Глава 28. Миранда
Когда мы с Матео ехали, я не могла отделаться от дурных мыслей, которые упорно лезли в голову. Мне казалось, что Адриан или его старший брат обвинят во всём меня. Или, что ещё хуже, он не сможет узнать меня. По телефону Кай не сказал, насколько серьезной была полученная травма. Больше всего я переживала, что Адриан мог потерять память и всё забыть. Но давящий груз переживаний упал с души, стоило только переступить порог комнаты и услышать его голос.
Мы говорили долго. Очень долго, обсуждая произошедшее и решая, как быть дальше. Кандидатов, от которых могла исходить угроза, было немного – Даниель и Оскар. Но все мотивы были хлипки.
– Я постараюсь прийти к тебе на праздник и не подвести, – хрипло произнёс Адриан. Найдя на прикроватной тумбочке стакан с водой, я протянула его ему.
– Не геройствуй. Такие раны серьезные. Они заживать будут очень долго, – потрепав его по волосам, я попыталась улыбнуться.
О моём дне рождения Адриан не знал. Я не сказала ему. Да и смысл? Кроме тети и Матео меня никто и никогда не поздравлял. Родители делали вид, что не помнят об этом и дарили всего один подарок на новый год. Иногда мне казалось, что они специально высчитывали день моего рождения, чтоб сэкономить.
– На мне все заживает, как на собаке, – Адриан усмехнулся, отпивая из стакана. – Я поговорю с Каем насчёт модного показа, про который я тебе рассказывал. Попрошу, чтоб он составил тебе компанию.
– Брось. Зачем? У него же есть график стримов. Ему работать нужно.
– Не спорь.
Не очень-то и хотелось. Адриан ещё в Сант-Астерне пообещал познакомить меня с дизайнером, но сейчас об этом не могло идти и речи. Ему следовало поправиться и прийти в себя, а не угрохивать своё здоровье. Он пытался сделать всё, чтоб наверняка понравиться моим родителям. Но загвоздка была в другом – они ещё не знакомы.
– А где Джейкоб? – только сейчас я осознала, что совсем не слышала ребёнка. Не мог же он, при таком количестве взрослых, мирно спать в другой комнате?
– Кай попросил родителей Франца присмотреть за ним. Ему не справиться сразу с двумя. Да и Джейкоб сильно напугался и врачей, и моего состояния, – Адриан взял телефон и стал там быстро что-то искать. – Вот, – он развернул экран ко мне. – Это адрес родителей Франца. Если хочешь, я могу позвонить им и предупредить, что ты к ним иногда будешь заглядывать. Они знают, что мы вместе. Я рассказал, когда ждал вас двоих у супермаркета.
Мне хотелось провалиться сквозь землю. Если бы я знала, что в нашу ложь будут втянуты другие люди, то ни за что бы не затеяла всё это. Но отступать сейчас было уже поздно. Начатого назад не воротишь. А Адриан, как-будто специально, подливал масла в огонь, заочно знакомя со мной других людей. Что ж. Раз он решил ввести в эту игру других, то и мне стоит поступить также.
Губы растянулись в довольной улыбке. В голове зрел план дальнейших действий, и я уже представляла реакцию своих родителей. Скандал будет точно. В этом не нужно было даже сомневаться. Но удивление и шок на лице матери будут стоить того.
– Что ты уже задумала, Совенок? – Адриан нахмурился. Он неотрывно смотрел на меня, отчего хотелось смеяться в голос.
Я едва сдержалась, чтоб не захохотать. Просто представила, как это будет выглядеть. Да весь дом сотрясётся от криков матери. А Даниель и вовсе будет в бешенстве с такой выходки.
– Тридцать первого декабря, когда поедите к нам в гости, возьми Джейкоба с собой. Сможешь?
– Хочешь поиграть на нервах своих родителей? – он понимающе кивнул. – Хорошо. Условия приняты. Жди нас с Джейкобом в гости. Я постараюсь за эти дни встать на ноги.
Ни вопросов, ни насмешек. Казалось, Адриан понимал всё с первого слова, не требуя дополнительных объяснений.
