Что она сделала?!
4 февраля
— Что она сделала?
— Очень забавно, Теодор.
— О, да, это и вправду смешно.
— Это был сарказм. Это ни капельки не смешно.
— Ой, да ладно тебе! — смех Тео разносился по туннелю метро, по которому они пытались пробраться. — Чёртова Гермиона Грейнджер, поганая Грязнокровка. Пыль под ногами всех чистокровных пробралась в твою голову... ТАК ЕЩЁ И БЕЗ ПАЛОЧКИ!
Тео ходил по очень тонкому льду. Драко закипал и уже был готов усмирить друга, запустив Аваду куда-то в голову.
— Клянусь могилой Салазара, если ты не завалишься...
— Тебе не смешно? Ладно-ладно... Это просто охринеть как забавно! — продолжил Тео, словно не замечал зёлёного кончика палочки, направленного прямо в его лицо. — Я сейчас умру со смеху!
Драко сильнее стиснул зубы.
— Ммм, как же я надеюсь, что это произойдёт. Я уже вижу то, как ты давишься своим смехом и задыхаешься. Мне даже руки пачкать не придётся. Салазар свидетель, дышать стало бы легче без твоей театральщины и неповиновения!
Они шли по неиспользуемым путям заброшенной лондонской подземки. Темнота заволокла всё пространство, создавая ощущение пустоты вокруг. Поджилки тряслись в ожидании едва заметных движений. Даже люмос, наколдованный тремя Пожирателями, не спасал ситуацию.
Протяжённость туннеля составляла немало миль, а терпение Драко стремительно сходило на нет по двум причинам: периодическое журчание воды из прорванной трубы над головой и непрекращающиеся смешки Тео.
Было морозно и неуютно, воздух пропитался знакомым пронизывающим холодом. Холодом, вызванным самым тёмным проклятием. Чудовищным и безошибочным. Вдоль стен тянулась вереница скелетов, кости и черепа путались под ногами. Складывалось ощущение, что они идут по французским катакомбам, где тела неугодных были замурованы в бетон. Выглядит жутко, но уже привычно. Трупы – и даже скелеты без плоти – перестают будоражить кровь, если ты их видишь каждый чёртов день. Черепа больше не заставляют трястись поджилки, ведь твоё предплечье заклеймовано навечно.
— Я всё ёщё не понимаю, как Грейнджер провернула это, — прорычал Драко, когда они повернули в очередной тёмный коридор. — Это просто невозможно. Она пьёт зелье в течение месяца. Магия должна быть подавлена.
Они должны быть рядом. Если их разведданные верны, то в любую минуту можно будет услышать беженцев. Глупцов, отчаянно пытающихся вернуться на базу Ордена. К их сожалению, в этой части туннеля выхода не было, Драко лично проверил план подземки. Уязвимые трусливые зайцы.
— Думаешь, её организм привык к зелью? — спросил Блейз. — Или, допустим, это связано с бесконечным вмешательством в её голову?
— Кстати, — проговорил Тео, обводя кости в стене палочкой. — Как обстоят дела? Что именно ты делаешь?
Драко фыркнул.
— Для этого вы по званию немного не доросли, Золотые Маски, — боковым зрением Драко заметил непристойный жест сексуального характера со стороны Тео.
— Как ощущалось её вторжение? — спросил Блейз.
Драко прошёлся языком по зубам. Какой ответ от него ожидают? Что было ощущение, словно его опустили в чан с липкой жижей, от которой не отделаться? Что он постоянно думал о том, как Грейнджер – грёбанная Грейнджер – проникла в его разум без палочки? Кто-то, принадлежащий к низшему слою общества и должен был быть намного слабее из-за своей крови, смог сотворить совершенно невообразимое. Чёрт, конечно, Малфоя интриговало это. Или, может, ему стоит сказать о вновь кровоточащей ране из-за пережитой дважды смерти матери? Или о том, что он еле сдержал крик, видя жалость у Грейн... у грязнокровки на лице?
Нет. Драко не мог сказать ни один из этих вариантов, поэтому он выбрал самый простой ответ:
— Это было ощутимо.
Блейз приблизил палочку к лицу Драко.
— А кровь шла? — спросил он, пытаясь подметить малейшие изменения эмоций.
— Да.
— Откуда?
— Из носа.
Блейз кивнул, стремительно перемещая взгляд на потолок, углубляясь в свои мысли. А они всё шли и шли.
