Глава 7.
- Потому что я беременна!- прозвучало это настолько уверенно, что я сама была готова в это поверить.
Взгляд папы нужно было видеть. Если бы я его не знала, то непременно бы сжалась в клубочек и спряталась далеко-далеко, чтобы он так не смотрел на меня, но я привыкла к такому его взгляду, ещё во время своего переходного возраста. Мы тогда так же в гостиной постоянно спорили на счёт моего поведения. Я куролесила, как и положено любому подростку и с родителями ругалась, но у меня этот период быстро прошел, но за это время я привыкла к папиному упрямству. Ведь сейчас по сдвинутым бровям и жестокому взгляду, было чётко видно, что он принял свой проигрыш, он понял, что выхода у него теперь нет, но он чисто из своего упрямства будет всё отрицать и делать назло. Ему теперь нужно будет доказательство, того, что я действительно беременна. Тестам всяким он не доверяет принципиально, мама боролась с этим как могла, но не получилась и сейчас я была этому рада. В клинике с нашим врачом я смогу договорится и она подделает результат, подпишет бумажку и у меня будет время и с Глебом разобраться и доказать отцу, что я не отступлюсь от своей любви!
Я перевела взгляд на маму и поняла, что она сразу раскусила мою ложь. Она всегда видела, когда я лгу, и сейчас увидела, но отцу не говорит. И взгляд у неё какой-то, откровенно говоря, странный. Она молчала, будто обдумывая. Причём обдумывая что-то другое, а не: «сказать отцу или нет?». Нет-нет, она думала о другом. Мама не смотрела на меня, она погрузилась в свои мысли, как будто вспоминая что-то.
Папа же в это время разговаривал по телефону, я так зациклилась на маме, что и за разговором не следила, но по последней фразе поняла, что звонил он, как раз Инне Петровне, попросил приехать и осмотреть меня.
Я усмехнулась.
«Что ж, теперь, он меня и из дому не выпустит?»,- слишком он гордый, теперь, нужно быть осторожнее. Наш с Глебом ребёнок стал бы отличным якорем для отца, поэтому я обязательно должна уговорить Инну, подписать эту чёртову бумажку о беременности. Мне же нужно совсем немного времени. Папа рано или поздно всё равно остынет и примет мой выбор, а я заставлю Глеба прекратить войну с моим отцом. Пока не знаю, как я это всё проверну, но об этом я подумаю позже, сейчас главное с этой ситуацией разобраться.
Пока ждали врача, я сходила в комнату, которая была моей и привела себя в порядок. Совсем недавно я купила себе квартиру, правда, мне пришлось очень долго уговаривать отца отпустить меня.
Он не позволял мне жить одной, отговариваясь тем, что я съеду от них только после свадьбы, но я-то знала, что он просто так пытается держать меня при себе, чтобы точно знать, что я в порядке. Быть дочерью бизнесмена и криминального авторитета в одном флаконе очень тяжелое бремя, надо постоянно бояться опасности, быть на чеку, скрываться от кого-то. Правда, я всегда жила, как обычный человек, ведь даже когда я училась (а училась я в обычной школе), папа распустил слушок, что отправил дочь, то есть меня, учится в Англию. Ни с кем из его партнеров, как его дочь я не знакома. Я всего лишь юрист-стажер, имени которого не называют, то есть имя-то называют, а вот фамилию нет.
Только эти обстоятельства и помогли мне добиться свободы, конечно, не полной. Папа взял с меня слово, что без охраны я и шага не сделаю, я клятвенно пообещала, но обещание выполняла не всегда. Мы с Иркой всегда были авантюристками и частенько выбирались по ночам в клубы, всегда вместе и всегда тайно. Так и отрывались, а наши родители и не догадывались об этом. Нам жутко нравилось нарушать правила, да, как и всем в принципе.
Сами же знаете, что когда тебе что-то запрещают, так и хочется сделать наперекор и вляпаться в историю. Вот и мы влипали частенько, но всегда разбирались сами, потому что знали, что в лучшем случае нас посадят под замок, а в худшем... а в худшем даже думать не хотелось.
И вот эта выходка с клубом, единственная в которой нам не повезло. Если бы Ирка не вернулась из командировки раньше времени, то отец бы просто решил, что этим письмом кто-то хочет натравить его против Снайпера, но тут так не повезло, Ирка вернулась и рассказала всё отцу, потому что жутко за меня переживала. Я её понимаю и не виню, потому что уверена, ей тоже попало.
Я, как раз расчёсывала волосы у зеркала, когда в комнату вошла моя мама с Инной. Мы поздоровались, и я уже хотела обратиться к Инне с просьбой, когда мама вдруг остановила меня, подняв руку, будто догадавшись о моих намерениях, хотя почему будто, я знала, что она уже давно всё увидела. Это мужчины обычно не замечают очевидных вещёй. Мама настояла на осмотре, мне пришлось подчиниться, но итог меня поразил!
