Часть 18. Дружба. Наставление. Решимость
Тиен думал, что Макс ушёл не так давно, потому что всё ещё ощущал его запах в комнате. Чтобы скоротать время до занятий, он достал телефон, читая мировые новости и маленькие во вселенском масштабе, но самые важные для него — вести от отца о его семье. К сожалению, не было никаких изменений, но главное, что не ухудшалось. Так оставалась надежда на светлое будущее.
На занятиях он думал о Максе и о том, что Ника проговорилась как-то, что он тоже пишет какие-то романы. Попытка найти его по настоящему имени и фамилии не увенчалась успехом. Орловых Максимов было столько, что даже если бы и был среди них нужный, Тиен бы никогда не узнал. А уточнить больше было не у кого. Ника снова пропадала на репетициях, другие ребята не горели желанием с ним общаться. Они были дружелюбны и добры, но за годы учёбы каждый из них уже нашёл свою компанию, своего лучшего друга, так что, придя в конце года, Тиен имел малый шанс подружиться с кем-то так же близко, как с Никой.
К его радости, вечером в комнату вернулся Данил. Он был слегка пьяный и очень грустный.
— Я всё для неё! — начал он с порога. — Хочет всё из живых цветов на свадьбе — пожалуйста! Хочет фотосессию на конях — уже взял! Я столько денег уже потратил на эту ерунду, можно мне хоть одно пожелание? Нет же!
Данил начал рассказывать без предыстории, о чём наболело. А потом протянул Тиену бутылку со спиртным.
— Выпей со мной по-братски? — попросил он. — Одному как-то тоскливо.
— Да я как-то не люблю...
— Ладно тебе, не так часто видимся, — сказал Данил убедительно.
Тиен сделал глоток и поморщился от крепости. Но не хотелось оставлять друга одного: он был в таком жалостливом состоянии, что отказать казалось невозможным. Пришлось давиться отвратительным вкусом. Сидя на полу, они по очереди пили горючую жидкость из бутылки. Тиен, привыкнув к ощущениям и охмелев, сам без напоминания отпивал, когда Данил протягивал ему напиток.
— Мы давно уже решили, что всё будет в персиковых тонах, — продолжил тот дальше шёпотом, будто по секрету. — Я ненавижу этот цвет, но раз она так сильно хочет, отступил. Думаю, такой день для неё очень важен. Мне тоже! Но для меня важнее, что мы вместе, это им, девчонкам, эта мишура нужна.
Данил долго рассказывал про то, как он устал с организацией этой свадьбы, что невеста требует его участия, но каждый раз отвергает все его предложения. Изрядно напившись, они сидели чуть ли не в обнимку, допивая последние капли алкоголя.
— И главное, как что, так сразу истерика. «Ты меня не любишь» и всё такое. Бесит! — Данил ударил кулаком по полу. — Вот что мне делать с ней? Люблю же.
— Не знаю даже, — произнёс Тиен. — Может, это просто такой период? Ну знаешь, раз ей так важна эта дата, может она просто волнуется?
— Так а я чего? Я всегда поддерживаю! Ну, кроме нескольких раз...
А потом Данил вспомнил, что таких «раз» было много и, перечисляя каждый, пришёл к выводу, что часто вина была за ним, а невеста у него вполне адекватная и всегда делает, как будет лучше для них.
— Ну, а ты-то, как тут? — спросил он, прищуриваясь, когда ему стало легче от разговора.
Язык у Тиена развязался, он начал рассказывать про то, что Макс не хочет с ним говорить, а ему это нужно, что Тиен чувствует из-за этого одиночество. Рассказывал он в общих чертах, не упоминая, почему так всё получилось. Каким бы Данил ни был близким другом, неизвестная реакция пугала.
— Вот и я ей говорю! Надо об-щать-ся, — произнёс он, деля слова по слогам, махая в такт рукой, — а она закрывается...
— Макс тоже! — воскликнул Тиен. — Тоже закрывается. Но я же его друг! Мы же можем о чём угодно говорить.
Данил выслушал Тиена, не давая никаких советов. Он пьяно кивал, пытаясь сфокусироваться на друге, и комментировал некоторые моменты.
— Я придумал, — заявил Данил и встал. — Ты сейчас идёшь к Максу и заставляешь его говорить, а я иду к своей.
Тиена так воодушевил этот порыв, что он встал следом, уверенно последовав за другом к двери. Тот вышел, оглядываясь по сторонам.
— А ты как выйдешь? — спросил Тиен, зная, что на проходной сидит дедушка и не пускает никого ночью, ни туда, ни сюда.
— Да есть лазейка, — сказал Данил, икнув.
В коридоре они разошлись. Тиен шёл, качаясь из стороны в сторону, придерживаясь за стены. Всё кружилось, плыло, но ничто не могло остановить его. Несколько раз упав по пути, он добрался до нужной комнаты и громко постучал в дверь. Ему открыли не сразу, но Макс был удивлён, увидев его.
— Нужно пого... — Тиен икнул, — ...ворить. Сейчас! — потребовал он, чувствуя, как ноги перестают слушаться.
— Ты сколько выпил-то, чума? — спросил его Макс, делая шаг вперед и подхватывая под мышкой.
