Глава 15 Меньше паники
- Скучаешь? – Калиса Фокс медленно прошла между столов с приборами и вошла в полосу тусклого света, лившегося сквозь огромные оранжерейные окна.
Себастьян вздрогнул, подумав, что является адресатом вопроса, заданного усталым и ласковым голосом. Но объектом внимания талантливого учёного оказалась «Ficus dionaea». Часы показывали без трёх минут два часа ночи. На минус пятом этаже штаб-квартиры корпорации «Ред Фокс» в Гонконге уже никого не было. Растительный мутант спал, переваривая очередную добычу, сам Себастьян страдал хронической бессонницей, которую считал своим даром и отказывался лечить, а спала ли хоть иногда Калиса Фокс, знала только она. Весь этаж представлял собой одно огромное помещение, разделённое несущими колоннами и бесконечными столами, стендами и стеллажами с приборами и экспонатами, украшенными или уроборическим лисом «Ред Фокс», или заглавной буквой «I» с приписанным к ней «den». В центре лаборатории находился стеклянный куб – оранжерея с разнообразными выведенными растениями. «Ficus dionaea» бесспорно оставалась шедевром творческой ипостаси гения Калисы. Плотоядное растение с невероятно быстрой, даже для многих животных, реакцией обладало простейшими нервными узлами, что делало его уже животным. Имелись куда более совершенные образцы – обладавшие большими размерами, лучшей реакцией и сложными рефлексами, но именно самый первый жизнеспособный образец стал всеобщим любимцем в закрытом от посторонних глаз безумном мире лаборатории «Ред Фокс».
- Скоро к нам приедет прекрасный образец. Модернизация человека такое хлопотное и неблагодарное бремя. - Медленно покачивая из стороны в сторону пушистым рыжим хвостом, Калиса начала обходить оранжерею. - И столько осложнений с воспоминаниями. Нужный генетический материал можно просто клонировать, но работать с оригинальными тканями куда плодотворней. Даже ты помнишь, что происходило с тобой. Стоит ли говорить про унылых людей. Негативное воспоминание может всплыть в самый неподходящий момент, превратив верного слугу во врага. Память можно читать как раскрытую книгу, но изменять её так сложно...
Себастьян стоял во мраке выключенного света, прислонившись спиной к одной из колонн. Глава корпорации не могла его видеть, зато он её видел и прекрасно слышал обрывочные рассуждения вслух. Невысокая и вечно юная любила ночами гулять по пустому зданию, наслаждаюсь темнотой, тишиной и одиночеством. Возможно, в эти часы её посещало особое вдохновение, свойственное ей как творцу, куда более искушенному, чем любой писатель, художник или скульптор. Секретарь сразу вспомнил об Асфодель. Властной, сильной, изобретательной, коварной и одинокой. Он поклонялся мраморной деве, она для него стала ветхозаветным капризным богом, бессердечным и всесильным, от прихоти которого зависят судьбы. Богом, к которому его привела Калиса. Себастьяна Рэндолфа Кроуфорда представили мисс Фокс двадцать четыре года и три месяца назад во время научного форума. Англичанина заворожила загадочная русская, ставшая его болезненной манией на долгие годы. Состояние психического расстройства и болезненного внимания было для него типичным с детства, он тяготел к таким же одержимым людям с неравномерно развитыми чувствами. Калиса, для которой существовало только две категории человека – послушный подопытный и буйный подопытный – стала его идолом. Пока её не сменила Асфодель, некоронованная императрица.
- Главное пресечь разложение родных тканей и отторжение модифицированных. Люди первой модификации умирали в корчах через месяц. Второй живут дольше, но тоже мало. И они все пока не знают, что возникающая патология приведёт к отторжению модифицированных тканей через три или четыре года. Превосходная «Химера» Дмитрия превратиться в скопище кровавых сгустков в броне через год. А через три – все начальники служб и аналитики деградируют до уровня «Ficus». Замена готовится, но скоро людей станет значительно меньше, и отбирать кандидатов без обязательств станет не так просто. Что ты мне киваешь, химерика. Сколько гордости и чувства собственного превосходства в этих новоявленных супер-людях. Неужели они не понимают, что будь всё прекрасно, Дима уже давно бы обзавёлся лишним полу центнером мускулатуры, а не возился с дилетантами от хомоскульптуры.
Хвост Калисы остановил своё размеренное движение, замерев на месте. Девушка в белом комбинезоне с короткими рукавами, одинаково удобным для работы и для встреч, навострила большие лисьи уши, дополнявшие голову к паре человеческих. Себастьян замер, задержав дыхание, прильнув к холодной колонне. Новые уши мисс Фокс были значительно чувствительнее человеческих.
Секретарь не до конца понимал, зачем она это сделала с собой. Может, просто захотелось? Столь радикальная мутация способствует ускоренному обновлению клеток, что замедляет процессы деградации организма. До ушей и хвоста только выцветающая радужка была единственным заметным побочным эффектом затянувшейся молодости и жизни Калисы. Учёному было более восьмидесяти лет, при том, что из-за ужасной экологии кривая средней продолжительности жизни по всей планете только падала, а после вулканов и вовсе провалилась в крутое пике. Хомоскульптура, используя новые методы, позволяла изменить тело, сохранить возраст или отодвинуть его назад лет на пятнадцать. Но кардинально повернуть время вспять и продлить жизнь Калиса смогла исключительно только себе, постоянно расплачиваясь за своё открытие.
- Третье поколение модификации можно будет использовать на неподготовленных людях. О новых способностях говорить ещё слишком рано, но улучшение защищённости тела, скорости реакции, мысли и области памяти можно будет сделать стабильными и постоянными. По крайней мере, на время срока трудового договора, что устроит Дмитрия. - Калиса продолжила приостановленный размеренный шаг, медленно роняя по слову в такт удара каблуков туфель по кафелю. - Возможно, это поможет и с копиями Юли. Сейчас она в состоянии лишь недолго пребывать в другом теле себя. Дима обещает технологический прорыв. Но как он его осуществит, если «Пятая жена» находится под контролем аумантов?
Глава «Ред Фокс» остановилась и огляделась по сторонам, окинув выцветшими глазами огромную лабораторию.
- Сегодня всё начнут упаковывать. Завтра прибудет Стефан – как я надеюсь, что он не омрачит свой мозг чем-то негативным – и сборы завершатся. Дима опять возьмёт так много багажа.