Инна закончила с осмотром, вымыла руки и только после этого с улыбкой сказала:
- Поздравляю, Тиночка, ты станешь мамой.
И всё, я просто выпала, я не слышала, что дальше говорила Инна, потому, что в ушах жутко зашумело: от страха, о радости, от неожиданности, меня переполняли самые разные эмоции.
Это было, как снег на голову, как гром среди ясного неба, очень и очень неожиданно!
Я ведь блефовала, а теперь, когда узнала, что у нас с Глебом будет ребёнок, мне просто сложно было это принять! Мне сложно поверить!
Я улыбнулась и приложила ладонь к животу, чувствуя, как кружится голова!
«Теперь я точно сделаю всё возможное и невозможное, чтобы быть с ним!»
Мама говорила с Инной, и её вот моё положение совсем не удивило, чего уж нельзя сказать обо мне.
Я всё ещё находилась в состоянии лёгкого шока! Очнулась, только когда мы уже распрощались с Инной и спустились в гостиную к отцу. Мама видимо ему уже сказала, а я и не заметила. Я вообще в этот момент ничего не замечала, вообще! Очнулась только после папиных слов:
- Я настаиваю на аборте,- у меня прямо дар речи пропал! Нет, он так не поступит со мной.
- Андрей!- возмутилась мама, нахмурившись, когда заметила моё лицо.
- А, что Андрей?- так же возмутился он.- В следующий раз несколько раз подумает, прежде чем спать с кем попало.
Ну, вот тут уже я не выдержала!
- Папа!- воскликнула я.- Я не позволю тебе отнять у меня самое дорогое, нашего с Глебом ребёнка, ведь я люблю его и хочу быть только с ним, папа! Как ты этого не понимаешь? Я не отступлюсь, никогда, слышишь?
Я, правда, старалась не повышать голос, но во мне всё разрывалось от боли и возмущения! Я понимаю отца, но и он должен меня понять, ведь я тоже человек и имею полное право на свой выбор!
- Я не хочу ничего слышать о вашей любви, Тина! Этого не будет, ты поняла меня? Я позволю тебе оставить ребёнка, но к Снайперу ты и близко не подойдёшь и вообще, будешь сидеть в доме безвылазно!- папа тоже не выдержал и стал кричать на меня и каждое его слово, больно било по сердцу. Сейчас с ним говорить бесполезно и это понимала не только я, но и мама. Она всё больше хмурилась и казалась очень сосредоточенной, видеть её такой я не привыкла.
- Папа, ты не можешь так поступить со мной! Ты же знаешь, я всё равно найду способ быть с ним,- чтобы я, да так просто отступила? Нет, уж, я всё же буду идти до конца!
- Тина, немедленно иди к себе в комнату и чтобы я тебя не видел сегодня! Агата тебя проводит,- проводит? Проводит? Он серьёзно собирается запереть меня в комнате?
- Папа, мне уже не восемнадцать лет и никакого права надо мной ты не имеешь!- эмоционально высказала я, но тут мама вступила в разговор.
- Тинусь, послушай отца, пожалуйста, иди в комнату,- она посмотрела на меня, глазами говоря, что ей нужно поговорить с папой и, повернувшись к нему, подошла и положила свою руку на его напряженное плечо, заглянула в глаза.- Андрей, теперь послушай меня. Подумай хорошо, вспомни нашу молодость, ты этого для нашей дочери хочешь? Этого?- спросила она его требовательно, а мне стало совершенно ничего не понятно. Мне родители с детства твердили, что у них всегда всё было хорошо и я их о прошлом не спрашивала, о том, как они познакомились, как встретились, как папа сделал ей предложение, а всё потому что мне всегда отвечали, что всё было подобно сказке. А теперь оказывается, я чего-то не знаю.
- Варь...- начал папа, но мама его перебила:
- Просто ответь, ты этого от неё хочешь?- тут мне стало видно, что папа сильно задумался, а если и так, то маме будет легче его переубедить, только вот зачем ей это? Она ведь сама всегда настаивала на том, что её дочь никогда, не будет связана с криминалом и никогда не будет с человеком, который хоть как-то замешан во всё это, она всегда была против моих бандитских увлечений, так что случилось с ней сейчас? Почему она отстаивает моё право на отношения с Глебом? Почему её отношение так сильно изменилось? Чего я не знаю? Мне пришлось отвлечься от своих мыслей, потому что мама, заметив в глазах папы, то же что и я обернулась ко мне.- Тин, иди в комнату, а я пока поговорю с твоим отцом.
И я, конечно, пошла, в холле столкнулась с Агатой, нашей домработницей, которая отвела меня в комнату и заперла в ней. А мне вдруг стало очень смешно.
