Семнадцатая жена

Из окон двадцать пятого этажа башни «Вечность» открывался живописный вид на Сент-Иден. Старомодные монолитные высотки блестели куполами, шпилями и зеркальными стёклами под сводами арок в обрамлении архитектурных барочных излишеств в зареве заката. Пылающее на весь горизонт небо являло фантастическое зрелище, словно тысячи баллистических ракет поднялись из своих шахт и встретились в одной точке, вместо уничтожения, подарив миру красоту. Необъятную и столь недолгую в масштабе времени. Сэмюэль Брюс, насладившись видом, перевёл мысли в практическое русло. Через двадцать восемь минут ему предстоит открыть заранее взломанное окно, включить камуфляж и быстро, пока «Отто-3» не среагирует на неожиданные помехи, подняться на террасу двадцать седьмого этажа. И лишь несколько метров останутся между ним и целью. В точности координат своей цели, Дмитрия Идена, Сэмюэль, агент МИ-6, не сомневался. Он два года и одиннадцать месяцев безвыездно работал на Сент-Идене, на благо корпорации чиня лифты. А их в городе очень много. И ещё больше под ним. Сэмюэлю приходилось проводить профилактику и самого главного лифта, шахта которого проложена от минус восьмого этажа до пентхауса башни «Вечность», установив в процессе маленькую дополнительную деталь. Теперь он всегда знал, кто и в каком направлении пользовался подъёмником. Прикрытие лучшего рабочего службы лифтов стоило дорого. В том числе жизни другого агента, своей целенаправленной диверсией продемонстрировавшего преданность шотландца «Иден».

Четыре часа назад Сэмюэлю Брюсу поступило срочное задание, дополненное эксклюзивной информацией. Опасный ход, учитывая его основной род деятельности – исключительно сбор информации. Вход через парадные двери никто не отменял, но договариваться на официальном уровне с встречами и документацией слишком долго. А самого Сэмюэля быстро свяжут и принудительно допросят, стоит ему намекнуть на особую осведомлённость, что подпортит ход сделки.

Через полтора часа к рейду острова Сент-Иден подойдут скоростные военные катера с десантом и два вертолётоносца вооружённых сил ЕС. Цель проста – взятие под полный контроль сердца корпорации «Иден» и арест её патриарха и властителя. Сэмюэлю требовалось преподнести мистеру Идену данную информацию как эксклюзив и предложить убежище в Великобритании, у которой нет экстрадиции в Европейский Союз, в обмен на сведения, документацию, чертежи. В качестве бонуса – гарантия безопасности и для Юлии Девил, в настоящий момент пребывающей в бегах от Интерпола. Не исключено, что она сейчас на острове. Ибо куда ещё могла она деться? Конечно, им обоим придётся отказаться от значительного числа своих активов, но жизнь дороже. Тем более держать их будут отнюдь не в спартанских условиях и позволят продолжать заниматься любимыми делами. Хоть, естественно и с ограничениями. Существовал риск, что мистер Иден окажется осведомлённым в вопросе штурма – в этом случае предложить окажется пугающе нечего. Но зачем тогда миллиардеру оставаться на острове? Или он как раз и ожидал певичку, затопившую экраноплан в Средиземном море и добирающуюся на каком-нибудь катере? Самого агента до сих пор удивляла резкость, с которой вялая и нерешительная Европа решилась на боевые действия в течение суток, смяв всех сторонников «Иден». Управление МИ-6 считало, что причина кроется в сенсационном успехе ряда военных разработок, осуществлявшихся по европейскому заказу и на европейские деньги, которыми теперь миллиардер не хотел делиться, угрожая обнародовать компрометирующие соглашения. Или же Дмитрий стал слишком силён и опасен даже для своих покровителей из немецких промышленников и французских финансистов.

- Мистер Иден?

- Я тебя внимательно слушаю, Герт. - Дмитрий полу дремал, сидя на узком диване.

Появление начальника службы безопасности вывело его из неги лёгкого сна. Мужчина сменил позу, но, подержав глаза открытыми, предпочёл их снова закрыть, откинув голову на спинку. Голландцу было не привыкать.

- Всё осталось по-прежнему?

Лицо Дмитрия на доли секунды свела судорога боли, но сразу отпустила. Герт знал, что миллиардеру весьма неприятна данная тема, но голландец должен был знать.

- К сожалению, да. Но Калиса намерена продолжить исследования на новом месте. У неё свежий материал для работы. Перед наступлением точки отторжения я распоряжусь о погружении тебя в заморозку. Ты сможешь пребывать в ней достаточно долго, без вреда для себя, до момента... Столько, сколько потребуется, чтобы твоему здоровью ничего не угрожало.

- Синтетические ткани переживут заморозку?

Дмитрий открыл глаза и со смешанным чувством усталости и жалости посмотрел на своего подчинённого.

- Должны. Я знаю, что всё плохо, но я лично разговаривал с Калисой на твой счёт. И не один раз. Всё лучшее, что у нас есть, будет использовано.

- А сама мисс Фокс как? – Герт выжидающе посмотрел на Дмитрия.

- Она – уникальный случай. Калиса... Она очень долго экспериментирует сама с собой и её организм приобрёл беспрецедентную гибкость. Она как молодое деревце – всё что ни привьёшь прирастает и цветёт. Возможно, именно такими будут люди будущего: неограниченные в возможностях и универсальные для совершенствования. Но пока что она такая одна...

Герт де Вос подавил тяжёлый вздох. Искусственные ткани. Механические имплантаты. Будущее, одним словом. А такое уязвимое. Он верил мистеру Идену, потому что тот верил ему. Будет сделано всё возможное. Для него, но не для остальных. Второе поколение модернизации человека оказалось ещё более дефектным, чем первое, только выяснилось это гораздо позже. Изначально рассчитывалось, что, когда начнётся отторжение тканей и интоксикация организма стимуляторами, уже будет готово третье поколение и все побочные эффекты легко нивелируются. Но всё оказалось гораздо сложнее: исследовательские работы в «Ред Фокс» практически застопорились. А между тем второе поколение модернизации использовалось повсеместно – как в корпорациях Калисы и Дмитрия, так и за их пределами. Баснословно дорогие операции делали себе финансисты и политики, существовало также несколько ЧВК исключительно из генно-модифицированных бойцов, не считая «Химеры». Все эти люди не знали об истинном перечне побочных эффектов, а теперь для них уже поздно.

