part one
06:24 утра.
Противный писк аппаратов. Едкий запах каких то лекарств, который уже въелся в нос настолько, что даже особо не обращаю на него внимание. Стены вокруг - серые, унылые и холодные.
Я сижу на краешке стула, вцепившись пальцами в холодную руку мамы и смотрю на то, как слабо двигается её грудь под тонким больничным одеялом. Она спит. Или, скорее, отключилась от боли и усталости. Её лицо - осунувшееся, с бесцветными губами и тенью под глазами - не похоже на ту женщину, которую я помню из детства. Ту, что смеялась, готовила блины и называла меня своим солнышком.
— Эмми.. - голос мамы еле слышный, сиплый. Я подрываюсь сразу, наклоняясь к ней.
— мам, я здесь - её ладонь такая лёгкая, как перышко.
Мне страшно, до дрожи, что однажды я приеду, а она не проснётся.
Она слабо улыбается.
— ты снова здесь так рано — голос мамы тихий, как ветерок за окном.
Я киваю, чуть сжав её ладонь.
— хотела успеть до школы - я стараюсь говорить спокойно, не показывая, как сильно болит внутри - сегодня ещё тест по философии - а после несколько часовая смена в кофейне рядом с домом, но об этом маме знать не обязательно.
— всё ещё мистер Чосон с его строгим лицом и навязчивой любовью к философии? - спрашивает мама все так же слабо, но с лёгкой улыбкой.
— у него мания считать, что я должна изменить мир, - фыркаю - наверное, думает, что я родилась с миссией спасать человечество.
Мама тихо смеётся, но тут же морщится: боль режет её изнутри и я почти рефлекторно тянусь к кнопке вызова медсестры. Она останавливает меня взглядом.
— не надо. просто побудь со мной ещё немного.
— конечно, - выдыхаю я, возвращаясь на стул.
Мы сидим в тишине. За дверью шумит утро - гремят каталками, кто то стонет, кто то торопливо говорит в трубку.
— Эмми, — зовёт мама, когда я уже собираюсь вставать — у тебя своя жизнь. не позволяй ей пройти здесь.. между этими стенами. я не хочу, чтобы ты жертвовала собой ради меня.
Я молчу. Как объяснить, что её жизнь - единственное, за что я ещё цепляюсь? Что если она исчезнет, я растворюсь в этом сером мире, как её тень на дурацкой больничной простыне.
Мама снова засыпает - глаза медленно закрываются, дыхание становится ровнее. Я провожу пальцами по её костлявой руке, задерживаясь ещё на несколько секунд.
Как будто боюсь, что если не эти несколько мгновений - исчезнет что то важное.
Потом осторожно поднимаюсь, поправляю одеяло, выхожу из палаты и на автомате направляюсь к выходу. Коридоры уже оживлённые - медсёстры торопливо переговариваются, носясь с капельницами, кто то везёт каталку, а кто то громко зовёт врача.
Снаружи встречает прохладное утро, серое небо и почти пустая улица. Я вдыхаю полной грудью, как будто воздух здесь чище, чем внутри. Или, как минимум, не такой напряженный..
Открываю мобильник на который приходит уведомление:
Райли(07:03 am): я снова опаздываю, прикрой пожалуйста 🙏🙏
Усмехаюсь краем губ, читая сообщение. Было бы странно, если бы его не было. Отвечать не нужно - она и так знает, что я прикрою.
Путь до школы привычный - автобус, несколько остановок, взгляд в окно, где всё давно стало фоном. Иногда кажется, что я двигаюсь на автопилоте, сливаясь с холодными лицами прохожих.
Школа встречает привычной суетой: кто то бегает с чашкой кофе из Starbucks, кто то спешит добежать в кабинет до звонка. Я беру тетрадь и карандаш из шкафчика, направляясь на гражданское право.
Мистер Киттон, как всегда, на месте - сидит с планшетом, пролистывая какие то бумаги, скорее всего очередная практическая работа для нас.
Я уже открываю рот, чтобы изобразить небрежное: «Райли нездоровится, просила передать, что она опоздает» - как за моей спиной раздаётся знакомое:
— доброе утро, сер! - как всегда, с легкой улыбкой на губах лепечет девушка.
Я оборачиваюсь. Райли, с растрёпанными волосами, одной рукой застёгивает кофту от формы, накинутую на какую то майку, в другой зажимает бутылку воды, пытаясь отдышаться.
Киттон поднимает глаза, смотрит строго, но с явной долей усталой снисходительности.
— доброе утро, Райли. можно спокойно пройти и сесть на место.
— что такого случилось, что ты сегодня вовремя? - усмехаюсь я, садясь за парту.
— клиент подвез, - она плюхается на стул рядом со мной, зевая и откидываясь на спинку стула
— разве связь с клиентами не запрещена? - слегка хмурюсь я, переживая, чтобы у нее не было из за этого проблем.
— босс ближайшее время проведет в Испании, поэтому пока что можно - она пожимает плечами, словно речь идёт об очередной пропущенной домашке, а не о серьезных правилах, которые она нарушает.
Я выдыхаю, отворачиваясь. Вижу перед собой строчки в тетради, но не читаю - мысли уже где то далеко.
