Глава 19. Князь Софены
Утро было не добрым. Солнце не успело встать, а на улице уже не пройдёшь. От мала до велика все говорят об одном и том же: Урарта пала.
Бахт нервно стучал пальцами по столу. Он предполагал, что это может случиться, но и представить не мог, что так скоро. Весть пришла около недели назад. Великий царь и вся его семья были жестоко убиты младшим братом. Тот, нуждаясь в поддержке, согласился на условия империи. Шанта Наирян провозгласил себя мечом и щитом императора и готов принести ему голову любого врага.
Малые государства по соседству с Урартой в панике стали приносить присяги императорской короне. Границы кровавого государства с пугающей скоростью разрастались по континенту. Несмотря на внутренний страх, Сарагоны гордо стояли перед неизвестностью.
Юлий днями занят тайной подготовкой. Тренировки солдат усилились. Готовились тактики боя, пути отступления, провизия. Может, Сарагоны и не выстоят в борьбе с воинами Урарты и имперцами, но они были готовы дорого продать свою независимость.
- Вы уже пришли? – Мирон запустил Бахта в кабинет Юлия.
Прошло достаточно много времени, но княжеский голос всё ещё недолюбливал генерала. Мысленно Мирон понимал, что он не виноват, и всё же Соловьёв его уж сильно смущал. Должно быть, чувство вины брало своё.
Бахт был равнодушен к недовольным взглядам. Он знал, что у него нет и маленького чёрного пятнышка на душе. Так чего ему переживать о том, что говорят за его спиной? Слухов о Соловьёве всегда было много. По большей части, за это стоит благодарить Августа. Пока они не причиняют вреда его семье и ему, могут хоть похоронить его заочно.
- Мне недавно пришёл доклад с границы, – Бахт тяжело сел в кресло. – Шульц дали присягу.
- Когда они успели? Ещё вчера были в королевстве! – Возмущённо кричал Мирон. – И это тот, кто обещал быть вечно верным князю!
- Приоритеты меняются, – Бахт протянул Юлию стопку листов. – Император не теряет времени зря: имперский посол сегодня рано утром въехал в Софену.
Юлий уже знал об этом. После обеда ему пришло письмо от Александра Титбилса. Гордый князь просил об аудиенции. Пусть он и не уточнил цель визита, догадаться было несложно, зачем Титбилс приедет. Его щит пал. Теперь нужно подыскать новый. Шиневский написал свои мысли для Бахта.
- И ты хочешь его принять? – Бахт горько рассмеялся. – Знаю я, что ему нужно. Этот старый волчара хочет бросить нас в самое пекло событий, как делал это с Урартой. Напиши ему, что мы выражаем глубокое сочувствие, но ничем помочь не можем. Можешь даже сделать приписку, что это лично от меня.
Это послание цыган хотел отправить не просто так. Тем самым Бахт хотел вернуть Титбилсу должок. Когда Сарагоны горели в пламени войны, его отец отправил письмо с мольбой о помощи. Битва проходила как раз рядом с Софенской границей. Пришли Александр своих солдат на помощь, и отец был бы жив, братья не остались бы калеками на всю жизнь. Но что попусту лить слёзы из-за того, чего никогда бы не случилось.
Более того, хитрый Титбилс наживался на этой войне. Он продавал Сарагонам по завышенной цене оружие и амуницию. Настоящая цена того барахла оказалась в разы меньше. Бахт был рад и этому, пока не узнал, что добрый князь продаёт оружие не только им, но и Иксид. В тот день Соловьёв рвал и метал молнии. Никогда его не видели таким злым. С тех пор старый Титбилс навеки покоился в чёрном списке генерала.
Юлий крутил перо в руках. Ему тоже хотелось так ответить. Жаль, что княжеский титул не позволял подобного. В такой обстановке никак не хотелось наживать врагов. Дела с Софеной вести тоже желания не было. Тяжёлую дилемму решила служанка.
- Прошу прощения, – девица просунула свою голову внутрь, – приехал господин Александр Титбилс. Подготовить приёмную?
- Не стоит, – Бахт поднялся со своего места. – Просто пошли его туда, откуда он приехал.
- Так нельзя! – возмутился Мирон. – Ваше Величество, образумьте этого цыгана!
- Я знаю этот взгляд, – Соловьёв серьёзно посмотрел на князя. – Ты ведь не пойдёшь к нему?
Выслушать Титбилса всё же стоило. Если он приехал так скоро, то дело и вправду важное. Под возмущения Бахта Юлий спустился к гостю. Тот скромно стоял в холле, крепко сжимая в руках позолоченную трость.
- А Вы всё так же при деньгах, – ухмыльнулся Соловьёв.
- Леди! – Титбилс повернулся к служанке. – Почему Вы не сказали, что этот цыган здесь? Я бы спрятал всё золото! Теперь придётся пересчитывать.
Шутка Бахту не понравилась. Из уважения к Юлию, он всё ещё улыбался, но уже не так искренно. Старый оборотень крепко пожал руку Шиневскому.