Обычно затяжное затишье напрягало Драко. Обычно от него волосы вставали дыбом, адреналин в большом количестве выбрасывался в кровь, пробуждая инстинкты убийцы. Концентрация на малейших звуках и визуальных явлениях усиливалась, чтобы не пропустить еле слышный звук скрипящей половицы, взмах палочки или сгусток магической энергии, спрятавшийся за углом. Все они не сулили ничего хорошего. Это означало лишь одно, где-то притаился хищник, жаждущий твоей крови.
Также тишина означала, что крики тех, кто пал от его руки за эти годы, могут настигнуть его в любую секунду. И это было хуже всего. В его сознании словно открывалась форточка, через которую проскальзывали отголоски воплей. Теперь они терзали его, мстили за совершенные им пытки. Было ощущение, словно тысяча скальпелей скользит внутри черепной коробки. Чудовищнее всего было засыпать в абсолютной тишине, поэтому сон Малфоя стал сопровождаться музыкой из проигрывателя, зачарованного ни на секунду не прерываться. Он убаюкивал и заглушал любые звуки прошлого в его голове.
На заданиях же всё было иначе. Драко чувствовал себя комфортно. Тишина помогала обострить каждый осязательный орган, заметить и застигнуть врасплох своего врага.
Жаль, что Теодор всегда умудрялся разрушить хрупкий симбиоз Драко и тишины.
Словно раскат грома среди ясного неба позади них раздался громкий хрустящий звук. Драко и Блейз среагировали на него, отправив в пустоту туннеля по Аваде. Только там не было никого, кроме Теодора Нотта и руки скелета, которую он на кой-то чёрт достал из стены.
Тео был в своём репертуаре и, когда два других Пожирателя Смерти уставились на него, задорно помахал дополнительной рукой, словно это была игрушка.
— Зачем она тебе?! — гнев перетекал по венам Малфоя с бешенной скоростью.
Ухмылка расползлась по лицу Тео, как только он стянул серебряный перстень со сверкающим сапфиром с костлявого пальца. Осветив кольцо Люмусом, драгоценный камень заискрился синими бликами на стенах, изуродованных трупами.
— Думаешь, ему оно ещё пригодится?
Драко покачал головой, развернулся и проследовал дальше по железнодорожным путям.
— Ой, да ладно тебе, Малфой, — пропел Тео позади. По звукам казалось, что он идёт вприпрыжку. — Какой смысл во всём этом, если нельзя немного повеселиться? Хочешь пропустить все прелести жизни мимо себя?
— Не так сильно как хочу придушить тебя.
Наконец – наконец-то – Драко услышал долгожданные голоса. Несколько низких и отчётливых шепотов.
— Маски, джентльмены, — Малфой сделал паузу, а затем продолжил несколько тише. — Мы должны выполнить задание незамеченными.
— Так точно, капитан, — сказал Тео, отдав честь рукой скелета до того, как нацепил на лицо маску.
Драко и Блейз поступили так же. Одновременным взмахом палочек Пожиратели наложили искажающие чары на голосовые связки.
— Напоминаю, мы пришли за разведданными, а не ради бойни, — прошептал Драко, облокачиваясь о стену. Он заглянул за угол, чтобы увидеть предполагаемых заложников. Как и ожидалось, в пещере было шесть мужчин и три женщины. — Мы должны схватить как можно больше.
Обе Золотые Маски кивнули.
— Это значит, что они нужны нам живыми, — жёстко проговорил Драко. Он и Блейз повернулись к Тео.
— Что? — Нотт поочерёдно посмотрел на друзей, чувствуя их тяжёлые взгляды даже сквозь маски.
— Теодор, — прошипел Драко. — Никаких убийств.
— Да, я бы никогда! Я в шоке! Крайне потрясён тем, какого вы обо мне мнения... — возмущался Тео.
— Я серьёзно, Нотт! Никаких. Блять. Убийств!
Повисла напряжённая тишина. Теодор тихонько постукивал ногой по полу, сжимая и разжимая пальцы вокруг палочки. На секунду Драко показалось, что он ослушается.
— Прекрасно! — Тео поднял одну руку в примирительном жесте, а рукой скелета, которую до сих пор крепко держал, начертил невидимых крест на груди. — Торжественно клянусь свои чёрным зачерствевшим сердцем, что не убью никого намеренно.
— Спасибо, — Драко выдохнул.
