51. Олив.
Чем ближе к Рождеству — тем ярче сияют гирлянды, громче играют рождественские хиты, всеми любимые с детства, и... Сложнее становится не думать о праздновании, подарках, возможных путешествиях и попытках предотвратить всем известную панику, накатывающую под конец года.
Последнее желание перед новым годом всё же исполнилось: с дрожащими от нервов руками я вышла на морозную улицу из узенького двухэтажного дома в неплохом районе; вокруг не было ни души, несмотря на будний предпраздничный день, а в воздухе растворялся запах зимней атмосферы. Почему-то вспомнилась начальная школа, скользкие ботинки и жёлтый автобус, увозящий к зданию из красного кирпича.
Так много мыслей после одной лишь подписи на паре листов расторгнутого брака: в одночасье я рассталась с Джонатаном Хадсоном и стала единственной хозяйкой квартиры, оставшейся после шести лет брака. Так легко и просто — и так тяжело одновременно.
Так, как и бывает в жизни — непросто, но всё-таки необходимо.
Джонатана не было в том маленьком кабинете юриста; вместо него пришёл представитель, которого я видела впервые в жизни, и весь процесс оказался больше бюрократическим ходом, нежели прощанием с человеком, которого я когда-то безумно любила: несколько взмахов кисти руки — и всё, узы брака оказались не так крепки.
В каком-то смысле я была благодарна ему за это — за возможность избежать встречи один на один, чтобы снова не смотреть в глаза человеку, который строил новую жизнь за моей спиной, уверяя меня в обратном.
Улица... Жгла кожу. Лишь спустя несколько секунд я заметила уже изученную вдоль и поперёк машину Николаса: он ждал, наверное, уже достаточно долго, чтобы начать сигналить, но всё же не подал вида даже о том, что переживает.
А я знала, что он переживает. Всё утро мы посвятили тому, чтобы успокоить меня, резко разволновавшуюся настолько, что едва смогла сама застегнуть куртку.
— Ну, как оно? — спросил Буш, когда я наконец-то села в салон и откинула голову на сиденье.
— Всё подписано. — я положила папку с документами назад и выдохнула ещё раз, глупо рассмеиваясь, — Он пригласил представителя. Сам не приехал.
— И не надо ему попадаться мне на глаза... — проговорил мужчина, включая обогрев сидений, — Пусть и дальше сидит в Нью-Джерси.
— Да, подальше от меня.
Мы помолчали, и тогда я услышала, как в кармане вибрирует мобильный: звонила Марта, и этому появлению я даже не стала удивляться.
— Олив? Он не смог найти юриста, поэтому позвонил мне. Всё в порядке? Как прошло?
— Легко и просто. Ну, сейчас так кажется. А в моменте я так волновалась...
— Понятное дело! Надеюсь, никто обиженным не остался. Какие планы?
— На жизнь или на вечер? — усмехнувшись, я убрала волосы, лезущие в глаза, и только сейчас поняла, что мы уже куда-то едем.
— На всё и понемногу, — ответила Марта, но в трубке послышались помехи, — Ладно, я в метро, тут не ловит. Потом созвонимся! Поздравляю тебя!
— Спасибо!
Говорить с кем-то о разводе оказалось не так плохо и не настолько нервозно: переживания медленно сходили на нет, пока Николас молча вёл машину. Наконец-то, остановившись у светофора, ожидая зелёного света. он посмотрел на меня.
— Я привез кеды.
— Боже, зачем?
— Ты хромаешь. Тебе точно нужны эти ботинки?
Я поджала губы. Новая обувь резко напомнила мне о том самом дне, когда я, ковыляя на своих чёртовых туфлях, уходила с рабочего собрания, проклиная всё на свете. Именно тогда Джонатан не приехал забрать меня, а мозоли от ненавистной обуви напомнили о себе лишь сегодня. Иронично настолько, что я рассмеялась вслух, прикрывая лицо руками.