Мы проговорили с ним ещё добрых два часа. Не устань Матео ждать, то разговаривали б мы с Адрианом до глубокой ночи. Попрощавшись и пообещав обязательно написать, как доберусь до дома, я вместе с кузеном покинула их квартиру. Кай вызвался нас проводить и, воспользовавшись этим, я выпросила ключи от машины, чтоб забрать карту памяти из видеорегистратора.
– Мир, ты ж не пользуешься наушниками в машине, – произнёс Матео, когда мы выезжали со двора.
– Адриан подарил мне их, когда мы были в Вайстере, – я вытащила из сумки маленький розовенький чехольчик, в котором находился кейс с беспроводными наушниками. – Я их обронила в машине, когда мы подъезжали к Нью-Керену. Думала, что на совсем потеряла.
От части я не соврала. Эти наушники мне и правда подарил Адриан. Просто они лежали в сумке. Пользоваться ими я старалась лишь дома, чтоб не потерять. Было бы жалко.
– Этот парень удивляет меня ещё больше. О чём вы с ним говорили так долго? Я ждал тебя почти четыре часа. Повезло, что там был Кай. Хоть поговорил.
Прикусив губу, чтоб резко не ответить кузену, я отвернулась к окну. Объяснять и, тем более, пересказывать наш разговор я не собиралась. Он не касался Матео никаким боком. Разобраться с записями, которые Кай легко согласился отдать, я хотела сама. Мне было это важно. За какие-то три дня я успела прикипеть к Джейкобу и сейчас скучала по нему. А узнать про его настоящего отца чуть больше того, о чем мне было уже известно, хотелось очень сильно.
До самого дома мы ехали молча. Матео больше ни о чём не спрашивал. Просто следил за дорогой и напевал какую-то незамысловатую песенку себе под нос. Я же была занята своими мыслями. Мне хотелось понять, почему при пожаре почти все документы и дневники не пострадали. Адриан ничего не смог сказать по этому поводу. Давить на него и наседать с ещё большими вопросами мне было стыдно. Всё же о своём друге он рассказывал с трудом.
Трагедия с Францом произошла меньше двух лет назад. Воспоминания были всё ещё свежи, а для кого-то и вовсе причиняли нестерпимую боль. Я не знала этого парня достаточно хорошо, как хотелось бы. Мы просто учились на одном курсе и в одной группе. К нему всегда можно было обратиться за помощью. И он не отказывал почти ни в чём. А иногда мог и прикрыть отсутствие, придумав убедительную ложь.
Новость о его смерти огорошило большую часть нашей группы. Нашлись, конечно, люди, кто посмеялся над этим, заявив, что так и надо. Но таких были единицы. Другие говорили совсем другое. Несколько девчонок предложили скинуться на красивый прощальный букет. Многие поддержали эту идею.
Помню, когда пришла на похороны, то удивилась от количества людей. Яблоку было негде упасть. Столько было народу. И конечно, в такой день я совсем не обратила внимания на двух парней, которые стояли рядом с родителями Франца. Теперь же понимаю, что пересеклись с Адрианом мы ещё в тот день.
– Земля вызывает Миру! – Матео потряс меня за плечо. – Красавица, ты чего задумалась? Я чуть голос не сорвал, пока пытался до тебя докричаться.
– А? – я моргнула, уставившись на него, как на привидение. – О чём ты? Мы уже приехали?
– Да минут двадцать уже как. Я тебя до квартиры не понесу. Так что давай, вылезай. Мне ещё на тренировку по боксу ехать. Долго твоим личным водителем быть не смогу.
– Вредина! – показав Тео язык, я быстро выбралась из машины, прихватив с собой пакет. – Позвони, как домой доберешься. Тетя за тебя всегда переживает.
– Не ворчи.
Попрощавшись с кузеном, я поспешила домой. Лифт, как назло, ехал очень медленно. В какой-то момент меня даже посетила мысль, что следовало всё бросить и идти пешком. Но нет. Это чудо инженерной мысли решило надо мной сжалиться и всё же приехать.
Когда двери лифта открылись, я шагнула внутрь, не сразу заметив выходящего мужчину. От столкновения, я поморщилась, поведя немного плечом.
– Простите, – я обернулась, надеясь разглядеть того, с кем столкнулась.