Райли работает в этом месте уже больше полугода. Говорит, что там достаточно платят, да и она уже привыкла.
Ее родители развелись, когда ей было десять, и с тех пор каждый из них начал новую жизнь, в которой для Райли просто не нашлось места. Она живёт с тётей, у которой, по правде, своих забот хватает, чтобы заметить ещё одну девочку, которая даже не является её родным ребенком.
Несмотря на это, Райли всегда улыбается. Всегда шутит и везде старается искать плюсы. Иногда я даже завидую её спокойствию. Тому, как легко она говорит о сложных вещах, которые вновь заставляют меня думать об этом..
В кофейне возле дома я зарабатываю ровно столько, чтобы хватило на базовую корзину продуктов. Коммуналку и лекарства для мамы, которые не покрывает мед страховка, я оплачиваю из пособия. Но даже вместе этого едва хватает, чтобы прожить до конца месяца.
А тех сумм, что зарабатывает Райли, хватило бы на платные лекарства для мамы. На нормальную еду, чтобы не урезать себя до сухих хлопьев. Может, даже на новые вещи.
Даже если я не сразу смогу зарабатывать, как она, этого всё равно будет больше, чем мне даёт кофейня и пособие вместе взятые.
Я не замечаю, как взгляд упирается в строчку в тетради, прочитанную уже раз 5. Не замечаю, как учитель трижды повторяет моё имя, пока Райли осторожно не кладет руку мне на плечо, тем самым заставляя резко посмотреть сначала на неё, а потом на не совсем довольного мужчину.
— Эмери?
— Простите, - неловко моргаю, поднимая голову.
— Если вы не намерены присутствовать на уроке мысленно, можете отправиться туда, где сейчас витаете, - сухо роняет он, утыкаясь обратно в планшет.
Райли наклоняется ближе.
— ты ведь об этом думаешь, да? - её голос почти не слышен.
Решаю не скрывать, поэтому глубоко вздохнув, киваю в ответ на её вопрос.
— я могу спросить о тебе.. если хочешь - аккуратно предлагает она.
Хочу ответить, но вижу очередной недовольный взгляд Киттона, поэтому шепчу тихое «позже», и все таки пытаюсь сосредоточиться на задании, которое нам объясняли.
После урока мы выходим вместе. Коридор забит голосами, звонками, хлопками шкафчиков. Кто то обсуждает предстоящие тесты, кто то - сплетни о какой то новой паре школы.
— они же не делают тебе больно? - спрашиваю, пока роюсь в шкафчике, пытаясь найти нужную бумажку, чтобы обновить хоть что то в голове к предстоящему тесту.
Райли вздыхает, закручивает на пальце прядь своих светлых волос.
— нет, Эм, это не так работает. не в работе с клиентами, по крайней мере. ты сама решаешь, на что готова. тебя никто ни к чему не заставит.
Я киваю, даже не уверена, понимаю ли до конца, о чем она вообще говорит. Но внутри щёлкает: а может правда.. просто попробовать?
Мы идём по коридору, и на секунду мне кажется, что всё вокруг становится глуше. Смешки, шаги, глухие удары рюкзаков - всё это как будто издалека. Я думаю о больничной палате, запахе лекарств, и о том, как мама пыталась улыбнуться, когда открыла глаза..
— они ищут новых, - говорит Райли, выдергивая меня из мыслей - тебе не обязательно сразу в постель. просто... попробуй. поговори, пофлиртуй.
— думаешь, я подойду? - не узнаю свой голос: он сдавлен, тихий, почти не мой.
— думаю, они тебя захотят, - просто отвечает она - ну а ты сама решай, хочешь ли ты этого.
Мы замираем на секунду. Кто то проходит мимо, хлопает по плечу Райли, что то кидает в шутку. Она улыбается, как всегда, будто только что не говорила о самом сложном выборе в моей жизни.
— если решишься, - начинает блондинка, проводя меня к кабинету философии - я договорюсь, чтобы сделать документы.
Я молчу, только чуть киваю. Не знаю, соглашение ли это или просто способ закончить разговор, который оставил у меня в груди вязкий ком.
И всё же.. внутри что то смещается. Мысль, что есть хотя бы один выход, который не связан с медленно гаснущим светом в маминой палате... Она не даёт разумно мыслить.
Райли не давит. Не убеждает. Не тянет за собой. Она просто рассказывает. И, наверное, именно поэтому мне не хочется бежать. Не от неё - от самой мысли. От того, что она сказала вслух то, о чем я не хотела даже думать.
Попробуешь.
Слово липнет к сознанию, после будто медленно растворяется в кровик.
Когда мы подходим к кабинету, Райли останавливается на секунду, бросает быстрый взгляд:
— просто подумай. тебя никто не заставляет. но.. это не самый худший вариант.
Я нервно вдыхаю и киваю. Настолько незаметно, что сама не уверена, был ли это жест согласия. Но Райли улыбается и уходит, оставляя меня у двери.
Я стою ещё пару секунд, прежде чем толкнуть дверь и зайти в кабинет с каким то странным чувством - будто всё, что было до этого, осталось по другую сторону коридора...