Глава 31. Миранда
– Охмурил мою дочь и родителей её не спросил?! – Констанция, сгребя Адриана за отворот пиджака, гневно сверлила его взглядом. – Думаешь, раз твой папаша богатенький, то можешь делать всё, что захочешь?!
– Женщина, я не имею никакого представления о том, кто вы такая, –Адриан отцепил от себя её руки. Поморщившись от боли, он отступил назад.
– Как ты? – подлетев к нему, я придержала его за локоть. Напоминать сейчас про рану было глупо. Вдруг он не сказал Роберту об этом.
– В порядке. Не волнуйся, – выпрямившись, он посмотрел на Констанцию. – Знаете, теперь мне понятно, почему моя чудесная жена все года откладывала моё знакомство со своими родителями. Вы – неуравновешенная женщина, которая привыкла, что всё идёт по её плану. И изменений в нём вы не терпите. Я прав? – его голос сделался стальным, строгим.
– Щенок! Деньги решают всё в этом мире. Девчонка, ещё в свои пятнадцать, была обещана в жены Даниелю!
– Деньги решают всё в этом мире. Какой чудесный мир, – передразнил Адриан, в точности спародировав интонацию главного героя из дорамы «Подозрительный партнёр». – У нас не средневековое общество, где браки заключались по договорённости между родителями. И так на минутку напомню, что в 965 году правитель Вайстеронга король Арнцерн III своим указом отменил договорные браки. Его решение было поддержано альянсом пяти земель. В последствии, с 967 по 972 года, такой указ был принят во всех Серединных землях.
Он говорил чётко, уверенно. В какой-то момент мне даже показалось, что за маской скромного молодого человека скрывается решительный и властный лидер. Но так ли это?
– Госпожа Лопес, – в назревающий конфликт вмешался Роберт. – Первое – на нас все смотрят. Второе – сегодня день рождение вашей дочери. Портить праздник неуместно. Не хотели приходить – могли остаться дома. И в-третьих – Адриан мой младший брат. С чего вы решили, что он является моим сыном?
– А разве не так? Все знают, что у вас два сына и дочь. Тем более, я слышала, что один из детей появился у вас на стороне, – женщина засмеялась.
– И кто же вам об этом рассказал? – Роберт, на удивление, был спокоен. Казалось, что его совсем не трогает сложившаяся ситуация.
– Эмма, ваша жена. Мы с ней хорошие подруги. Слышала, что спустя двадцать семь лет брака вы решили развестись. Хотите уйти к своей любовнице?
– Подруги? Значит вы знаете, что больше тринадцати лет Эмма мне изменяла? Ах да! Я располагаю такой информацией, которая способна в одночасье разрушить и ваш брак, и бизнес вашего мужа. Поэтому советую сейчас замолчать и не портить праздник Миранды.
Констанция побледнела. Зло посмотрев в сторону Роберта, она ушла, ничего так и не ответив. Но мне было уже всё равно. Придерживая Адриана под локоть, я помогла ему дойти до ближайшего столика и сесть. Тишина в зале казалась звенящей.
– О чём вы только что говорили? – тихо поинтересовалась я, когда к нам подошел мужчина. – Почему она так испугалась?
– Мир, есть вещи, которые я не могу пока тебе рассказать. Эта информация может разрушить и твои отношения с родителями и она, я уверен, встанет стеной между тобой и Адрианом. Может быть позже мы поговорим об этом.
Я кивнула. Что ж. Возможно сейчас не время раскрывать всё. Открыв и закрыв рот, так и не сумев подобрав подходящих слов, я села за стол. Кай, быстро сориентировавшийся в происходящем, попросил включить музыку. Поговорить с ребятами у меня не вышла. Но времени ещё было предостаточно.
Постепенно, обмениваясь со всеми любезностями и принимая подарки, которые вгоняли меня ещё большее смущение, я успела позабыть о произошедшем. Больше всего меня поразил подарок от команды Кая и Авроры, которая с ними объединилась. Графический планшет, о котором я мечтала с первого года обучения в университете.
– Спасибо! – я едва не расплакалась, получив от них подарок.
Не запомнив имен, я, чтоб не обижать никого, поочерёдно обняла каждого из парней. Мы не были знакомы, но они приехали. Это было поистине что-то невообразимое. Команду киберспортсменов, входящую в тройку лидеров, никто не мог пригласить на праздник. Они никогда не соглашались. И тут такая неожиданность.
