По разные стороны..// Турбо

– Я боялась, что ты меня осудишь..Мол, что легкодоступная и так далее..,– прошептала Айгуль, еле сдерживая слёзы.

– Ты чего, нет конечно. Мы хоть и не очень близко знакомы, но я бы никогда так не поступила со своей «кровинушкой»..,– начала успокаивать её, когда она оказалась у меня в объятиях. Было неловко думать, что я её использую в своих целях, поэтому я гнала эти мысли куда подальше.

– Знаешь, Саш, очень жаль, что мы с тобой не с детства дружим, а только во взрослом возрасте познакомились..Я очень хочу это асё наверстать..Не хочешь завтра пойти погулять? Как раз воскресенье.

– С радостью,– произнесла я и почувствовала укол совести. Можно сказать, что я использую маленькую девочку, чтобы подобраться ближе к группировке. Да и ещё если они узнают зачем я тут и поймут, кто меня «привёл», то у Айгуль могут быть проблемы. Так, Саша, всё, хватить думать об этой девчонке. Тем более никто ничего не узнает, я просто тихо уеду,– А ты знакома с универсамовскими, кроме Марата?

– Знаю Зиму, Турбо и Адидаса старшего. Они старшие в группировке. Адидас – сводный брат Марата. Но, кстати, я с ними не часто прям общаюсь, бывает, что когда мы гуляем с Маратом, они здороваются. Или бывает, когда я иду в школу, Марат подбегает от них ко мне. Поэтому в лицо я их знаю, но не сильно уж общаемся,– рассказала «сестра».

– А у них это прозвища? Почему ты не называешь их по именам?

–Я не знаю их,– пожала плечами Айгуль,– полагаю, что только члены группировки знают их, а я, увы, не вхожу в неё.

– Ничего себе..А знаешь пар..,– начала я говорить, пока не услышала звук открывающейся двери. Видимо, пришли родители Айгуль. Я замолчала, решив, что они не должны это слышать и вообще знать.

– Девочки, я дома,– произнёс женский голос,– Я тут получила на работе свинину, тушёнку и мандарины пару штучек. Не хотите что- то приготовить вместе? Всё таки можно сказать праздник, ведь Саша приехала.

– Саш, пошли быстрее!,– потянула меня за руку Айгуль, а мне было что-то не очень радостно. Будто камень на душе был. Они же сейчас ради девочки, которая даже не является им родственницей приготовят мясо, хотя могли оставить на день рождения.. Ладно, как закончу работу, то пришлю им немного денег, а то неловко даже как-то..

– Хорошо, хорошо..,– сказала я, вставая и выходя из комнаты,– здравствуйте, как на работе?

– Всё хорошо, дорогая, разберите сумку, я пока руки помою,– сказала тётя и зашла в ванную.

Я пошла на кухню за Айгуль, которая несла тяжёлую сумку. Она поставила её на стул и начала доставать мясо, тушёнку и мандарины. А я в свою очередь не знала куда себя деть и просто села на стул, наблюдая за Айгуль. На кухню зашла мама Айгуль. Она сразу же нас распределила по обязанностям. Меня поставила резать лук, Айгуль – тереть сыр, тётя решила сама обжарить мясо, потому что нам она не особо доверяла, вдруг сгорит. Тем более, зная навыки моей готовки, она бы сама сгорела и кухня бы тоже. Неосознанно я вспомнила, как я с мамой готовили молочный суп. Мне тогда было лет 13. Хороший был момент, мы разговаривали, смеялись, пели песни, которые были популярны в то время. Жаль, что я с ней больше так не встречуть. Правда потом всё сгорело и мы давились горелой едой.. Я вернулась из воспоминаний в настоящее. Мы с Айгуль встали около стола с разделочным досками и ножами, принялись резать я – лук, она – тереть сыр.

– Жил-был художник один, домик имел и холсты, но он актрису любил, ту, что любила цветы, – начала распевать Айгуль, когда начала тереть сыр, будто вернув меня в то время с мамой. Я не сразу узнала песню, но потом поняла, какую она напевает.

– Он тогда продал свой дом, продал картины и кров и на все деньги купил целое море цветов,– подхватила я, когда на моих глазах поступили слёзы из-за лука. Или дело не в луке?

– Миллион, миллион, миллион алых роз из окна, из окна, из окна видишь ты. Кто влюблен, кто влюблен, кто влюблен и всерьез, – начала петь тётя, не оборачиваясь на нас. У неё был чудесный голос. Наверное, раньше занималась в хоре.

– Свою жизнь для тебя превратит в цветы,– пропели мы вместе с Айгуль и рассмеялись.

– Миллион, миллион, миллион алых роз из окна, из окна, из окна видишь ты. Кто влюблен, кто влюблен, кто влюблен и всерьез, – пели мы все втроем. Все проблемы и загоны исчезли из моей жизни, есть только здесь и сейчас. Я искренне не хотела бы, чтобы этот вечер заканчивался, но такое, к сожалению, невозможно..

