Тьма в его душе

Я не могу усидеть дома и не сходить ещё раз на то злосчастное место. Может быть, я что-то упустила. Стив, сказал, что она была обескровлена. Тогда кто мог сделать такое? Кто мог выпить кровь из тела бедной девушки? В голове возникают образы из детских страшилок. Страшилки детства ― полная чушь и ложь взрослых, чтобы запугать маленьких детей, чтобы те не гуляли поздно вечером и не лезли куда попало. Мало кому эти страшилки принесли пользу.

Вид этого места, заставляет моё тело задрожать. Я боюсь тут находиться, но решительно двигаю вперёд. Я останавливаюсь на том самом месте, где лежал телефон. Теперь его тут нет. Я хочу увидеть хоть что-то напоминающее о вчерашнем. Только тут ничего нет. Даже крови.

Что-то вибрирует у меня в кармане куртки. Чертов телефон. Как всегда не вовремя.

― Да, ― довольно грубо говорю я.

― Привет, доченька, ― слышится радостный голос мамы в телефоне.

― Ты что-то хотела? Я тут немного занята.

― Я хотела тебе сказать, что завтра ты должна придти к нам на ужин. Будет очень важный разговор, ― объясняет мама.

― Хорошо. Мам, я приду. Во сколько?

Я начинаю нервничать, ведь просто так меня никто на ужин не приглашает, даже родители. У них всегда найдёт повод и не всегда хороший.

― В шесть вечера мы будем тебя ждать. Я приготовлю твою любимую лазанью.

По голосу я понимаю, что моя мама радуется тому, что завтра я появлюсь у них дома.

― Ладно. Мам, я больше не могу говорить. Пока.

Она не успевает сказать мне "пока", потому что я сбрасываю. Сейчас есть более важные дела, чем завтрашний ужин. Я не буду беспокоиться даже по поводу одежды, припрусь в майке и драных джинсах. А что? Раньше это был мой дом. Ладно, забыли про ужин.

Я ещё раз осматриваю место преступления, пока прячу телефон в куртке. Если её все-таки убил тот блондин. Только как он мог её обескровить? Верить в то, что он вампир, мне совсем не хочется. И это, черт возьми, слишком глупо. Вампиров не существует так же, как и зомби с оборотнями. Но вот только её шея на самом деле была прокусана и кровь из неё не сочилась. Боже. Даже два этих пункта, заставляют меня верить в страшилки. Мне кажется, я потихоньку слетаю с катушек.

― Джин?

Чья-то тяжёлая рука ложится мне на плечо.

Я вскрикиваю и резко оборачиваюсь. Снова дрожь и снова меня всю трясет, трясет как от сильного землетрясения.

Джеймс.

― Совсем уже?! ― ору я. ― Ты меня до смерти напугал! Идиот!

Я запыхиваюсь из-за отступающего страха. Дышу я сейчас так же, как и вчера после бега.

― Прости, я не хотел тебя напугать. Я просто не ожидал тебя тут увидеть, ― в голосе слышится сожаление вперемешку с грустью и печалью. Ему жаль эту девушку.

Я закусываю край губы. Я киваю ему, говоря этим, что прощаю его. Я засовываю руки в карманы.

― Что ты тут делаешь? ― спрашиваю то, что меня больше всего интересует.

Джеймс косит на меня свой взгляд жёлтых глаз, хмурится и отвечает вопросом на вопрос:

― А ты?

Ответить правду или нет? Но если знает Стив, то об этом точно скоро узнает и Джеймс.

― Я видела её вчера мёртвой на этом месте. А буквально за час я видела её с каким-то парнем блондином у входа в кафе. Они стояли и о чем-то мило шептались, ― выпаливаю я.

Реакция Джеймса совсем не такая, как и его друга. Он шокирован и очень удивлён. Но потом его лицо становится совершенно спокойном и одновременно задумчивым.

― Ты очень испугалась?

Теперь в шоке пребываю я. Это забота, или мне просто показалось.

― Да, ― выдыхаю я. ― Это было ужасно. Я ещё никогда не видела так близко мертвеца.

Я дергаюсь, когда снова эта картина всплывает перед глазами. Черт. Когда я смогу избавиться от образа бедной девушки. Наверное, никогда. Это слишком сложно выкинуть из головы то, что потрясло тебя до ужаса.

― Ты не должна была это видеть, ― шумно выдыхает Джеймс.

Вчерашняя картина сменяется волной возмущения.

― Да что вы оба заладили?! Хоть кто-нибудь объяснит мне, почему я не должна была это видеть? ― возмущаюсь я слишком громко.

Джеймс как-то странно на меня смотрит. Лицо его снова становится задумчивым, а потом вновь приобретает обычное свое выражение, спокойное и равнодушное.

― Просто это на самом деле так. То, что ты видела, не предназначено для человеческих глаз.

Мне совсем не нравится его тон. Он говорит так, словно что-то лёгкое и понятное объясняет маленькому и бестолковому ребёнку, который ничерта не понимает. Я начинаю психовать.

― Да почему?! ― кричу я на Джеймса.

Он начинает медленно и тихо подходить ко мне. Я пячусь назад, но он прибавляет шаг и быстрее добирается до меня, пока я ещё не успеваю никуда деться. Что ж, я проиграла в догонялки. Джеймс собирается положить свои руки мне на плечи, но я бью его по этим рукам достаточно сильно, но он словно ничего не чувствует.