Но никого уже не было. Мужчина ушел слишком быстро, как будто от чего-то старался сбежать. На полу, там, где мы столкнулись, валялся бумажник. Недолго думая, я подобрала его и пихнула в пакет, шагнув в лифт. Дома разберусь и поищу, как связаться с человеком, чтоб вернуть вещь.
Квартира встретила меня тишиной. Родителей опять не было дома. Отец всё пытался заключить выгодные сделки, чтоб сохранить статус самого влиятельного бизнесмена города, а мать опять гуляла по салонам красоты и магазинам. Она любила тратить деньги на себя. Иногда я даже удивлялась: как отец на ней женился. Она ревновала его ко всем и почти не давала спокойно отдохнуть вечером у телевизора, закатывая истерики и сцены.
Скинув обувь и повесив куртку, я прошмыгнула в свою комнату. В родительском доме чувство было, как будто я тут чужая и за мной постоянно следят. В отеле, да и в доме Роберта, я себя ощущала и то спокойнее, чем здесь.
Быстро переодевшись в домашние любимые шорты и серую футболку с зайчонком, я разложила на кровати все тетради. Вытащив из стола блокнот и взяв ноутбук, я устроилась на кровати, поджав под себя ноги. Интересные и странные моменты я планировала записать, чтоб потом узнать про них больше.
– Начнём, – включая технику, пробормотала я. И, как по сигналу, завибрировал телефон.
Перебирая все варианты и тех, кто мог мне позвонить, я взяла мобильный. Номер был скрыт. Такое случалось очень редко, если только звонили со стационарного телефона.
– Слушаю, – приняв вызов, сухо произнесла я. Разговаривать с кем-то кроме Адриана мне сейчас точно не хотелось. – Алло?
Ни ответа, ни привета. На другом конце провода лишь тихо дышали. Как в дешевом розыгрыше. Хотя, в свете последних событий или просто пересмотренных мной дорам, так могли поступать и какие-нибудь маньяки. Не став испытывать удачу, я просто сбросила вызов и заблокировала номер. Если кто-то решил пошутить, то вышло не очень.
Что-то после звонка вызывало тревогу. Мошенники мне звонили часто, но никогда не дышали в трубку. Такое было впервые. Если вспомнить все фильмы про криминал, которые я успела посмотреть за свою жизнь, то... так поступали или маньяки, или серийные убийцы.
– Бр-р, – я поежилась. – Не думай об этом. Это просто розыгрыш.
Порыв позвонить Матео был зарублен на корню. Беспокоить кузена такой ерундой я не хотела. Он и так в штыки воспринял моё знакомство с семьей Ривера. Удивительно, как с Каем то не подрался. Загадка века прям.
Отложив телефон, я разложила дневники полукругом. Зажмурившись, чтоб не смотреть, какой выпадет, я вытянула руку и взяла первый попавшийся. Открыв глаза, я осмотрела свою добычу: тетрадь на металлических кольцах, с ничем не примечательной обложкой из темно-коричневой кожи и кнопочной застежкой. Она была сделана вручную. Эту тетрадь я уже видела на днях. В гостинице Адриан достал её первым делом. Осмотрел со всех сторон и убрал обратно в пакет.
Не став заморачиваться и раздумывать, почему же он так поступил, я придвинула на всякий случай блокнот и подцепила застежку дневника. С третьего раза она поддалась. Кнопка оказалась очень тугой.
Листы уже начали желтеть от времени. На самой первой странице был наклеен смеющийся смайлик и под ним, синими чернилами, была выведена одна единственная фраза – "«Со временем всё проходит» — так говорят только те, кому в жизни никогда не было больно."
– И вот это он написал под смеющимся смайликом? – я удивленно смотрела на цитату.
Эти строки были мне знакомы. Дораму "Адвокат вне закона" я знала очень хорошо. Она была одной из моих любимых. Не думала, что кто-то будет цитировать её в своё личном дневнике.
Листая страницы, я стала искать что-то интересное. Взгляд скользил по строкам, особо не задерживаясь на словах. И где-то на десятой или пятнадцатой страницы мой взгляд споткнулся о запись, сделанную красной пастой:
"21.05 – сегодня я вернулся со школы раньше обычного. Отменили последний из уроков. Обычно после занятий мы с Адрианом, Рейном и Джорджем зависаем в парке или в какой-нибудь кафешке. Но сегодня они смылись, сославшись на какую-то занятость. Предатели. Мы ведь договаривались сходить с ними на аттракционы.