В начале поздравлений я была уверена, что графический планшет – это единственное, что способно меня удивить. Но подарок от Адриана превзошел все мои ожидания. Комплект украшений из серебра и бриллиантов. От увиденной красоты глаза округлились. Это было неожиданно.
– Адриан, я не могу это принять, – промямлила я, боясь прикоснуться к украшениям. – Этот подарок слишком дорогой.
– Мир, – его голубые глаза смотрели, казалось, в душу, а одно лишь обращение говорило красноречивей всех других слов.
– Прости, – я быстро смахнула с глаз слёзы, стараясь не размазать тушь.
Приподняв волосы, я взглядом указала на колье. Примерить хотелось очень сильно. Да и оно подходило к образу как нельзя лучше. Адриан всё понял без слов. Осторожно застегнув украшение, он сделал шаг назад. Возможно было не культурно, и на банкетах так не делалось, но мне было всё равно. Вытащив из сумочки зеркальце, я стала рассматривать колье.
Оно переливалось при свете ламп, играя и становясь ещё более прекрасным. Не сдержавшись, я крепко обняла Адриана, повиснув на его шее. Плевать, что подумают другие. Публично заявив о том, что он – мой муж, я не видела смысла проявлять неловкость.
– Все смотрят, – прошептал он, зарываясь пальцами в волосы.
– И пусть. Мне уже нет никакого дела до них, – я обнимала его за шею, утыкаясь носом куда-то в ключицу. – Давай сбежим ото всех?
– Будет некрасиво, – он плавно отстранился.
Вздохнув, я отступила, отпуская его. В чём-то Адриан был прав. Побыть вдвоём мы ещё успеем. Не успев опомниться, я уставилась на него широко раскрытыми глазами, когда его губы коснулись лба. Из-за разницы в росте Адриану приходилось каждый раз немного наклоняться, чтоб сказать или сделать что-нибудь.
– Веселись, я пойду с братом переговорю.
Может быть, я ошиблась, посчитав его агрессором? Если так задуматься, то Адриан был весьма осторожен в своих словах и говорил всегда спокойно. Лишь с Констанцией он позволил себе говорить жестко, требовательно.
Проводив Адриана взглядом, я переключилась на Аврору. Отыскав её среди всех гостей, отвела в сторону. Было несколько вопросов, которые мне хотелось у неё спросить.
– Ты почему не сказала, что приедешь? – прячась ото всех за одной из декоративных колонн, поинтересовалась я, смотря на старосту.
– Решила сделать тебе сюрприз, – Аврора хихикнула. – Расслабься. Отбивать от тебя Адриана я не собираюсь. Мы просто друзья.
– Ты..., – мне было неловко вспоминать о своих подозрениях в адрес своей однокурсницы.
– Кай рассказал, что ты ревнуешь Адриана ко мне. Мир, мы с ним просто ходили в один класс. Меня рано в школу отправили. Адриан помогал мне с уроками и иногда прикрывал, если опаздывала. Наши отношения были дружескими, не более. Это с тобой он раскован и весел. А в школе он был совсем другим. Да и... как мужчина мне нравится совсем другой.
– Другой? – я уставилась на Аврору. – Кто?
– Кай.
От признания старосты сделалось дурно. Аврора была самой младшей в нашей группе, хоть и очень активной. Парни за ней увивались толпами, но всех она отвергала. А особо надоедливым говорила, что позвонит старшему брату и тот придёт, чтоб разобраться. Конечно, я сомневалась, что Эрик стал бы угрожать ухажерам сестры, но исключать этого было нельзя.
– А он знает? – тихо, почти шепотом, поинтересовалась я. – Кай же только на днях расстался со своей девушкой.
– В том-то и беда, что не знает. Адриан посоветовал сперва окончить университет. Говорит, что, мол, Кай не встречается со студентками. Ты им не расскажешь? – Аврора с надеждой посмотрела на меня.
– Не скажу, – заверила я однокурсницу. – Дай Каю только прийти в себя. Для него расставание было болезненным.
Аврора закивала. Похоже, что Адриан с ней успел поделиться своими переживаниями о племяннике. Или Эрик, который дружил с Каем, был хорошо осведомлён о произошедшем и поделился переживаниями с сестрой.
Мы прятались с Авророй за колоннами, делясь информацией о последних событиях. Оказывается, кто-то увидел нас с Адрианом на парковке и новость о том, что я встречаюсь с ним, облетела почти весь университет. Числа восемнадцатого декабря я бы ещё начала переживать об этом, но сейчас было всё равно. Пусть говорят, что хотят. Оправдываться я точно не буду.