A California Love Story [P.M.]

Италия встретила её теплом.

Воздух здесь пах виноградом, солнцем и влажной землёй. Волны катились за горизонтом, и где-то далеко звучал аккордеон, будто сама жизнь решила на секунду успокоиться, выдохнуть и дать покой тем, кто через боль дошёл до света.

Хелена стояла у балкона старинной виллы в Тоскане, обрамлённой стройными кипарисами. На ней — белое платье, не роскошное, не вычурное, но шитое вручную, с вышитыми на подоле тонкими нитями виноградных лоз. Волосы, впервые распущенные, мягко ниспадали на плечи. На шее — кулон в форме ворона. Подарок Пэйтона. Его символ. Его обещание.

На её пальце уже блестело кольцо. Они расписались накануне — только вдвоём, в тишине, под ночным небом, с простыми словами: “Без оружия. Без прошлого. Без страха.”

Сегодня — праздник. Церемония. Тайная, как и вся их история. Но настоящая.

Пэйтон ждал её у алтаря, в окружении виноградников. На нём — тёмно-синий костюм, галстука нет. Лишь серебряная заколка на вороте. Его взгляд был по-прежнему острым, но теперь — спокойным. Без вечного напряжения в плечах. Он выжил. И выбрал жизнь. С ней.

В саду звучала живая музыка — не церковная, не классическая, а мягкий, пронзительный итальянский джаз. Вместо священника — старик по имени Донато, бывший адвокат мафии, который однажды спас Пэйтона от пожизненного и теперь, по иронии судьбы, благословлял его новую жизнь.

— Мы собирались здесь, — говорил Донато, — не ради формальностей. Не ради статуса. А чтобы признать: даже в пепле можно зажечь пламя. Даже в тех, кто был частью тьмы, может поселиться свет.

Он взглянул на Пэйтона, потом — на Хелену.
— Вы — доказательство.

Среди гостей — только самые близкие. Райли, в сиреневом платье, с повязкой на запястье в честь погибших товарищей. Джейден, в костюме, с бокалом вина и почти тронутой улыбкой. Он стоял сбоку, как всегда — наблюдая. Контролируя. Но сегодня — просто был рядом.

Когда Хелена подошла к Пэйтону, ветер качнул её фату. Он поймал её край, нежно, почти незаметно. И, склонившись, прошептал:

— Ты уверена? Последний шанс бежать.

Она рассмеялась.
— Ты ведь знаешь, мафиози, — сказала она, — я не умею убегать.

Он посмотрел на неё так, как смотрят не на женщину — а на судьбу.
И когда Донато задал самый важный вопрос, они оба сказали:
— Да.

Потом был тост Джейдена. Он поднял бокал и оглядел присутствующих. Его глаза были красноватыми — то ли от вина, то ли от воспоминаний.

— Мы теряли. Мы убивали. Мы лгали, — начал он. — Но сегодня мы живём.

Он сделал паузу.

— Хелена, я помню, как ты появилась в участке. Застёгнутая на все пуговицы, но с глазами, в которых уже горел огонь. Я думал — ты сломаешься. А ты спасла нас всех.

Он повернулся к Пэйтону.

— А ты, чёрт возьми, был моей тенью. Моим кошмаром. Моим врагом. Но если уж тень умеет любить — значит, она может быть человеком.

Он поднял бокал.

— За Хелен и Пэйтона. Они заслужили своё счастье.

Позже, ближе к ночи, вино текло рекой, Райли танцевала босиком по траве, а Джейден рассказывал истории, которые в обычные дни никогда бы не озвучил. Хелена и Пэйтон удалились в сторону — к каменной скамье под оливами.

— Помнишь, как мы познакомились? — спросила она.

— Да. Ты держала на меня пистолет.

— Ты держал на мне нож.

Они оба рассмеялись.

— А теперь ты — моя жена, — сказал он.

— А ты — мой муж. Но с вороньими повадками.

— Ты любишь этих ворон.

Она кивнула.

— Потому что они живут в мире, где всё рухнуло, но продолжают летать.

Он коснулся её руки.

— Мы улетим?

— Нет. Мы останемся. У нас есть работа. Есть люди. И даже если никто не узнает, что мы сделали — я буду знать.

Он тихо ответил:

— И я.

Под утро, когда небо окрасилось в лавандовые и золотые тона, Пэйтон и Хелена стояли на балконе виллы. Она положила голову ему на плечо, он обнял её за талию.

— Что теперь? — спросила она.

— Теперь… живём. Печём хлеб. Читаем книги. Пишем свои правила.

— Свадьба по правилам мафии?

Он кивнул.

— Но по любви.

Хелена закрыла глаза. И впервые за долгое время — ей не снилась кровь. Ни выстрелы, ни крики. Только его голос. Его дыхание. И ощущение, что прошлое — это просто пролог.