— Но, если кто-то случайно попадёт под мою Аваду, я не при делах!
Всё прошло так, как предполагал Драко.
Блейз, как обычно, выполнял все его приказы: выскочил из-за угла, увидев сигнал от Малфоя, и наложил сильное, но не смертельное, проклятье. Двое сразу потеряли сознание. Неразрывные цепи опутали их ноги и запястья, а затем переплелись между собой, связывая заложников друг с другом. В отключке, но живые. Надёжно связанные, не имеющие ни единого шанса сбежать.
Конечно же, как и ожидалось, Блейз неукоснительно выполнял все приказы Драко, а Теодор пропускал мимо ушей абсолютно всё. Ничего нового.
— Салазар тебя побери, ты действительно убил столько? — прошипел сквозь зубы Блейз, пока очищал свою форму. — Тёмный Лорд будет в ярости. Ему нужен был каждый из них, а не трое из девяти!
— Он же большой мальчик. Уверен, он с лёгкостью переживёт это, — Тео пожал плечами, продолжая тащить заложников по туннелю к выходу на станции метро Вестминстер.
— Вперёд! — прорычал Драко. Хоть Теодор и был его закадычным другом, но у всего есть свой предел. Саркастичная Золотая Маска ходила уже по острию ножа, рискуя потерять свой длинный язык. — Беги, пока я не нашёл достойное проклятие и не показал тебе, что бывает с теми, кто смеет ослушаться моих приказов!
Обычно лицо Теодора не выражает никакие эмоции, но сейчас оно явно передавало его настрой. Лёгкая ухмылка преобразилась в подобие оскала, а брови практически сошлись на переносице. Сделав шаг вперёд, он направил свою палочку на Драко.
Оглушительный рык Чёрной Тени рассёк воздух. Пасть с клацаньем закрылась, когда она агрессивно шагнула в сторону Нотта. Мост содрогнулся под весом драконихи.
Тео незамедлительно опустил палочку и сделал несколько осторожных шагов назад. Пару секунд он прожигал Малфоя взглядом, а затем, расправив плечи, аппарировал.
— И? — спросил Драко, как только Нотт испарился. — Какая у тебя теория?
— Сейчас это только теория. Я даже не уверен, что такое возможно. Скажем так, уникальные обстоятельства не позволяют мне объективно оценить точность гипотезы, — говорил Блейз, застёгивая запонки. Привычка, которую он приобрёл много лет назад. Если Забини прихорашивается, значит, в его голове ураган мыслей, которые нужно упорядочить. Если же Блейз выглядит так, словно сошёл с обложки "Ведьмополитена", значит наступил штиль. — Я полагаю, но опять же не уверен в возможности этого, что она каким-то чудом смогла подключиться к твоему магическому каналу, когда тронула тебя. И, соответственно, воспользовалась твоей же магией против тебя.
— Получается, ты считаешь, она украла какую-то часть моей магии? — челюсть Драко отвисла настолько, что отпала бы, если бы не мышцы и суставы.
— Не совсем, — Блейз покачал головой. — Думаю, слово "заимствование" будет более уместно. Легилименция – мм, по своей сути, магия разума. Совместим её с проклятием крови, которым Тёмный Лорд связал вас. Оно же дало тебе более свободно проникать в её голову, да?
Драко еле заметно кивнул в ответ.
— Что же, думаю, что ваша связь и предположительная толерантность к антимагическому зелью сделали возможными использование твоей магии и, как следствие, проникновение в твой разум.
Малфой потерял дар речи. Абсолютно всё, что сказал Забини, звучало логично. Блейз со своей "неуверенной" теорией смог объяснить, почему после сеанса у Драко шла кровь, а у неё нет; как ей удалось проникнуть в самый защищённый уголок его сознания без особых усилий; почему потребовалось чёртов вагон и маленькая тележка времени, чтобы отыскать Грейнджер, которая смогла ещё и скрыться, в его голове. Всё оказалось просто – ему нужно было искать своей магический след, а не её.
— Неосознанно, но ты дал ей доступ к своим воспоминаниям, — продолжил Блейз, не получив ответ от Драко. — Важно другое – знает ли она, что может повторить это.
Повторить. Это слово прошибло Драко не хуже Круцио.
— Без шансов. Больше она не проникнет в мою память. Повышу дозировку зелий. Пусть хоть утопится в них.
