Глава 6
Когда пришло время пятничного девичника, я была более чем готова провести спокойный, расслабленный вечер в кругу своих подруг — и, конечно же, замечательного корейца — Кон Ю. Я засунула в рюкзак диск с «Демоном», подаренным мне Чеен на Рождество, пижаму, которую почти никогда не надеваю (да, дома я сплю нагишом — и что с того?) и зубную щетку. Дженни должна была принести попкорн, а Чеен пообещала большие коробки шоколадного мороженого.
Как будто моя задница и без того недостаточно громадная. Но, как обычно, день не мог пройти просто хорошо. Госпожа Хван, так сказать, постаралась, чтобы этот день не прошел хорошо. — Это была «Алая Буква», — сказала она, закрыв книгу. — Вам она понравилась? По классу пронеслось негативное бурчание, но Госпожа Хван, казалось, не заметила. — Хорошо, потому что работа Готорна удивительна и применима к современному обществу. Я хочу, чтобы каждый из вас написал сочинение об этом романе. — Она проигнорировала глубокие вздохи. — Сочинение может быть о любой части книги, герое, сцене или теме — но я хочу, чтобы оно было хорошо продумано. Я также позволю вам работать в парах, — класс возбужденно зажужжал, — которые назначу я. — Возбуждение испарилось.
Я знала, что у меня неприятности, когда Госпожа Хван достала журнал. Это означало, что она будет назначать партнеров по считалочке. А зная мою удачу, моим партнером должен был стать...
— Лалиса Манобан будет работать с Чон Чонгуком. Черт.
С того дня, как Чонгук надоедал мне после школы, я уже дней десять удачно избегала его, но Госпоже Хван обязательно надо было все испортить. Дочитав оставшиеся имена из своего списка, она сказала:
— Сочинения должны быть минимум в пять листов, напечатаны двенадцатым шрифтом, Джой. Не хитри больше. — Засмеялась она. — И еще, я хочу, чтобы партнеры работали вместе, чтобы оба были частью этого сочинения. Побольше творчества! Повеселитесь!
— Какое уж тут веселье, — прошептала я Чеен, сидящей рядом.
— Ох, я думаю, тебе повезло, Лис, — отозвалась она. — Я была бы на седьмом небе, если бы Чонгук был моим партнером. Но мое сердце принадлежит Сехуну. Это так нечестно, что работать с ним выпало Дженни. — Она посмотрела на Дженни, сидящую в другом конце класса. — Ей, скорее всего, удастся посмотреть его дом спальню и все такое. Думаешь, если я ее попрошу, она замолвит ему за меня словечко? Может, она будет что-то вроде свахи для меня.
Я не потрудилась отвечать.
— Дата сдачи сочинения ровно через неделю! — сообщила Госпожа Хван сквозь гул голосов. — Прошу уделить ему время на этих выходных. Прозвенел звонок, и все одновременно поднялись на ноги. Крошечная Госпожа Хван поспешила уйти с дороги, чтобы не быть раздавленной на пути к двери. Мы с Чеен присоединились к толпе, а Дженни догнала нас, как только мы вышли в коридор.
— Что за фигня, — прошипела она. — Сочинение? Я не хочу выбирать тему, это ее чертова работа! Что за смысл этого гребаного задания, если она не может даже дать нам то, о чем писать? Такая тупость.
— Но тебе удастся поработать с Сехуном и... — Пожалуйста, Чеен, не начинай это дерьмо, — Дженни закатила глаза. — Он. Гей. Ничего у вас не получится, окей?
— Никогда не знаешь! Так ты не сыграешь роль свахи для меня?
— Встретимся в столовой, девчонки, — сказала я, поворачивая в сторону своего шкафчика. — Мне нужно кое-что взять.
— Хорошо. — Дженни схватила Чеен за запястье и потянула ее в сторону другого коридора. — Встретимся у машины со сладостями, окей, Лис? Пошли, Чеен. — И они оставили меня одну посреди забитого коридора. Ну, не такого уж и забитого. В нашей школе было всего четыреста учеников или что-то около того, но на тот момент казалось, что коридор сильно переполнен. Или может это я под стрессом начинала чувствовать клаустрофобию. В любом случае, мои друзья исчезли и оставили меня среди чудовищ.
