012

— Я нашла его, — голос Одиннадцать прозвучал хрипло и напряжённо, будто каждое слово давалось ей с огромным усилием. Она сидела на холодном полу разгромленного торгового центра, с чёрной повязкой на глазах, но все её тело было вытянуто в струну, пальцы впивались в колени. — Он... за какой-то стенкой. Толстой, металлической. Я где-то видела это место... это... это в Старкорте! — Она замолчала, её лицо исказилось гримасой боли и концентрации. Из-под повязки по щеке медленно поползла алая струйка крови. — Они говорят... «хоть бы успели... вовремя». Они... они нуждаются в помощи!

С последним криком она сорвала с глаз повязку. Её грудь тяжело вздымалась, взгляд был мутным и невидящим, будто она всё ещё находилась там, в темноте чужого сознания. Она протянула дрожащую руку Майку, и он инстинктивно схватил её, поддерживая.

— В Старкорт, — выдохнула она, опираясь на него. — Нужно успеть. Это... опасно. Очень опасно.

Словно по тревоге, все пришли в движение. Действовали на автомате, вышколенные предыдущими катастрофами. Все ринулись к выходу, к машине Джонатана, втиснулись в неё, как сельди в бочку. Вена прижалась к окну, чувствуя, как холодный страх сковал её изнутри. Сердце бешено колотилось, в висках стучало. Уилл сидел рядом, его плечо было твёрдой и надёжной опорой. Он молча взял её руку в свою, и его ладонь была удивительно тёплой.

Машина рванула с места, подбрасывая на кочках. Они мчались по ночным улицам Хоукинса, и каждый поворот казался вечностью. Главный вход в торговый центр был наглухо закрыт тяжеленными роллетами. Не теряя ни секунды, они рванули к чёрному ходу — тому самому, который использовали работники. Задняя дверь тоже была заперта, но Оди, даже не прикоснувшись к ней, с силой мысли вырвала замок с частью косяка. Они ворвались внутрь, в полную, гробовую тишину, нарушаемую лишь их собственным тяжёлым дыханием и навязчивым гудением их бега.

Они оказались на втором этаже, на балконе, опоясывающем главный атриум. Отсюда как на ладони был виден весь нижний уровень. И то, что они увидели, заставило кровь замёрзнуть в жилах. Внизу, среди развороченных киосков и разбросанного товара, стояли люди в чёрной форме. Незнакомые, чужие. А рядом с ними — Стив, Дастин, и две девочки, одна из которых, как позже выяснилось, была сестрой Лукаса, Эрикой. Их окружили, стволы автоматов были направлены прямо на них.

Оди, не говоря ни слова, сделала шаг вперёд к перилам. Её лицо было каменным. Она выставила вперёд руку, и тогда огромная рекламная конструкция — блестящая модель автомобиля — сорвалась с места и с оглушительным рёвом откинулся в сторону, точно на группу вооружённых людей. Грохот удара, хруст, крики — всё смешалось воедино.

Они бросились вниз по эскалаторам, не работающим после отключения электричества. Стив, Дастин и девочки стояли в шоке, засыпанные пылью и осколками, но невредимые. Дастин, увидев их, с криком «Вы пришли!» бросился вперёд и с размаху обнял сначала Оди, потом Вену, чуть не сбив их с ног.

— Ты раскидал их как игрушечную! — его голос дрожал от восторга и остаточного ужаса.

Нервный, истерический смех вырвался почти у всех. Это была разрядка, короткая передышка в самом эпицентре кошмара. Они обнимались, хлопали друг друга по плечам, перебивая и пытаясь понять, что происходит.

— Это были русские? — первым опомнилась Макс.

— Часть из них, — кивнула Эрика, мрачно оглядывая место падения машины.

— Так. О чём вы вообще говорите? — вмешался Лукас.

— Мы вызывали! Несколько раз! — возмутился Дастин. — Вы что, не слышали?

— Не было ничего слышно! — развёл руками Майк.

— Чёртовы севшие батарейки! — хлопнул себя по лбу Дастин.

— Я же говорил, не сажать их! — начал Стив, нервно разведя руками.

— Но главное, что всё прошло хорошо, — устало сказал Дастин.

— Хорошо? — голос Эрики внезапно взорвался, в нём выплеснулись все накопленные за ночь страх и ярость. — Мы тут чуть не погибли, нас чуть не порезали на куски.