Было весело готовить с ними мясо по–французски. Мы пели не только «Миллионы алых роз», но и «Музыка нас связала» и «Ночное такси». Я даже забыла, что я не в Москве, думала будто наконец оказалась на своём месте, но это было не так. Когда приготовили, мы сели ужинать. Еда была очень вкусная, я даже не ожидала. Не помню, когда в последний раз я так вкусно ела, обычно мне не нравилось то, что я готовлю. Оно у меня получалось то пересоленным, то подгорало. Вообще м, готовка – явно не моё. Ясно почему у меня нет парня, ведь сейчас для них важно, чтобы девушка умела готовить, будто они собираются её закрыть дома, и она только и будет, что готовить.

– Это очень вкусно, спасибо,– произнесла я,– Я на самом деле давно так вкусно не ела,– зачем-то добавила.

– Почему?,– поинтересовалась тётя.

– Мама почти всегда на работе, а я плохо готовлю,– выкрутилась я, ведь по легенде я живу с мамой Полиной, сестрой мамы Айгуль, а не одна.

– Да ты что.. Хочешь я тебя научу какое - то блюдо готовить?

– Я была бы рада.

– Договорились. На следующей неделе, возможно вечером в среду, мы с тобой приготовим какой-то лёгкий ужин,– произнесла тётя, глотая последний кусочек мяса,– Доча, будешь с нами?

– Конечно. Мам, уже поздно, мы наверное пойдем в комнату ложиться. Спокойной ночи,– она встала из-за стола и слегка мотнула головой, будто говоря, чтобы я тоже шла.

– Спокойной ночи, ещё раз спасибо за ужин,– я встала и пошла за Айгуль. Тётя поднялась из-за стола и принялась убирать со стола кружки, тарелки.

Когда мы зашли в комнату, которая временно была моей спальней, Айгуль повернулась к большому шкафу и принялась переодеваться. Я решила пока присесть на кровать.

– А ты чего так убежала прям?,– поинтересовалась я, потому что это было странно, ведь хорошо сидели.

– Да просто устала,– соврала она,–Слушай, а ты чего хотела у меня спросить перед тем, как пришла мама?,– спросила она, смотря на меня через зеркало. Перевела тему.

– А..Не помню,– я правда не помнила, будто из головы вылетело,– А ты не помнишь, как я начала предложение?

– Нет, к сожалению. Ну ладно, завтра вдруг вспомнишь. Давай ложиться.

– С тобой точно всё нормально?,– спросила я, когда начала переодеваться в футболку и широкие штаны.

– Да,да..,– отнекилась она, быстро легла на кровать и притворилась будто засыпает. Странно это всё.

– Ну ладно. Спокойной ночи,– я выключила свет и легла на свой матрас, который лежал около кровати Айгуль.

– Спокойной.

  Из-за насыщенного дня я быстро заснула сном младенца. Мне даже приснился сон, хотя они мне снятся нечасто. В этом сне я встретила того парня с фернанделькой. Он стоял ко мне лицом и поэтому я смогла его ещё лучше рассмотреть, чем тогда. У него были кудрявые волосы и довольно необычная внешность. У таких, наверное, нет отбоя от девушек. Поэтому вешаться на таких нельзя, их надо чем-то зацепить. Я хотела подойти к нему во сне, но в реальности за мою ногу кто-то зацепился. Я распахнула глаза. Надо мной стоял какой - то мужчина, лицо его не было видно из-за темноты. Я уже раскрыла рот, чтобы закричать, но он оказался быстрее, и его рука молниеносно закрыла мой рот. Моё тело покрылось мурашками. Вообще, я была не из пугливых, но сейчас у меня знатно сжалось сердце. Я начала вырываться из его лап, но он прижал меня к матрасу и посмотрел за мою голову. Он тут не один что ли? Их несколько? Где Айгуль? Они что-то с ней сделали? Меня наполнила злость к ним за то, что они могут что-то сделать с несовершеннолетней девочкой. Кто знает, что у них в голове. Я со всей силой укусила пацана за ладонь, а он прижал её к себе и начал грязно ругаться. Слабак. Пусть к мамочке пойдет поплачет. Около окна стоял другой парень. Он был расслаблен. Я подскочила со своего спального места и отошла в сторону от этих двоих к стене, чтобы их было видно. Нельзя терять их из виду.

– Ты чё больная?,– произнёс со злостью незнакомец, которого я укусила.

– Это я ещё и больная? Вы кто, блять, такие? И где Айгуль?,– выпалила я.

– Да на кухне она! Ты случайно бешенством не болеешь?

– Конечно болею! Уйди с дороги,– я направилась на кухню в которой горел свет. Там как ни в чём не бывало сидела Айгуль с Маратом, – Это чё за хрень вообще? Что за пацаны делают в комнате?

– Не кричи, Саш..Мама может проснуться,– попросила меня Айгуль, а Марат просто сидел и молчал,– Это друзья Марата. Я попросила их тебя разбудить.

