Двухнедельный юбилей
— Знаешь, Джинни, мне что-то совсем не хочется никуда идти сегодня, — сказала Гермиона, аккуратно балансируя над каминной решеткой.
— Я и не удивлена, — ответила та. — Сходим куда-нибудь на следующей неделе.
— Спасибо тебе огромное. У меня шея болеть начинает. Увидимся тогда?
— Ага. Пришли мне сову с указанием места и времени. И Гермиона…
— Да?
— Тебе лучше мне всё в деталях рассказать.
— Пока, Джинни, — попрощалась Гермиона, высунув голову и наблюдая, как мир вокруг ещё несколько минут вращается. Закрыв крышкой баночку с летучим порохом, она отряхнулась. И едва поставив её на место, Гермиона вздрогнула увиденной в камине головы: — Малфой!
— Называй меня просто Драко, — подмигнул он.
— Хорошо, Драко… Что тебе нужно? — она не видела его с утра, а время близилось к четырём.
— Пару вещей. Первое: мама хочет знать, сможешь ли встретиться с ней в воскресенье и обсудить приём.
— Хорошо, дайте мне секундочку, — произнесла Гермиона и села, по-турецки.
— Будь в одиннадцать у нас. Она хочет провести чаепитие, — ответил Драко, скорчив лицо.
— А что не так с чаепитием?
— Ничего, если ты девушка. Также я хотел бы поужинать с тобой завтра вечером. Скажем, у меня в семь?
— Подожди. Я лучше запишу, — Гермиона взяла карандаш и лист бумаги. — Так, в воскресенье в одиннадцать быть в поместье твоих родителей и завтра в семь вечера у тебя. Ты сам будешь готовить ужин? — спросила она с любопытством.
— Может, да, а может, нет, — Драко снова ей подмигнул.
— Знаешь, для самодовольного сноба ты слишком романтичный, — ухмыльнулась Гермиона.
— О, то есть ты больше не считаешь меня слизняком, м? А насчёт романтики… ты вполне права, — хитро улыбнулся Малфой.
— Что ж, тогда увидимся завтра, — она закатила глаза.
— Пока, Гермиона, — подмигнув ей в последний раз, он исчез в камине.
Взяв книгу, она устроилась в кресле. Несмотря на всю сложившуюся ситуацию, ей действительно нравилось ощущение, что у неё есть парень… даже если им являлся Малфой. К тому же Гермионе было приятно увидеть Драко с другой стороны, и не будь контракта, возможности узнать его и не представилось бы. Не будь контракта, всего этого вообще бы не было. Более того — он начал действительно ей нравиться. И это пугало.
Сконцентрироваться не удавалось, поэтому чтение Гермиона забросила. Она закрыла глаза и улыбнулась. Когда они были в боулинге, Драко запаниковал, ведь Нейтан застал его врасплох своим вопросом об их будущих детях. Перед глазами возник образ светловолосой девочки. Естественно, у них будут дети. И это условие было чуть ли не самым главным в Контракте Малфоев — уверенность в том, что их фамильное древо продолжится. Это также означало — им нужен сын. Гермиона распахнула глаза от страха: а что если её дети попадут на Слизерин? А попадут ли вообще в Хогвартс? Чистокровками им не быть, к тому же… Ладно, её задачей было просто дать им надлежащее воспитание, причём как можно дальше от их дедушки.
Малфой сказал, что его мать хочет обсудить с ней презентацию подарков невесте до свадьбы. Интересно, а Джинни она может с собой пригласить? Ей хотелось выть только от мысли о том, что она застрянет в Малфой-мэноре в компании Люциуса и Нарциссы. На самом деле миссис Малфой не была такой же мерзкой, как её супруг, но и дружелюбия она не проявляла. Гермионе определенно стоило не забыть пригласить Джинни с собой. В конце концов, эта чепуха больше касалась подружки невесты, нежели её самой.
Ночь прошла неожиданно быстро, и наутро Гермиона пошла на работу, пробыв там целый день. Что удивило: в магазине не было ни одного репортёра. Вообще-то один затесался, но он писал статью об учебных материалах и совсем не интересовался их свадьбой. Вернувшись домой и сменив одежду на блузу и юбку, Гермиона аппарировала к дому Малфоя. Она и не поинтересовалась о том, встретятся ли они с Драко здесь, но у двери обнаружилась записка, ответившая на её размышления.
Дорогая Гермиона!
Пожалуйста, не стесняйся и входи. У меня возникли неотложные дела. Вернусь через пару минут.
С любовью,
Драко.
Удивившись слову «любовь», она отворила дверь и немного сконфуженно пошла в сторону гостиной. Всё выглядело так, словно домовых эльфов тут не было и в помине. Гермиона села на диван и принялась разглядывать комнату: дюжина свечей парила под потолком, и откуда-то издалека лилась тихая музыка. Прислушавшись к словам, она едва не хохотнула:
Она влюблена в меня, и я чувствую себя прекрасно.
Как бы то ни было, она была рада тому, что Малфой проникся творчеством группы «Биттлз». Впрочем, сам факт того, что ему понравилась песня, — неважно маггловская или нет, — в которой были слова, был весьма интересным. Гермиона попыталась отыскать источник музыки и увидела фонограф с виниловой пластинкой. Это было прекрасно! Малфой обзавёлся маггловским антиквариатом!