Дмитрий вернулся к дрёме, но прервал мысли Герта своими собственными:

- Скажи, что ты думаешь о касторцах.

- Инопланетный разум, который невозможно уничтожить. - Начальник службы безопасности быстро отреагировал на неожиданный вопрос.

Глава корпорации «Иден» расхохотался.

- Достаточно точно. Но скажи, задумывался ли ты, о том, что они в первую очередь ищут не наследника, а сына?

Герт де Вос вопросительно посмотрел на миллиардера, продолжившего рассуждать с закрытыми глазами.

- Мы осведомлены о общественном строе касторцев, о принципах мысли, но ничего не знаем о их чувствах. Может ли Асфодель, похоронившая одновременно и мужа, и отца, искать своего сына не потому, что он должен возглавить свою цивилизацию, как того требует биология их сообщества, но прежде всего, потому что он – часть того, кого она могла любить. Который не смог вдохнуть жизнь в сосуды, коими являлись целых шестнадцать жён, но смог наградить её. Семнадцатую жену.

Солнце спряталось от жестокого мира, последние отблески заката бросали блики на гладь Средиземного моря. Время настало. Окно легко поднялось вверх, Сэмюэль выскользнул наружу, закрепившись на широком карнизе. Рама вернулась на место, закрыв точку входа. Снизу горели фонари, освещая центральные улицы города, сновали жители, желавшие отдохнуть после долгого рабочего дня, вальяжно проезжали малочисленные на маленьком острове легковые автомобили. Погода располагала к прогулке, зазывая на променад прохладой и слабым бризом, доносившим запахи моря, почти нетронутые дымкой портовой вони. Причудливая кладка и чрезмерные украшения стали верными друзьями шотландца, скрытого от электроники полем генерируемых низкочастотных помех, а от враждебных глаз – маскировочным костюмом. Тем более выходившее окнами на эту сторону стратегической высотки офисное здание уже закончило свою работу. И как Брюсу было известно, остров, чрезмерно изощрённо охраняемый снаружи, от гостей изнутри защищался на порядок хуже.

Терраса пентхауса миллиардера кричала пуританизмом. Кроме каменных скамей, охраняемых горгульями, вплетённых в отделку здания, похвастаться ей было больше нечем. Практически дворик средневекового монастыря. Бронированные, экранированные и неизвестно какие ещё окна располагались на другой стороне, там же где и дверь из гостиной пентхауса на террасу. Практичней и надежней было бы выложить монолитную стену, а изнутри обойтись стерео-обоями, но это не для Дмитрия Идена. Этот сумасшедший миллиардер может дать фору многим вымышленным злодеям комиксов, хотя его циничную логику нередко можно признать гениальной к своему собственному удивлению. Но не в этот раз. Пробежав под прикрытием балюстрады на противоположный конец террасы, Сэмюэль завернул за угол. Широкие двери были распахнуты навстречу лёгкому ветерку и огням кинотеатра «Купол», край тёмно-бордовой портьеры призывно колыхался на виду, приглашая войти. Ухмыльнувшись про себя подобной беспечности, агент МИ-6 в один кувырок оказался у проёма и заглянул внутрь. Напротив него находилась дверь в другую комнату, правее неё – огромный аквариум-стена, за рыбками и водорослями в котором виднелись шкафы с книгами и высокая спинка кресла. Остальной обзор пространства за водным миром закрывал массивный стол на вычурных ножках, окружённый стульями с мягкими спинками, занявший бы половину квартиры Брюса, но здесь даже не бросавшийся в глаза. Компанию гарнитуру составляла пара диванов и кресел с обивкой на хтонические темы, необъятный как Россия сервант с одалисками, расписные вазоны с раскидистыми вечнозелёными растениями, бюст римского императора и несколько отчего-то пустых громоздких мраморных постаментов. Резные панели красного дерева довершали обстановку багровой роскоши. Дмитрия Идена не наблюдалось.

Сэмюэль медленно прокрался внутрь и повторно огляделся по сторонам. В поле зрения попали незамеченные от входа напольные часы, по размерам не уступающие башне ратуши старого города из центральной Германии, двустворчатая дверь, ведущая в холл, концертный рояль и обилие картин на незанятой аквариумом, сервантом и окном стене. Но агент британской разведки не успел изучить полотна. Едва уловимое, практически бесшумное движение за его спиной заставило шотландца прыгнуть вперёд, сделать кувырок и, развернувшись, выхватить оружие. Теперь позади находилась дверь в кабинет, а у закрывшейся двери на террасу стоял высокий и худощавый мужчина в элегантном сером костюме, волевой подбородок которого скрывала вычурно выбритая бородка. Дмитрий Иден.

- Добрый вечер. Приношу свои извинения за вторжение, но у меня есть для Вас весьма интересное предложение. - Сэмюэль, выпрямляясь, совершил вальсирующий жест рукой, словно совершал поклон миллиардеру. Дмитрий падок на церемониальные мелочи и статусные условности.

Однако оружейный магнат не проронил ни слова в ответ, продолжив недвижно изучать гостя яркими карими глазами. Словно статуя сошла с одного из пустующих мраморных постаментов: каменный гость, заглянувший к Донжуану. При абсолютном портретном сходстве, Сэмюэль начал подозревать в человеке напротив него клона или нечто похуже. А в самой ситуации – ловкую ловушку. Брюс сделал осторожный шаг вперёд, и это послужило сигналом для «человека» напротив. Дмитрий Иден, или существо, выглядевшее как он, в один прыжок преодолел расстояние до шотландца, выбив сильным ударом из его руки пистолет. Агент успел сделать два выстрела, испортивших однобортный пиджак оружейного барона, но никак не повлиявших на его поведение и жизнь. Сэмюэль увернулся от следующего удара, и он пришёлся в деревянную резную панель отделки, ответившую жалобным треском. Подданный короля попытался контратаковать, получил сильный удар в ответ, избежал захвата и переместился в угол. Против него был не клон, а именно нечто похуже, возможно, киборг, не склонное к обсуждению сделки. Из чего напрашивался один вывод: Дмитрий Иден всё знает, на острове его уже нет, а наступающих европейцев ожидает такая же ловушка, только иного масштаба.

