12 глава
Комната кажется вдруг неестественно маленькой, стены словно сжимаются, а воздух становится густым и липким. Он делает еще один шаг, и очертания его фигуры становятся чуть более различимыми. Высокий, сбитый, одетый во что-то тёмное и бесформенное. Но лица по прежнему не видно, его поглощает тень.
Он делает ещë один шаг ко мне. Мне хочется встать и убежать, но ноги словно вросли в пол. Мне остается только наблюдать, как он маленькими шагами приближается ко мне.
Он останавливается в нескольких шагах от меня, и поднимает голову. Тень отступает, давая разглядеть чёрную маску. Видно только глаза. Приглушённый зелёный цвет его глаз словно скрывал глубоко запрятанные тайны, не сочетаясь с грубой силой его тела.
Я узнаю эти глаза. Я видела их раньше.
В зеркале, когда он стоял сзади меня, обнимая меня со спины. Эти глаза горели любовью, лаской, нежностью, и я чувствовала себя в полной безопасности. Но почему-то сейчас, когда я вижу их снова, в них больше нет тепла.
Что-то изменилось. Что-то сломалось.
Нет. Это совершенно другой человек. Я только сейчас осознаю, что ко мне в квартиру пробрался совершенно чужой человек, тем более в маске.
— Что тебе нужно? — с трудом выдавливаю из себя, и голос звучит дрожащим шепотом, почти неслышно.
Он стоит, всë так же смотря на меня. В один момент, мне кажется, словно он статуя, которая пришла сюда и застыла навсегда.
Мои глаза отрываются от его персоны и скользят по его руке, которая сжимает букет красных роз.
Наконец он "оживает". Подойдя к рабочему столу, осторожно ложа букет роз на глянцевую поверхность. Капли росы оседают на лакированном дереве, напоминая капли крови. Жест кажется нежным... но в его глазах по-прежнему нет тепла. И это пугает ещё больше.
Развернувшись ко мне лицом, он молчит. Его взгляд, прикованный ко мне, давит, словно физически. Я пытаюсь что-то прочитать в его глазах, но они не проницаемы, словно тëмные зеркала. Что он собирается сделать? Что он скажет? И почему молчание кажется таким оглушительным?
Вопросы. Вопросы. Вопросы.
Всегда они. Они везде.
Но ответов так и нет. Нет проблесков. Даже маленького лучика света на то, что этот кошмар скоро закончится.
Его рука тянется к моему лицу, и я позволяю ему коснуться моей щеки. Его прикосновение – легкое, робкое, словно он боится причинить мне боль.
Его рука перемещается к моим волосам. Инстинктивно вздрагиваю, но замираю, когда он осторожно, почти нежно касается выбившегося локона, заправляя его за ухо. Этот жест – из прошлого, из того времени, когда я чувствовала себя в безопасности в "его" объятиях. Но сейчас он кажется чужим, словно заимствованным из старой киноленты. От этого контраста становится еще страшнее.