— Нет, мне не нужны эти ботинки. Но до квартиры идти несколько минут, я бы справилась.
— Если бы мне сейчас не нужно было ехать на работу, я бы тебя за руку отвёл. — цокнул Николас, — Чем будешь заниматься дома?
— Аманда обещала приехать и помочь с покраской стен, очень хочу переделать спальню. Переставлю всё, что только смогу поднять.
— Не вздумайте таскать мебель, — чуть ли не испуганно выдал мужчина, — Не хватало уехать в больницу из-за упавшего на ногу музыкального центра. Обещай, что не будете ничего таскать.
— Ладно, этим займётесь вы с Рэем.
— Именно.
Изменения нужны. Они просто необходимы. Во-первых, я не хочу, чтобы даже оттенок стен в спальне напоминал мне о Джонатане и о прошлой жизни: есть люди, для которых подобные вещи кажутся мелочами, не требующими внимания, но не для меня.
Во-вторых, всё меняется — вокруг, внутри и у всех, и отказаться от этого не получится, как ни старайся. По щелчку пальцев остановить ливень не получится, и так же с жизнью — попробуй сопротивляться переменам, и рано или поздно сойдёшь с ума, не в силах справиться с нагрузкой.
— Олив... — позвал Ник, когда мы остановились на парковке.
— Что?
— Сэмми получила «Отлично» за тот проект, спасибо, что помогла. Это важно для неё. Кстати, о награде... — он потянулся в карман, а затем достал оттуда тонкий белый кусочек с ярким рисунком.
— Что это? — я улыбнулась, рассматривая карточку.
— Это наклейка от Сэмми, ты её заслужила.
В груди приятно ёкнуло. Повнимательнее рассмотрев рисунок, я разулыбалась ещё сильнее: на маленькой наклейке были нарисованы два мультяшных котёнка, а над ними красовалась надпись «Супер!».
— Это очень... Волнительный момент. — хмыкнув, я взяла телефон и аккуратно приклеила на чехол подаренный Самантой раритет, — Моя первая наклейка!
— Именно! — с такой же широкой улыбкой согласился Ник, — До меня тебе далеко, но начало уже положено.
Я посмотрела на него с нескрываемым желанием накинуться и заобнимать до смерти, но, заметив, как меняется его взгляд с каждой секундой, которую он смотрел в ответ, я выдохнула и поджала губы.
— Я рада, что нравлюсь Сэмми. Я же нравлюсь ей?
— Да, — тут же ответил он, — Тем более, что наконец-то прекратятся вопросы о том, когда я найду себе девушку.
— Она правда с тобой о таком говорит?
— Конечно. Она пусть и ребенок, но взрослеет быстро. И больше всего я рад тому, что её не волнует наш с её мамой развод. Эта девчонка — самый умный человечек на планете.
— Не сомневаюсь.
Я протянула Николасу руку, и он сразу её сжал. Ну как можно так бережно смотреть? Разве такое вообще возможно?
— Кеды под ногами. Переобувайся.
— Сейчас. Пока у меня смешанные чувства.
— Можешь выдыхать, Олив, ты никому и ничего не должна. Просто отдыхай, набирайся сил, крась стены, если это поможет. И если будет скучно, я приеду после работы.
— Да, конечно.
— А завтра заберём Сэм из школы. Она хочет с тобой увидеться и сходить в кафе. Как тебе идея?
— Я только за. — кивнув, я действительно захотела переобуться. Гордости в ходьбе в неудобной обуви не было — и жертвенность плодов бы не принесла, кроме боли и страданий уж точно.
То, что иногда жизнь циклична, меня не пугало. Я начала всё это в неудобных туфлях, и закончила в таких же, чёрт, неудобных ботинках.
— Спасибо тебе за кеды, — я неловко усмехнулась, — Знал бы ты, сколько это для меня значит.
— Знаю. — кивнул Николас, — Ты дружишь с Амандой, а у неё есть возможность болтать обо всём на свете.