- А Вы, сударь, всё также немногословны.
Теперь глаз дёрнулся у Юлия. С показной доброжелательностью процессия пришла в переговорную. Титбилс облюбовал диван и сел с краешку, поближе к Соловьёву. Бахт внимательно смотрел за гостем. Его одежда была проста: жакет, рубаха да штаны. Никаких излишеств, помимо золотой трости, не было. Настоящее богатство находилось в голове этого старого волчары - его ум. Только благодаря ему он стал тем, кем был сейчас.
- Какой превосходный стол, – Титбилс провёл ладонью по краю стола, – это ведь дерево из Княжества Тан? За сколько Вы его мне можете продать?
- Давайте ближе к делу, – сухо ответил Бахт. – Вы сюда не ради стола приехали, я прав?
Титбилс поправил воротник. Его старые глаза озорно блеснули. Бахт прекрасно знал, что означает этот взгляд. Так смотрят старые ушлые торговцы, когда видят достойного покупателя. Каждый миллиметр их кожи кричит от восторга, предвкушая будущий торг.
- Вы не глупы, – Титбилс достал небольшую записку и положил на стол. – Не стесняйтесь! Прочитайте!
Бахт дождался, когда прочтёт Юлий, и взял клочок бумаги в руки. Ровным, слегка витиеватым почерком была выведена лишь пара коротких строк. Всё бы ничего, но от этих строк зависела судьба большой страны.
«Я, Фёдор Безымянный, являясь официальным представителем Его Императорского Величества Михаила ІІ Волкова, смею довести до Вас, Его Княжеского Величества Александра Титбилса, волю моего правителя. Вынуждены предложить Вам следующий ультиматум:
Вы сдаёте княжеские полномочия и присягаете на верность княжеской короне, взамен получая право наместничества на Ваших землях и частичную автономию своих прав. В случае невыполнения ультиматума будем вынуждены использовать военную силу.
При Вашем желании, можем устроить переговоры для разъяснения Ваших прав и прочих нюансов.
С уважением к Вашей персоне,
Первый советник Его Императорского Величества Михаила ІІ, барон Фёдор Безымянный.»
- И как Вам это хамство? – Титбилс возмущенно стукнул тростью. – Что я должен на это ответить? Это прямая угроза! Не оставили и малейшей возможности для торга!
- А Вы только его и ждёте... - Бахт отдал ему письмо.
- Любое сражение следует переносить в те условия, которые Вам выгодны. Вам как генералу этого ли не знать?
- Да... Заговорить Вы можете каждого. Так зачем Вы это нам показываете?
Александр Титбилс замер на мгновенье. Его глаза смотрели то на Бахта, то на Юлия в поиске слабого места. Он просчитывал наперёд, что ему говорить и кому. Хотя нет. Князь уже всё это знал, просто хотел убедиться в правильности своих умозаключений.
- Мои дорогие, я понимаю, что вы глубоко обижены на этого старого дурака, – начал Титбилс. – Желание обогатиться закрыло мне глаза. Но! Я хочу, чтобы вы знали: я всегда верил в вашу победу! Да, торговал с этими клятыми Иксид. Это была просто подстраховка! Годы жизни научили меня просчитывать все возможные варианты.
- Значит, не так уже Вы и верили... - пробубнил Бахт.
- Я грешен! Каюсь! – Титбилс схватил руку Соловьёва, крепко сжал и посмотрел на него щенячьими глазами. – Не смог спасти Ваших родных! Прошу простите! Когда моё войско прибыло, уже было слишком поздно. Мне до конца дней нести этот тяжёлый груз!
Старик крепко обнял Бахта, уткнувшись в него носом и громко зарыдал. Бахт в отвращении лишь поднял брови и посмотрел на Юлия. Шиневский с лицом истинно верующего слушал бедного гостя.
- Я никого не смог спасти, и вот кара моя пришла! Какое неуважение к столетнему старику! Угрожать мне войной! – Титбилс наконец отцепился от Бахта и прикрыл руками лицо. – И никто не хочет помочь! Никто! Родного Наиряна убили! И меня убьют! Я-то за себя не боюсь... За детей страшно, за внуков. Они и не пожили на этом свете! Пусть казнят меня, старика! Я свой век отжил. А вот мой сынок, Сашенька, – князь крепко обнял локоть Соловьёва. – Он же Вашего возраста, молодой совсем. Или доченька, Атанасия, дитя ждёт. И ничего ж плохого не сделали. Не хотите мне помочь – понимаю! Я – скотина! Лицемер! Ничтожество! Помогите хотя бы им! Вот сколько лет Вашим детишкам?
- Сыновьям двадцать два, девятнадцать и шестнадцать... Дочери скоро шесть, – задумчиво ответил Бахт.