***
- Я вновь чувствую безграничную свободу. Я – секунда, быстрый порыв ветра, ворвавшийся в открытое окно и сразу же пресечённый закрывшейся дверью. И я – вечность, огромное неподвижное затхлое болото, в котором происходит всё что угодно, но само оно остаётся таким же, как и было. Эхнатон, как грязно он открыл мне то, чего я сама себя лишала. Не стоило быть столь суровой к Стефану, но Виктор... Зачем я его встретила так давно, отравив свою жизнь, не лучше ли было оставить всё как есть. Корпорации, они убили его, но лично он им ничего не сделал. Каким был бы мир, не появись в нём Асфодель. И каким был бы мир, заключи она договор с кем-то другим. Люди так часто винят во всех своих бедах злую силу, дьявола, потусторонние энергии и казалось вот она – сила. Древняя, могучая, всё ведающая и ничем не ограниченная. Ограниченная, в этом и оказалась проблема. Забавно. Силе люди безразличны, но самые изобретательные и сильные из нас решили уничтожить других и причинить им то, что считают нужным. Почему не накормить мир, не принести невероятное? Топим сами себя. Одно большое болото. С какой стороны в него не входи, всё равно увязнешь, скроешься с головой в его вонючей жиже. Оно поглотит тебя и останется внешне неизменным. И внутри тоже. Ты станешь его неотрывной частью, займёшь место, которое должен занимать. Ты всегда там был, но зачем-то решил выбраться и прийти опять. Иллюзия, одна иллюзия. Зачем вообще что-то делать, когда твоё сие минутное состояние счастья зависит исключительно от собственного восприятия? Как бессмысленно было убегать столько лет, скрываться в промозглых и холодных городах. Всё равно я теперь здесь. И убеждаю себя, что всё хорошо, так же как до этого убеждала, что всё плохо. Знаменатели разные, результат после знака равно один. Глупый-глупый Стефан прыгает с кочки на кочки, мнит себя проводником. Топь сожрёт его, он её часть и она вернёт её в себя. Какую роль уготовили ему? Увижу ли я его здесь? Новая шахта так забавно называется. Пятая жена. А я уже была в «Первой жене» и в «Седьмой жене». Интересно, это всё из-за Барензия? Я знаю эти горы. Это Карпаты. Далеко от первой, далеко от седьмой, но близко к четвёртой. Да и можно отделить «пять» от «четыре»? Это как отделить себя от болота, которое поглощает тебя. Теперь я осознаю, что я ищу. Сын Асфодель. А может дочь. Но они считают, что сын. Как глупо. Асфодель знает про болото, но предпочитает быть кочкой, а не торфом. И если всё-таки не сын – она будет торфом. А вместе с ней блестящие Эхнатон, Кай и всё их племя. Даже примкнувшие к корпорациям. Как забавно. Предатели предали предателей и примкнули к людям не предателям. Или не так? Ой, здравствуйте. А я и забыла, что здесь не одна. А тебя я помню. Мы с тобой были в Норвегии. Какой ты забавный, спасибо. Я вижу, что видел ты, никогда там не была. А ты не видел Карпат снаружи? Не очень горы, есть прекрасней, но тоже вполне неплохие. Говоришь здесь Румыния? А какая разница. Привет. Что ты чувствовала? Свободно перелетающую мысль с места на место? Я знаю кто это. Она как и мы свободна, но не теряет тела, всегда к нему возвращается. Даже может выбрать, к какому вернуться. Нет, она не счастливая. Я вижу, ты любила. И ты видишь, что я любила. Она тоже любит, но так извращённо. Не хочет признать, не хочет сознаться, но объект знает и принимает её правила. Зачем так? Как думаешь, кто безумней: мы, они, лучезарная Асфодель или богоравные корпорации? Забавно. Я об этом не думала. Продолжим искать? Как зачем? Разве имеет значение? Мы здесь – это наша доля. Надо её воспринимать и считать счастьем. Конечно раньше было лучше, но мы это видели? А давайте попробуем быть и не быть. Оторвёмся и не вернёмся, но не улетим, а останемся. Не смеши меня, твою мёртвую бабушку мы не встретим. Наследника Асфодель тоже – мне кажется, он мёртв.
***
Экстравагантная штаб-квартира корпорации «Ред Фокс» располагалась на искусственной насыпи на берегу залива в Сентрал-энд-Вестерн, главном деловом квартале Гонконга. В отличие от тяжеловесных корпусов «Иден», ощетинивших весь Сент-Иден колоннадами, шпилями и куполами, словно на остров перенёсся викторианский город из вселенной стимпанка, небоскрёб Калисы поражал висячими садами, лёгкостью конструкции и выбором цветовой гаммы. Матовые рыжие орнаменты на белом теле сооружения кричащим вызывающим пятном раскрашивали серо-синее засилье мегаполиса, по-прежнему верного старой архитектурной парадигме. В моду прочно вошли яркие цвета и неожиданные формы, строить которые становилось всё проще. До повсеместной застройки километровыми небоскрёбами с многоуровневыми воздушными трассами для аэрокаров дело ещё не дошло, но всё и не выглядело так печально, как рисовали антиутописты из всевозможных течений о закате человечества, невероятно распространившихся в последние годы. В Гонконге не чувствовались пессимистические настроения об отсутствии новых источников энергии, приближающемся исчерпании ресурсов, вулканической деятельности и социальных волнениях. Люди жили, работали, строили и создавали. Даже в столь ранний час, наполняя утопающие в зелени и стекле улицы шумом.
Стефан был бы не прочь взять взаймы уверенности и стабильности у китайцев. Предстоящая встреча с Калисой заставляла вора не на шутку нервничать, особенно в контексте последних событий в Турции. Не смотря на мантру «Первого общественного» о недоразумении, все прочие средства массовой информации в этот раз распространяли иную информацию. Юлия Девил обвинялась в торговле наркотиками, похищении людей, пособничестве терроризму, отмывании денег, полученных незаконным путём, и сопротивлении аресту, повлёкшим человеческие жертвы, ущерб государственной собственности и памятникам мирового культурного наследия. При этом «Первый общественный» говорил о трёх авариях и вызванном ими небольшом пожаре, а все прочие ресурсы на перебой кричали о сожжённом дотла и разбомблённом броне-лимузинами Стамбуле. Факт раздвоения мнения означал лишь одно – всем остальным СМИ предложили быть «с» или «против». Просочившаяся и блеклая на общем фоне новость о выраженном кворуме недоверия двух крупнейших акционеров «Ред Фокс» в адрес мисс Фокс лишь усиливала беспокойство вора. Он мог попасть под горячую руку правоохранительных служб и, в отличии от Анастасии Вревской, влиятельной русской промышленницы, замеченной в обществе Юлии во время кутерьмы в Стамбуле, а потом загадочно оказавшейся на Кипре, у него иммунитета не было.