Напряжение снова повисло в воздухе. Но его разрешил глухой, влажный звук, донёсшийся возле одного из витрин. Все обернулись на него.

Оди стояла неподвижно, её глаза были широко раскрыты от непонимания. Потом она странно дёрнулась, как марионетка, и беззвучно рухнула на пол. Тихо, будто подкошенная.

— Оди! — крик Майка был полон такого чистого, животного ужаса, что Вену передёрнуло. Он бросился к ней, упал на колени, тряся её за плечи. — Оди! Что с тобой?! Отвечай!

Все столпились вокруг, образовав живое кольцо. Вена, протиснувшись вперёд, увидела, как лицо сестры побледнело, а губы дрожали в агонии.

— Оди! — вскрикнула и Вена, инстинктивно пытаясь мысленно достучаться до её сознания, найти там причину этой агонии.

В ответ в её собственное сознание ударила волна чужой, невыносимой боли. Она вздрогнула и отшатнулась.

— Моя нога... — прохрипела наконец Оди, её голос был слабым, прерывистым. — Болит! Сильно... горит!

— Штанину! Закатай штанину! — скомандовал Джонатан, уже рыская глазами в поисках угрозы.

Нэнси, дрожащими руками, закатала ткань на её голени. И все увидели это. Кровь. Много крови. А под кожей... что-то двигалось. Что-то живое, чёрное, размером с кулак, пульсируя и растягивая кожу изнутри.

— О боже... — выдохнула Вена, и мир поплыл перед глазами. Её собственные ноги подкосились, и только крепкая рука Уилла удержала её от падения. По щекам текли слёзы, но она даже не замечала их.

Джонатан куда-то исчез и вернулся через мгновение с кухонным ножом, который он, видимо, подобрал с витрин фаст-фуда. Его лицо было страшным — сосредоточенным и пустым одновременно.

— Держи её, — бросил он Майку и Лукасу и, не дожидаясь, приступил к делу.

Вена отвернулась, зажмурилась, зажала уши ладонями, но не могла заглушить душераздирающие крики сестры. Её собственная душа рвалась на части от бессилия. Она готова была на всё — перевернуть мир, достать с неба звёзды, лишь бы это прекратилось.

— Стой! — внезапно хрипло крикнула Оди. — Стой... хватит. Я сама. Я смогу.

Джонатан замер, его окровавленные руки опустились. Все попятились, дав ей пространство. Оди, обливаясь потом и слезами, с нечеловеческим усилием подняла руку. Воздух затрепетал, загудел. За спинами у них с грохотом лопнуло огромное витринное стекло какого-то ювелирного магазина, и осколки посыпались на пол. Вена почувствовала, как чьи-то руки — Уилла — легли ей на голову, пытаясь защитить. Их взгляды встретились — в его глазах был тот же ужас и та же бесконечная боль. Крик Оди, полный муки и невероятного усилия, заставил их вздрогнуть и обернуться.

Оди, с лицом, искажённым гримасой боли, сжала пальцы в воздухе, будто вырывая что-то невидимое из собственной плоти. Раздался отвратительный, мокрый хлюпающий звук. Нечто тёмно красное, бесформенное и живое вырвалось из раны на её ноге и отлетело в сторону, шлёпнувшись о пол. Оно дёргалось, пытаясь ползти.

В этот момент в проёме разрушенного входа возникли силуэты. Хоппер, Джойс и незнакомый лысый мужчина. Они замерли, осознавая картину разрушения. И тогда Хоппер, не раздумывая, с нескольких шагов наступил на тварь башмаком, с хрустом раздавив её в липкую лужу.

***

— Истязатель Разума создал этого монстра, — голос Майка был низким и безжизненным. Он сидел на ящике, обхватив голову руками. — Чтобы убить Оди и Вену. Чтобы добраться до них, а потом — до всего нашего мира.

Вена сидела на полу, прислонившись спиной к стене. Её голова тяжело лежала на плече Уилла, который сидел рядом, неподвижный, уставившись в одну точку перед собой пустыми глазами.

— Ему почти это удалось, — добавил Лукас, протирая забрызганные очками. — Это была всего лишь его частичка. Осколок.

— И насколько же он тогда... большой? — хрипло спросил Хоппер. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на спящую Оди, голову которой держала на коленях Джойс.

— Метров десять. А то и больше, — ответил Майк, не глядя на него.