Я пробивала себе путь через качков и обжимающихся пар, направляясь в учебное крыло, где расположены научные классы. Всего за пару минут я добралась до шкафчика, который как и вся школа был выкрашен в синий и оранжевый цвета. Я ввела номер и распахнула дверцу.
Позади меня пробежали несколько девчонок из группы поддержки, крича: — Вперед, Пантеры! Пантеры! Пантеры!
Я схватила куртку и рюкзак и была готова захлопнуть дверцу, когда появился он. Честно, я ожидала его раньше.
— Похоже, что мы партнеры, жупа.
Я захлопнула шкафчик чуть сильнее, чем следовало бы. — К сожалению, да.
Чонгук расплылся в улыбке, облокотившись на шкафчик рядом с моим и проводя рукой по волосам. — У тебя или у меня?
— Что?
— Задание на эти выходные, — сказал он, сужая глаза. — Не выдумывай себе ничего, жупка. Я не бегаю за тобой. Я просто пытаюсь быть хорошим студентом. Чон Чонгук не бегает за девчонками. Они...
— Бегают за ним. Ага. Я помню. — Я надела куртку поверх футболки. — Если нам нужно сделать это, я подумала, что мы могли бы...
— Чонгук! — Незнакомая мне тощенькая брюнетка (она выглядела, как восьмиклассница) бросилась к нему на шею прямо передо мной. Она смотрела на него огромными щенячьими глазами. — Потанцуешь со мной сегодня вечером на танцах? — Конечно, Цзыюй, — сказал он, проводя рукой по ее спине. Он был достаточно высок, чтобы смотреть ей в декольте безо всяких проблем. Извращенец.
— Я сохраню танец специально для тебя, окей?
— Правда?
— Зачем мне врать?
— О, спасибо, Чонгук!
Он наклонился, и она одарила его коротким поцелуем в щеку, после чего ушла, так ни разу и не взглянув на меня.
Чонгук повернулся ко мне. — Так что ты там говорила?
— Я думала, мы могли бы встретиться у меня дома, — прорычала я сквозь сжатые зубы.
— Что не так с моим? — спросил он. — Боишься, что в нем живут привидения, а, жупа?
— Конечно, нет. Просто предпочитаю работать у себя. Один бог знает, какую болезнь я могу подцепить, ступив в твою спальню. — Я покачала головой. — Так что у меня. Завтра, скажем, часа в три. Позвони, прежде чем явиться.
Я не дала ему возможности ответить. Если у него с этим проблема, я напишу сочинение сама. Намеренно забыв попрощаться, я ушла, пробиваясь сквозь группы парней и сплетничающих девчонок в сторону столовой.
Дженни с Чеен ждали меня у одного из автоматов с шоколадками и чипсами. — Я не понимаю, Джен, — говорила Чеен. Она засунула доллар в единственный работающий автомат, когда выпадет ее газировка. — Тебе разве не нужно остаться и быть с группой поддержки на игре?
— Неа. Я сказала им, что не смогу там быть сегодня, так что одна из запасных девчонок займет мое место. Она ожидала возможности поучаствовать весь год, и у нее есть талант, но до сих пор ей не было места. Они и без меня справятся.
Я подошла к ним почти вплотную, когда Чеен заметила меня. — А вот и Лиса! Давайте убираться отсюда! Уррраааа! Девичник! Дженни закатила глаза. Чеен открыла синие двери, ведущие к автостоянке, улыбаясь до ушей и сказала:
— Девчонки — вы самые лучшие. Правда, самые-самые лучшие. Я не знаю, что бы делала без вас.
— Плакала бы в подушку каждую ночь, — ответила Дженни.
— Думала бы, что другие твои друзья «самые лучшие», — предложила я, возвращая ее улыбку.
Я не позволю Чон Чонгуку испортить мой день. Ни за что! Это девичник, и он не будет испорчен таким придурком, как он. — Ты не забыла о мороженом, Чеен?
— Я помню. Шоколадное. Мы пересекли автостоянку и забрались в мою машину. Чеен быстренько завернулась в пледик, а Дженни, заметно поеживщись, кинула ей завистливый взгляд, перед тем как пристегнуть ремень. Мы выехали со стоянки на шоссе, умчавшись от школы, как сбежавшие из тюрьмы заключенные...