«Выбралась из одной тюрьмы, чтобы угодить в другую»,- причём схожесть была невероятная, такие же панорамные окна, только со шторкой на них, такая же дверь без внутренней скважины.
Агата принесла мне поесть и снова заперла, я поела и вдруг подумала, что здесь-то есть на чём свою злость выместить.
Я поднялась, взяла со стола хрустальную статуэтку, и уже раздумывала в какую стенку её запульнуть, и уже даже руку подняла, когда вошла мама. Она так на меня посмотрела, что мне просто стыдно стало, а после её слов я вообще краской залилась.
- Тана, если ты не уважаешь отца, то прояви уважение, хотя бы ко мне и к моим подаркам,- я кашлянула, отвела глаза в сторону и вернула статуэтку на место, это была хрустальная балерина, не очень большая, но очень красивая и её действительно мне мама подарила.
Я прошла села на мягкую постель и уставилась на свою руку, которая была всё ещё забинтована.
Мама постояла немного, в молчании наблюдая за мной, и подошла, чтобы сесть рядом. Она села и притянув меня к себе, обняла, нежно, прямо как в детстве, гладя по голове.
- Тинуль, ты действительно любишь этого мальчика?
- Да, мамуль я очень его люблю, больше жизни,- я обняла её в ответ и потянулась к резинке на конце косы. Сразу детство вспомнилось, когда мы так же сидели, обнявшись, и я постоянно распускала мамину длинную косу, сейчас я поступила так же и зарылась в её приятно пахнущие карамелью, волосы.
- Это правда его ребёнок, Солнышко?- я просто кивнула, на душе было приятно от нахлынувших воспоминаний.- Тогда я принимаю твой выбор. Каким бы он ни был, но я его принимаю.
Я тут же отстранилась от неё и с улыбкой заглянула в такие родные глаза.
- Мам, ты сейчас серьёзно? Ты ведь сама всегда говорила...- договорить я не смогла, меня прервал мамин кристальный смех.
- Тинусь, я всегда была против твоих увлечений, потому что боялась, что так и случится. Ты влюбишься в того, кто не угоден твоему отцу. Я это чувствовала, дорогая и пыталась оградить от этого, но видимо, от судьбы не уйдёшь. Значит, вы должны были встретиться. И если ты уверена, что именно он твой человек, я поддержу и помогу, вам быть вместе. Только ты должна точно мне сказать, любишь ты его или нет! На что ты готова, чтобы быть с ним?
Вот тут в пору бы расплакаться от счастья, благодарности, умиления, но вместо этого я уверенно
посмотрела в мамины глаза и ответила на вопрос:
- Я готова на всё!- я действительно была готова, давно готова.- Мам, ты просто не представляешь, как я боюсь его потерять,- вздохнула я.- Я никогда так не боялась! Только вот, он сделал мне больно и я не знаю, как мне его простить. Понимаешь? Так больно мне не было никогда, мам!
Я вздохнула, и грустно улыбнувшись, снова посмотрела на свои руки.
- А без этого нельзя, Тин. Когда любишь, боль всегда во много раз сильнее,- мама повернула мою голову к себе и ободряюще улыбнулась.- Иногда любящие нас люди делают нам больно, чтобы защитить. Похоже, твой Глеб, тоже на всё готов, ради вашей любви. Ты ведь не знаешь точно, что побудило его на этот шаг, ты не знаешь всего. Иногда самый дорогой нам человек, готов даже заставить страдать себя, что бы спасти свою половинку. Ты ведь не знаешь всех обстоятельств?
- Ну, вообще-то знаю, но сейчас мне, кажется это не искренним. Он сильно ранил меня, но тогда я воспринимала всё по другому, теперь мне это видится совсем не таким. Фальшивым, будто он действительно специально делал мне больно.
- Тогда я его уже уважаю,- усмехнулась мама.- Не, каждый готов, обречь себя и своего любимого человека на муки ради блага,- тут мама взяла мою забинтованную руку в свою.- Когда-то из-за твоего отца и у меня возникало желание вскрыть себе вены. Очень часто.
Я удивлённо уставилась на маму. Она всё поняла, увидела и не осудила. В её взгляде была лишь поддержка, уважение, гордость и любовь. Она гордилась мной и моим поступком, она поняла, что я люблю его. А ещё меня удивило, что когда-то, мои любящие родители тоже страдали.
- Расскажи,- тихо попросила я. Мама печально улыбнулась и посмотрела в окно перед собой.