Теперь я больше не удивлялась: если во всём этом виновата Аманда, то вопросы автоматически отпадали. Так или иначе, я благодарна им обоим — сейчас мне просто необходима лёгкая обувь.
— Я побегу. — наклонившись к Нику, я медленно поцеловала его, но даже этот лёгкий порыв влюбленности оказался для меня слишком сильным.
По телу в миг пробежалась немыслимая волна из дрожи и мурашек. Интересно, как долго я буду смущаться при виде Буша по утрам? Даже открывая глаза и замечая его голую спину перед собой, мне хочется потереть веки, чтобы убедиться, что я не сплю.
— Не таскайте мебель! — в который раз попросил Ник, и я кивнула, снова рассмеиваясь, — Олив!
Остановившись, я обернулась.
— Я люблю тебя.
Ступор окатил меня словно ледяной водой, а рот непроизвольно приоткрылся. Если бы я могла что-то сказать в ответ, я бы непременно это сделала, но шок был настолько явным и крепким, что я застыла, как вкопанная, а Николас продолжил смотреть на меня всё так же спокойно, пусть и с краткой улыбочкой.
— И я тебя люблю. — наконец-то выдала я, но тут же, спустя время, почти краснея от волнения.
Конечно, я была честна, а как же иначе?
Просто это признание оказалось... Таким неожиданным, спонтанным. Само собой разумеющимся, словно будничным и лёгким, как утреннее приветствие.
Николас уехал, а я вернулась в квартиру, где Аманда слушала музыку, совсем ничего не стесняясь: на ней был строительный комбинезон, а на голове — пучок из небрежно собранных волос.
— Готова? — спросила она, чуть убавляя громкость и кивая, — Всё, теперь ты свободная пташка?
— Не совсем уж свободная, — отметила я, — Николас только что признался мне в любви.
Аманда медленно присела на край застеленной кровати и уставилась на меня так, словно действительно была шокирована, но на деле я понимала, что выглядела точно так же со стороны.
— Я ни о чём не жалею. — вздохнула я, пожимая плечами и снимая куртку, — И не собираюсь.
— Было бы о чём! Так что, будем как-нибудь праздновать Рождество? Есть идеи?
— Пока совсем никаких, — честно призналась я, — Я только что развелась, и кроме этого в голове... Пока просто каша.
— Это нормально. Всему своё время.
Я посмотрела на стену, а затем — на вёдра с краской, которую мы покупали вместе с Амандой. Ей, судя по горящим глазам, нравилось находиться в эпицентре перемен, и я понимала, что она чувствует.
Столько всего произошло за такой короткий промежуток времени, и теперь, когда я свободна от всего, что так долго терзало, всё вокруг казалось сном.
Положив руку на плечо подруги, я постаралась сдержаться от громкого, почти невыносимо истерического смешка, но ничего не вышло; Аманда рассмеялась первая, уводя в такой же порыв и меня.
Мы так и продолжили смеяться, держать друг за друга, пока до меня медленно, но верно доходило одно простое осознание.
Осознание того, что теперь всё будет по-другому.
И приближающееся Рождество, которое я проведу с Николасом, самое ярчайшее тому доказательство.
От автора: Ну... Вот и всё, мои любимые читатели. Понимаю, что многим хотелось бы более яркой и громоздкой концовки, но история изначально позиционировалась как простая и лёгкая, ненавязчивая, пусть порой и тяжёлая в некоторых моментах. Я постаралась написать её в таком ключе, чтобы Оливия была счастлива, и у меня это получилось.
А как вы считаете, какой вышла история? Понравилась ли она вам? Что понравилось больше всего? Какие эмоции она у вас вызвала?
Буду ждать ваших ответов и комментариев <3
У меня есть телеграмм-канал: Найти его можно по словам ольга олич | wattpad, там я совсем скоро опубликую подробности своей новой истории. Небольшой спойлер: Если бы у меня была серия, в которой я собирала бы истории о тяжелой судьбе военных, то будущая история шла бы следом за "Травмой".