― Попытайся забыть это. Может быть, в будущем я расскажу тебе все подробности этого происшествия, ― он очаровательно улыбается.

Я в ответ кривлю лицо. Единственное, что трогает мой слух, так это то, что он знает подробности.

― Откуда ты можешь знать, если даже ничего не видел? Я видела, и то не могу объяснить это. Точнее могу, но тогда это объяснение полностью расходится со здравым смыслом. Что ты знаешь? ― засыпаю его вопросами я.

Джеймс немного хмурится. Ему все-таки удаётся положить руки мне на плечи. Жёлтые глаза смотрят успокаивающе, словно гипнотизируют.

― Я знаю гораздо больше, чем ты думаешь.

Завораживающий голос брюнета даже после этой фразы все равно действует успокаивающе. И я начинаю успокаиваться.

― Ладно, ― выдыхаю я. ― Но потом ты мне все расскажешь, ― требую я.

Джеймс кивает и убирает свои руки с моих плеч. Странно то, что обычно от чужих рук люди чувствуют тепло, я же не почувствовала ничего, даже наоборот какой-то холод.

― Ты после школы хотя бы ела, а то ты какая-то бледная?

Я мотаю головой. Я на самом деле ничего не ела. После школы почти сразу бросилась сюда, толком даже не переодевшись. Он какой-то слишком странный. И с чего бы вдруг он решил заботиться обо мне? Но об этом я буду думать позже, сейчас я очень хочу есть.

― Нет.

Джеймс вздыхает, хватает меня за руку и тащит из закоулка. Спрашивать куда он меня ведёт, нет смысла. Я знаю, что он мне ответит. Мы выходим из закоулка, и он тащит меня в кафе, около которого стояла вчера это парочка. Я выдергиваю руку.

― Я туда не пойду. Тут в паре минут отсюда есть моё любимое кафе. Идём лучше туда, ― прошу я.

Джеймс, кажется, закатывает глаза, ерошит рукой чёрные волосы и кивает.

― Ура! Идём!

Теперь я хватаю его за руку и тяну за собой. Потом он быстро освобождается от моей руки и, быстро шагая, идёт рядом со мной. До кафе мы идём молча. Я бы не сказала, что это молчание мне нравится, но оно не такое уж угнетающие, как бывало у меня с другими людьми.

По взгляду парня тяжело предсказать, нравится ему это заведение или нет. Вид его, как всегда, равнодушный. Меня это немного разочаровывает, ведь он мог бы хоть слово сказать, что он думает о моем выборе. Но он, черт возьми, молчит как рыба.

Я сажусь за свой столик. Джеймс садится напротив меня и устремляет свой взгляд на свои руки. Что в них интересного? Именно так и делают люди, когда им говорить не о чем. К нам подбегает официантка, и я делаю заказ. Она исчезает также быстро, как и появилась.

― Зачем ты решил идти со мной, если не хочешь быть здесь? ― спрашиваю я, потому что этот вопрос просто не даёт мне покоя.

Его лицо не меняется и остаётся равнодушным. Это скоро начнёт меня жутко бесить.

― Сам не знаю, ― отвечает Джеймс совершенно неожиданно.

Не такого ответа я ожидала, но я же не могу заставить его говорить то, что хочу я. О такой способности я когда-то давно мечтала в детстве. Не все глупые детские мечты исполняются.

― Тогда почему ты ещё здесь? ― спрашиваю настойчиво я. Я буду добивать его вопросами, пока не услышу точный ответ и объяснение его поведения.

Джеймс глазами осматривает внутреннее убранство кафе и возвращает свой взгляд ко мне.

― Не хотел оставлять тебя после такого. Некоторые люди очень плохо переносят вид мертвецкого тела. Ты к ним относишься. Я видел твои перепуганные глаза на том месте. Я даже боюсь представить твоё поведение, когда ты увидела её вчера, ― отвечает он серьёзным тоном.

Меня задевают его слова, но это сущая правда. Я на самом деле очень испугалась. Я ерзаю на диванчике.

― Я вчера была в шоке и понеслась домой. Ты прав. Я очень испугалась. Это ужасно. Час назад я видела её живой и даже жизнерадостной, а потом она лежала мёртвая, и вся шея в крови, ― я запинаюсь, потому что не могу больше говорить об этом. Это слишком сложно.

Мы после сидим молча. Я поедаю свой бургер, а Джеймс высматривает что-то интересное в стене, которая находится за моей спиной. Из-за этого мне иногда кажется, что он смотрит на меня. Только вот это не так. После того, как я доедаю свою еду, мы снова молча отправляемся к выходу.

― Можешь идти. Я дальше сама, ― говорю я.

Джеймс прячет руки в карманах и делает глубокий вдох.

― Уверена?

― Да. Больше я туда не пойду, можешь не волноваться, ― уверяю его я.

― Завтра гонка. Ты будешь на ней? ― спрашивает он.

― Нет. У меня завтра появились кое-какие дела. Даю тебе возможность насладиться нью-йоркскими дорогами, ― я прячу нос в куртку. Выглядит это, наверное, совсем по-детски, но мне холодно, и плевать я хотела на дурацкие стереотипы.

― Мне пора. Увидимся завтра в школе, ― быстро бросает он мне и, развернувшись, начинает уходить от меня.

― Пока, ― кричу ему вслед.

Джеймс оборачивается и машет мне рукой с широкой улыбкой.

Он уходит, а я немного постояв и посмотрев ему вслед, разворачиваюсь и двигаю домой.