— Не могу поверить, Дженни, что тебя не номинировали в королевы сегодняшнего бала, — сказала Чеен с заднего сидения. — Я была уверена, что так и будет.
— Нее. Я была королевой Футбольных танцев. По школьному правилу нельзя выигрывать больше, чем один раз в год, так что и номинировать меня не могли. Уверена, на этот раз королевой будет Джой или Йери.
— Думаешь, они поругаются, если одна из них выиграет? — спросила Чеен с волнением.
— Сомневаюсь, — ответила Дженни. — Йери по большому счету все равно, это Джой любит соревноваться... Хотела бы я видеть сегодняшнюю драму. Я вам говорила, что Джой собиралась также встретиться с Чон Чонгуком?
— Нет! — выкрикнули мы с Чеен в унисон.
— Ага, — кивнула Дженни. — По-моему она старается заставить своего парня ревновать. Встречается с десятиклассником, берет на танцы чувака с другой школы, и говорит всем, что ей нравится Чонгук. Она уверяла, что они переспали недавно на какой-то вечеринке — думаю, ее парень об этом еще не знает — и что собирается это повторить. Говорила, что это было сногсшибательно.
— Он переспал с ней? — воскликнула Чеен.
— Он со всеми спит, — сказала я, поворачивая машину на улицу Чонно. — Если у кого-то есть вагина, он с этим переспит.
— Фуу! Лиса! — выкрикнула Чеен. — Не говори... слово на «В».
— Вагина, вагина, вагина, — сказала спокойно Дженни. — Проснись, Чеен. У тебя тоже есть одна. Называй ее так, как есть. Щеки Чеен были цвета помидора. — Нет смысла говорить об этом, это грубо и... лично. Проигнорировав ее, Дженни сказала мне:
— Он может и плейбой, но он чертовски сексуален. Даже ты должна это признать, Лисенок. Готова спорить: он ураган в постели. Ты же целовалась с ним. Ну и как он? Классно целуется? Разве можно винить Джой за желание с ним переспать?
— Ты целовалась с Чонгуком? — Чеен захлебнулась собственным волнением. — Что? Когда? Почему мне не сказали?
Я кинула Дженни убийственный взгляд.
— Она стыдится этого, — объяснила Дженни, ероша рукой свои короткие волосы. — Что глупо, потому что я уверена, ей крышу снесло от его поцелуя.
— Ничего мне не сносило.
— Он хорошо целуется? — спросила Чеен. — Скажи мне, скажи мне, скажи мне! Я очень хочу знать.
— Да, если хочешь знать, он хорошо целуется. Но это не делает его менее отвратительным.
— Но, — встряла Дженни, — после твоего опыта, можешь ли ты винить Джой за ее желание с ним переспать?
— Мне и не надо. — Я включила поворотник. — Она сама себя будет винить, когда подцепит какое-нибудь венерическое заболевание... или когда ее парень узнает об этом. Не важно, что из этого случится первым.
— Вот именно поэтому я и хотела пойти на танцы, — вздохнула Дженни. — Мы могли бы увидеть это воочию... как свою собственную серию «Сплетницы» в нашей школе. Парень Джой разозлился бы и планировал свою месть, тогда как его девушка трахнула бы самого горячего парня школы, а Лалиса, скрывая свою тайную любовь к Чонгуку, страдала бы и притворялась, что ненавидит его, в то же время, молчаливо желая снова получить его супер-сексуальные поцелуи.
У меня отвисла челюсть. — Я бы не желала ничего такого!
Чеен разразилась смехом на заднем сидении и закрыла длинным хвостом свой рот, скрывая улыбку, когда я зыркнула на нее через зеркало заднего вида. — Ну что же, — вздохнула Дженни. — Думаю, мы услышим об этой драме в понедельник. — Или завтра, если история будет хороша. Йери и Мина никогда не упустят возможности посплетничать. Если произойдет что-то сумасшедшее, ты же знаешь, они позвонят нам и расскажут все, что мы пропустили.
Уверена, что так и будет, — улыбнулась Чеен. — Надеюсь, они не утаят деталей. Не могу поверить, что пропускаю свои последние танцы в честь встречи выпускников.
