Медовый месяц

Здравствуй, Леи. Мне столько всего хочется тебе сказать. Я пишу это с тяжёлым сердцем и надеюсь, что ты не будешь зла на меня за всё, что я сделал. Хотя звучит это глупо. Я хочу, чтобы ты знала, что мне никогда не хотелось оставить тебя несчастной. Мне необходимо увидеть мир, людские чувства и понять, что же значит любовь для меня. Так много говорят о ней, весь мир только и думает что о любви, а меня вдруг осенило, что я ничего не знаю о ней. Поэтому она так волнует меня, и я не назову чувства прекраснее. Я не знаю, как обходиться с ней, оттого боюсь наговорить глупостей и сделать что-то не так. Мне страшно оставаться рядом с тобой и сделать тебе больно.

Помнишь, как мы встретились? Я сказал, что пришёл тогда, когда был больше всего нужен. Я долго странствовал по миру до встречи с тобой. Я переходил с места на место и узнавал людей. Мы учились друг у друга. Они лечили меня, я лечил их, они показывали мне счастье и чувство, выдавали всю жизнь как она есть, а я смотрел на них и думал: "Неужели я тоже когда-то найду тех, с кем мне будет так счастливо и хорошо?" И вроде как все время от времени ворчат и бывают недовольны, но я своими глазами увидел, сколько на свете любви и счастья. А сложнее всего поверить было, что всё это есть и во мне.

Знаешь, во время своих странствий я заметил, что у всех в жизни есть и радостное, и печальное. У кого-то не ладится с семьёй, другие только похоронили родственника, третьи вдруг потеряли дом, а у четвёртых сломалась мельница. А я рос в лесу, где даже еду было достать сложно, и я смотрел на них и думал: "Удивительно, и это уже огорчает их!" Я рассказывал им, как зимой мы семьёй грелись у единственной лампы в доме и мало-помалу ели запасы, как делились одеждой и натирали её лавандовым маслом, чтоб хоть свежей казалась, потому что стирать негде, и как ночью летом мы все садились на крышу дома с горячим чаем и смотрели на звёзды. И знаешь, они с такими удивлёнными лицами говорили мне: "Я думал, что хуже моего на свете быть не может, но если даже ты мог отыскать счастье в жизни, я и подавно справлюсь". Ведь мы не из стекла сделаны, и камнем нас не разобьёшь. Да и счастья в жизни много просто потому, что нет ничего на свете его проще. Если подумать, любое счастье становится печалью, как привыкаешь к нему, оттого всегда будут по жизни и радости, и невзгоды. Поэтому бедняки так счастливы — у них нет забот, нет денег, нет манер, нет больших неудобных поместий — им грош подай и взгляни в глаза, так всё счастье в мире внутри найдёшь. Я много таких глаз на своём веку повидал, и я пообещал себе ни за что на свете не забывать, что стоит под ноги взглянуть, как я уже самый довольный человек на свете. Они научили меня видеть столько света во всей этой темноте, что я понял, как много хорошего в мире, и всё такое простое, как едва на улицу выйди и на каждом шагу подбирай.

В твой город я попал случайно. Забрёл я в местность неподалёку, да тут началась страшная гроза, и я искал приюта у горожан. Помню, колотил в двери что есть мочи, а никому из постели вылезать неохота было. Так я и набрёл на замок Кастильона, и каким-то чудом он пустил меня на ночлег. Мы всю ночь сидели у окна и говорили обо всём на свете. Он одел меня в сухое и стал спрашивать, кто я, чем промышляю и какими судьбами на город их нашёл. Я выложил ему всё, что имел, а в ответ он рассказал о себе. Сказал, как он давно живёт в замке один, глядит каждое утро из малого оконца на красивых дам, да никогда не выходит к ним, заместо подходит к своим шкафам и перечитывает любимую романтику с милыми сердцу героями. "Не те сейчас девы пошли," говорил: "выглядят так же свеже, но внутри всё не то." Рассказал он о своей красавице-сестре и её прекрасной дочери. Так-то я узнал, что твоя мама скончалась, а ты впала в большую печаль. Мне вдруг захотелось помочь тебе. Кастильон сказал, в какое кафе ты частенько захаживаешь, и на следующий день я собрался с мыслями и отправился туда.

