмышкой разноцветную доску для серфинга и большой надувной круг. Феликс заранее натянул на себя широкие плавательные очки.

Босые ноги затягивал зыбучий песок, и скоро чудесный вид спокойного моря встал пред нами. Синяя полоска неба томно крылась над морским краем, а слабые волны, лениво бьющиеся о берег, нагоняли чувство свободы и защищенности. Я вдохнул морской воздух полной грудью, заставляя легкие сжаться от переизбытка солоноватой свежести. Феликс довольно бежал навстречу нарастающим волнам, которые совсем скоро нахлынули на его голени, делая физиономию младшего веселой и озорной.

– Водичка теплая! – Искренне улыбался Феликс, обернувшись в мою сторону. Видя, как ему не терпится окунуться в глубокую прохладу, я ускорил шаг, чтобы непременно оказаться рядом с ним.

Я сбросил на берег надувной круг и доску, прежде чем схватить Феликса за руку и уверенно зашагать в морскую глубь, непроизвольно морщась от мельчайших частиц воды, летящих в наши лица.

Надвигающаяся волна, оказавшись больше предыдущих, окатила нас почти с голову, но мы умело перепрыгнули ее, крепко держась за руки. Феликс неугомонно заливался смехом, случайно глотая морскую воду, а я без отрыва глядел в его наполненные жизнью голубые глаза, которые сливались с цветом моря, и я уже не понимал, где блестящая морская синева, а где жизнерадостные глазища Феликса.

– Хван, волна! – Воскликнул он, вырывая меня из наслажденных мыслей, но было уже поздно. Очередной морской поток намочил мои волосы, – неудачник, ха! – Сказал Феликс прежде, чем последующая волна окатила его аналогично, да так, что аж очки слетели с его затылка, – бля! Как же я люблю море! – Выкрикивал он, протирая веки от попавшей в глаза воды.

– Как же я люблю тебя... – Произнес я тише прежнего, одними лишь губами, и Феликс не услышал, продолжая плескаться в игривых волнах.

***

Небо наполнилось тьмой, а рассыпанные по небу звезды представляли собой невероятные созвездия.

– Почти Большая Медведица! – Феликс ткнул пальцем вверх, а его глаза красиво переняли сияние звезд, и я не смог вдуматься в его слова и аналогично взглянуть на небо, зациклившись на его глубокой синеве.

Чуть дальше от берега, ближе к нашей веранде, мы раскидали твердые подушки и постелили одеяла. Получилось замечательное место, где можно было с удовольствием насладиться ночным небом. Феликс научил меня этому. Научил радоваться таким сущим мелочам, о которых я даже не задумывался.

Я слушаю его нескончаемую болтовню, обнимая худые плечи одной рукой, пока он по своей недавно появившейся привычке рассматривает мои ладони и перебирает пальцы.

День пролетел слишком быстро, и я даже не успел выловить момент, когда Феликса начало клонить в глубокий сон. Если бы он уснул здесь - это не стало бы проблемой. Напротив, я с удовольствием отнесу свое веснушчатое облако на руках в нашу спальню и буду рассматривать каждую деталь на его лице, пока сам не увенчаюсь в сладкий сон, где, надеюсь, я также встречу родную светловолосую макушку.

– Блондинка, – когда бархатный голос стал совсем тихим и слабым, я вытянул Феликса из надвигающегося сна, – у меня есть для тебя подарок.

– Подарок? – Переспросил он сонно.

Я достал из кармана толстовки два кулона, отражающие морскую синеву. Они невероятно привлекательно переливались на лучах лунного света, и Феликс внезапно распахнул глаза, принявшись рассматривать аксессуары.

– Пообещай мне, что будешь носить этот кулон до конца своих дней, – произнес я решительно, застегивая замочек на манящей шее.

– Там скрытая камера? – Улыбнулся Феликс, смотря на мой кулон, который я аналогично надеваю на себя.

– Там мой скрытый поток чувств к тебе, – чмокнув парня в губы, хмыкнул я.

– Ты где этих подкатов начитался-то, а? – Рухнув головой на подушку, насупился Феликс, – делаешь из меня незаменимого пассика.

– Так тому и быть, я дам тебе разок побыть сверху.

– Внатуре?! – Вскочил он на локтях.

– Обломись, – игриво ответил я, поцеловав того в кончик носа, – ложись. Засыпай под ночным небом, как и хотел, а я отнесу тебя в комнату.

– Пидор, ну и ладно, – оскалился Феликс, устроившись в самодельной постели поудобнее, – надеюсь, что хоть во сне тебя выебу.

***

Затишье перед бурей.