Псевдо миллиардер прыгнул к Сэмюэлю, но он успел схватить с пьедестала бюст римского императора, кажется, Октавиана Августа, и со всей силы наотмашь ударить им по лицу атакующего. Шея «Дмитрия» с хрустом вывернулась, голова заняла неестественное положение, всё лицо перекосилось от сломанных скул, из разорванной кожи потекла кровь, но нападавшего неудобства не смутили. Воспользовавшись его короткой заминкой, шотландец побежал к серванту, но был настигнут. Киборг схватил его, поднял над ковром и кинул в сторону аквариума. Пробив два стекла, Сэмюэль приземлился на письменный стол в кабинете, проехал по его столешнице и рухнул на кожаное кресло, раскидав во все стороны письменные принадлежности. «Дмитрий» вбежал в комнату через дверь, но, поскользнувшись на одном из бывших обитателей теперь уже бывшего аквариума, завалился на спину, вспоров себя торчавшими осколками стекла. Поднявшийся Брюс попытался насадить нападающего ещё глубже на торчавшие из стены обломки, но его взяли за грудки и перекинули через голову к обеденному столу, опрокинув стулья.

Поднявшись с кусков стекла, киборг прыгнул сверху на лежавшего шотландца. Ему удалось, воспользовавшись свёрнутой набок головой врага, взять инициативу на себя и перевернуться несколько раз с ним вместе, оказавшись сверху. Но под столом. «Дмитрий» толкнул Сэмюэля от себя с такой силой, что тяжёлый исполинский стол перевернулся, зазвенев золотыми канделябрами. Брюс едва не пробил головой столешницу и откатился к дивану, оглушённый и со звоном в ушах от удара. Он попытался встать, хватаясь руками за мебель, расфокусированным взглядом заметив журнальный столик с высохшим мокрым отпечатком руки, словно на него кто-то облокотился, едва выйдя из душа. В следующий момент киборг схватил его за шиворот и, пронеся несколько шагов, познакомил с напольными часами, вбив агента в стекло и механизм.

Сэмюэль чувствовал лишь пронзающую боль по всему телу от ударов и битого. Челюсть точно была сломана, перекошенное от боли лицо упиралось в шестерёнки, в руку впился кусок маятника, на дно часов капала кровь. Сильная рука «Дмитрия» теперь сжимала горло агента, другая держала каркас часов, чтобы он не рухнул на них обоих. Где-то далеко раздался взрыв, за которым последовала канонада и вой сирены. С опережением графика началось наступление войск ЕС.

- Добрый вечер. - Пентхаус озарил приятный женский голос, мелодичный и вежливый. - Вас приветствует «Отто-3», биокибернетический разум, занимающийся охраной острова и города Сент-Иден, принадлежащего корпорации «Иден» и являющегося основной территорией Великого Княжества Иден. Ввиду того, что с вероятностью 78,5 процента остров будет разрушен в течение ближайших тридцати двух минут, а с вероятностью 99,7 процента приславшая Вас организация так и не получила ответы на свои вопросы, я, с разрешения вышестоящей инстанции, готов ответить на некоторые из них с целью последующей пересылки ответов заинтересованной стороне. Однако предвидя возникшие у Вас трудности с коммуникационными навыками, например, сломанную челюсть, сотрясение мозга, множественные внутренние и внешние кровоизлияния, я взял на себя смелость составить перечень наиболее интересных для Вас и Вашей организации вопросов. Я их озвучу, для удобства они будут иметь порядковый номер, а Вам останется только набрать цифру, соответствующую интересующему вопросу на терминале. Я отвечу на три вопроса из списка. Но на один могу ответить сразу и бесплатно. Вас держит Р-182. Модифицированный человек, сочетающий в себе генетические мутации, искусственные ткани и механизмы. По сути, это нежить, только технически усовершенствованная. Или чудовище Виктора Франкенштейна. Как Вам больше нравится. Хотя конечно столь близкое знакомство с ним никак не нравится. К сожалению, это бракованный экземпляр. Он не способен говорить и принимать сложные самостоятельные решения, в связи с чем мы ему придали внешность мистера Идена и собирались использовать как наживку для друзей из Европейского Союза или Вас. Ударом по голове мраморным бюстом вы повредили систему управления, чем и была вызвана вспышка агрессии. Р-182 обиделся за столь бесцеремонное отношение, а мы не смогли это пресечь. В данный момент, мы контролируем его лишь на 64,8 процента.

После этих слов Сэмюэля вытащили из часов, разломанный каркас которых сразу рухнул на пол, и перенесли правее, прижав к деревянным панелям. Висевшая рядом картина поднялась вверх, открыв сенсорную панель с цифрами от единицы до девяти и нулём. Брюс мог видеть не только её, но и Сент-Иден через огромные панорамные окна соседней стены. За силуэтами соседних зданий виднелся порт, охваченный огнём. Один из десантных кораблей уже тонул, на оставшиеся наводились ракетные установки, обозначившие своё расположение в складах с распахнутыми крышами новым залпом. Два огромных вертолётоносца замерли на отдалении. С их палуб уже поднялись военные тяжёлые вертолёты и приближались к берегу. Взорвался ещё один склад-дзот, изрыгнув в небо обломки. Вновь донёсся вой сирены противовоздушной обороны. Она работала непрерывно, но сквозь толстые стёкла пентхауса практически не долетало звуков. Сэмюэль даже не удивился, почему словоохотливый «Отто-3» говорил с ним женским голосом.

- Нажмите «один», если хотите узнать, где сейчас находится мистер Иден. Выберите «два», если Вам интересно узнать причины, побудившие ЕС к штурму острова. Наберите «три», если обеспокоены последствиями штурма для акватории Средиземного моря. «Четыре», если напуганы обстрелом «Фокс Тауэр» в Гонконге. Укажите «пять», если видели мраморную женщину с горящими глазами. Наберите «шесть», если уже знаете о взрывах в Норвегии и департаменте Румыния. «Семь», если страшитесь за будущее человечества. «Восемь», если интересна логическая составляющая происходящего. Нажмите «девять», если хотите узнать, когда состоится следующий концерт Юлии Девил. Наберите «ноль» для повторения списка. Напоминаю, в Вашем распоряжении три вопроса.