- Может, и расскажу, но точно не сейчас. Просто скажу, что мы с твоим отцом начали не правильно. Но мы смогли всё перенести и вы сможете. Ещё я за тебя потому что, когда мы с твоим папой уже хотели быть вместе. Мои родители отказались принять его. И мне пришлось сделать выбор между ним и своей семьёй. И я выбрала твоего отца. Я выбрала сердцем! И я очень не хочу, чтобы тебе пришлось пережить, то же что пережила я. Я не хочу тебя терять, милая. Потому, что точно знаю, кого выбрало твоё сердечко. Вы с папой оба гордые, поэтому этот выбор разрушит нашу семью, так как когда-то разрушил мою.
- Ого, мам,- ошарашено посмотрела я на неё.- Почему ты раньше мне ничего не рассказывала?
- Ну, дорогая, это всегда очень больно вспоминать, но когда-нибудь я расскажу тебе всё. Главное, что я выбрала твоего отца и никогда не пожалела об этом. Теперь, я хочу дать тебе ту поддержку, которой никогда не было у меня. Пора вас с Глебом сводить, Солнышко.
- Как?- тут же заинтересовалась я, радуясь как ребёнок. Моя мама! Постоянно опекающая меня родительница сейчас сама толкает меня в руки моего любимого бандита, как можно таким не воспользоваться?
- Сегодня твой отец обязан присутствовать на вечере для аукционеров, я пойти не смогу, а вот ты сможешь.
- Мам, я не совсем понимаю, к чему ты клонишь,- мама подняла с улыбкой брови.
- Правда, не понимаешь?- я кивнула.- На этом вечере обязательно будет и твой Глеб. Если ты пойдёшь на этот вечер с отцом, то у тебя будет не только возможность встретить его, но и показать твоему упрямому папе, что у вас есть шанс и, что твой Снайпер на твоей стороне. Тинусь, только представь, какой это отличный шанс, прекратить между ними войну. Ты сама знаешь, Тин, что твой папа очень злопамятный и ну вот не может он простить того, что его обошел молодой парень в бизнесе. Это задело его самолюбие. И мне это очень надоело,- она подмигнула мне. Впервые сегодня я увидела свою маму такой.
- Мамуль ты лучшая,- я крепко-крепко её обняла.
- Повторяй это почаще, дорогая,- засмеялась она и с улыбкой отстранилась от меня.- Только, Тинусь, тебе придётся надеть платье, я знаю, что ты как и я их терпеть не можешь, но нужно сразить наповал твою вселенскую любовь. (ну хоть не "твоего Глеба")
- Мама!- тут же возмутилась.- Я и платья вещи несовместимые.
- Тинуль, от такого платья ты точно не откажешься, идём,- встала мама и пошла к двери, а я не могла не съязвить.
- Что домашний арест закончен?
- Пффф, милая, в этом доме я решаю, а не твой папа,- тут же подмигнула она мне. Ох, моя мама оказывается коварная женщина и почему я раньше этого не замечала?
Мы прошли в родительскую спальню, и мама тут же подошла к двери в гардеробную. Вышла она с чехлом в руках.
- Я ненавижу платья, но это как только увидела, сразу подумала о тебе дорогая, знала, что ты не носишь платья, но это я просто не могла не купить,- она протянула платье мне, я заинтригованная положила футляр на постель и стала расстегивать молнию. Сразу же показалась шикарная бархатная ткань тёмно-красного цвета, я бы даже сказала бордового.
Платье оказалось шикарным, выше всяких похвал. Когда я извлекла его из чехла, прямо задержала дыхание. Длинное облегающее платье в пол с соблазнительным вырезом и полностью закрытой спиной, что делает его ещё привлекательнее, длинные рукава, вышитая золотой нитью птица-феникс прямо спереди, притягивает взгляды и делает платье гламурнее, шикарнее. Даже я (человек в принципе, не любящий платья), была пленена им.
Ткань очень приятная на ощупь, что прямо грех не примерить. И я примерила. Платье село идеально, как влитое, будто специально на меня сшито! Оказывается полы платья спереди расходятся в стороны при ходьбе, но это невозможно заметить, если буду просто стоять, я ведь тоже сначала не заметила.
Короче я пересмотрела свой взгляд на платье и осталась довольна.
Я стояла перед зеркалом и не могла оторвать взгляд от платья, которое идеально обтягивало фигуру и показывало все достоинства тела, ничего, не скрывая, обтягивая как вторая кожа. А цвет и птица, будто летящая вверх, придают мне шарма. Я положила ладони на живот и только, кажется, сейчас осознала, что я стану мамой!
Я просто заворожено смотрю на себя, а мама подходит сзади и обнимает меня за плечи.
- Ты шикарна, девочка моя! Сделаем укладку, немного макияжа, чтобы не портить твою природную красоту, и будешь как конфетка, Солнышко!
Мне прямо передался её энтузиазм, и я была готова переступить через себя и пойти в этом платье на этот вечер! Я готова сиять! Я готова вернуть Глеба! Я поражу его и он поймёт, кого он чуть не потерял!