Стефан постарался отвлечься от неразрешимых вопросов продолжением изучения окружающего мегаполиса, который, пускай и не стремился окрашиваться в лиловый с красным, щеголял несколькими архитектурными бунтарями. Словно специально перед взором американца предстала штаб-квартира «Первого общественного» в Азии, окружённая объяснимой суетой, хотя само здание на него не произвело впечатления. Золотистый многоугольник с несколькими чёрными волнистыми вертикальными выступами напоминал вычурный тюбик губной помады, который уронили в чашку кофе.
Широкие двери «Фокс Тауэр» услужливо впустили Стефана в просторный холл, размером с ангар для дирижабля, при условии, что помещаться он туда должен вертикально. Не смотря на 7 часов утра, здесь уже наблюдалось оживление. Холл представлял собой высокий двор-колодец, в который выходили окна офисов первых пятнадцати этажей с трёх сторон, а четвёртая оставалась затенённой садами-сотами. Работники пятнадцатого этажа, наверное, чувствовали себя на вершине муравейника, уместившегося под смородиновым кустом.
- Добрый день, чем могу Вам помочь? – Стефан не успел выйти на середину расчерченного причудливыми тенями белоснежного пространства с нависшими сверху авангардными люстрами, как к нему подошла улыбчивая миниатюрная китаянка, прижимающая к груди стилизованный под папку планшет.
- Здравствуйте, я к мисс Фокс. Она просила передать слово «Лика».
Девушка совершила несколько хитрых движений на поверхности экрана гаджета и ещё гостеприимнее улыбнулась Стефану.
- Мистер Дей, Вы пунктуальны и одеты. Прошу за мной.
Стефану представилось окно планшета с двумя флажками, предусматривавшими пропуск посетителя. Сегодня мужчина был без париков и накладных усов, в довольно щегольском костюме с покушением на последний писк моды. Вор сам себе затруднялся ответить к чему подобная роскошь. Хотя, возможно, он соскучился по старым добрым временам, когда входил в музей под видом солидного гостя благотворительного вечера, а выходил официантом с золотыми скрижалями неведомого бога. Но в этот раз оставалось большим вопросом выйдет ли он. Как и Мина, он нужен живым. Только другой стороне конфликта.
Стеклянный лифт, находившийся в небольшом алькове за информационным панно с открыто улыбающейся Калисой, быстро поднял вора и его сопровождающую на вершину небоскрёба, позволив между делом насладиться панорамой Сентрал-энд-Вестерн. Китаянка провела его сквозь пустынную и белоснежную приёмную в столь же белый кабинет, единственной роскошью которого были огромный письменный стол, полукругом обнимавший высокое кресло, и странное растение с листьями, как у фикуса. Попросив ожидать, девушка скрылась за закрывшейся входной дверью. Стефан замер в нерешительности в пустом помещении, из которого открывался потрясающий вид на залив и противоположный район города. Вор сделал несколько шагов вперёд, и посередине комнаты от потолка к полу начал медленно опускаться блестящий металлический шест, на котором каждые сантиметров двадцать фиксировалась ступенька, открывая круглый люк сверху. За несколько секунд на глазах Стефана развернулась винтовая лестница, приглашавшая подняться ещё на уровень вверх. Вор не преминул воспользоваться предложением.
Стоило Стефану подняться наверх, как у него перехватило дух. Он стоял в центре небольшой площадки, вокруг которой не было ничего: ни стен, ни потолка. Лишь необъятная панорама города, крыши соседних небоскрёбов, пролетавший вертолёт и шум ветра, развевающего полы пиджака. Мягкий и толстый ковёр покрывал пол, несколько низких кресел и столиков составляли всё убранство. Мужчина осторожно подошёл к краю площадки и попытался посмотреть вниз.
- Не надо так близко, а то начнутся помехи в изображении.
Вор обернулся на насмешливый томный голос – у противоположного края площадки в глубоком кресле сидела Калиса. Но совсем не такая, какой он видел её в поезде. Ещё более мраморная кожа, бледно-золотистые, как фольга под стеклом, глаза, голову дополняли большие лисьи уши, а на подлокотнике лежал белый кончик пушистого хвоста. Потоки ветра трепали длинные рыжие волосы – единственное не переменившееся в Калисе. Стефан замер от удивления. Почувствовав, что ему становится сложно стоять на краю, он отпрянул в сторону, вернувшись к лестнице.
- Присаживайся рядом. И если вид Гонконга тебя пугает...
Девушка взяла в руки смартфон, лежавший на соседнем журнальном столике, и нажала несколько клавиш. Ветер стих, источники света изменились, а панорама мегаполиса моргнула и, как надпись на рекламном щите, сменилась новым видом. Теперь белоснежный ковёр лежал посередине солнечной лесной поляны, окружённой вековыми деревьями. За спиной Калисы, ломая ветви, из зарослей вышел бурый медведь. Деловито поводил носом, потёрся боком о ближайшее к нему дерево и неторопливо и важно проковылял вдоль края поляны, удалившись назад в чащу.
- Новое поколение стерео-обоев. Доступно сорок шесть различных видов. Если хочешь, можем посмотреть их все. Сегодня, ты одел на себя много, так что у нас есть время. - Игриво подмигнув ошарашенному американцу, глава «Ред Фокс» поднялась с кресла и прошла к мини бару, за которым раскинулся пышный куст малины.
В отличие от Стефана, Калиса ограничилась короткими шортами и тонкой блузкой зелёного цвета. Когда она вернулась к своему месту с двумя бокалами с нарядно розовым содержимым, окутанная тонким ароматом свежего винограда, Стефан пришёл в себя и сел в предложенное кресло. Он с улыбкой принял изящный сосуд из рук Калисы, но не спешил пригубить его.
- Приношу извинения за сюрприз. «Тик-Н» не передаёт изображение в реальном времени, а только содержит парочку готовых моделей. В него была загружена устаревшая. Что же до самого факта сюрприза. - Калиса пригубила вино, бросив проницательный взгляд в сторону Стефана, продолжавшего неуверенно вертеть бокал в руках. - Считай это маленькой слабостью сумасбродного гения.
Девушка подкупающе улыбнулась, всячески стараясь разрядить обстановку и внушить Стефану доверие. Непростое решение: довериться коварному мутанту с однозначно неоднозначными взглядами на окружающих, собирающемуся повоевать со всем миром и одновременно открыть нечто революционное. Американец, наконец, улыбнулся в ответ и принял более расслабленную позу в кресле.