«Дмитрий» сжал горло Сэмюэля, мотивируя его к более оперативному выбору. Задыхаясь и истекая кровью, шотландец попытался сконцентрироваться в безумной и садисткой игре. Обстрел «Фокс Тауэр», штаб квартиры «Ред Фокс»? Значит ли это, что китайцы решили таким же силовым методом, как и европейцы, избавиться от своего джина? Тогда странно, что в предложенных вопросах о Юлии Девил только один и не самый важный, хотя она явно кусочек той же мозаики. Взрывы в Румынии и Норвегии? Что могло располагаться ещё и там? Хотя в последней находился некий странный объект медиа-конгломерата «Первый общественный», позиционировавшийся как строящийся на месте средневекового замка санаторий для верхушки медийного и культурного монополиста. Последствия для акватории? Не означает ли это наличие ядерного заряда у основания острова? Мраморная женщина? Логическая составляющая? Она существует? У Сэмюэля не было возможности отказаться или потянуться время: десант ЕС сейчас штурмовал остров и слишком долгое принятие решений приведёт к проигрышу – он может не успеть задать даже отпущенные три вопроса. Оставалось только надеяться, что под «заинтересованной стороной» понималась Великобритания и МИ-6. Дрожащей рукой агент потянулся к сенсорной панели, стараясь попасть окровавленными пальцами в нужную цифру.

- Вы выбрали номер «девять». «Когда состоится следующий концерт Юлии Девил?» - Сэмюэль выругался про себя последними словами, скорчившись в железной хватке от пронзившей череп боли от сломанной челюсти. Когда в руке торчит кусок маятника координировать движения невозможно. Вопросов осталось два.

- Нестандартный выбор. – «Отто-3» изобразил женским сопрано искренне удивление и честно приступил к ответу. - С прискорбием вынужден сообщить, что тёмная дива закончила свою карьеру концертом в Стамбуле. Она сожалеет, что концертный тур «Уничтожая Вечность» пришлось оборвать в самом начале, едва встретившись с поклонниками в Турции. Отныне Юлия Девил ограничится небольшими камерными выступлениями для друзей и на благотворительных вечерах. Однако с сегодняшнего дня Вы можете приобрести антологию дискографии тёмной дивы с двадцатипроцентной скидкой на официальном сайте. Там же стали доступны записи всех концертов, включая последний. За любовь к искусству Вам начисляются два бонусных вопроса. Напоминаю, в Вашем распоряжении четыре вопроса.

Сэмюэль подавился кровью от неожиданности и набрал следующую цифру. В этот раз он попал.

- Номер «восемь». «Какова логическая составляющая происходящего?» Теперь Вы в большей степени оправдываете мои статистические прогнозы. Логика в происходящем есть. – «Отто-3» сделал театральную паузу; Брюс успел подумать, что на этом ответ и закончится, но женский голос продолжил. - Мистер Иден убеждён в закате текущей модели общества, идущей к абсолютной деградации. Согласно его теории, стрессовая ситуация глобального масштаба способна дать новый толчок развитию человеческой цивилизации, качественно обновив генофонд. Все действия корпорации «Иден» направлены на разжигание локальных конфликтов, которые в означенное время перейдут в единый, являющийся той самой стрессовой ситуацией. Происходящее болезненно, но необходимо ради будущего. Ради межпланетных полётов, новых источников энергии, принципиально новой системы производства. С экономической точки зрения мистер Иден рассчитывает стать ведущим промышленником Земли. Будучи организатором хаоса, он сможет вовремя отойти в сторону и вовремя вернуться на арену, захватив пустующие площади и возглавив крупнейшую из когда-либо существовавших компаний. Конечно, сейчас акции корпорации «Иден» обвалятся, а счета в банках заморозят или конфискуют, но в ближнесрочной перспективе деньги перестанут что-либо значить. Главное – технологии, знания и кадровый ресурс. Напоминаю, в Вашем распоряжении три вопроса.

Шотландец чувствовал, как у него отнимаются ноги, и он больше не мог ими шевелить. На исходе не только время отпущенное острову, но и жизнь самого Сэмюэля. Он решил идти дальше вверх по списку, нажав после нескольких усилий цифру «семь».

- Номер «семь». «Вы страшитесь будущего человечества?» Напрасно. Никто не отрицает смерть семи миллиардов людей, но культурное и технологическое наследие человечества от этого нисколько не пострадает. В критический момент лидеры государств, вместе с генералами, промышленниками, ведущими учёными и всеми семьями займут места в своих бункерах и переждут неблагоприятные условия. С ними их переживут все открытия, технологии, культовые произведения искусства и солидный запас ресурсов и материалов. Да, мир будущего будет создавать не только корпорация «Иден», но и королевская семья Великобритании тоже. Второй шанс есть не у каждого правителя. Если же Вы хотели услышать, за счёт чего будет достигнут беспрецедентный результат в семь миллиардов отрицательной статистики, то я апеллирую к секрету фирмы. Могу лишь отметить, что всё произойдёт максимально гуманно по отношению к культурному наследию человечества, промышленным мощностям и природным ресурсам. Напоминаю, в Вашем распоряжении два вопроса.

Здание содрогнулось, зазвенела посуда в серванте, издал произвольный стон рояль. Почти перед самыми окнами спикировал военный вертолёт с дымящимся и обугленным хвостовым оперением, вращающийся вокруг своей оси. Он врезался в башню песочного цвета с высоким шпилем на соседней улице. В порту и соседствовавшем с ним производственном районе развернулась адова купель. Все склады и постройки полыхали, вверх поднимались столбы пламени, такие высокие, что могли бы сжечь богов на небе, если они смотрели сейчас на происходящее. Тяжёлый чёрных смог накрыл жилые кварталы города. От уходящей в море пристани для парома осталась только оплавленная арматура, верхние палубы самого парома поднималась из воды, словно перископ напуганной субмарины. Взметнулось огромное даже на фоне остальных огненное облако, закрыв на мгновение половину неба. Дрогнули бронированные стёкла. Следом за огнём поднялись клубы пара – взорвались хранилища газа, часть набережной оказалась уничтожена, и вода хлынула в разверзнувшиеся искорёженные подземные ёмкости и уровни. Огни в городе не горели, только широкие лучи прожекторов рассекали небо, вылавливая кружившие и отстреливавшие засевшую в зданиях пехоту вертолёты. Резкие всполохи рассекли пространство на улице, закрытой обваливающимся песочным зданием. На дороге появились танки. Скрюченная рука Сэмюэля потянулась к следующей цифре.