– Она меня укусила. Чего ты не сказала, что она у тебя бешеная, Айгуль?,– зашёл на кухню высокий лысый парень, а за ним пацан, ровесник Айгуль. Не видела их раньше.

– Зима, ты чё Сашу напугал? Айгуль же попросила только разбудить,– подал голос возлюбленный Айгуль.

– Не знала, что теперь так «будят»,– съязвила я,– и прозвище странное какое-то у тебя. Зима. Типо ледяной?

– Очень смешно. Больше не разговаривай. Ты вообще сама виновата. Если бы ты не хотела закричать, то ничего не произошло бы.

– Ну, конечно, я теперь во всём виновата. Айгуль, чё они вообще тут делают?,– поинтересовалась я у девочки, которая невинно любовалась Маратом.

– Ну, Зиму сейчас милиция ищет и они попросились у меня спрятаться..На одну ночь.

– Супер!,– воскликнула я и начала ходить по маленькой кухне,– А если милиция придёт к тебе и увидят эту троицу? Как думаешь, что они сделают тогда?

– Отвезут в отделение..,– прошептала девчонка.

– Бинго! И нас оформят за соучастие! Ты вообще не думала об этом?

– Бешеная, чё ты на Айгуль гонишь, она вообще не виновата,– подал голос ледяной.

– Ты вообще молчи, а то нос отгрызу. Это всё из-за тебя. Что же интересно ты натворил?Короче, Айгуль, ты взрослая и сама в ответе за свои действия, но меня не впутывай. Я сейчас же позвоню в милицию. Так что без обид, парни,– я направилась из кухни, но мне прегралил путь Зима и какой-то малолетка,– Уйдите.

– Зима ничего не делал, его подставили,– произнёс Марат у меня за спиной.

– А ну, конечно. А ещё вы втроём не состоите в группировке и легально зарабатываете.

– Беше...То есть, Саша, мне кажется, что мы не с того начали знакомство. Давай ты сядешь, а мы тебе всё расскажем,– начал вякать ледяной.

– Да, Саш, успокойся,– тихо прошептала Айгуль, взяв за руку Марата.

– Ясно, ладно. Интересно, что же вы «не натворили», – я села на свободный стул около Марата, закинула ноги на стул и откинулась на спинку,– рассказываете.

– Если коротко, то меня подставили.

– Серьёзно что ли? А я прям не знала. Спасибо, что сообщил.

– Не язви.

– А ты тогда нормально рассказывай.

– Как ты, я думаю, уже поняла, мы состоим в группировке. И у нас были контры с Жилкой. Я и другие старшие, имена которых тебе знать не обязательно, пошли к ним на территорию. Завязалась драка и во время неё участник Жилки какого-то чушпана нечайно убили, путался под ногами видимо. А они, мрази, скинули на меня. Вот теперь меня ищет милиция и хотят навешать разные статьи. Мне светит десятка, если найдут.

– Ну отсидишь, может уму научишься.

– За такие слова можно и получить, бешеная.
– Напугал. Вообще м, я поняла, вы хотели, чтобы я к вам типо сочувствие проявила, мол, несправедливо и вместе с Айгуль помогала вам. Так?

– Молодец, мозг работает ещё. Так чё, получилось у нас?

– Не особо, но из-за Айгуль я не буду сообщать в милицию, а то ещё маленькую девочку привлекут. И я, кстати, не удивлюсь, если ты и замочил пацанёнка.

– Не пацана, а чушпана. Чушпан – не пацан. Не суть короче. Раз всё нормально, то вот знакомься с скорлупой,– Зима указал головой на того малолетку.

– Ералаш,– он протянул мне руку в знак знакомства, а я в ответ протянула.

– Тебе сколько лет? Ералаш – прозвище? Почему такое странное?,– начала расспрашивать его.

– 15,– ответил он только на первый вопрос, а второй и третий – проигнорил. Обидненько, но ладно.

– Тебе трудно угодить. То тебе моё прозвище не нравится, а теперь и скорлупы,– заговорил Зима, который до этого молча стоял около плиты.

– Я не виновата, что у того, кто придумывает эти прозвища фантазия плохая.

– Я передам ему.

– Слушай, а у тебя нет знакомых в милиции?,– обратился ко мне Марат.

– Что-о? Нет, конечно. Откуда у малолетки связи?,– попыталась я ответить как можно спокойнее. Конечно у меня были знакомые в милиции в Казани, Москве, Ростове, я же работаю в крупной организации и брала интервью у серийников. Но я бы им не смогла бы объяснить откуда они у меня, да и тем более они мне никто, чтобы рисковать своей жопой ради них.

– Блять, жалко.

– Мг...,– промычала я, не зная о чем дальше говорить. Первые знакомства всегда неловкие, как же я их ненавижу,– И сколько вы будете скрываться?

– Да через часик-два пойдем уже,– ответил Ералаш.

– Ясно..