9 февраля
В этот полдень Драко был молчалив, когда сопровождал Асторию по территории поместья. Он слушал её рассказ о дорогих бриллиантовых ожерельях и экзотических винах, которые попробовала в Париже. Его отстранённость выдавал взгляд, опущенный в пол.
Малфой слушал, но не слышал. Его мысли заволокло возможное воровство магии одной ведьмой, поэтому слова Астории просто пролетали мимо ушей. Иногда прогулки с ней были самым главным событием его дня. Миссис Забини была для него не просто самым близким другом, она была ему словно сестра.
Всё детство, когда матери вынуждали их проводить время вместе, Драко находил её общество умиротворяющим. Она умело поднимала ему настроение, виртуозно подбирала слова, чтобы ужасные мысли, терзающие голову Малфоя, исчезли. Астория всегда могла отвлечь его и заставить улыбаться во всех тридцать два, элементарно болтая о журналах, где писали о юбках с А-образным подкладом, или заставляя мастерить шкатулки. Этим она словно перемещала его в почти беззаботное детство. Ничего удивительного, Тори была очаровательной, сладкой крошкой с манией ко всему сверкающему и красивому. Она напоминала Драко сороку. Сороку с проблемами с алкоголем...
Астория всегда занимала особое место в холодном, чёрном сердце Драко. Конечно же, за двадцать пять лет дружбы он запомнил, что ненатуральная блондинка не любит, когда её игнорируют. Никогда. Ни при каких обстоятельствах.
Она прервала поток его мыслей лёгким толчком в плечо.
— Скучаешь?
Он оторвал глаза от пола, встречаясь с пытливым взором миссис Забини.
— Что у тебя на уме?
— Ничего, — Драко пожал плечами, увлекая Асторию за собой мимо кустов роз, которые ещё не зацвели.
Тори замолчала. Ни одно слово не слетело с её уст, пока они шли мимо извилистых кустов глицинии, а далее огибали озеро в восточной части территории. Дойдя до их скамейки под цветущей вишней, крики в голове Драко стали слишком громкими. Это раздражало.
Чёрный платок из кармана был трансфигурирован в одеяло. Малфой застелил им скамью и жестом предложил Астории присесть.
— Ты как? — спросила Тори, когда он присел рядом с ней. — Ты сам не свой последние несколько дней.
— Нормально.
— Уверен?
— Да!
— Просто, если это не так, ты можешь рассказать мне...
— Я в порядке, Астория, — сквозь стиснутые зубы прошипел Драко. Достав пачку сигарет, он прикурил от кончика палочки. Вторая рука опустилась на спинку скамьи, а указательный палец вырисовывал неизвестные никому узоры на полированном дубе.
Тори хватило выдержки дать ему сделать несколько затяжек, прежде чем продолжила допрос:
— Это из-за того, что Гермиона увидела в твоих воспоминаниях? — спросила она, весь её вид выражал серьёзность. — Из-за воспоминания с твоей мамой?
— Нет, — пальцы Драко крепко ухватили спинку скамьи.
— Понимаю, это выбивает из колеи. Должно быть, это больно...
— Нет, не больно, — прошипел он снова, злости в голосе было столько, что Астория вздрогнула. — Салазар, ты такая же как и твой муж. Я сказал один раз, потом ещё чёртову тысячу раз. Я не хочу говорить об этом. Ни с Тео, ни с Блейзом и, определённо, не с тобой.
Миссис Забини некоторое время пялилась, поджав губы. Карие глаза выражали тысячу и одну эмоцию: волнение за его неопрятный вид, раздражение за грубость, злость за агрессию в её сторону и сочувствие, ведь она подметила, как нервно Драко крутит серебрянное кольцо на мизинце. Астории ничего не оставалось, поэтому она лишь вздохнула и, прислонившись к скамье, достала свою серебряную фляжку.
Драко вновь затянулся, впуская в лёгкие никотин.
— Хотела бы я, чтобы вы – мальчишки – перестали травить себя этой дрянью, — уклоняясь от дыма, проговорила Астория и скорчила гримасу. Драко взглянул на неё краем глаза и усмехнулся.
— Правда? Чем же дрянь, которой ты травишь себя, лучше моей? — спросил он, постучав по дну фляжки.
— Туше, Драко, — тихо хихикнула Астория, сделав большой глоток вина. — Полная капитуляция.