- Номер «два». «Каковы причины, побудившие Европейский Союз к штурму Сент-Идена?» Я выставил данному вопросу более низкий приоритет. Всё подстроено. От мистера Идена хотели избавиться прежние покровители, но тихо, присвоив себе его детище. Поскольку лучшая защита – нападение, было принято решение сознательно допустить утечку сверхсекретных разработок корпорации, от которых от Лиссабона до Праги у всех политиков случился неконтролируемый приступ истерии. С помощью нужных людей мы лишь дополнительно слегка лоббировали выгодное решение. Никто же не мог и подумать, что выступающие за немедленное нападение на мистера Идена люди делают это за его же деньги. Зачем прибегать к столь оригинальному способу защиты? Предательство со стороны элит было неминуемым, а толчок для развития стрессовой ситуации необходим. Две цели одним ударом. Да, теперь можно догадаться о некоторых механизмах из вопроса номер «семь». Напоминаю, в Вашем распоряжении один вопрос.

Новый взрыв, заставивший здание содрогнуться, произошёл уже на подземных уровнях острова. Сэмюэль видел в окно, как просел на несколько метров вниз кинотеатр «Купол». От толчка распахнулся сервант, бесценный фарфор посыпался на паркет, упал один из вазонов, расколовшись и рассыпав землю на толстый персидский ковёр.

- Прошу прощения, времени больше не осталось. Воспользуйтесь возможностью экстренного оставления пентхауса. Приятного дня. – «Отто-3» поспешно смолк, не прибегнув к многословным оборотам.

Киборг перехватил агента за плечи и плашмя бросил на крышку рояля, проломив её. В тело Брюса впились десятки натянутых струн, исполосовав спину, что сетка для нарезки варёных яиц. Вонзились деревянные щепки и чугунная рама инструмента, который шотландец уже представил своим саркофагом. Боли стало слишком много, чтобы человек мог вынести, и она перестала существовать. «Дмитрий» склонился над Сэмюэлем, посмотрев ему в глаза неестественно выгнувшись корпусом из-за свёрнутой набок головы. Мёртвый взгляд бездушных карих глаз на покрытом кровавыми ссадинами перекошенном лице. Агент не чувствовал на себе его дыхания – над ним навис оживлённый труп, как и описал его «Отто-3». Что хотело увидеть в нём существо, в котором наука победила смерть? Оно положило свою руку на грудь агента, словно пыталось уловить биение сердца, губы зашевелились, силясь произнести слова. Жуткое создание попыталось рукой поправить голову и посмотреть на мужчину ровно, но киборга пробила резкая судорога. Он замер на месте, после чего упал на свою жертву.

Сильные толчки от взрывов повторились. С омерзительным треском раскололось стекло одного из бронированных окон, соседнее громкое лопнуло, и комнату наполнила оглушительная уличная какофония взрывов, треска пожаров, сирен и обваливающихся зданий. Правая половина комнаты просела вниз, паркет и панели с треском разошлись, часть пола провалилась вместе с сервантом, на место которого вскоре обрушилась стена. Через пробой аквариума и распахнувшуюся перекошенную дверь шотландец видел разгромленный кабинет. В нём со стены упал метровый монитор, на него сверху сама стена и взору открылась ванная с камином и треснувшим зеркалом над ним. С громким шорохом поехал стол, агент почувствовал, что и рояль меняет свою дислокацию. Тело «Дмитрия» медленно сползло на пол с гулким стуком, потонувшим в общем грохоте. Рухнула правая стена, но здание кренилось вперёд. Угол становился всё больше, со стены падали и бились картины, паркет превратился в волнующееся море, с лязгом распахнулись двери в холл, одну из створок переломила пополам просевшая балка. Рояль заскрипел по полу. Внизу раздался новый взрыв, наклон заваливающегося на бок здания резко увеличился. Медленно поехавший рояль ускорился, проехал через разбитый аквариум, сбил письменный стол, пробил своей массой перекошенные книжные шкафы; с них на Сэмюэля упал горшок с фикусом. За ними оказалась не стена, а только деревянная переборка и небольшая комната. Проехав на рояле и её, инстинктивно сжимая свалившийся горшок, агент через пролом оказался на террасе. Балюстрада уже обрушилась, передние ножки инструмента зацепились за каменную кладку, и многотонное произведение искусства зависло над пропастью. Подданный короля увидел внизу заваленную кусками камня и арматурой улицу, по которой на максимальной скорости пронёсся охваченный огнём танк. В следующий момент весь остров задрожал как один большой кусок студня, по асфальту и бетону расползлись огромные трещины, улица провалилась вниз, обнажив коммуникации, в воздух взметнулись куски земли. Остов сооружения накренился ещё больше, сила тяжести взяла своё, и, продолжая сжимать горшок, беспомощный человек упал вместе с роялем и кусками плитки в пропасть между двумя зданиями. Следом рухнула и башня «Вечность», хранившая воспоминания о двух роковых встречах. А за ней перестал существовать и сам остров, расползшийся как кусок сахара в горячем чае в ослепительной вспышке, взметнувшись кусками земли на несколько десятков километров вокруг.