Я думал, что родителей нет дома. Но ошибся. Они о чём-то спорили на кухне. Мать кричала на отца, обвиняя его в чём-то. Вслушиваться не хотелось. Она всегда была не в духе в мае месяце.
"Если бы ты тогда проявил строгость, то она бы не сбежала, оставив нам своего сына. Отрицай не отрицай, но он похож на того придурка!"
Слова матери казались странными. Я не очень понимал, про что она говорит. Кто он? Кто она? И причем тут "сын"? Надо будет завтра спросить у Ричарда. Он старше. Может что-нибудь знает. Или его родители. Или у дяди Роберта, отца Адриана, можно попробовать разузнать всё. Тот хорошо знаком с нашей семьей."
– У Франца была сестра? – я удивленно смотрела на запись, сделанную в мае месяце неизвестного года.
Всё чудесатее и чудесатее. Похоже, что в этом деле могут быть замешаны не только Хелен с Даниелем. Не став более колебаться, я набрала Адриана по видеосвязи, очень надеясь, что тот не уснул и сможет ответить. Всё же в его состоянии нужно больше отдыхать.
– Мира? Что случилось? – он ответил на звонок раньше, чем я успела найти место, куда пристроить телефон.
– Сейчас, телефон пристрою и поговорим, – буркнула я. С десятого раза у меня получилось закрепить смартфон на деревянной подставке, прикрученной у кровати. – Я начала разбирать дневники Франца.
– И у тебя возникли вопросы. Да? – Адриан понимающе кивнул.
Выглядел он уже немного получше, чем когда я его увидела сегодня впервые после трёх дней тишины. Губы уже не казались такими белыми, как поначалу. Да и волосы были расчесаны и не напоминали растрёпанное гнездо.
– Я наткнулась на его запись от двадцать первого мая, где он пишет о том, что придя со школы услышал как ссорятся родители. Адриан, у Франца была старшая сестра? Я запуталась и ничего не могу понять? – я смотрела на него через экран телефона и пыталась прочитать хоть малейшие эмоции.
Парень молчал. Смотря куда-то поверх телефона, он кусал кубы. С ответом я его не торопила. Всё же это касалось его покойного друга. Интернет на телефоне у меня был безлимитным и длительные разговоры по видеосвязи мог выдержать с легкостью.
– В десятом классе Франц узнал, что люди, которых он называл мамой и папой являются его бабушкой и дедушкой. Их единственная дочь, мать Франца, родила ребёнка в пятнадцать лет. Окончила девять классов и, под предлогом учебы, сбежала в другую страну, – Адриан говорил медленно, тщательно подбирая слова. – Тетя часто попрекала его тем, что он похож "на того человека". Кем был отец Франца никто не знает. Сперва он пытался выяснить всё. Ходил к моему брату с расспросами. Но потом забросил это дело. Он тогда сильно изменился. Стал более задумчивым. Но к концу одиннадцатого класса вновь повеселел.
– А ты не знаешь, кем мог быть его отец? А его мать... она приезжала на его похороны? – я задумчиво смотрела на тетрадь, которая лежала предо мной. – Слушай. У меня тут вопрос назрел. Ты говорил, что в его квартире случился пожар. Но почему дневники и другие документы не пострадали? Ты уверен, что тело, которое нашли после пожара, принадлежало именно ему?
– Почему документы не пострадали – не знаю. Возможно, тот кто подстроил поджог их забрал. Но, вот, со вторым могу поспорить. В школе у Франца был перелом пальцев левой руки. Они срослись немного криво. Да и, он как-то рассказывал, что ему в детстве делали операцию. На правой руке был какой-то нарост. После этого остался шрам. Именно по этим вещам, а также обручальному кольцу я смог его опознать.
Что ж. Аргументы прям железные. Слушая Адриана, я листала страницы дневника. Пока не нашла ещё одну запись, сделанную уже летом.
