Парень в лаберинте

Солнце поднималось всё выше, прогревая Глэйд. Ветерок гнал пыль между хижинами, и Алекс ощущал запах свежей земли, сырости и пота.

— Так, — сказал Ньют, оглядываясь, — пришло время найти тебе занятие, салага.

Алекс шагал рядом, стараясь держаться спокойно, хотя каждый взгляд в его сторону казался тяжёлым и цепким.

— Глэйд держится только потому, что каждый знает своё дело, — продолжил Ньют. — Кто-то готовит, кто-то пашет, кто-то чинит, кто-то бегает. Без работы — ты просто балласт. А балласт здесь долго не держат.

— А что, если мне не подойдёт то, что дадите? — спросил Алекс тихо.

Ньют усмехнулся.

— Тогда пробуешь другое. Главное — не ной и не сиди без дела. Пошли к Галли, он заведует стройкой. Может, ему пригодится пара лишних рук… хотя, зная его, он скорее тебя прогонит.

Они свернули за угол и направились к грубо сколоченной стройплощадке. Там кипела работа — глейдеры таскали доски, сколачивали стены, кто-то взбирался по деревянным подмосткам, проверяя крышу.

Ньют окликнул:

— Галли! У меня для тебя шанк.

Из-за кучи досок вышел Галли, вытер руки об майку и смерил Алекса холодным взглядом.

— Опять ты мне кого-то тащишь, Ньют? — буркнул он. — Я тебе что, детский сад?

— Просто посмотри. Может, из него будет толк, — спокойно ответил Ньют.

Галли подошёл ближе, встал напротив Алекса.

— Ты тот самый, да? Что из Лабиринта приполз? — голос у него был низкий, тяжёлый.

Алекс кивнул.

— Мне ты не нравишься, — сказал Галли прямо. — Слишком много вопросов вокруг тебя. И взгляд у тебя… слишком тихий. Как у шпиона.

— Я не… — начал Алекс, но осёкся.

— Неважно, — перебил его Галли. — Мне такие на стройке не нужны. Убирайся.

Ньют молча развернулся:

— Как я и говорил. Пошли. У нас есть Зарт. Он на плантации. Там хоть земля глупые вопросы не задаёт.

Они шли вдоль грядок, между аккуратно уложенными мешками с компостом. Запах сырой земли витал в воздухе, и где-то неподалёку гудели насекомые.

— Зарт, — крикнул Ньют, — ты где?

От одного из рядов поднялся парень — коренастый, с загорелыми руками и упрямым лицом.Вытер руки о штаны и подошёл ближе.

— Чего надо? — голос был хриплым, уставшим.

— Новичка тебе привёл, — Ньют кивнул на Алекса. — Галли отказался, как и ожидалось.

Зарт смерил Алекса внимательным взглядом, будто оценивал, потянет ли он мотыгу.

— Это тот, что из Лабиринта появился?

— Ага, — бросил Ньют. — Но вроде пока живой. С виду не дёрганый.

Зарт усмехнулся и указал мотыгой на грядки:

— Прополка. Потом будем таскать ящики. Если не будешь ныть — останешься.

Он бросил поцарапанную мотыгу у ног Алекса.

Алекс поднял её, молча кивнув.

— Начнёт с земли, — сказал Зарт. — Она всех ровняет.

— Идеально, — кивнул Ньют. — Тогда я пойду. Удачи, шанк.

Он ушёл, оставив Алекса под палящим солнцем.

Тот опустился на колени у первой грядки. Земля была тёплой, сухой. Пальцы вцепились в рукоять мотыги, и впервые с момента пробуждения Алекс почувствовал себя... частью чего-то. Небольшой, странной, непонятной части — но всё же.

— Для салаги не так уж плохо, — буркнул Зарт позже, наблюдая за его работой. — Не хнычешь.

— А смысл? — тихо ответил Алекс, не поднимая глаз. — Всё равно деваться некуда.

Зарт усмехнулся.

— Вот это правильный настрой.

— А ты… — Алекс замешкался, но всё же спросил: — Ты помнишь, кто ты? До этого места?