- Сегодня мы наоборот: всё о тебе и о тебе. Ты столько говорила о великой цели и моих способностях в поезде. - Стефан сразу перешёл на «ты». Намёки Калисы этому только способствовали, да и они не так давно весьма общались в неофициальной, со стороны вора уж точно, обстановке. - Возможно, расскажешь нечто более конкретное?
Глава «Ред Фокс» вновь коснулась бокала губами и обратила внимание на поехавший от вибрации по стеклянной столешнице смартфон. Гаджет, в дополнение замигавший красными огоньками, сигнализировал о срочном событии, решение по которому не терпело отлагательства. Калиса поставила вино на столик и проверила сообщение.
- Ненавижу китайцев. Напали раньше своих же собственных сроков мобилизации служб безопасности. Коммунисты... - Маска с расслабленным и томным выражением оказалась заброшенной в дальний угол.
Стефан не успел додумать мысль о том, что китайцы уже давно коммунисты только на бумаге, как Калиса встала с места, в три шага достигла лестницы и быстро спустилась в кабинет, стуча каблучками по ступенькам. Приятная глазу зелень с залёгшим в траве зайцем исчезла, обнажив голые белые стены. Американец догадался, что если он хочет узнать подробности, то ему предстоит стать официальным сообщником. Интересно, не разыгрывают ли перед ним спектакль? Хотя какой смысл, если можно было усыпить и связать.
В кабинете Калисы во всю одной из стен, оказавшейся одним большим органическим дисплеем, мозаичным панно раскинулись изображения с десятков камер видеонаблюдения, демонстрировавших лаборатории, кабинеты, коридоры, главный холл и территорию вокруг небоскрёба. Везде наблюдалась организованная суета, а на карте города, секундой позже развернувшейся левее картинок с устройств наблюдения, обозначилось несколько мигающих точек, стремительно приближавшихся из разных концов Гонконга к эмблеме «Ред Фокс», обозначавшей «Фокс Тауэр». Сама Калиса, погрузившись в кресло, работала за письменным столом, на краю которого появился рыжий ноутбук, а столешница являла собой один большой сенсорный экран. Друг за другом открывались всё новые документы, окна состояния и прогресса, угрожающе мигающие таймеры и маячки новых сообщений. Слишком натурально и масштабно для спектакля на одного зрителя. Странно, что всё важное до сих пор не было копировано или вывезено. С другой стороны, если Калиса знала заранее о готовящейся полицейской или же военной операции, и она вписывалась в её планы, то преждевременная суета заставила бы китайцев действовать ещё быстрее.
На подъездную аллею к небоскрёбу на большой скорости вырулили три бронированных микроавтобуса местного спецназа, затормозив у самых железобетонных тумб, препятствовавших прямому тарану входа в здание. Следом стягивались автомобили полиции. Две группы по двадцать человек каждая бегом направились из микроавтобусов к главному входу, ещё одна приступила к рассредоточению по периметру. Широкие двери уничтожили заложенным зарядом, оставив обширный пролом в стеклянном коконе сооружения. Одновременно со взрывом включился звук, передававший быструю и обрывистую китайскую речь. Люди, с головы до ног облачённые в чёрные защитные костюмы, словно вышедшие из компьютерной игры о постапокалипсисе, стремительно вбегали внутрь здания и поднимались по лестницам. Стефан только сейчас обратил внимание, что в центральных коридорах не горит свет. Небоскрёб обесточили, но не стоит даже удивляться персональному генератору электроэнергии для кабинета Калисы.
- «Орион-14». Хороший защитный комплект, предусматривает работу в местности с химическим и бактериологическим заражением. Нам, конечно, запрещено разрабатывать в черте города особо опасную прелесть, но китайцы правильно поступили, что не поверили в нашу честность. - Стефан обернулся на сухой голос, обладатель которого противно растягивал слова. За спиной американца стоял высокий и худой до истощения мужчина в строгом классическом костюме, на губах которого бродила дёргающаяся сардоническая усмешка. - Шлем в данном костюме обеспечивает видеонаблюдение и постоянную связь через сервер. Но у этого есть свой недостаток.
Передаваемая китайская речь стала едва слышимой, после чего кабинет наполнил ужасный скрежет напополам с воем и скрипом, через несколько секунд дополненный нечленораздельными человеческими криками. Американец повернулся к панели и увидел на всех мониторах корчащийся, катающийся по полу и земле спецназ. Несчастные люди хватались за голову, пытаясь сорвать шлемы, держались за те места, где под бронёй у самых динамиков находились уши, инстинктивно пытаясь их закрыть. Некоторые трясущимися руками пытались направить оружие себе в голову, надеясь оборвать мучения. Шлемы обладали прекрасным бронированием, но не от автоматной очереди в упор. Камеры зафиксировали отлетающие чёрные окровавленные куски.
- Звук возможно отключить только через сервер. Если он не заблокирован. - Закончил мужчина в костюме.
- Что с ними?
- Не знаю. Мы ещё не проводили столь масштабных полевых испытаний. - Равнодушно ответил Стефану его новый собеседник, словно речь шла о лабораторных крысах.
- Себастьян, выключи звук. Иначе мы сейчас сами будем дезориентированы. Согласись, это лишнее. - Будничным тоном попросила Калиса, после чего Себастьян послушно вызвал панель управления и выключил звук. - Два часа и сорок шесть минут – это окончательные данные?
- Да, мисс Фокс. Как Вам известно, специальная операция была назначена на ночь, поскольку мы распространили по нужным каналам информацию о том, что Вы убываете завтра днём. Сборы шли с опережением графика, но, к сожалению, Ваши подчинённые не настолько всемогущи.
Глава «Ред Фокс» ничего не ответила, и Стефан вернулся к просмотру изображения с камер видеонаблюдения. Судя по всему, был найден способ отключить заблокированный сервер. Люди начали медленно подниматься. Теперь они остались без связи, но это не самое страшное для них. Одни, поднявшись, так и остались стоять на месте, ничего не предпринимая, кто-то перевернулся на спину, раскинул руки и ноги в сторону и остался лежать «звездой». Некоторые стали ходить из стороны в сторону, шаря руками в воздухе, натыкаясь друг на друга. К лежавшим, потерянно стоявшим и ходившим людям из группы в оцеплении небоскрёба устремились полицейские. Они брали коллег под руки, взваливали на спины и оттаскивали к машинам. Первая волна атаки на «Фокс Тауэр» захлебнулась.
