A California Love Story [P.M.]

Прошёл год.
Вилла в Тоскане — та же. Старинные стены обвиты плющом, глицинии цветут под окнами, и в воздухе снова пахнет виноградом, но теперь этот дом — не укрытие, а дом в настоящем смысле.

Хелена вышла в сад босиком, с чашкой кофе в руках. Она была в простой рубашке и джинсах, волосы чуть растрёпаны, но лицо — спокойное. Мирное.
Она больше не работала в полиции, но каждое утро всё ещё проверяла почту — привычка. Иногда Ри присылала короткие записки:
«У мэра новый скандал — и, да, ты была права насчёт Баррета. Всё вскрылось»
Или:
«Помнишь девочку, которую мы спасли у агентства? Она теперь учится в Нью-Йорке. Стипендия. Ты была её героиней»

Хелена перечитывала такие письма с тихой радостью.
Пэйтон подошёл сзади, обнял её за плечи.
— Спишь по-прежнему с открытым глазом?
— Уже нет. Ты же сказал — я свободна.
Он поцеловал её в висок.
— Я сдержал обещание.

Он и правда сдержал: после признания, слива материалов, и сделки — Пэйтона оправдали по основным обвинениям. Его информация привела к арестам десятков чиновников, раскрытию преступных схем, уходу мэра. Он исчез — официально. Умер в глазах мира.
Жив — только для неё.

— Ты думаешь, мы заслужили это? — спросила она.
— Никто не заслуживает рая. Но если ты дожил до него — значит, выстрадал.

Днём они вместе готовили еду. Он — пасту. Она — хлеб. Вечером читали: он — Камю, она — статьи по психологии.
Они говорили не о мафии, не о выстрелах, не о боли.
Иногда молчали. Молчание — было самым честным признанием того, что прошлое не забыто, но не управляет ими больше.

Однажды пришло письмо без обратного адреса.
Внутри — фото. Чёрно-белое. Они вдвоём на фоне старой полицейской доски, где когда-то висел портрет Мурмаера под пометкой “Опасен. Ликвидировать”.
На обороте:
«Теперь этот ворон — просто птица. А ты — просто женщина, которая его приручила. Спасибо. — Дж.»

Хелена улыбнулась.
— Он всё ещё наблюдает.
— И будет. Мы были его делом. А теперь — его спокоем.

В конце лета они отправились на побережье. Утром она стояла у воды, ветер трепал платье. Он подошёл сзади, коснулся её живота — нежно, будто боялся нарушить магию.
Она взяла его руку.
— Это — тоже начало.
Он посмотрел ей в глаза.
— А я думал, конец.
— Нет. Ты ошибся. Впервые.

Он рассмеялся.
— Значит, придётся учиться быть отцом.
— И человеком.
— Сложнее некуда.

Они шли по берегу. Без оружия. Без секретов. Без погони.
За их спинами плескались волны.
Впереди — только небо.

---

**Конец.**