Он был благодарен Мерлину, когда Тори начала чуть ли не тараторить об отбеливающих заклинаниях. Оживлённая болтовня об уходе за светлыми волосами отвлекла его от ужасающего поворота, к которому плавно текли его мысли. Точно в яблочко, как и всегда. Астория не была такой слабой, как ей хотелось бы, чтобы люди думали.
Сколько бы Драко не пытался, он не мог избавиться от мыслей о Грейнджер с того момента, как она вторглась в его голову. Он старался, Мерлин, изо всех сил старался. После сеанса легилименции Мафлой аппарировал на базу Волдеморта и следующие несколько часов пытал заложников, желая выместить всю свою ярость. Но ничего не помогло. Ни отрубленные пальцы одного мужчины, ни раздробленные кости рук другого не уменьшили его боль. Ту боль, что сжимала его грудную клетку и намеревалась перекрыть кислород. Боль от того, что он снова увидел изуродованное тело матери на своих руках.
Чем больше проклятий срывалось с его палочки, тем больше он осознавал всю тщетность усилий, тем сильнее ярость застилала его глаза. Как обычно, гнев взял над ним верх. Видя перед глазами жалкий взгляд Грейнджер, он не рассчитал силу проклятия и одним махом отрубил голову Кэтрин Томас.
Если бы только Волдеморт узнал, что ещё одного заложника убили, Малфоя ждала бы участь хуже смерти. К счастью, он не был идиотом, поэтому избавился от тела и подправил воспоминания надзирателей до того, как они осознали произошедшее. Теперь две новые и абсолютно бесполезные Чёрные Маски хранят в памяти то, как они по неосторожности задушили пленницу, закрепляя цепи на её шее. Тёмный Лорд убьёт их, но это уже не проблемы Драко. Бесполезные и недостойные носить даже Чёрные Маски, без них армия Волдеморта будет явно сильнее.
Следующая ночь пролетела под действием лекарства, которое предпочитала Астория. Драко очень старательно искал покой на дне бутылки выдержанного огневиски. Астория присоединилась к его компании, а затем они разорили ликёрный шкаф Люциуса, словно подростки в рождественское утро. Астория ушла около двух часов ночи, Малфой же просидел где-то до четырёх утра.
Астория резко ткнула Малфоя локтём, заметив, как фигура Грейнджер появляется из-за распустившихся кустов крокусов. Чёрный кардиган плотно облегал тело Гермионы, а в руках дымилась чашка чая. Увидев Драко и Асторию, она замерла. Её нога зависла в воздухе на секунду, а глаза округлились. Тепло улыбнувшись и неловко поприветствовав Асторию, она ретировалась в том направлении, откуда пришла. Драко же не был удостоен даже взгляда.
— Кажется, она пришла в замешательство, когда увидела нас, — сказала Астория, стоило кудрявой копне волос Гермионы скрыться за углом. — Думаю, ей очень полюбилась эта скамейка.
— Думаешь? — безучастно спросил Драко.
— Ммм, — Астория сделала глоток из фляги. — Странно это, тебе так не кажется? То, что из всех скамеек, разбросанных по территории поместья, ей приглянулась именно эта?
— Нет.
Драко чувствовал взгляд Астории из-за фляги.
— Она достаточно привлекательная, не думал об этом?
— Ммм, да? — Драко в очередной раз затянулся сигаретой и поднял голову к облакам.
— Не делай вид, что не заметил этого, — прошипела Астория. Казалось, можно было услышать, как она закатывает глаза.
— Ты забываешь, что она грязнокровка, Астория, и находится здесь только из-за того, что нужна Тёмному Лорду. Если бы не это, Чёрная Тень уже бы лакомилась деликатесом из её печени.
— Не лги мне, Драко. Знаешь же, что у тебя это хреново выходит, — миссис Забини прищурилась и подсела к нему ближе. — Мы провели вместе детство. Я вижу, когда ты нечестен со мной.
— Неужели? — хмыкнул Малфой. — Что именно меня выдаёт?
— Так я тебе и сказала. Потерять преимущество? Увольте, — хмыкнула Астория и отпила из фляги. — Не пытайся сменить тему. Ты проводишь с Гермионой так много времени. Не говори, что не видишь, как она красива.
— Тебе когда-нибудь говорили, какая ты раздражающая?
— ... Я видела, как ты тайком смотришь на неё...
— Словно таракан, который хочет, чтобы его раздавили...
— ... Ты просматриваешь её воспоминания часами. Абсолютно нормально, что возникла некая связь...
