Нарцисса
Раннее утро Драко встретил в отличном настроении. Он лежал, завернувшись в одеяле, и улыбался: ему всё-таки удалось поцеловать Грейнджер. И хотя одна часть его сгорала от стыда, другая была жутко довольна. Отныне губы Грейнджер стали для него другими. Их прикосновения было сложно описать. С момента его последнего поцелуя прошло несколько лет, да и Пэнси он едва ли считал своей пассией (романтических навыков ей не хватало, и вероятно, именно поэтому он и поцеловал её лишь однажды). Гермиона же была раз в пять привлекательнее, гораздо интереснее и умнее. Он помнил её ладонь, её маленькую изящную ладонь, которая так идеально ложилась в его. Кольцо на её пальце вызывало странный прилив гордости. Казалось, что отныне Гермиона была его собственностью и ничьей больше. Было забавно представлять, как бы она рассердилась, узнав, что её считают вещью. Хотя «собственность» было неправильным словом. Просто теперь никто не мог забрать её у него. Не то чтобы Гермиона была с ним «ради галочки», она словно позволяла ему быть рядом или что-то вроде того. И всё-таки стоило признать, что этот брачный контракт делал его счастливее, чем он когда-либо был. В жизни Драко не хватало именно жены. Ему нужен был кто-то, кого он мог бы любить. Любить? Нет, к таким заявлениям в адрес Гермионы Малфой был ещё не готов. Не мог же он её любить, правда?
* * *
Гермиона с отсутствующим видом разглядывала потолок своей спальни. Кончики пальцев непроизвольно то и дело пробегали по губам.
Что произошло с идиотом, маггло-ненавистником, подхалимом, дерзким и чванливым Драко Малфоем? Когда он успел стать таким романтичным, милым, нежным и... мужественным? Она чувствовала себя виноватой за то, что позволила ему поцеловать себя. Что теперь подумают о ней лучшие друзья? Рон был прав: Гермиона хотела этого, несмотря на все заверения мозга. Малфой был её врагом и сыном Пожирателя, когда-то она и вовсе причисляла его к наследнику Слизерина, но всё же... Каким-то образом Драко изменился. Каким он был все те годы, когда они не пересекались? Как вёл себя, оставаясь наедине с самим собой? Может быть, Малфой всегда был порядочным человеком, просто никогда не показывал этого другим? В конце концов, он заслужил значок старосты. Возможно, Дамблдор знал нечто такое, чего не знала она? За всю свою жизнь Гермиона никогда и не мечтала владеть чем-то настолько значимым, что было у неё сейчас.
Она прекратила касаться губ, которых почти не чувствовала. Такой прекрасный поцелуй означал лишь одно — у него обширная практика в этом деле. Сволочь. Хотя, конечно, поклонниц у Драко хватало ещё в Хогвартсе. В глубине души Гермиона Грейнджер всегда признавала, что Драко Малфой был одним из самых привлекательных парней в школе. Раньше она лишь закатывала глаза, видя его с одной из тех идиоток, которые буквально толпились вокруг него на шестом и седьмом курсах. Представив искажающиеся от ревности и зависти лица этих девчонок, увидь они её с Драко вместе, Гермиона усмехнулась. Большая часть из них уже была замужем, иначе выбор для выполнения контракта был бы куда обширнее.
Чёртов поцелуй перевернул всё с ног на голову. Драко, вопреки её ожиданиям, не впивался в её губы, чтобы причинить боль, а наоборот — проделал всё на удивление мягко и уважительно. Ну когда, ей-Мерлин, когда из щуплого парнишки, который вечно прятался за спинами Кребба и Гойла, он превратился в высокого, мускулистого, привлекательного юношу? О своих школьных друзьях Драко никогда не рассказывал и даже не упоминал вскользь. Что с ними случилось? Вопросы, вопросы, так много вопросов.
Лечь спать сейчас было самым разумным решением.
* * *
Субботним утром Гермиона и Джинни подошли к парадной двери Малфой-мэнора. Всё тот же домовой эльф в сорочке из посудного полотенца проводил их внутрь и пригласил в гостиную, где миссис Малфой уже приготовила чай.
— Мисс Грейнджер, — произнесла она, поднявшись, и на полдюйма приблизилась к щеке Гермионы, словно собираясь поцеловать. — Мисс Уизли, я полагаю? — спросила Нарцисса, повернувшись в сторону Джинни и слегка приподняв подбородок.
— Нет-нет, миссис Томас, — поспешно поправила её Джинни.
— Ах, да, конечно, — ответила миссис Малфой, тихонько фыркнув. — Это то самое кольцо? — она вновь обратилась к Гермионе, пристально изучая её руку.
— Да, это оно, — Гермиона едва заметно кивнула.
— У моего сына хороший вкус, как я погляжу. Он унаследовал его от обоих родителей. Я не видела Драко уже несколько дней, скажите мне, как он? — спросила Нарцисса, неотрывно следя за Грейнджер.