Ночное море играючи плескалось, накатывая маленькими белыми барашками на жёлтый песок. Барензий, маленький городок в нескольких километрах от Лапласа, уже мирно сопел, отходя ко сну. В особняках, как в старых мраморных громадах, так и в новых изящно-нелепых нагромождениях геометрических форм, тускло светились лишь окна вторых и третьих этажей. Со стороны виллы на мысе, за которой поднимались в окружении кипарисов развалины средневекового дворца, доносилась модная музыка. Мауро не пригласили на вечеринку, но его это нисколько не расстраивало. Он лежал на берегу, обнимая Риту, свою новую подругу. Он гладил её пушистые длинные волосы, а она указывала на разные светящиеся в небе точки, называла их забавными именами и объединяла в причудливые фигуры. Наконец, она повернулась к нему, мечтательно и загадочно разглядывая его лицо. Мауро прильнул к девушке ещё ближе, почувствовал её горячее дыхание на своей коже. Рита запустила под его футболку руку, начиная стягивать её. Весь берег сотряс мощный толчок.

Они буквально подпрыгнули вместе с пляжем, несколько фонарных столбов покосилось, во всём городке мигнул свет, у ближайшей машины сработала сигнализация, вторя электронным воплям из гаражей всего Барензия и собачьему лаю. Мауро вскочил на ноги, притянув к себе Риту. Вдвоём они побежали в сторону домов, над которыми, слева от горы, возвышавшейся над городком, поднимался столб густого дыма. На улицы выходили перепуганные люди, пытаясь узнать друг у друга причину произошедшего. Кто-то уже причитал о разбившемся телевизоре или любимой вазочке. Парочка добежала до дома Риты, на лужайке перед которым стояли её родители в халатах, мать держала ревевшего на руках младшего брата девушки.

- С вами всё в порядке! Я волновалась! Вы тоже почувствовали толчок? Неужели землетрясение?!

- Джулия, смотри.

Все повернулись в сторону, куда указал отец Риты. Столб густого дыма стал ещё гуще и чернее, он поднимался из долины за городом, где располагался сейсмический пост корпорации «Иден», построенный недалеко от входа в старую заваленную шахту и следившей в рамках научного проекта за геологической активностью на всей Сицилии.

- Мауро, пошли за нами, нам нужна помощь. Сегодня там дежурила моя мать. - Его окликнул друг из футбольной команды, в которой он сам играл, спешивший вместе с другими парнями в направлении источника дыма.

- Будь осторожен, мы скажем твоим родителям, где ты. – Крикнул уже в спину парню отец Риты. Сама девушка отвлечённо помахала в след ему рукой.

Не смотря на события на Ближнем Востоке, в Африке, в США и России, здесь люди уважали мнение «Первого общественного». Справедливо полагая, что кровавые войны и теракты где-то далеко, а у них, благодаря корпорации «Иден», царило процветание. Не зря в местной библиотеке в холле в рамке висело поздравление с юбилеем Барензия, подписанное лично Дмитрием Иденом. Сейсмический пост обеспечивал работой половину городка, другая половина работала в логистических службах Лапласа. Именно «Иден» удалось остановить поток беженцев из Северной Африки, создав там рабочие лагеря, а в самой Италии развернув ряд мощных производств. На самой Сицилии при поддержке корпорации модернизировалась солнечная электростанция.

Группа молодых людей быстро поднялась вверх по улице, пробежала между заборами особняков на окраине города и стала подниматься ещё выше по холму, вскоре выйдя на узкую дорогу, проложенную к посту. Начал ощущаться едкий запах дыма, который даже сложно было с чем-то сравнить. К запаху горелого пластика примешивалось что-то странное и противное. Обогнув каменный уступ горы, дорога стала круто спускать вниз в долину, заросшую густым лесом. Пелена дыма здесь была ещё гуще, он начал есть глаза и кожу, дышать становилось труднее. Лучи захваченных фонариков сдавались под натиском чёрных клубов.

- Здесь же была только измерительная аппаратура. От чего столько дыма? – Сквозь кашель спросил у всех сразу Франко, вратарь команды.

- Может, это вулкан?

- Глупости! – Отозвался Мауро.

Одиночный подземный толчок сложно было объяснить чем-то ещё, но несколько раз в год остров застилало пеленой сажи со стороны Италии, и этот дым был точно не вулканическим. Однако на посту действительно проводили только измерения и обработку данных – ничего не производили и не строили. Только если что-то экстраординарное случилось с автономным электрогенератором.

Наконец компания вышла к постройкам сейсмического поста. Первым их встретил буквально раздавленный чем-то огромным пропускной пункт. Словно с неба на него упал метеорит, поворочался, а потом улетел назад в космос. Разбирать его сдавленные обломки не было смысла. Пройдя сквозь перекошенную створку ворот с логотипом корпорации «Иден» – заглавной буквой «I» и прижавшимися к ней оставшимися тремя буквами – парни очутились на территории поста. Это было приземистое двухэтажное здание с рядом прямоугольных окон, примыкавшее вплотную к склону горы. Все стёкла были выбиты, а рамы и двери выдавлены изнутри. Кроме главного входа – двухстворчатые двери наоборот оказались сорваны с петель, а их остатки вогнуты внутрь, при этом кладка над самой дверью оказалась разбита, как будто что-то огромное пыталось влезть внутрь. В сплошной дымовой завесе сложно было определить, в какой именно части произошла авария.

Парни вошли через главный вход, громко крича, рассчитывая на ответ, но здание молчало. Рядом со стеклянной комнатой, в которой обычно сидела секретарь, находился пост охраны и стеллаж со всем необходимым на случай непредвиденной ситуации. Раз в год проходили обязательные для всего городка учения, организовываемые службой по предотвращению и устранению последствий техногенных и природных катастроф ЕС. Всё из-за старой аварии в фармацевтической лаборатории во Французских Альпах и нескольких наводнений в Германии. Жителей подобная и неясная суета утомляла, но, как сейчас оказалось, профилактические мероприятия были не зря. Вооружившись топорами, ломами и надев спасительные противогазы, молодые люди разбились на три группы и приступил к обходу сооружения в поисках живых.

Мауро вместе с Франко выпало идти вглубь комплекса, в примыкающую к горе часть здания – разрушения здесь были наиболее сильны. И никаких следов не только живых, но и мёртвых, хотя в ночную смену на сейсмическом посту находилось около десяти человек. Осторожно пройдя через ряд разгромленных и обесточенных кабинетов и коридоров, двое парней подошли к обрушившейся стене, за которой располагалась ещё одна комната и шахта лифта. Мауро удивило данное открытие. Зачем лифт в двухэтажном здании? А про подземные уровни на учениях им никогда не говорили. Парни аккуратно подошли к краю шахты. Двери были выломлены, стены уходившего глубоко под землю тоннеля исцарапаны и ободраны. Тоже впечатление, что и на входе – словно нечто огромное протискивалось внутрь. Дракон?