– "23.06 – сегодня я умудрился сломать ногу, когда бежал поливать огород. Запнулся о шланг и неудачно свалился. Эта гостья, приехавшая к родителям, долго смеялась, наблюдая за моими попытками подняться. Хошо хоть Джордж, у которого дача через забор, помог встать", – зачитала я. – Не знаешь, что это была за гостья?
– Увы, но нет. Я о его травме узнал то только вечером, когда заехал к Джорджу передать книги. У них дачи в другую сторону от дома Роберта были. Летом мы в основном созванивались или пересекались в городе. У его родителей спрашивать бесполезно. Они могут не вспомнить.
Почему-то из слов Адриана мне казалось, что знает он куда больше, чем говорит. Ну или эти четверо были правда близкими друзьями и хорошо знали друг друга.
– Как себя чувствуешь? Рана не болит? – решив сменить тему, спросила я. О записях можно поговорить и по позже.
– Болит немного, но я выпил обезболивающее. Кай созванивался с врачом. Тот завтра приедет посмотрит. Может быть к завтрашнему вечеру смогу уже подняться. Я не подведу. Тридцать первого числа приду вместе с Каем, Робертом и Амелией. В конце концов, должен же я познакомиться с родителями своей жены?
– Если заикнёшься о том, что мы женаты – нас прикончат. Мать не позволит этому случиться. Да и отец тоже, – я засмеялась, представив в красках всю ситуацию.
– А если не скажу об этом, то тебя могут сосватать Даниелю, – Адриан одной лишь фразой сумел вернуть меня обратно в реальность. – Мы затеяли всё, чтоб ты смогла избежать свадьбы с ним. Но я на полном серьёзе говорил о том, что ты можешь переехать ко мне в Сант-Астерн.
Предложение было слишком соблазнительно. Рядом с Адрианом я не чувствовала опасности. Он всегда спрашивал разрешения войти в комнату или обнять. Ещё ни разу не пытался домогаться. Но... я не хотела, чтоб родители пользовались положением и пытались вытянуть свой бизнес за счёт моего замужества.
– Адриан, у отца сейчас не очень ладиться с делами. Его бизнес терпит убытки. Насколько знаю, он хочет удержаться на плаву за счёт меня. Поэтому ищет более богатую семью, где есть не женатые молодые люди.
Лучше сказать об этом сразу, чем потом оправдываться и притворяться дурочкой, которая ничего не знала. Хлопать глазками, глупо смеяться и капризничать – я не умела. Такое поведение казалось для меня странным.
– Об этом не волнуйся. Я знаю, как поступить. Просто доверься и занимайся своими делами, – Адриан улыбнулся. – Мир, прости, но вынужден отключиться. У меня телефон уже сигналит о том, что скоро накроется. Осталось процентов семь зарядки. Утром я тебе напишу, как врач уйдёт.
– Почему ты сразу не сказал? – я удивленно посмотрела на него. – Не мог же он разрядиться так быстро?
– Там было процентов двадцать всего, – он виновато улыбнулся.
– Спокойной ночи! Больше отдыхай и не геройствуй!
Помахав на прощание, я быстро отключила звонок. Лицо пылало от смущения. Я ещё ни разу не встречала человека, который был готов отвечать на звонок, вместо того чтоб поставить телефон на зарядку. В случае Адриана сделать это мог только Кай, так как ему запрещено было вставать. Что ж.
Посидев минут пять смотря прямо перед собой, я всё же вернулась к изучению дневников Франца. Его записи – как фрагменты жизни, а не мыслей. Перечитав страниц пятнадцать, я нашла всёго записи три о том, где он рассуждает о будущем. Всё остальное – итоги дня и переживания. Читать их было, на удивление, интересно. Понять, каким он был человеком, не составляло особого труда.
В своём дневнике Франц часто упоминал близких друзей. Из всех имён мне было знакомо только одно – Адриан. Ведь его я знала лично. Двое других я не могла представить и понять, какими они были людьми. Но, судя по фрагментам, Джордж и Райн были людьми простыми и веселыми.
Взяв на заметку в будущем поинтересоваться у Адриана об этих двоих, я притянула к себе ноутбук. Некоторые фрагменты хотелось записать, чтоб потом проще было объединить всю информацию.