В коридор, где в шоковом состоянии находилась одна из групп захвата, вышло пятеро людей. Стефан узнал «Химеру» Дмитрия Идена по униформе. Его наёмники были на две головы выше солдат присланного спецназа и значительно шире в плечах, в своём обмундировании и вооружении напоминая не людей, а киборгов. Хотя американец не исключал возможности, что они ими и были. Неспешно подойдя на расстояние выстрела, солдаты открыли огонь по беззащитным людям, превратив белоснежный коридор с раскидистыми пальмами в изящных горшках в скотобойню. Группа спецназа не смогла им оказать никакого сопротивления. Внимательно осмотрев все тела, сделав контрольные выстрелы в тех, кто ещё походил на целого человека, размазав кровь по полу, солдаты рассредоточились по коридору, и в него вышла группа учёных и рабочих, тащивших за собой две тележки с оборудованием. Точнее тележки были с электрическим приводом, но их мощности для перемещения столь объёмного груза не хватало и их приходилось подталкивать. Никто из работников Ред Фокс не обратил особого внимания на растерзанные трупы, направившись под охраной к грузовому лифту.
- Путь эвакуации проложен водным маршрутом. - Себастьян, судя по всему исполнявший обязанности секретаря при Калисе, продолжил информировать Стефана.
- Нас не попытаются потопить?
- Попытаются. Но у них не получится. Мы предлагали муниципалитету Гонконга сотрудничество, но они не захотели. Как видишь, нам даже не предложили сдаться.
Американец ещё раз посмотрел на две группы – одну мёртвую, вторую ещё не окончательно мёртвую. Если Юлия Девил после предложения о сдаче бежала, устроив десяток аварий и уничтожение минимум трёх памятников архитектуры, то страшно представить, что устроит мисс Фокс. А ведь именно в эти минуты может проходить штурм Сент-Идена. После Юлии и Калисы в его судьбе можно не сомневаться, но присутствовать при осаде острова оружейного магната американец хотел меньше всего на свете не зависимо от стороны участия.
Прошло семнадцать минут, в течение которых глава «Ред Фокс» продолжила работать с данными, люди из оцепления с ненавистью и надеждой наблюдали за громадой штаб-квартиры, ожидая хотя бы косвенных данных о судьбе двух штурмовых групп, а Стефан и Себастьян смотрели на изображения камер видеонаблюдения. Первый с сомнением и отвращением, второй критично и с любопытством.
- Мы перешли на второй уровень.
Восемь бронеавтомобилей достигли оцепления небоскрёба, заняв позиции по периметру и нацелив крупнокалиберные пулемёты на здание. И хотя до восьмидесятого этажа они не достанут, Стефан уже не был столь уверен в успехе корпорации. Специальная полицейская операция переходила в военную. На смену спецназовцам в защитных костюмах универсальной защиты пришли солдаты в противогазах, бронежилетах и с рациями. Также без помех заняв холл, они стали подниматься на верхние этажи, обнаружив обе группы захвата. Техника и машины скорой помощи продолжили стягиваться к «Фокс Тауэр», на периферии пролетела стайка беспилотников новостных телеканалов. Под картой Гонконга развернулись три экрана с экстренными выпусками новостей. Два китайских и один от «Первого общественного». Все трое ведущих пребывали в ужасе. Только китайские от вероломства и варварства корпорации, возомнившей себя выше всех человеческих норм и законов, и демонстрировали свежие фотографии мёртвых спецназовцев. А рупор Юлии Девил – от беспринципности и наглости Китая, санкционировавшего под надуманным предлогом нападение на «независимого учёного с мировым именем». Интересным представлялся не факт столь быстрого доступа журналистов к шокирующим снимкам, а продолжение полноценного официального вещания «Первого общественного», клеймившего тоталитарные режимы востока и безынициативный ЕС. Зачем было пытаться арестовать Юлию Девил, но ничего не сделать с её пропагандисткой машиной? Хотя главная цель статуй – избавиться именно от Дмитрия, Калисы и Юлии, а не уничтожить их детища. Плоды работы всемогущей троицы как раз и нужны инопланетянам. Но тогда зачем устранять так громко, ради трёх человек устраивая огромные и неуклюжие специальные операции с полицейскими и военными? Только если...
Если Асфодель и её народ инициировали войну, значит они переубедили европейских и азиатских покровителей корпораций или просто покопались в мозгах и мыслях национальных лидеров. Зная о готовящихся атаках и неотвратимости надвигающейся опасности, бодрая троица могла придумать нечто из ряда вон. Главы корпораций, используя свои каналы, специально сработали против самих себя, искусственно организовав бурные и громкие операции, вместо возможно планировавшихся по наущению Асфодель и её братьев тихих миссий по устранению. Спустили лавину искусственно, когда удобно и в нужном направлении, не дожидаясь накопления критической массы.
Подоспевшие военные медики приступили к выносу бесчувственных тел спецназа, а солдаты продолжили продвижение по этажам штаб-квартиры. Звук вернулся к изображениям с органического дисплея, и кабинет вновь наполнила неразборчивая китайская речь. Теперь уже с раций. Система безопасности «Фокс Тауэр» решила повторно провернуть удачный трюк и через систему громкой связи включила на полную мощность какофонию низкочастотных звуков, сопровождаемую на этот раз миганием освещения. Все коридоры с первого по пятнадцатый уровень, где находились военные, напоминали ад, прошедший модернизацию. Из обновлённого места вечного наказания выкинули котлы и выгребли грязь, спустили лаву. На смену им пришла экзотическая дискотека с белыми декорациями, резкими вспышками света с динамической интенсивностью и интервалами под скрежет, скрип и вой. У Стефана заболели глаза от одного наблюдения за изображением с камер, уши молили убрать ужасный звук. Себастьян под раздражённым взглядом Калисы ещё раз вызвал панель управления, но ничего изменять в ней не пришлось. На второй штурм послали более подготовленных людей – на звук они никак не отреагировали, возможно, просто воспользовавшись заранее берушами, а смену света решили вульгарным расстрелом потолка. Низкочастотный скрежет, скрип и вой оборвался: он наверняка доставлял дискомфорт и продолжавшему эвакуацию персоналу корпорации. Но скучать за расстрелом световых элементов китайцам не пришлось. Любые сообщения в рациях заглушили помехи, а на две наступающие в авангарде группы напали солдаты «Химеры». Перестрелка завязалась на семнадцатом этаже, одновременно ещё одна группа вступила в схватку в конференц-зале на десятом, а три группы в разных помещениях заблокировала сработавшая система пожарной безопасности. Реагенты для тушения пожара солдатам в противогазах были не страшны, но на пробитие опустившихся переборок требовалось время.