Молодые люди отошли от лифта, пройдя в дальний конец комнаты, оказавшейся длинной и узкой, но и здесь не было признаков людей. Они вернулись назад и встали спиной к шахте, собираясь идти искать дальше, когда снизу донёсся резкий скрежет. Как будто камнем тёрли по металлу. Пол задрожал, звук приближался, Мауро и Франко повернулись одновременно, чтобы столкнуться глазами с существом, вылезавшим из шахты лифта. Огромная, белая, измазанная в саже тварь. Она с трудом протискивалась через тоннель, скребя копытами передних ног по кафельному полу, упираясь крыльями в потолок и медленно вылезая на этаж. Крик ужаса застрял в горле парней, поражённые увиденным. Они застыли на месте. Наконец, создание выбралось из узкого пространства. Оно упиралось головой в потолок, превышая два человеческих роста в высоту. У существа было человеческое арабское лицо с длинной бородой, высокой шапкой и крупными, тёмно-красными тускло-светящимися глазами, но их свет свободно прорезал чёрный дым. Голова крепилась к животному телу с огромными крыльями, и теперь стало видно, что кроме сажи оно измазано ещё и кровью.

- Cunnus. - Тварь явно выругалась, огласив утробным голосом разгромленный этаж.

Она увидела Мауро и Франко и посмотрела на них со смешанным чувством пренебрежения и омерзения, как на двух тараканов в углу кухни, которые не успели убежать при включении света. Огненный взгляд разрезал рассудок, распахал нить существования. Мысль оборвалась, ужас наполнил душу. Франко согнулся пополам, закричал от боли и скорчился на грязном полу. Мауро продолжал стоять, впитывая в себя пагубный взгляд. Тварь улыбнулась, и беззвучно захохотала, продемонстрировав огненное нутро. По коридору послышались шаги и к провалу стены подбежали ещё двое парней, едва не споткнувшись о скорченного Франко. Они всё своё внимание обратили на него, и это спасло их. Тварь расправила огромные крылья, сбивая отделочные плиты с потолка, и, подпрыгнув, с грохотом пробив потолок и крышу, с силой отталкиваясь крыльями, поджав ноги, взлетела на десяток метров над зданием, после чего спикировала в направлении городка. Мауро бросил ошарашенных парней вместе со стонущим Франко и бросился бежать к выходу. Он выбежал из здания, сорвал с себя противогаз и помчался по дороге вверх по склону, назад к Барензию. Что это была за тварь? Откуда она здесь взялась? Что ей надо? Что она сделала со всеми людьми, с Франко, и что она собирается сотворить с его родным городом? Терзаемый жуткими картинами, задыхаясь от перенапряжения и бессильной злобы, он достиг вершины склона.

Ничего не изменилось. Твари нигде не было видно. Сквозь листву редкой рощи проглядывали знакомые дома, старое запущенное кладбище и развалины средневекового дворца. Ярость и злоба отступили, выдохлись. На смену им пришёл животный потаённый ужас, медленно вылезавший из коробки подсознания. В мире существовали только страхи Мауро и горящие, сжигающие душу глаза, за которыми нет зла, добра и жизни. За ними только бездна.

Парень не знал, сколько времени прошло, и что он делал. Кто-то яростно тряс его за плечи, пытаясь привести в чувство. Мауро оторопело огляделся по сторонам – он стоял рядом с одним из крайних особняков городка, на краю склона, у подножия которого раскинулась большая часть домов Барензия. Его плечи по-прежнему сжимали руки мистера Джулиано, хозяина особняка. В глазах мужчины застыл немой вопрос. Парень посмотрел сквозь него на море, за которым поднималось новое Солнце. Словно кто-то повернул время вспять, и земное светило пошло в обратном направлении. Полусфера ослепительного грязно-жёлтого света распускалась на горизонте. Она была огромна. Она заняла четверть неба. В её свете не было видно даже луны, и померкли звёзды. Заболели глаза, и захотелось отвернуться.

Новое светило поднималось всё выше, над ним распахнулись дымчатые сияющие белым светом кольца, они опоясывали его, укрывая и поддерживая, подхватывая и поднимая выше. Сфера стала расползаться, превращаться в бесформенное омерзительное облако, тянущее за собой от земли грязный столб. Мистер Джулиано закричал или только попытался закричать, Мауро видел его разинутый в ужасе рот. А потом их обоих отбросило на несколько метров, как тряпичных кукол, на подъездную дорогу к особняку. Земля задрожала, попытавшийся встать парень, вновь упал плашмя на расходящийся трещинами асфальт. Он со стоном перевернулся и посмотрел в сторону городка и на море, за водной гладью которого, в нескольких десятках километров находился остров Сент-Иден. Барензий лежал в руинах: поваленные деревья, уничтоженные дома, занимающиеся пожары. На мысе вместо роскошной виллы стоял металлический каркас с кусками кладки, кипарисы вокруг руин дворца больше не впивались в небо, маяк не пускал в вечернее небо тонкий световой луч.

Сформировавшийся огромный гриб оседал, шляпка расползалась, кольца рассеялись. По асфальту застучали падающие с неба куски земли, словно пошёл частый дождь с градом. А на горизонте расправлялись сизые горы невероятной высоты. Гора близ Барензия не шла с ними ни в какое сравнение.

Исполинский иссиня-чёрный вал цунами приближался к берегу. Волна обрушилась на Барензий, первыми сметя остов маяка на маленьком островке, затем развалины средневекового дворца и каркас виллы, где не так давно играла модная музыка.

- Что интересного? – Юлия Девил полулежала в кресле с высокой спинкой, положив ноги на пуфик.

- Особенно ничего. Зачитать? – Чак Мэри Свонсон сидела за дубовым письменным столом, поддерживаемым наглыми сатирами, и листала его сенсорную панель с чашкой чая в руке. Горячая жидкость приятно грела руку, запах мяты кружил вокруг стула менеджера.