— Там немного было. Не уходи от разговора! — возмутился Тиен, отдаляясь, чтобы сохранять зрительный контакт, но в глазах всё было смазано.
— Да, мы поговорим. Не в коридоре же, — сказал Макс, подхватывая сползающего вниз Тиена. — Давай до комнаты тебя дотащу.
Тиен молча согласился. Идти уже никуда не хотелось. Хотелось поговорить и уснуть. Макс снова тащил его, только вот теперь не на своем плече, а как принцессу на ручках. Тиен ухватился за его шею, укладывая голову на плечо. Он улыбался, понимая, что его не оттолкнули, не выпроводили назад. Макс был тёплый и как всегда приятно пах. Тиен вдохнул ставший любимым запах и прижался сильнее.
Они слишком быстро оказались в комнате, хотя Макс будто не спешил. Он положил Тиена на кровать, но тот вцепился сильнее, не желая отпускать. От неожиданного сопротивления Макс завалился рядом и сразу же поднялся.
— Расскажи мне, — зевая, попросил Тиен.
— Тебе нужно поспать, — сказал Макс, присаживаясь на край кровати.
— Мне нужно поговорить с тобой, — Тиен схватил его за руку, притягивая к себе, но друг не поддавался.
— Завтра тебе будет стыдно, — улыбнулся он снисходительно. — Поспи.
— И мы поговорим?
Сон уже был близок, Тиен с трудом держал глаза открытыми, долго моргая, но упрямо пытаясь бодрствовать, чтобы разобраться. Он был уверен, что требуется ещё несколько минут, и друга удастся разговорить.
«Обязательно поговорим» — последнее, что он услышал от Макса, перед тем как заснуть.
Утро оказалось отвратительным. Прошлый раз, когда он напился на дне рождении одногруппника, он выпил больше, но почему-то сейчас чувствовал себя куда хуже. Не зная, как он будет учиться, Тиен встал и начал собираться на занятия. Он думал, что больше никогда в жизни не притронется к спиртному. Стыдовой волной на него накатывали воспоминания. В прошлый вечер ему казалось, что ведёт он себя прилично, но флешбеки доказывали иное. Придя к Максу, он чуть ли не упал на колени, хватаясь за руки друга, который решил помочь встать. Потом цеплялся за него, будто если не удержится — упадёт в бездну. Когда Макс тащил его на руках, он тёрся щекой о его плечо и шею, а попав в комнату и рухнув на кровать, не отпускал, утягивая на себя. Говорил какую-то ерунду, просил остаться. Друг был очень терпеливым, до последнего уговаривал поспать. Говорил, что будет жалеть. Тиену было очень стыдно. Ещё недавно он думал, что вот-вот и они поговорят, но своими же руками сделал хуже. Теперь Макс наверняка закроется ещё сильнее.
Перед началом занятий Макс поприветствовал его, сделав вид, будто ничего не было, но в глаза не смотрел. Тиен корил себя за свою несдержанность, глупость и ведомость. Не нужно было слушать Данила. Может, ему эта ситуация и помогла, но с Максом отношения точно ухудшились. Тиен подошёл к Максу на перемене, зная, что тот скажет, что занят, торопится или ещё какой-нибудь бред, чтобы совсем никак не контактировать с ним.
— Привет, — сказал Тиен, подходя к Максу со спины.
Тот обернулся и приподнял уголки губ, здороваясь в ответ. Мимо проходили студенты, в коридоре стоял шум, что позволило Тиену говорить и не переживать, что кто-то ещё его услышит.
— Я хотел за вчерашнее извиниться, — начал он, — я не думал, что так получится.
— Да ладно, не извиняйся. Ничего страшного не произошло, — ответит Макс с улыбкой, — напился и напился, — пожал плечами он.
Тиен облегчённо выдохнул. Стыд никуда не делся, но то, что Макс с ним говорил, уже было хорошо. Они молча друг на друга смотрели. Тиен не знал, что можно сказать, чтобы продолжить беседу, а Макс будто чего-то ждал от него.
— Максим, подойди, — послышался женский голос с другого конца коридора.
Тиен помнил её. Она была как-то связана с администрацией университета и часто встречалась с Никой. Так он и узнал про неё, заседая в актовом зале с подругой.
— Мне нужно идти, — сказал Макс Тиену, — увидимся, — и, кивнув, ушёл.
— Увидимся... — запоздало произнёс он, глядя ему в спину.
На оставшихся парах Максима не было. Кто-то сказал, что его забрали на репетицию. Очень хотелось пойти и посмотреть на него на сцене, узнать, каким он ещё бывает. Но Тиена от занятий не освобождали, поэтому он слипающимися глазами наблюдал за лектором. Что он говорил, Тиен не слышал, погрузившись в свои мысли.
Вернувшись в общежитие, он первым делом позвонил отцу, узнав о том, что мама находится дома, но теперь должна принимать лекарства. Бао всё ещё не очнулся, врачи не дают никаких прогнозов. Чувствуя себя паршиво, Тиен решил поспать, иначе всё равно ничего не сможет делать. Приняв таблетку от головы, он уснул.
Снился ему снова Макс. Только в этот раз сон был такой приятный, что захотелось в нём остаться навсегда. Они были в какой-то уютной квартире, лежали на диване и смотрели фильмы. Рядом в ногах устроился кот, который время от времени подходил, прося ласки.