— О, с ним все в порядке. Правда, я не видела его со вторника, так что, думаю, мне известно не больше вашего, — ответила Гермиона, искренне надеясь, что ей не придётся вдаваться в подробности того вторника. Было довольно трудно обсуждать это с Джинни по дороге сюда, и ей уж точно не хотелось бы вести душевные девичьи разговоры с Нарциссой Малфой.
— Хорошо, почему бы нам не перейти к делу, м-м-м?
Они сели за стол, вокруг которого уже толпилось полдюжины домовых эльфов, ставящих одно блюдо за другим. По щелчку пальцев Нарциссы Малфой они поспешно удалились.
— Теперь давайте обсудим, кого вы собираетесь пригласить на приём.
— Ну, — замялась Гермиона, не донеся чашку до рта, — естественно, Джинни, её мать — миссис Уизли, мою маму, тётю Труди, кузин Алису и Луизу, Лаванду и Парвати, и... — Гермиона замолчала, поскольку миссис Малфой записала лишь три имени.
— И? — Нарцисса подняла на неё взгляд.
— А как же моя семья и миссис Уизли? — спросила Гермиона, почувствовав лёгкое раздражение.
— Раз вы так хотите, чтобы на свадьбе была Молли Уизли, она может прийти. Но согласитесь, что магглы не смогут, эм-м, влиться. То есть, разве ваши тетя и кузины знают о том, что вы волшебница?
— Думаю, нет. Но почему моей матери нельзя прийти?
— И что не так с моей мамой? — гневно сверкнула глазами Джинни.
Миссис Малфой проигнорировала вопрос:
— Просто я не думаю, что кто-либо из дам, которых я пригласила, сумеет найти с ней общий язык. Быть может, вам следует устроить второй приём — только для своих родственников?
Спорить не было смысла. Действительно, безопаснее держать родных в неведении о настоящей причине этой свадьбы.
— Согласна. Но, я думаю, моя мама захотела бы с вами встретиться когда-нибудь, миссис Малфой.
— Может быть на Рождество, — тихо вздохнула Нарцисса и продолжила: — Итак, кто ещё?
Гермиона назвала нескольких девушек из Хогвартса, своих коллег и Тонкс. Она решила, что Пенелопе лучше присоединиться к «маггловскому» приёму. Миссис Малфой, разумеется, составила свой список из десяти девушек-слизеринок, и Гермиона потратила порядка получаса на то, чтобы уговорить её вычеркнуть пару из них («Не думаю, что это хорошая идея — пригласить Пэнси. Она вряд ли обрадуется.»)
— Теперь давайте обсудим дату. Через три недели, в воскресенье? Скажем, в час?
— Отлично, — ответила Гермиона, чувствуя себя выжатым лимоном.
— Вы уже решили, кого взять в качестве подружек невесты?
— Джинни будет свидетельницей и главной подружкой. О других я не думала, — при упоминании своего имени Джинни слегка вздрогнула и словно вышла из ступора, в котором пребывала уже некоторое время.
— А давайте лучше я вам помогу все спланировать, миссис Малфой. Неправильно, что этим занимается Гермиона, — вклинилась она, пристально глядя на Нарциссу.
— Это вовсе не обязательно, всё остальное я уже продумала. Почему бы вам обеим теперь не отправиться домой?
Подруги переглянулись и буквально бегом бросились к двери.
— Ты могла бы помочь мне со вторым приёмом, — сказала Гермиона, когда они шли по лужайке Малфой-мэнора.
— Да, конечно! Знаешь, я не очень-то доверяю этой женщине, — призналась Джинни.
— Оно и понятно, — согласилась Гермиона.
— Дорогая, советую тебе даже не начинать обливать грязью мою мать.
Они обернулись и увидели Малфоя, шагавшего за ними. При виде его у Гермионы ком подступил к горлу.
— Джинни, — кивнул он в приветствии.
— А ты бы доверял ей, будь на нашем месте? — спросила Джинни.
— Скорее всего, нет, — улыбнулся Драко, идя бок о бок с Гермионой.
— Что ты здесь делаешь? — произнесла она, тщетно пытаясь справиться со своим голосом.
— Просто хотел пройтись с тобой, вот и всё, — он насмешливо зевнул, потянулся и положил руку на её плечо. Сердце Гермионы пропустило пару ударов. Она не знала успокаивает ли её присутствие Джинни в этот момент или делает хуже.
Немного погодя подруга спросила:
— Где здесь ближайшее место для трансгрессии?
— Чуть дальше, — Драко указал на границу, где начинался лес.
— Ну, тогда увидимся, — заторопилась Джинни и через некоторое время исчезла с негромким хлопком.
— И как это понимать? — Гермиона шокировано глядела на место, где секунду назад стояла подруга.
— Наверное, не хотела навязываться, — Малфой проницательно посмотрел ей в глаза, отчего у неё по спине побежали мурашки. — Ну что, я могу увидеть, какого цвета у тебя пижама?
— Эм... Да, конечно. Можем поехать к моим родителям и рассказать им последние новости.
— Звучит неплохо, — тепло улыбнулся Драко.
Когда они остановились у края владений Малфой-мэнора, он наклонился и поцеловал Гермиону в щёку.
— Не грусти, всё будет хорошо.
И растворились в воздухе.