Оглядев комнату повторно, она обнаружила другие маггловские штуки, о наличии которых и не подозревала. А жизнь тут не казалась ей такой плохой, как раньше. Сделав шаг к фонографу, Гермиона увидела, что Драко вошёл в комнату, спрятав одну руку за спиной.
— Это, — произнёс он, протянув спрятанный до этого букет, — тебе.
Гермиона шагнула ему навстречу, чтобы забрать цветы, и отметила непривычный блеск в его глазах.
— Спасибо, Драко.
— А сейчас, если вы позволите, мадмуазель, я хочу проводить вас в столовую, — он протянул ей раскрытую ладонь, и с крохотной долей сомнений Гермиона вложила в неё свою. Драко привёл её через холл в комнату ещё больше прежней, где стоял небольшой столик, накрытый для двоих. Выдвинув перед ней стул и дождавшись, пока она сядет, он взял салфетку с тарелки Гермионы и уложил на её колени. — Не желаете ли немного шампанского? — спросил Драко, взяв бутылку.
— Только если чуть-чуть, — ответила она, стараясь не подавать вида, что дико смущена подобным вниманием. Налив бокал, Малфой вручил его Гермионе и сел напротив. — Это всё очень… э-э-э… мило, — прокомментировала она. Под потолком парили такие же свечи, как и в гостиной, только освещение было чуть более приглушённым.
— Я рад, что ты так считаешь, — ответил Драко, налив шампанское и себе, а после вынул палочку из мантии: — Смотри, — коснувшись серебряного подноса, он постучал палочкой по подносу на столе и снял с него крышку. Внутри оказались закуски на любой вкус — по паре каждой. — Теперь у нас есть пирог с заварным кремом.
Гермиона взяла один кусочек, пытаясь отбросить все возникшие в голове шутки об этом пироге, название которого звучало так же, как «поцелуй»*. Покончив с закусками, Малфой снова коснулся подноса палочкой, и на нём появились две тарелки с салатом.
— Итак, — начал он, проглотив кусочек помидора, — как тебе моя записка?
— Забавная, — ответила Гермиона. Мыслями она была в своей кухне, где в холодильнике лежала — или уже нет — пара листьев латука. Она не помнила, выкинула их или нет. — Сделал, что собирался?
— Да. Боюсь, я вспомнил про букет в последнюю минуту.
— Получается… сегодня у нас двухнедельный юбилей? — спросила Гермиона.
— Именно, — Драко улыбнулся и отложил вилку.
— Ты уже и наш трёхнедельный юбилей распланировал? — поинтересовалась Гермиона, покончив со своей порцией салата.
— Пока нет. Но впереди ещё целая неделя, — он поставил пустые тарелки на поднос, закрыл крышкой и, постучав по ней волшебной палочкой, открыл её. Перед ними было основное блюдо — лобстеры.
— Знаешь, это празднование нравится мне явно больше прошлого, — произнесла Гермиона, разглядывая своего лобстера.
— Это значит, что я прощён? — уточнил Драко, макнув кусочек своего лобстера в сливочный соус и отправив его в рот.
Гермиона пожала плечами в ответ.
— Хорошо, — прокомментировал он.
Доев лобстера и завершив трапезу лимонным чизкейком, Гермиона поняла, что наелась до отвала. Драко собрал посуду и снова постучал палочкой по крышке подноса.
— Не желаешь отдохнуть в гостиной, моя леди?
Она кивнула и опять вложила свою ладонь в раскрытую ладонь Драко. Когда они вошли в комнату, запись снова заиграла. Они сели на диван.
— У меня есть кое-что для тебя, — сказал Малфой. Гермиона чувствовала, что на неё накатывает сонливость после такого сытного ужина, поэтому просто улыбнулась. Драко вытащил из кармана маленькую коробочку, ту самую, от вида которой она страшно испугалась на прошлой неделе. — Ты так быстро убежала из ресторана, что забыла взять это с собой, — мягко взяв её за руку, он надел кольцо на её палец. — Гермиона, — произнёс он, немало удивив её искренностью выражения своего лица. — Я знаю, что спрашивал тебя об этом, но я пришёл к выводу, что честного ответа от тебя так и не получил. Конечно же, ты скажешь «да»… но я не хочу, чтобы этот брак был простой формальностью. Я хочу, чтобы ты знала, что я делаю это не потому, что меня вынуждают обстоятельства.
Гермиона вздохнула.
— Да, я понимаю, но… — она уже собиралась сказать, что он и не предложил бы ей этого, не будь его жизнь в опасности, но предпочла замолчать. Драко придвинулся ближе, так, что Гермионе стало не по себе. Ещё через мгновение расстояние между ними уменьшилось, и кончики их носов соприкоснулись. Лицо Драко было так близко, что Гермиона скосила глаза, глядя на него, а после закрыла их и пожалела об этом, потому что он преодолел последние сантиметры и поцеловал её. Но что удивило ещё больше — она отвечала на поцелуй. Голова закружилась. Если не считать прошлой недели, это был её первый серьёзный поцелуй. В её-то далеко не юном возрасте. И хотя продлился он не больше трёх секунд, время будто замерло на этом моменте. Отпрянув друг от друга, они не произнесли ни слова. Драко взял её за руку, любуясь кольцом на пальце.
— Спокойной ночи, — сказала она после затяжной паузы и поспешила аппарировать домой.