Камеры наружного наблюдения зафиксировали всполохи пламени из дул крупнокалиберных пулемётов. Стефан почувствовал всем телом далёкий гул, а на бескрайнем органическом дисплее высветилась модель небоскрёба с отметками о повреждениях с двадцатого по сорок третий этажи. Калиса со странным выражением лица, напоминая лису только что вылезшую из обвалившегося на неуклюжего сторожа курятника, встала со своего кресла и подошла к панорамному окну. Из него не было видно осаждающих, только залив и противоположный берег. Девушка осталась довольна увиденным.
- Меньше паники, больше надежды. - Она повернулась к Стефану и Себастьяну и, продолжая улыбаться, подошла к панели.
- Сохраняйте спокойствие и продолжайте в том же духе. Как говорят в Англии.
Калиса учтиво ухмыльнулась словам секретаря и обежала взглядом видео с камер наблюдения. Конференц-зал напоминал выяснение отношений между мафиозными кланами времён сухого закона в США в глухих кварталах Чикаго. В отличие от коридоров, с поворотами, арками и тумбами, быстро превратившими перестрелку в осторожные и редкие вылазки, прерываемые нечастыми очередями, просторное прямоугольное помещение не предоставляло практически никаких укрытий. Фарфоровые вазы, стеклянные столы и лёгкие кресла с металлическим каркасом в первую минуту превратились в ворох обломков и осколков под выстрелами выбежавшего из смежного помещения отряда «Химеры» и оперативно среагировавших китайских солдат. Военным заблокировала путь к отступлению всё та же система пожарной безопасности. Они попытались перегруппироваться, укрыться за редкими колоннами в углах зала. В поддержку последовали выстрелы пулемётов с улицы, разбив панорамное окно и обрушив на пол огромную люстру. Сложная конструкция, стилизованная под хтонического змея, рухнула на пол, погребя под собой несколько человек. Но нападавшим это не помогло. Великолепно вооружённые и защищённые солдаты «Химеры» расстреляли последних противников и установили ракетную установку на роскошном кафельном полу, открыв огонь по бронеавтомобилям. Каскад взрывов озарил экстренные выпуски новостей, разбивая разлетающимися обломками окна соседних зданий, а на помощь военным уже подъезжала более тяжёлая техника, готовясь укрепить позиции и развернуть крупнокалиберные дула на бело-рыжий силуэт небоскрёба. Наёмники Дмитрия уступали числом, и если группа в конференц-зале разобралась с интервентами, то к семнадцатому этажу уже спешили подкрепления, поддерживаемые выстрелами снаружи.
- Прошёл час. Все ключевые элементы вывезены, но остаются сентиментальные мелочи и сувениры. - Доложил Калисе Себастьян, прочитав полученное сообщение.
- Помогите «Химере» экспериментальными образцами, подготовьте заряды ЭМИ. С нами играют серьёзно. - Мисс Фокс, сменив ухмылку озабоченной задумчивостью, медленно вернулась к панорамному окну.
Стефан, оставив секретаря рассылать поручения, подошёл к девушке. Он встал за её спиной, ощущая сохранившийся лёгкий аромат винограда, скользя глазами по точёной шее и тонким плечам; лисьи уши пригнулись, попытавшись стыдливо скрыться в копне волос. Американец почувствовал, как его правую ногу медленно поглаживает пушистый хвост: он спускался вниз и поднимался на самый верх, плавно разворачивался белым кончиком и опять спускался, играя и раздумывая. Калиса резко повернулась и с играющей на губах добродушной улыбкой щёлкнула Стефана по носу, оцарапав переносицу острым ноготком. Два человека стояли и смотрели друг на друга. Девушка поглаживала руки мужчины, поднялась к плечам, скрестила кисти за его шеей. Лисий хвост продолжал жить своей жизнью, щекоча, льстясь и обвиваясь. Проступившая на царапине кровь тонкой струйкой спустилась к кончику носа. Калиса приподнялась на цыпочки и слизнула гранатовую каплю с лица Стефана. Вор погружался в светлые золотистые глаза, он силился изведать их глубину, постичь неизвестные тайны, а тело меж тем льнуло к девушке, руки прижимали её к себе. Как будто исходившее от Калисы золотое сияние наполняло всё вокруг, грело и словно горная река начинало захлёстывать с головой. Залп из орудий сотряс всё здание, рыжий ноутбук подпрыгнул на столе, Стефан едва не ударил девушку подбородком.
- Мисс Фокс, нас укусил «Шмель». - Равнодушный голос Себастьяна на этот раз выражал лёгкую озабоченность, но Стефан был уверен, что в эмоциональной градации секретаря подобное отступление от бесстрастности равносильно панике в Помпеях при извержении Везувия.
Калиса отпрянула от американца и неспешным шагом вернулась к монитору-стене. Один из отрядов «Химеры» лежал бездыханными телами на двенадцатом этаже, второй находился в окружении на двадцать первом, третий отступал к шестидесятому. Нападавшим все достижения стоили огромных потерь, но, в отличие от «Фокс Тауэр», их ресурс можно считать бесконечным. Снаружи с интервалом в минуту-две военные открывали пулемётный огонь по зданию, прореживая роскошные висячие сады и облицовку. На пятьдесят шестом этаже солдат тем временем ожидал сюрприз. Экспериментальные образцы, представлявшие собой здоровых бледно-розовых бесполых существ, отдалённо напоминавших людей, из одежды на которых были только куски арматуры в руках, напали с двух сторон на поднимавшихся по лестнице солдат. Стефан наблюдал за происходящим на панели издалека, из животного ужаса не желая подходить ближе. Генетически модифицированные твари не чувствовали боли, не обращали внимания на пулемётные очереди, да они почти и не пробивали их кожи, оставляя лишь царапины и мелкие ожоги. Несколько человек из первого ряда наступавших от силы удара отлетели в сторону, пробив стену в соседний кабинет, часть солдат была спущена с лестницы, других буквально отбросили в дальний конец коридора. Оставшихся разорвали, растоптали или убили ударом по голове. Последние из выживших попытались укрыться в образовавшемся проломе в соседнем помещении, но их быстро догнали, добросив до панорамных окон. Камера одного из новостных беспилотников зафиксировала разбивающееся стекло и долгий полёт четырёх человек вниз. Они упали в густые заросли садов на пятнадцатом этаже, после чего два тела соскользнули с края и упали на газон рядом со зданием. Монстров было всего лишь четверо, но они без труда уничтожили тридцать человек, после чего стали подниматься наверх, к забаррикадировавшимся солдатам «Химеры».
- Неплохой результат.
- Но они не стабильны. На столько, что даже бессмысленно заказывать экипировку под их размеры.