- Чудесно! Моей внучке столько же, сколько и Вашей дочери! Она у меня такая умница! Приходит в наши с супругой покои каждый вечер и сказки читает на ночь. Говорит, дедушка мне раньше читал, а теперь я научилась и буду тебе читать. Пощадите их! В чём повинен этот ребёнок? Я много слышал о милосердии князя и мудрости его генерала. Отправьте хоть десяток солдат. Я в долгу не останусь!
Юлий смахнул скупую слезу и что-то написал на листе. Титбилс прочитал и сразу же расцвёл. Из его уст лились мёд и елей. Он больше часа хвалил Шиневского и Соловьёва, их семьи, друзей и близких, все Сарагоны в целом. На этом, откланявшись, князь ушёл, чуть не разбив лоб от благодарности. Шиневский подождал пару минут и посмотрел на Бахта с немым вопросом.
- Не смотри на меня так, – Бахт стал вытирать платком рукав рубашки. – Проще постирать.
Бахт достал колоду и вытянул одну карту. Он посмотрел на неё и усмехнулся. Карта Дьявола рассыпалась после заговора.
- Он тот ещё чертяка, – Бахт посмотрел на Юлия. – Только не говори мне, что ты ему поверил.
Юлий отрицательно покачал головой. Однажды ему приходилось иметь дело с Титбилсом. Ту сделку он запомнил надолго и больше в его сети попадать не планировал.
- Слава Деве Марии! – Бахт сложил руки, словно молясь, и посмотрел вверх – Спасибо, что дала этому наивному дитю каплю разума!
Пока Бахт припоминал тёмное прошлое своего князя, последний приготовился к удару подушкой. Секунда - и цыган выплёвывал перья и возмущался.
- Это жестоко! – Бахт перестал смеяться. – И что нам с ним делать? От него ведь не отобьёшься! С таким длинным языком полы, наверное, удобно подметать! Отправлять ему солдат... Абсурд! Он и одного не достоин, не то, что десяти!
Эти возмущения продолжались ещё очень долго. Суть была одна – помогать Титбилсу друзья не спешили. Сам князь это понимал. Ему было не впервой. Всем нужны выгодные сделки. Рано или поздно, кто-то да откликнется, а пока стоит подготовиться.
- Как всё прошло?
Мужчина, сидящий в карете, был самым верным помощником Титбилса. Глава деревни водных магов, Ольвик Жук, знал нынешнего князя с детства. От содранных коленок до государственных дел – все проблемы решались сообща. Ольвик, как и его друг, был стар, как мир.
- Эти были менее категоричны. Даже согласились приютить Наирян.
Александр крепко сжал рукоять трости. Золотой орёл поблёскивал рубиновыми глазами. От былого радушия не осталось и следа. Титбилс был серьёзен. Он, в целом, по жизни не отличался излишним весельем, но положение требовало иного.
- Что будешь делать?
- Для начала попробуем повоевать, – Александр закинул ногу на ногу. – Посмотрим, как пойдёт. Может, нам их помощь и ни к чему. Иксид никаких вестей не присылали?
- Я думаю, он был более чем категоричен. От них помощи ждать нечего.
Титбилс это знал, но надежда оставалась. Первым делом он поехал к новому князю Иксид в надежде на то, что тот не знаком с его военными грехами. Князь оказался более чем осведомлён, и даже не пригласил на длительный разговор. Следующими в списке были Сарагоны. Молодой наивный князь и жалостливый генерал – идеальная цель для его спектакля, но эти юноши оказались весьма смышлёными. В кармане всё ещё лежала короткая записка: «Мы подумаем».
- Что написал Виджеясекара?
- Если коротко, то он сомневается в возможности нападения.
- Я тоже, и что? Помощь от него ждать или нет?
- Он уже отправил часть солдат. Если нападут – отправит вторую... При надобности - третью.
- Хоть одна хорошая новость... - Титбилс вздохнул. – За что мне всё это?
- У тебя столько грехов, что не хватит ста лет, чтоб все перечесть.
- А ты преуспел за эти годы в насмешках, – Александр смотрел на пейзажи за окном. – Этот парнишка не промах.
- Ты о ком?
- Безымянный... Фёдор. Ультиматум! Это же нужно придумать! Предлагают мне частичную автономию прав! С ним весело торговаться... Жаль, что сейчас я должен победить.
В старом оборотне проснулся небывалый азарт. Он не испытывал подобного уже давно. Последние годы были похожи один на другой: купи здесь, продай там. В этом мире, полном хитрости и коварства, наконец, появился достойный соперник.
- Не увлекайся.
- Что мне могут сделать эти дети? – Александр широко улыбнулся, – даже если Софена проиграет, через время она вновь будет цвести. Однажды мой дед отвоевал ей независимость. Что мешает сделать то же моим детям или внукам?
- А, может, и тебе...
- Я слишком стар. Будем реалистами. Если я запущу эту махину, то просто-напросто не доживу до конца и испорчу планы своим детям. В таких вещах не следует быть жадным. Корона таких не любит. Если того потребует судьба, я готов стать пятном в истории рода.