— Да, он разгромил ваш домик в лесу, — кивнул Лукас. — Сочувствую.

— Так, погодите, — Стив поднял свой голос и поднял голову. — Эта здоровенная, паукообразная тварь, которая ранила Оди... она что, вроде гигантского оружия? Такого... живого оружия?

— Да, — хором ответили несколько голосов.

— И вместо... ну, металлов там, болтов и проводов... для его создания Истязатель использовал людей. — Стив сглотнул, самому ему было не по себе от этой мысли.

— Да, — снова подтвердил Майк. — Точнее, их плоть. Их тела.

— Понятно, — Стив поморщился. — Просто хотел уточнить. Для ясности картины.

— А если... если мы закроем Врата, — вдруг тихо, но очень чётко заговорил Уилл, поднимая на всех свой серьёзный взгляд, — мы его обезглавим. Отрежем от основной силы. Он умрёт и здесь.

— Да, теоретически, — осторожно согласился Лукас.

Их дискуссия прервал незнакомый лысый мужчина — мистер Мюррей, как его представили. Он нёс какую-то карту, что-то оживлённо объясняя Хопперу и Джойс. Взрослые отошли в сторону, погрузившись в свой напряжённый разговор. Парни потянулись к Стиву и Дастину. Вена и Макс, словно по молчаливому соглашению, направились к Оди.

Та уже пришла в себя и, опираясь на стену, копалась в груде мусора рядом с развороченным киоском.

— Что ты делаешь? — тихо спросила Вена.

Оди не ответила. Она наконец отыскала в груде хлама помятую, но запечатанную банку с колой и поставила её перед собой на пол. Она уставилась на неё с невероятным сосредоточением, наморщив лоб. Её рука дрожала от усилия, маленькие капельки пота выступили у неё лбу. Но банка даже не дрогнула.

Вена и Макс переглянулись. В этом жесте было столько отчаянной, детской надежды и одновременно — горького осознания своей слабости, что у Вены снова сжалось сердце. Они молча подошли и обняли её с двух сторон.

— Ничего, — прошептала Макс, гладя её по спине. — Всё будет хорошо. Они... они восстановятся. Твои силы вернутся.

— Я рядом, — добавила Вена, прижимаясь щекой к её волосам. — Я постараюсь спасти всех. Мы справимся.

— Одна? — Оди отстранилась и посмотрела на неё полными слёз глазами. — Я не могу позволить тебе это. Как ты это себе представляешь?

— Как ты в прошлом году, — твёрдо сказала Вена. — И в позапрошлом. Ты спасала всех. Теперь мой черёд. Это мой год. Я помогу вам. Я должна.

— О, Вена... — голос Оди дрогнул. — Ты слишком многое на себя берёшь... Это непосильно...

— Выход только один, — Вена упрямо кивнула, смахивая слёзы. — И мы его найдём.

Они простояли так несколько минут, три девочки, затерянные в руинах того, что ещё недавно было символом нормальной жизни. К ним подошёл Хоппер. Его лицо было усталым и очень серьёзным.

— Дети, — он тяжело вздохнул. — Нам нужно поговорить. Серьёзно.

Они послушно подошли. Хоппер обвёл их взглядом — Вену, Оди, подошедших Майка и Уилла.

— Я понимаю, что это сложно принять, но... вам необходимо покинуть Хоукинс. Сейчас же. Пока не стало слишком поздно.

— Что?! — вскрикнула Вена, и её голос эхом отозвался под сводами атриума.

— Нет! — тут же взбунтовалась Оди.

— Нет, вы только послушайте, попытайтесь понять! — голос Хоппера стал твёрже. — Этот монстр... он в первую очередь нападёт на вас. Ему нужны именно вы. Не мы. А вы! Ваша сила. Если он убьёт вас, то ему уже ничто не сможет помешать править этим миром. И это ему только на руку. Поверьте мне. Ваша безопасность... она для меня на первом месте. Я не могу рисковать вами.

— Нет! Папа! — Оди вцепилась в его руку. — Я тебя не оставлю! Ты не пойдёшь туда без меня!

— И без меня тоже! — поддержала её Вена, глядя отцу прямо в глаза. — Там опасно! Мы можем помочь!

— Не-не-не, — Хоппер качнул головой, и в его глазах читалась непоколебимая решимость. — Так не пойдёт. Мы, взрослые, идём одни. Это тема не обсуждается. И точка. Не хватало ещё и вас, детей, в это втягивать.