Ты первый человек, с кем я стал так близок. Я впервые испытал счастье, а не просто увидел его. Ты меня спрашивала, как прошёл мой день, как я себя чувствую, что у меня на уме и откуда столько дум в моих глазах, а я даже не знал, что ответить, потому что никто никогда не спрашивал меня об этом. За время, которое я провёл рядом с тобой, я понял, как мне нужна ты. Я думаю о тебе, я помню твой вид и запах, я чувствую твою душу, твою кожу на своей, твои эмоции переполняют меня.

Я пишу эти письма при свечах в нашем уголке кафе. Прямо передо мной стоит горшок с цветущими бегониями, а рядом толстая кружка кофе. Им я согреваю пальцы и нутро. Я буду скучать по всем этим дням с тобой и по кафе с добрым кофеваром тоже, даже он полюбился мне. Поэтому я постараюсь сделать эти пять посланий длинными, как только могу. Леи, я не хочу, чтобы ты грустила. Пока я был рядом с тобой, я разучил твои глаза грустить. Приносить улыбку тебе на лицо, что бы ты ни держала на уме, — это как яркое солнце после грозы для меня. Ты была первым человеком, которому я пообещал столько вещей. Мне уже не хватает наших разговоров. Я не знаю, когда снова смогу написать тебе, и мне хочется, чтобы эти строки никогда не кончались.

В детстве я всегда мечтал о доме в альпийских лугах. Да чтоб рядом было озеро, а за ним высились присыпанные снегом верхушки гор. Я много рассказывал тебе о своих мечтах, Лорелеи. Я слушал много твоих мечт, и мне хотелось из тех и других сделать все мечты нашими. Никогда не представлял, как сильно души могут быть важны друг для друга, а теперь мне страшно оставлять единственную в мире душу, которую я готов назвать домом. Я не знаю ничего о завтрашнем дне, правда если я уверен, что в нём будешь ты, он уже будет солнечным. Как и счастье, ты вся в мелочах, и я не могу любить тебя сильнее за это.

Ты впитала в себя столько хорошего от своей мамы. Прекрасная женщина она, скажу я тебе. Как вспомню рассказы Кастильона о вас двоих, как каждое воскресенье вы ходили в пахнущем пластилином пальто в кафе, тепло в груди и животе становится. Вы выглядели очень красиво. Уютные тёплые люди. Твоей маме шла любая одежда в мире. Пышные платья, тонкие жакеты, шерстяные пальто или узорчатые шали — во всём она выглядела настоящей красавицей. Да и в её взгляде и манерах было что-то очаровательное. Она была человеком такой редкостной простоты, что невозможно было налюбоваться.

А за тобой я с момента знакомства приметил большую любовь к гребешкам и заколкам. Помню, каждый день ты подолгу расчёсывала свои огненные кудри, затыкала пряди множеством гребешков, ну и для пущей аккуратности нахлобучивала козырьки да чепцы, да вот ничто не помогало. А как твоя мама поначалу пробовала обрезать их, и они становились такими жёсткими, что расчёски застревали в них! И вот со временем ты полюбила их и бывало отпускала волосы до самого пояса — они стали твоей гордостью. Или как ты любила рисовать тонкими мазками, так что картины получались как из облаков. Да как ты пользовалась духами, оставляла несколько капель на волосах, поправляла их и разносила аромат по всей одежде. Мне кажется, я знаю все твои маленькие привычки и всегда буду умиляться им.

Это было сущее чудо — узнать счастье с тобой. Я так долго видел его и столько слышал о нём, и никак не мог подумать, что счастьем может быть один человек. Ты подарила его мне. Рядом с тобой мне хочется жить полной грудью и думать, что даже все невзгоды превратятся в радости, если мы будем вместе. Я захотел остаться с тобой навсегда. Мне нравится принимать счастье от тебя.

Прости, что из всего себя я оставил тебе только эти никчёмные записки. Я попытался записать в них всю свою душу, чтоб тебе казалось, как ты читала их, будто я стою рядом и обнимаю тебя. И мы знаем, что это только мечта, хотя кому известно что станется, коли мы поверим в неё? Любовь сама одна сплошная мечта, и я уж не знаю, что из неё явь, а что нет, да это и не важно, пока она жива во мне.

Леи, на прощание я оставил тебе истории своих странствий и людей, которых я повстречал на пути. Все истории, что я пережил, не сосчитать по пальцам, поэтому я подумал рассказать тебе самые дорогие мне. Не будь их в моей жизни, я быть может никогда не узнал, как прекрасны бывают люди со всеми их жизненными причудами и чувствами, просто как люди. Я хочу рассказать тебе о них и так оживить чудесную память о них в тебе.

Скайт