— Ты пытаешься разглядеть то, чего нет, Астория, — усмехнулся Малфой, выдыхая табачный дым. — Мне приходится проводить с ней время по просьбе Тёмного Лорда. Чтобы достигнуть желаемый результат, нужны время и терпение. К сожалению, ещё не придумали, как проводить сеансы Легилименции на расстоянии.
Сигарета медленно дотлела в руке. Драко невесело хмыкнул и, бросив окурок на землю, затушил его мысом. Он продолжил говорить, только прикурив новую:
— А те "тайные взгляды", о которых ты говоришь, всего лишь проверка её физического состояния. Тёмный Лорд требует, чтобы она была в здравии, пока полезна ему. И именно по этому я не могу допустить того, чтобы она, например, упала с лестницы и свернула себе шею из-за головокружений от потери крови...
— Ты считаешь, что у неё красивые глаза, — прервала его тираду Астория, нежно улыбаясь. — Даже когда ты хочешь их выколоть, они всё равно красивы.
Пощёчина была бы менее шокирующей, чем эти слова Астории. Малфой просто таращился на неё, слегка приоткрыв рот. Видимо, в этом доме ничего не пройдёт мимо неё. Проницательная маленькая пиявка.
Улыбка на лице Астории расползлась шире, когда Драко замолчал.
— При проектировании поместья твои предки решили, что толстые стены здесь ни к чему. А ты очень шумный в гневе.
— Ты же знаешь, что леди не следует подслушивать?
— Я тебя ни в чём не обвиняю, — отмахнулась Астория. — Её глаза, действительно, притягательные, а улыбка способна растопить вековой лёд.
Миссис Забини поднялась со скамьи и, расправив видимые только ей складки на юбке, одарила Драко улыбкой.
— Знаешь, мне кажется, она может растопить твоё заледеневшее маленькое сердце, если ты позволишь, — она протянула ему руку, приглашая продолжить прогулку. Малфой был благодарен ей за готовность сменить тему.
Последняя глубокая затяжка, и истлевшая сигарета оказывается под ботинком. Драко встал со скамейки и взял Асторию за руку.
— Я уеду двенадцатого числа, — проговорил он, сопровождая Тори обратно в поместье. Она озадаченно посмотрела на него. — У Тёмного Лорда задание для меня в Италии. Это всего на несколько дней.
— Ммм, получается, Гермиона останется одна на пару дней, — поджав губы, Астория устремила взгляд на небо. Видимо, эта черта передаётся вместе с фамилией Забини. — Нужно будет попросить эльфов наложить чары, чтобы еда появлялась в её комнате. Интересно, есть какие-то особые предпочтения по меню... — Тори вздохнула, увидев удивление на лице Драко. — О, неужели ты забыл? Я же напоминала тебе в понедельник, что мы с Блейзом уезжаем в Германию на следующей неделе, а Тео побудет в Манчестере несколько дней.
— Прости, что не могу помнить обо всём сразу, Тори. Видишь ли, я слишком занят. Главный генерал Тёмного Лорда не может сидеть в сторонке. Бесконечные пытки заложников и всё такое, понимаешь? Увы, некоторые мелочи просто вылетают из головы, — прорычал Драко и сразу же пожалел об этом. Он уже сорвался на Асторию сегодня и, Мерлин свидетель, ещё один раз и можно попрощаться со своей собутыльницей. — Домовики не могут присмотреть за ней?
— Нет, они едут с нами.
— Почему...
— Гермиона не собака, Малфой! — прикрикнула Астория. — Она не беспомощная. Ничего не случится, если она останется одна. Тем более ей не помешает отдохнуть от всех нас. Знаешь ли, потоки смерти и крови, а также чёрной магии, которая льётся из вас – мальчиков – не очень-то хороши для здоровья.
Драко не нашёл что ответить. Он повернул голову так, чтобы можно было проследить за узором кирпичной кладки, выслушивая тираду Астории. Но сразу же наткнулся на пару глаз, тёпло-медового цвета, глядевших на него из самой высоко расположенной спальни в поместье. И не смог отвести своих глаз. Это были те самые глаза, что смотрели раньше со злобой и ненавистью. Некогда свирепые и полные решимости, которую способна выдать только львица.
Но эти глаза... чёртовы глаза не выражали сейчас ничего, кроме сочувствия и сожаления. И Драко до безумия ненавидел её за это.