Зарт фыркнул.

— Никто ничего не помнит. Только имя. Проснулся, как и ты — ничего, пусто. Сначала бесишься, потом свыкаешься. Или с ума сходишь.

— А ты?

— Я злюсь на землю, а не на себя. Она хотя бы молчит.

Он присел рядом, достал из кармана грубый кусок ткани и вытер шею.

— Слушай, шанк. Если хочешь тут остаться — просто делай дело. Не болтай лишнего, не суйся куда не просят. И держись от лабиринта подальше.

Алекс посмотрел на него.

— Мне всё это всё равно кажется сном.

— Не сном, — Зарт сплюнул в сторону. — Слишком грязный для сна.

Они оба замолчали. Солнце медленно клонилось к горизонту, освещая грядки тёплым светом.

— Работай, салага, — добавил Зарт. — Чем быстрее научишься — тем меньше на тебя будут смотреть, как на чужого.

Алекс кивнул и вновь вонзил мотыгу в землю. Он уже не чувствовал страха — только усталость и что-то похожее на упрямство.

Где-то со стороны столовой раздался громкий голос:

— Обед! Всем, кто ещё жив, тащите задницы!

Зарт выпрямился и хлопнул Алекса по плечу.

— Пошли, новенький. Сегодня ты его заслужил.

Алекс встал, вытирая руки о рубашку. Его первый день в Глэйде подходил к концу.

После обеда жара немного спала, но усталость уже плотно сидела в теле. Алекс вышел вместе с Зартом обратно на плантацию. Теперь грядки казались ещё длиннее, а корзины — тяжелее.

— Хватит тебе земли на сегодня, — сказал Зарт, указывая на груду наполненных корзин. — Пора узнать, каково это — таскать реальный вес.

Алекс молча взял первую — она была набита до краёв помидорами и корнеплодами. Плечи тут же напряглись, руки заныли, но он не подал виду.

— Несёшь вон туда, к сараю у северной стены, — показал Зарт. — Только аккуратно. Уронишь-сам собирать будешь.

Алекс кивнул и медленно пошёл. Земля под ногами была неровной, корзина давила на ладони, пот катился по вискам. В какой-то момент он чуть не оступился, но удержал равновесие.

Он шёл, стиснув зубы. Каждый шаг — как вызов самому себе.

"Не упади. Не ной. Делай вид, что ты такой же, как они."

Кто-то из глэйдеров, проходя мимо, хмыкнул:

— Салага крепче, чем кажется.

Алекс не ответил. Он просто продолжал идти, неся груз — и свою новую роль.

Когда солнце начало клониться к горизонту, Алекс поставил последнюю корзину у сарая. Он был выжат до последней капли — спина болела, руки тряслись, одежда прилипла к телу. Но внутри теплилось странное чувство: он сделал это. Не сдался. Не убежал.

— Неплохо, салага, — произнёс Зарт, проходя мимо. — Завтра снова в бой.

Алекс только кивнул. Говорить не было сил.

Он медленно пошёл в сторону столовой, но по дороге заметил, как глейдеры что-то готовят на открытой площадке: вытаскивают столы, раскладывают фрукты, кто-то тащит самодельные флажки и лампы.

Ньют подошёл сзади, улыбаясь.

— Устал?

— Очень, — выдохнул Алекс.

— Отлично. Значит, первый день прошёл как надо. А теперь — праздник.

— Праздник?

— У нас такая традиция. Когда приходит новичок, вечером собираемся. Кто-то говорит глупости, кто-то шутит, кто-то просто ест. И никто не работает. Хотя бы один вечер.

Алекс был поражён. После всего, что он видел — после страха, тяжёлой работы, напряжённых взглядов — он не ожидал ничего, кроме подозрения.

— Это ради меня?

Ньют слегка кивнул:

— Да, салага. Даже если ты странно появился — ты теперь один из нас. Пока ты здесь, ты глэйдер.

Алекс почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Он не знал, что будет завтра. Но сегодня... ему дали место за столом.