- Я слышал, что раны нужно прижигать.
Фумус поднял Таффи за бёдра и перевернул его лицом к себе. Торчащие из спины скрепки стукнули о поверхность стола. Он пару секунд любовался ангельским искажённым от боли личиком, после чего навис над ним и медленно поцеловал. Грубые, сухие губы накрыли тонкие, тёплые от ожогов и подрагивающие от каждого движения. Фумус целовал медленно и не спешил вводить язык, он ждал, пока Таффи расслабится и ответит ему взаимностью. Ангел же совсем не ожидал, что в такой момент Фумуса потянет на нежности, но он и представить боялся, что будет, если он откажется целовать его в ответ. Как только Таффи начал подставляться под поцелуй и чутка приоткрывать рот, Фумус сразу запустил в него язык. Виски неприятно пёк, и едкий, горький вкус табака совсем не приносили Таффи удовольствия, но он старательно переплетал их языки, целовал и позволял Фумусу его кусать. Таффи не нравится это осознавать, но он чертовски возбуждается, когда Фумус нависает над ним, Таффи обожает чувствовать прикосновения Бога на своём теле.
В состоянии покоя регенерация у ангелов происходит быстрее. Раны Таффи еле ощутимо затягивались, пока Фумус успокаивающе поглаживал его живот и бёдра и нежно облизывал его губы. Фумус с силой вдавливал его в стол, максимально ограничивая в движениях и фиксируя под собой, новая волна мурашек пробегалась по телу Таффи каждый раз, когда он чувствовал твёрдый член Фумуса своим.
Фумус разорвал их поцелуй очень резко, болезненно резко. От мягкого и тёплого Фумуса осталась только холодная слюна на губах, он снова взял ремень в руку. Жгучая тонкая полоса с немыслимой скоростью врезалась в грудь ангела, что заставило его выдохнуть автоматически. Новые полосы беспрерывно появлялись одна за другой, Фумус был явно предан своему делу. Таффи вертел головой и жмурился, мысленно умоляя Фумуса не задевать лицо и не бить между ног. В тот же миг багровый след растягивается от начала живота и до самого лобка, и ещё один след деликатно ложится ему на щеку. Фумус особо старательно бил по груди, стараясь попадать по соскам самым краем ремня. Он придерживал колени Таффи разведёнными и покрывал внутреннюю сторону его бёдер кровавыми полосами. Бедняге было особо тяжело не вскрикивать от боли каждый раз, когда кожа с силой ударяла по слабому и чувствительному месту. Когда Фумус остановился, он со свей силы сжал окровавленную ягодицу Таффи, от чего второй недовольно промычал.
Бог выпрямился во весь рост и Таффи стало не по себе. Из кармана брюк он вынул смятую пачку сигарет, из шкафчика в столе достал большую, бензинную металлическую зажигалку с детально выгравированными узорами. Он закурил и явно почувствовал, как вздрогнул ангел, когда крышка зажигалки звонко захлопнулась. Недобрая ухмылка расползлась по лицу Бога пока он вертел в руках зажигалку, делая затяжку, а затем внимательно осмотрел Таффи, выпустив густые клубки дыма прямо на раны. Он снова наклонился к ангелу:
- Я слышал, что раны нужно прижигать, - добавил он с улыбкой, - во избежание инфекции.
- Я тоже такое слышал, Фумус-сама, - сказал Таффи, сглотнув слюну. Ему всё ещё было немыслимо больно говорить, но теперь ангел хотя бы не задыхался от кашля при попытке издать какой-то звук. Он не хотел думать о том, что было бы, проигнорируй он слова Бога, и тем более, попроси он отложить эту идею.