- Учитывая эффективность, Дмитрий не пожалеет расходов.
- И вручит им корабельные орудия?
- Огневая мощь им ни к чему.
- Ближний бой – частный случай.
- Артур может вживить им что-нибудь.
- Осквернять железяками атлантов? Тем более высок риск двойного отторжения.
- Их облучали?
Стефан продолжал оторопело стоять в стороне, не сводя глаз с циклопических фигур, за движениями которых следили камеры видеонаблюдения, пропуская мимо ушей переброску научными терминами между Калисой и Себастьяном, даже не обратив внимания на упоминание Дмитрия. В сторону отъехала дверь кабинета, и из приёмной зашла китаянка, встречавшая вора в холле. В руках она несла небольшой, блестевший металлом чемоданчик, бережно прижимая его к груди. Глава корпорации качнула головой в сторону стола, девушка подошла к нему и со священным трепетом опустила ношу, открыв крышку с кодовым замком, демонстрируя Калисе содержимое. Внутри в два ряда в прозрачных вытянутых капсулах с толстыми стенками пребывало нечто разнообразных бледных цветов. Двенадцать ёмкостей с бледно-зелёным, бледно-рыжим, бледно-голубым, бледно-красным или бледно-жёлтым содержимым. Калиса подошла к столу, с любовью созерцая капсулы. Как мать смотрит на своё дитя, так глава корпорации обнимала и целовала взглядом каждый из образцов. Она бережно и нежно погладила толстый материал стенок, провела тонкими пальцами по их поверхности. Только сейчас вор обратил внимание на странные ногти Калисы – удлинённые, острые и толстые, словно когти хищного зверя. Девушка уложила рыжий ноутбук в отделение чемоданчика, после чего закрыла его с тихим щелчком замка.
Сакральное священнодействие оборвала серия мощных взрывов, покачнувших небоскрёб. Американец едва удержался на ногах, китаянка упала на стол, секретарь схватился за стену, но глава корпорации без труда сохранила равновесие. Появилось новое дополнительное изображение с китайцем в военной форме.
- Мисс Фокс, мы знаем, что Вы находитесь на восьмидесятом этаже «Фокс Тауэр». Наши солдаты подступили к семидесятому этажу. - На этих словах все находившееся в кабинете посмотрели на изображение с камер видеонаблюдения, где последние наёмники из отряда «Химеры» вместе с уже только двумя мутантами отбивали наступление в пролёте перед семидесятым этажом. - Мы предлагаем Вам капитуляцию. Все Ваши сотрудники, не оказывавшие сопротивления, будут отпущены немедленно. Они могут свободно покинуть здание. Вы и оказывавшие сопротивление будете заключены под временную стражу и в случае содействия также сохраните свободу и право на продолжение работы. На принятие верного решения предоставляется десять минут. В противном случае, по зданию, в котором Вы находитесь, будет открыт огонь из всех орудий. - Военный закончил тираду на сбивчивом английском языке и отключился.
Калиса, а за ней и девушка, подошли к ЖК-панели, внимательно изучая создавшуюся ситуацию. Чемоданчик остался на столе.
- Генерал Дэн Цюанью в общих чертах продолжает следовать букве договора. - Себастьян произнёс фразу быстрее, чем обычно, выдавая свою радость происходящим.
Стефан повернул голову к оставленному чемоданчику. Третья сторона в начинавшемся конфликте по-прежнему была. Национальные правительства продолжали водить за нос, используя в личных авантюрах. Разрушение небоскрёба явно входило в планы Калисы, что же до содержимого чемоданчика...
Себастьян Кроуфорд почувствовал на себе недовольный взгляд Калисы. В следующий момент она резко развернулась на каблуках.
- Мой друг?
Секретарь обернулся следом за учёным – у стола стоял Стефан, держа в левой руке чемоданчик. Он вмещал в себя образцы перспективных культур, созданных Калисой, а ноутбук содержал все данные из головного компьютера штаб-квартиры «Ред Фокс».
- Почему меня все постоянно хотят обмануть. - Не вопрос, а наглое утверждение от человека, попытавшегося обворовать пригласивших его в гости хозяев.
- Не льсти себе. Тебе просто недоговаривают.
Улыбаясь, делая редкие и резкие взмахи хвостом, Калиса сделала несколько шагов навстречу Стефану. Вор попятился назад. В двух метрах за его спиной возвышалась «Ficus dionaea», проснувшаяся от содроганий небоскрёба и изменившегося эмоционального фона комнаты. Себастьян восхищался растением за его умение чувствовать на уровне животных.
- Не приближайся ко мне.
- Не то что? – Калиса бросила взгляд в сторону закрытой двери, потом посмотрела на до сих пор не убранную винтовую лестницу. - Тебе твой поступок не кажется ужасно глупым?
- Зачем весь спектакль?
- Всё просто. Нас хотят убить. Запереться в бункере и ждать судьбы – плохой вариант. Слить информацию заманчивого толка, достаточно провокационную для вмешательства, но слишком пикантную для долгих раздумий и объяснений с прессой – умеренно полезно. Свою роль сыграли и переметнувшиеся на нашу сторону ауманты, смешав карты Асфодель. И религия Дмитрия о глобальном переустройстве мира во имя прогресса с собой любимый во главе. - Калиса, с циничной улыбкой роняя слова, попыталась приблизиться к Стефану.
- Ради чего ты... «недоговаривала» мне - Американец подавился словом «лгала» и отступил назад, словно над ним склонилась Сцилла.
Длинные зелёные лианы выбросились из густой листвы «Ficus Dionaea», обвивая вора по рукам и ногам. Американец начал дёргаться, панически кривляться, словно марионетка вслед старческому припадку кукловода, не выпуская чемоданчик. Растение прогнулось под тяжестью сопротивляющегося тела и выпустило новые лианы, опираясь ими на пол. Ростки обвивались вокруг конечностей Стефана, не давая им двигаться, сдавливали грудь до хруста в рёбрах, медленно притаскивая мужчину к стволу. Свежий зелёный побег обвился вокруг шеи вора, сжимая горло. Мученический хрип и стук падающего на пол металлического чемоданчика ознаменовали конец борьбы. Спасаясь от Сциллы, угодил к Харибде. Китаянка бросилась к растению и схватила трофей, быстро отступив, прижимая его к себе. Калиса царственно подошла к скорчившемуся мужчине, над которым из густой листвы появлялись два сомкнутых листа, размером с барабанную тарелку, усеянные острыми шипами по краям. Стефан, подняв голову и посмотрев вверх, увидел, как над ним разевается алая изнутри пасть. Из груди вора вырвался новый страдальческий хрип, полный отчаяния. Себастьян развлекался на досуге, скармливая мышей ранним версиям милой химеры, потом перешёл на собак. Калиса по непонятной причине не разрешала кормить кошками. Но целый человек... Силы листьев не хватит на то, чтобы откусить голову. Скорее всего жертву можно было бы задушить и переваривать по частям, обхватывая куски тела. Однако столько мяса переработать непросто. «Ficus dionaea» может начать гнить изнутри.
