Глава 7
Про помести расспрашивал; был бы польщен еслиб отрядили к нему депутацию, но на этом не настаиваю., И сказал, что иной раз брался за оружием, но никогда не убивал; истинный джентельмен.
Мистер Шеперд Был весьма красноречив; подчеркнул обстоятельства семейственной жизни адмирала, придававшие ему, как съем щуку, ещё новые достоинства. Он был женат. Бездетен. Чего же лучше? Дом не содержится в порядке, это не раз замечал мистер Шеперд, если в нём нет хозяйки; неизвестно, не болели страдают мебель, когда в доме нет хозяйки, чем когда в нём множество детей. Леди, не обремененная детьми, – сохранит мебель лучше всех на свете. Он познакомился и с миссис Крафт; она была в Тонтоне вместе с адмиралом и участвовало почти во всей их беседе.
– Дама она, кажется, весьма тонкая и умная, – продолжал мистер Шеперд, – больше задавала вопросов касательно до парка, условий, налогов, нежели сам адмирал, и выказала лучшее знакомство с предметом. И к тому же, сэр Уолтер, она здесь не вовсе чужая, связано с нашими краями больше самого адмирала; то есть она сестра того джентельмена, который когда-то жил среди нас; она сама сказала: сестра Винтер Мена, который несколько лет назад жил в Манкфорде. Господи! Да как же его имя? Совсем вылетело из головы, а ведь только что я его слышал. Пенелопа, милочка, не напомнишь ли, как имя того джентельмена, который жил в Манкфорде – брат миссис Крофт?
Но миссис Клэй так занята была беседы с мисс Эллиот, что и не расслышала вопроса.
– Понятия не имею, о ком вы толкуйте Шеперд. Ни одного джентельмена не упомню в Манкфорде со времен старого Трента.
– Господи! Удивительно! Скоро я забуду, как меня самого-то зовут. Я же так хорошо его имя знаю! И в лицо его помню: 100 раз видел; однажды явился ко мне за совета, помнится, в обиде на соседа. Человек этого соседа забрался к нему в сад (обвалился забор), воровал яблоки; пойман с поличным; но потом, вопреки моему приговору, полазил с ним полюбовно. Вот уж удивления достойно!
Все немного по молчали и наконец:
– вы, полагаю, говорите о мистере Уэнтуорте, - сказала Энн.
Мистер Шеперд Был преисполнен благодарности.
– Имена, именно Уэнтуорт! Он самый. У него в Манкфорде был приход, знаете, сэр Уолтер, кому года два – три. Он туда приехал году примерно в пятом, так, кажется? Вы припоминайте его, смею думать?
– Уэнтуорт? А – а! Мистер Уэнтуорт, манкфордский священник. Вы ввели меня в заблуждение своим "Джентельменом». Я решил было, что речь о человеке состоятельным. Мистер Уэнтуорт, помнится, совершенное ничто; без роду, без племени; ничего общего со Стрэффордами. Удивительно, как это наши имена, самые громкие, переходят невесть к кому.
Убедившись, что родственные связи Крофтов не служит им к украшению в глазах сэра Уолтера, мистер Шеперд уже к ним не возвращался; и напротив, со всевозможным пылом прибегнул снова к более непреложным их достоинствам; возраст, состав семьи, богатство; высокое мнение, составленное ими о Киллинч-холле, и горячее их желание иметь счастье там поселиться; из всего явствовало, что ничего не ценят они выше чести быть съёмщиками у сэра Уолтера Эллиота; на удивление тонко угадывая притом,какие качества сэр Уолтер почитает необходимыми в съемщике.
Доводы эти, однако ж, имели успех, и хотя всякий, кто намеревался жить в его доме, вызывал неприязнь сэра Уолтера и казался ему несметным богачом, с которого не грех спросить за это счастье самую высокую цену, мистер Шеперд добился наконец от сэра Уолтера согласия вступить в переговоры и был отряжен к задержавшемуся в Тонтоне адмиралу Крофт с тем, чтоб назначить день смотрин.
Сэр Уолтер не был мудрец; но он имел довольно жизненного опыта, чтобы догадаться, что съемщика более желательного по всем статьям, нежели адмирал Крофт, ему не найти. Так подсказывал ему разум; а тщеславие тешилось к тому же приятной мыслью, что положение у адмирала весьма высокоширотно в то же время не чересчур. «Я сдал дом внаймы адмиралу Крофту», - превосходно звучит; куда лучше, чем просто какому-то мистеру. Просто мистер (кроме, пожалуй, человек десяти во всем королевстве) вечно требует ссылок и разъяснений. Адмирал же сам за себя говорит, но, однако ж, и баронет рядом с ним не теряет. Во всех делан и переговорах за сэром Уолтером Эллиотом всегда останутся преимущества.
Ничего не делалось без согласья Элизабет; но ей и самой уже не терпелось уехать, и она очень обрадовалась, что все решилось и подыскали хорошего съемщика; она ни словом не обмолвилась об отсрочке.
Мистера Шеперда облекли всей полнотою доверия; и столь счастливый исход был достигнут лишь тогда, когда Энн, дотоле чутко внимавшая разговору, вышла из комнаты подставить вольному ветру пылающие щеки. И бредя по любимой своей рощице, она проговорила со вздохом:
- Еще несколько месяцев, и он, может статься, будет тут бродить.
***
Он - однако же, здесь вовсе не мистер Уэнтуорт, бывший священник в Манкфорде, как могло это показаться, но капитан Фредерик Уэнтуорт, брат его, который участвовал в битве при Сан-Доминго, тогда же произведён в капитаны, но невразумительны определён на службу, летом 1806 года оказался в Сомерсетском графстве и, не имея в живых своих родителей, на полгода обосновался в Манкфорде. В то время был он блистательный молодой человек, прекрасный собою, с восковкой душою и умом; а Энн - чрезвычайно хорошенькая девушка, способная чувствовать и наделённая сверх того скромностью, вкусом и благородством. И половины этих совершенств легко достало б, может статься, ибо ему нечего было делать, а ей больше некого любить; но при таких щедротах Провиденья исход, само собой разумеется, был предрешён. Постепенно они свели знакомство, а, сведя знакомство, почти тотчас и без памяти влюбились. Затруднительно сказать, кто из них больше восхищался другим и кто больше почитал себя счастливым; она ли, когда он объяснился предложил ей руку, или он, когда она ответила согласием.
Настала пора безоблачных радостей - очень недолгая пора. Сэр Уолтер, когда к нему прибегли, не то чтоб наотрез отказался дать благословение или обьявил, что этому не бывать, однако ж отвечал таким удивлением, таким молчанием, тако холодностью, что не оставил дочери ни малейшей надежды. Он счёл союз неравным и унизительным; а леди Рассел, хотя ее гордость была более умеренна и более извинительна, тоже опечалилась выбором Энн.
Энн Эллиот, с ее славным именем, красотою, умом, - и в 19-ты лет погубить себя; в 19-ть лет связать судьбу с молодым повесой, у которого нет ничего, кроме личных его достоинств, никаких даже видов на состояние, поприще самое наверное, и никаких даже знакомств, чтоб хоть на таком-то поприще продвинуться; нет, это положительно значит себя погубить;