— Ну, ты хоть не одна их пропускаешь, Чеен. Несколько секунд спустя, повернув на Холбрук Лейн, я заехала на подъездную дорожку Паков. Вынув ключи из зажигания, я сказала: — Давайте-ка начнем девичник.
— Ураа! — Чеен выскочила из машины и, практически танцуя, подошла к парадному крыльцу. Она отрыла дверь, и мы с Дженни последовали за ней, качая головами. Я сняла куртку и повесила ее на крючок за дверью. Родители Чеен были помешаны на чистоте и порядке: в доме все было прибрано и стояло на своем месте, обувь следовало снимать у двери.
Дженни последовала моему примеру. — Как бы мне хотелось, чтобы моя мама держала дом в такой чистоте. Или наняла бы уборщицу. Наш дом — полная свалка.
— В моем тоже не было такого порядка. Мама никогда не была озабочена чистотой, а папа верил, что убираться нужно один раз в год, весной. Кроме стирки, мытья посуды и редкого вытирания пыли/включания пылесоса в доме Манобанов домашними делами почти не занимались.
— Во сколько придут твои родители, Чеен? — спросила я. — Мама вернется в пять тридцать, а папа где-то после шести. — Она ждала нас на нижней ступени лестницы, готовая подняться в свою комнату, как только мы присоединимся к ней. — Правда у папы сегодня должен был быть новый пациент, поэтому, возможно, он припозднится.
Господин Пак — психотерапевт. И несколько раз Дженни грозилась попросить его взять меня бесплатно в пациентки, чтобы посмотреть, сможет ли он помочь мне с моими «проблемами». Как будто у меня они есть. Но Дженни говорит, что мой цинизм — результат какой-то внутренней борьбы. Я ей отвечаю, что просто умна.
А Чеен... ну, она ничего не говорит. Даже учитывая то, что мы всего лишь шутим, она всегда ведет себя немного странно, когда мы поднимаем эту тему. Скорее всего, наслушавшись психо-болтовни отца, она на самом деле думает, что мое негативное отношение ко всему и правда результат внутренней борьбы.
Чеен ненавидит негативность. Ненавидит настолько, что даже не хочет в этом признаваться. Это было бы слишком негативно.
— Поторапливайтесь! Чего вы там копаетесь?
— Время начать вечеринку! — выкрикнула Дженни, пробегая мимо Чеен вверх по лестнице. Чеен, хихикая, как маньяк, попыталась догнать темноволосую, а я последовала за ними нормальным шагом. Поднявшись, я слышала смех и разговор подруг, доносящиеся из спальни в конце коридора, но не пошла туда. Мое внимание привлекло кое-что другое.
Дверь в спальню, первую слева, была распахнута настежь. Мой мозг говорил мне пройти мимо, но ноги не слушались. Я стояла в дверном проеме, пытаясь заставить себя отвести взгляд, но тело просто не хотело подчиняться. Идеально заправленная кровать с потертым, темно-синим покрывалом. Постеры с изображением супергероев, покрывающие каждый сантиметр на стенах. Черная лампа над изголовьем кровати. Комната выглядела почти так же, какой я ее помнила, только сейчас в ней не было грязной одежды на полу. Открытый шкаф пустовал, и кто-то снял календарь с Человеком пауком, висевший раньше над столом. Но комната все еще выглядела теплой, как будто он все еще был здесь. Как тогда, когда мне было четырнадцать.
— Чимин, я не понимаю. Кто была эта девчонка?
— Никто. Не волнуйся об этом. Она ничего для меня не значит.
— Но... — Шшш... это не такое уж большое дело.
— Я люблю тебя, Чимин. Не лги мне, хорошо?
— Не буду.
— Обещаешь?
— Конечно. Ты правда думаешь, что я сделаю тебе больно, Лисенок...?
— Лиса, черт возьми, куда ты подевалась? Голос Дженни заставил меня подпрыгнуть. Я быстренько вышла из комнаты и закрыла дверь, зная, что не смогла бы каждый раз проходить мимо нее по дороге в туалет.
— Иду! — постаралась сказать я нормальным голосом. — Боже! Будь терпеливой хоть раз в своей жизни!
Затем, приклеив на лицо улыбку, я пошла смотреть фильмы с моими подругами.