- Ты являешься носителем уникальной мутации, которая крайне полезна для моих экспериментов по модернизации человека. - Глава «Ред Фокс» наклонилась над Стефаном с закатившимися глазами, продолжавшим хрипеть нечто нечленораздельное. - После клонирования материала я в первую очередь экспериментирую с оригиналом. Научное суеверие. Но для послушания новому хозяину в памяти подопытного не должно быть отрицательных воспоминаний о нём. Чревато отказами. Но уже не важно. - Изобразив в воздухе неопределённый пренебрежительный жест, Калиса выпрямилась, взяла один из щитовидных листов в руки и нежно погладила его. - Отпусти еду, он мне ещё нужен.
За сдавленным хрипом последовал резкий и глухой кашель. Стефана отпустили путы. Сложившись пополам, мужчина пытался одновременно и выплюнуть лёгкие и захватить как можно больше воздуха.
- Шаокинг, позаботься. - Согласно одному властному слову, девушка передала Калисе чемоданчик, после чего, без труда подняв американца за шкирку, содрала с него пиджак, связав им его руки.
- Придётся тебя оставить, но я уже отобрала рассаду...
На органическом дисплее появилось лицо Дэна Цюанью.
- Ваше время вышло. Я отдаю приказ об открытии огня.
Стефан, вслед скомканному английскому генерала, не переставая кашлять, зашёлся в едком смехе. Теперь несложно догадаться о его расчёте – убежать с чемоданчиком к нападающим вряд ли бы удалось, но можно задержать Калису и умереть вместе со всеми. Ох уж эти научные приметы и суеверия.
Себастьян бросился к панели управления, красовавшейся справа от ЖК-панели, на которую он заблаговременно вывел управление зарядами. Учёный открыла дверь кабинета одновременно с агонизирующей вспышкой освещения, закончившейся повсеместным предсмертным всхлипом электроники. ЭМИ заряды вывели из строя не только весь небоскрёб, но и всю аппаратуру осаждающих, прихватив за компанию весь деловой район Гонконга. Избыточная мощность была призвана пробить защищённую военную аппаратуру. Несколькими этажами ниже раздался мощный взрыв – наёмники Дмитрия сыграли в камикадзе, очистив подступы к восьмидесятому этажу. Одновременно осуществилось ещё множество взрывов, которые Себастьяну не было слышно и видно: упавшие беспилотники, рухнувшие лифты соседних небоскрёбов, ставшие неуправляемыми машины, сошедшие с рельс поезда, обвалившиеся индексы на переставшей существовать Гонконгской бирже. Калисе с чемоданчиком, своими сотрудниками и ретивым будущим подопытным предстояло по лестнице спуститься вниз, до пятьдесят седьмого этажа, где располагалась экранированная шахта грузового лифта.
Привычные белоснежные коридоры, украшенные густой экзотической растительностью, стереопанорамами и изящными диванами с семьдесят четвёртого этажа превращались в постапокалипсические декорации. В месте взрыва камикадзе весь этаж был уничтожен, остались только несущие колонны, обугленный остов искорёженной шахты лифта и несколько оплавленных лестниц. Ни тел, ни обломков, лишь чёрная обугленная поверхность и торчащие куски арматуры перекрытий. Осколки стекла, пробитые стены и выбитые двери, вмятины в полу и изрешечённый потолок, световые вспышки которого мешали наступающим солдатам, встретили этажами ниже. Торжество победы дополняли изуродованные трупы и обмякшие тела в неестественных позах в интересных местах. Солдат, проткнутый насквозь финиковой пальмой, висел на её стволе, торчавшем из пролома в стене. Если бы деревья могли улыбаться, они бы позлорадствовали высшей справедливости. А может ли испытывать удовлетворение от совершённого зла «Ficus Dionaea»? От поиска ответа на внезапно возникший вопрос Себастьяна отвлекла огромная окровавленная рука, об которую он споткнулся, идя последним. Падая, секретарь выставил вперёд руки, найдя точку опоры в бездыханном теле атланта. Кисти погрязли в склизкой жиже и заскользили вперёд, мужчина едва не упал плашмя в гниющую тушу. Искусственные ткани разлагаются значительно быстрее натуральных, взаимодействуя с кислородом с высокой скоростью, отставая от мёртвого тела пластами. Гигантский гниющий трупный слоёный торт. Будь он в броне, Себастьян Кроуфорд не испачкал бы себе манжеты.
Сложно сказать, чем сейчас занимались военные. По плану значились деморализация и оказание помощи мирному населению. Возможно, именно этому они сейчас и предавались. Достигнув экранированного грузового лифта, компания спустилась на самый нижний, пятый подземный уровень, и теперь шла по просторному коридору с голыми бетонными стенами. Хотя цифра «пять» вводила в заблуждение – на подземных этажах высота потолка значительно превышала надземную, и три уровня делились на подуровни.
- Мы должны были уходить морем, или мне опять недоговорили? – Стефан пришёл в себя после знакомства с любимицей Калисы и созерцания частичных итогов штурма «Фокс Тауэр».
- Отнюдь. Нас ждёт электропоезд, на котором мы проедем до противоположного конца острова, где сядем на яхту. А ты не любишь морские путешествия? – Мисс Фокс пребывала в великолепном настроении. Поэкспериментировать на оригинале теперь не получится, но зато операция по осаде небоскрёба прошла значительно успешней, чем ожидалось.
Передгруппой людей медленно отъехала в сторону бронированная дверь в конце коридора,и они вышли на перрон. Вокруг электропоезда, загруженного аппаратурой исаркофагами с опытными образцами, суетилось несколько техников. Увидев Калису,они немедленно заняли свои места, старший отрапортовал о полной готовности котъезду. Отдав утвердительный кивок, учёный поднялась в пассажирский вагон, следомпоследовал закинутый Шаокинг Стефан, судя по звуку доехавший лбом допротивоположной двери, сама девушка и Себастьян. Электропоезд плавно тронулся сместа. В нескольких десятках метров над головой, на поверхности, сатурн-89 и сатурн-47знакомились друг с другом в обесточенных лабораториях.