— А если... — Оди сделала шаг вперёд, и в её голосе зазвучала странная, недетская уверенность. — Если, отключив машину, Врата не закроются сами? Если придётся их закрывать вручную, силой? Я смогу. Только я смогу. — Хоппер смотрел на неё, и Вена видела, как в его глазах борются отцовская любовь и суровая необходимость. — Вы же не можете рисковать всеми, если шанс есть только один. — Отец глубоко выдохнул, потирая переносицу, будто у него дико болела голова. — Я буду прятаться, обещаю! Все драки на вас, я... я буду просто планом Б. Подстраховкой.

Наступила тягостная пауза. — Хорошо... — наконец капитулировал Хоппер. — Но! При одном условии. — Он ткнул пальцем сначала в Оди, потом в Вену. — Вы будете делать ТОЧНО то, что я говорю. Ни шагу в сторону. Никакой самодеятельности. Поняли меня, Одиннадцать? Поняла, Вена?

— Да, — хором ответили они. — Конечно, — добавила Вена.

***

Прощание было горьким и поспешным. Стив, Робин, Дастин и Эрика уже ушли вперёд, чтобы обеспечить им путь к отступлению.

— Я буду сильно скучать, — Майк обнимал Оди, и его голос дрожал. — Только, пожалуйста, не натвори глупостей. И слушайся Хоппера, хорошо? Обещай мне.

— Хорошо, Майк, — она прижалась к нему, и Вена видела, как по её щеке скатывается слеза.

Вена сидела рядом с Уиллом на остове какой-то витрины. Она нервно теребила край своей куртки, сжимая его руку так сильно, что кости трещали.

— Ты волнуешься? — тихо спросил он.

— Да... — она призналась. — Страшно. Вдруг я... вдруг мы не успеем? Вдруг кого-то не сможем спасти? Это будет на моей совести. Навсегда.

— Вена, — Уилл повернулся к ней, заставив посмотреть на себя. Его глаза были серьёзными и спокойными. — Не волнуйся ты так. Если что-то случится... это будет их выбором. И никто и никогда не обвинит в этом тебя. Понимаешь? Никто. Тем более, я буду рядом. Одиннадцать и Хоппер тоже. Все мы. Мы все тебя поддержим. Мы верим в тебя.

Она посмотрела на него — на его добрые, верные глаза, на лицо, которое стало для неё домом. И слабая, но искренняя улыбка тронула её губы. Она потянулась к нему и оставила на его губах лёгкий, короткий, но бесконечно нежный поцелуй, в котором был и страх, и надежда, и обещание вернуться.

— Всё, пора выходить, — голос Хоппера прозвучал властно и без возражений. Он уже стоял у чёрного хода.

Вена кивнула, и они с Уиллом поднялись.

— Эй, Уилл, — окликнул его Хоппер, уже направляясь к выходу. — Позаботься о ней, пока нас рядом нет. — Он имел в виду не только физическую безопасность, и все это поняли.

— Хорошо, дядя Хоппер, — Уилл взял Вену за руку твёрже и повёл за остальными.

Они вышли на ночной воздух. Машина Нэнси стояла тут же. Все быстро уселись по местам. Нэнси повернула ключ зажигания. Двигатель кашлянул раз, другой и заглох. — Ну давай же! Давай! — нервно проговорила Нэнси, снова пытаясь завестись.

— Машина же новая? — спросил Джонатан с заднего сиденья.

— Да...

— А бензин есть?

— Да, полный бак.

— Может, забыла фары выключить? Разрядила аккумулятор?

— Нет! Ну давай же, заводись!

— Открой капот, — вздохнул Джонатан и вылез из машины.

Вена сжала руку Уилла, чувствуя, как паника снова подступает к горлу. Они теряли драгоценные секунды. Каждая из них могла стоить жизни тем, кто был впереди.

И вдруг вдалеке, из-за угла торгового центра, послышался нарастающий рёв мотора. Все замерли, прислушиваясь. Это был мощный, агрессивный звук. Из темноты вывернула знакомая синяя «Камаро». И за рулём, освещённый тусклым светом уличных фонарей, сидел он. Билли. Его лицо было искажено нечеловеческой, злобной усмешкой, а глаза сумасшедше меркли красным. Он смотрел прямо на них.