День «Титаник», или пропускной способности души
Забавно наблюдать за Подковником, охваченным страстью художника. Весь
красный, он то и дело облизывает пересохшие губы, руки заметно дрожат от
творческого вдохновения.
- Скорость крови у меня сто километров в час! - восклицает он
возбужденно, время от времени нащупывая свой пульс и продолжая затем
широкими мазками наносить на полотно краски.
Далекооблачнобелые, морскодонносиние, ужаскакчерные,
мокрогазоннозеле-ные, закатносолнечножелтые - только брызги летят по
сторонам. Рабочий уголок художника похож на изначальный хаос. Между тем из
этого беспорядочного скопления элементов вовсе не рождается новый мир,
неразбериха все более усугубляется и в конце концов непоправимо превращается
в мазню. Подковник изранен болью. Его рабочий халат окровавлен
резаносвеклокрасной краской. Глаза кажутся заплаканными, а вся фигура
заметно уменьшившейся.
- В доме мне тесно, - решает он. - Завтра возьмусь за пейзажи.
Ранним утром следующего дня самозваный маэстро, оснащенный мольбертом и
всем необходимым инструментом, решительно направляется в сторону реки.
Возвращается он рука об руку с последними вздохами уходящего дня еще более
мрачным, чем тьма надвигающейся ночи. Пейзаж, написанный им, можно
воспринимать только как изображение нефтяного пятна.
- Этот день я назову "Титаник"! в отчаянии стонет он, держась за
голову.- Я погиб, пошел ко дну, это мое окончательное поражение!
- Глупости! - откликается Драгор, перелистывая толстую книгу. -
Простоты не можешь выразить себя через живопись. Вот в Энциклопедии
Serpentiana' главе "О пропускной способности души человека" говорится: "И до
настоящего времени еще не раскрыты закономерности пропускной способности
человеческих душ. В то время как у одних, как через трубу, выливается все,
что вошло, не оказав облагораживающего воздействия ни на единую частицу
души, у других все в нее впитывается, никогда не просачиваясь наружу, будто
закрыто гранитной плитой.
Некоторые человеческие души пропускают только что-то совершенно
определенное и ничего другого, причем эта способность не объясняется
какими-то закономерностями, во всяком случае нам они неизвестны. Механизм
третьих основывается на кристаллизации квинтэссенцией входящих явлений и
отторжении всего периферийного. Четвертые выпускают наружу именно сущность,
а в себе, никто не знает почему, ревниво берегут совершенно не важные
элементы. С помощью многочисленных синтезов, анализов, благодаря
таинственным процессам души что-то пропускают через себя, а что-то
задерживают в себе. Это и делает людей отличающимися друг от друга".
Слова Драгора возрождают в глазах Подковника цвета надежды.
Успокоившись на один оттенок весенненебоголубого цвета, он раскуривает
трубку и принимается складывать разбросанные принадлежности.
Проходя мимо Северного зеркала, того самого, которое всегда держит в
сборе все три времени, как будто это букет обычных полевых цветов, Подковник
на мгновение останавливается. Вместо всего в целом бывшего художника в той
части зеркала, результатом существования которого является отражение
настоящего времени, где-то в районе нахождения души виден миниатюрный, но
очень красивый пейзаж.