Тёмная дива играла концами длинных рукавов чёрного платья, периодически меняя положение ног. Две девушки сидели в небольшой пещере, неровные каменные стены которой, поднимаясь вверх, сужались, образовывая свод подобный готическому собору. В дальнем углу поднимался уродливый сталагмит, напоминавший скорчившегося великана, закрывавший собой чёрный провал уходившей в глубины земли бездны. Пространство освещала громоздкая старинная настольная лампа на спиралевидной бронзовой ножке с тусклым шаровидным плафоном. Мэри откинулась на спинку кресла, сенсорная панель поднялась из столешницы до уровня глаз и менеджер приступила к чтению после утвердительного кивка тёмной дивы, сопровождавшегося отвлечённой улыбкой.

- Интерпол направил очередной запрос с требованием явиться в ближайшее отделение и сдаться... - Бесцветным голосом начала чтение Мэри.

- Припиши «муа-ха-ха» и поставь смайлик с рожицей чертёнка.

- «Министерство по охране культурного наследия Турецкой Республики возмущено Вашим безнравственным и безответственным поведением...» бла-бла-бла... и «требует возместить нанесённый ущерб...». «Вам грозит обвинение в умышленном уничтожении...».

- Там старые перекрытия. Я им новую дорогу проложила. И это была самозащита. И с южной стороны Египетский базар протаранили джипы полиции Стамбула. Запроси с них развёрнутое заключение состояния Египетского базара, Гранд базара и той мечети, датированное не ранее месяца до моего визита, и только после сравнительного анализа и проведения экспертизы независимой комиссией...

- Я тебя поняла. А Бейзат Кемаль восхищён концертом и сожалеет, что сорвался вечер в ресторане. Он удручён известием, что в ближайшее время невозможно организовать твоё безопасное посещение Турции.

- Отправь ему мои встречные соболезнования. По форме четыре. Нет. По форме пять. Я слишком расчувствовалась. - Последние слова прозвучали раздражённо, один из рукавов платья запутался и, дёргая его, Юлия ещё больше спутала тонкую ткань.

- Департамент дорожного движения Стамбула высылает штраф за... неправильную парковку.

- Вычти из жалования водителей.

- Один из них погиб.

- Из пособия его родственникам. Смерть не является освобождением от ответственности. - Рукав всё никак не хотел распутываться, раздражение Юлии росло.

- Партия охраны окружающей среды Турецкой Республики крайне возмущена неэкологическим способом утилизации использованных декораций. «Поскольку Вы по-прежнему являетесь собственником озвученного имущества, Вам предписывается в течение двух недель вывезти или...»

- На них самих софит упал? Больные люди. Я половину города разнесла, а их беспокоит судьба декораций и каких-нибудь собачек, которые наедятся синтепона. - Ткань распуталась, и к тёмной диве вернулось душевное равновесие.

- «Национальная академия искусства и науки звукозаписи» просит тебя прийти...

- Только если с топором.

- Прошло несколько лет, возможно время помогло им осознать...

- Если я приду к ним с топором, им ничего не поможет.

- Вам здесь уютно? – В комнату беззвучно зашёл Дмитрий Иден, вынырнув из-за сталагмита, заставив Мэри вздрогнуть от неожиданности и едва не расплескать чай.

Миллиардер вышел на середину помещения и брезгливо оглядел промозглые стены пещеры. Чак закатила глаза, вызвала окно на дисплее рабочего стола, и после нескольких кликов каменный мешок сменился дворцовым кабинетом с массивными дубовыми панелями, увешанными картинами, наборным паркетом на полу и тусклым светом через высокие, задёрнутыми коричневыми портьерами окна.

- Золотой аэродром развёрнут по приказу императора.

Наступила очередь Дмитрия закатить глаза. Но спектакль ещё не окончился, и менеджер тёмной дивы, сделав предупреждающий жест рукой, выдвинула верхний ящик стола и достала из него блестящий предмет жёлтого цвета, напоминавший батон хлеба. С громким стуком, так, что содрогнулся массивный письменный стол, она положила предмет на столешницу.

- Теперь всё.

- Что это? - Юлия отвлеклась от рукавов и со смешанным выражением лица вопросительно смотрела на новый предмет.

- Золотой батон. - Мэри, будучи менеджером и подругой тёмной дивы, могла себе позволить почти всё, хотя не всегда была уверена, где пролегает граница этого "почти".

- Это - пресс-папье, оформленное в виде золотого батона. Произведение современного искусства. Восточная Европа, начало века. - Дмитрий подошёл к столу и взял в руки увесистый батон.

- Где ты его нашёл?

- Я принимаю оплату за «услуги» не только в деньгах, но и природными ресурсами, в том числе драгоценными металлами, камнями, а также произведениями искусства.

Чак решила, что «почти» наступило и промолчала. Юлия брезгливо ощупала взглядом произведение искусства и вернулась к рукавам. Распорядитель мировых революций вернул батон на место, прошёл через комнату к противоположной стене и приложил к ней руку сквозь изображение портьер. Дубовые панели и паркет пропали, обнажив бледно-серые стены и вытянутое в ширину прямоугольное тонированное окно. Тёмный цвет стекла рассеялся спустя несколько секунд, впустив яркий солнечный свет. Все оттенки серого, коричневого и жёлтого простирались по другую сторону стекла. Острые куски породы неровной грудой спускались вниз. Справа и слева поднимались другие пики, а далеко внизу, за тонкой пеленой жидких облаков раскинулась казавшаяся отсюда ровным столом безжизненная пустыня Атакама.

- Оптимистичный пейзаж. - Дмитрий проигнорировал слова Мэри, в очередной раз по детски желавшей уколоть миллиардера словами.

Юлия встала с кресла и медленно подошла к окну, встав рядом с мужчиной. Менеджер смотрела на открытую спину тёмной дивы и выпущенную рубашку Дмитрия. Перед ними расстилался их мир. Таким, как его видела Мэри: пустым, лишённым естественного разнообразия, естественных ярких красок и свободы воли. Мир, в котором нет правды, а только театральные декорации и единственная ложь. Зато какая ложь. Дивный новый мир грядёт.

- Я хочуна Багамы.

Нецензурное слово (лат.)